Паразит

      Она проводила его как обычно. Так же обыденно положила свежеиспеченное печенье в его сумку: коллеги давно пристрастились к «неземным рукам миссис Каллен», а самой Эсми только в радость приносить пользу.       — До вечера, — Карлайл с трудом оторвался от своей жены, с какой-то глубокой тоской всматриваясь в её лицо. — Скорее всего буду поздно, Митчелл решил перенести операцию.       — Тогда не заставляй остальных пациентов следовать его примеру, — Эсми легонько подтолкнула мужчину к машине и, как только тот оказался внутри, помахала ладошкой. — Я люблю тебя.       — Я тоже люблю тебя, — повторяя ежедневную клятву Карлайл завёл мотор и мягко отъехал от дома.       Эсми смотрела на его отражение в небольшое зеркало, пока то не скрылось за поворотом вместе с машиной. Она чуть вздрогнула, когда позади неё с топотом пронеслись пятеро детей.       — Мам, всё в порядке? — Эдвард взял её ладони в свои руки и слегка сжал их.       Эсми же в ответ мягко улыбнулась. От старшего сына ничего не скроешь. Она отвела его за собой за угол, изредка наблюдая за тем, как его братья и сёстры наперебой решают, в чьей машине поедут сегодня в школу.       — Мне кажется, что у твоего отца кто-то… — она не договорила, встретив взгляд, полный укоризны. От такого осуждения ей самой становится стыдно. — Я знаю, это глупо, но здесь неспокойно.       Эсми вырвала ладошку и прислонила её к груди.       — Я не… — Эдвард прикрыл глаза и гулко сглотнул. — Я не верю, что отец стал бы… Да и не думал он ни о чём, кроме своей семьи. О тебе в частности.       Женщина стыдливо спрятала лицо на груди у сына. Эдвард не должен заниматься тем, чтобы копаться в её нездоровой голове.       — Если это поможет… — прошептал юноша, а сама Эсми чувствует, как он улыбается. — Отец собирается заказать вам путешествие через недельку. Я подслушал.       — Я этого тебе не говорила, — она мягко отстранилась от сына и провела рукой по торчащим волосам. — Но я рада, что ты это сделал.       Эдвард негромко рассмеялся. Вид матери, сделавшейся нездоровой, пугал его. Но показывать это ей, значит, уверить её в правоте её мыслей. А Эдвард был уверен в том, что они ошибочны. Но тем не менее всё же предложил пропустить школу и остаться с ней. Однако Эсми как настоящая мать пожурила его и отправила к ожидавшим его членам семьи.       Саму же женщину ожидали несколько часов утомительного времяпрепровождения. Каждый цветок приносил ей больше вопросов, чем ответов, потому как ей всё время мерещился запах женского парфюма. Умом она понимала, что это невозможно, и потому переключалась на бессмысленную готовку.       Первая мысль была принести обед Карлайлу, однако она никогда так не поступала, поэтому выглядело бы это донельзя странным и оскорбительным. Поэтому, глядя на труды своих стараний, ей стало совсем неловко.       — Может быть стоит пойти на сеанс к психологу? — спрашивая контейнер с жаркое Эсми даже рассмеялась.       Возможно, стоит просто пересмотреть свой быт. Или же вовсе поступить в университет вместе с детьми после окончания теми школы. Как раз осталось пара лет в Форксе, а затем…       Мечты о том, что затем она обязательно бы составила компанию своему ещё не обретшему вторую половину сыну, были нагло перебиты тихой вибрацией, доносившейся из их с Карлайлом спальни.       Оказывается, он и вовсе забыл телефон, что само по себе было редкостью. Редкостью было и то, что Эсми без стеснения и утреннего чувства стыда вглядывалась в однотонную картинку от пропущенного абонента.       Джо.       Судя по тому, что этот самый Джо продолжал терроризировать Карлайла обширным спектром эмоциональных сообщений, вариантов было два: либо Джо действительно был коллегой по работе, либо он был гомосексуалистом. Впрочем, одно другому не мешает.       Поэтому Эсми была полна решимости, когда отправилась к мужу в больницу, прихватив вместе с телефоном и с любовью приготовленный обед.

***

      Карлайл, казалось, был рад её видеть. Несмотря на то, что она прервала бурную беседу действительно коллег.       — Джо, моя жена Эсми, — мужчина сразу же расставил всевозможные вопросы по своим местам и приветливо чмокнул Эсми в щеку, — Эсми, это Джозефина Лоренс, наш новый кардиолог.       — Джо, просто Джо, — улыбнулась девушка, в которой миссис Каллен без труда узнала вампира.       Те же янтарные глаза и безупречная внешность. Девушке едва можно было дать шестнадцать, и потому её устройство в качестве практикующего врача вызывало недоумение у Эсми.       — Не всю же жизнь учиться в школе, — заметила новая знакомая, разглядывая саму женщину так жадно, что та неловко отвела взгляд. — Ну, спасибо, что пригласили в Форкс. Я и не думала, что здесь будет так удобно.       — Я рад, что светлых умов становится больше, — Карлайл продолжал держать свою дежурную улыбку до тех пор, пока Джо не скрылась достаточно далеко.       Эсми же стояла, поджав губы. Вопрос читался на её лице без труда, поэтому мужчина ответил без запинки.              — Я собирался познакомить её с нашей семьей и всё рассказать, — он тяжело вздохнул, почёсывая затылок. — Злишься?       Этот вопрос застал вампиршу врасплох. Она зла скорее на себя и на своё подозрение. Зла на то, что сюрприз был испорчен. Но никак не на то, что Карлайл сказал правду.       Джо действительно была врачом, с которым он познакомился на съезде. И именно её голос слышала Эсми тогда по телефону. И запах. Этот дурманящий голову страстный запах. Теперь и весь кабинет пропах этим сладким букетом.       — Нет, ни капельки, — она привстала на носочки и поцеловала кончик его носа, — просто немного удивлена.       — Она хороший специалист, да и придерживается нашей диеты, — Карлайл прервался, услышав вызов в палату неотложной помощи. — Такая редкость в нашем мире.       Эсми молча кивнула, наблюдая за тем, как её муж вновь становится доктором Калленом. Только от чего-то ей кажется, что эта редкость настолько удивительна, что почти искусственна.       Удивительным кажется и встреча в фойе с той самой юной особой и «хорошим специалистом». Судя по одежде девушка явно собиралась покинуть больницу, но по ясному и оживившемуся взгляду Эсми поняла, что Джо ожидала кое-кого.       Её, если быть точнее.       — Миссис Каллен, вы не против, если мы немного пройдемся? — запахнув легкую куртку, спросила девушка.       Только вот ответа ей, кажется, не требовалось: она настойчиво увязалась за Эсми. С каждым шагом женщине всё сложнее сдерживаться, и она, едва они остались один на один, резко остановилась:       — Значит, вы были вместе тогда? В Лондоне?       — Так вы знаете? — Джо же остановилась лишь потому, что сама Эсми сделалась похожей на статую. Девушка выдохнула так облегченно, что даже странно. — Я так боялась вам говорить. Дело в том, что я не знала, что он женат и…       Эсми было сложно посмотреть в юное лицо. Сложно до невозможной боли в каждой клеточке тела. Но она смотрит. Слова, правда теперь кажутся отстраненными, словно и не касаются её постельные дела мужа.       — Понимаете, кольца не было, — Джо будто бы поняла, что это она не в силах находиться под тяжелым обвиняющим взглядом и тут же опустила его на носочки невысоких туфель. — Боже, мне так стыдно… Если бы я только знала и…       Тут девушка схватила женщину за руки и сжала ладони так, словно они были давними подругами. С такой же горячей сердечностью добавила:       — Я уеду сегодня же, никогда вы меня больше не увидите. Какая же я… я сама себе противна…       У Эсми этот жест вызвал странные незнакомые чувства. Ей омерзительно прикасаться к коже той, с кем, как она теперь убедилась, изменил муж. Однако она не отпустила их, а лишь сжала в ответ на удивление испуганной девушки.       — О нет, почему же, — Эсми оглянулась, словно их мог кто-то подслушать, а затем безучастно — настолько, насколько ей кажется, она может — добавила: — Если вы уедете сейчас, он всё поймет. А я хочу, чтобы он сам признался. Вы не виноваты.       Джо на секунду просияла, а затем так же быстро сникла. Испуг в её глазах никуда не исчез, но что-то в них изменилось.

***

      Первый день в новой школе всегда был волнителен для Эсми. Она переживала за яркую и непринимаемую людьми Элис, за не более странного и даже диковатого в присутствии чужих Джаспера. За Розали, которая при взгляде на юных девушек, углублялась в утрату не пережитой потери.       Сама Эсми никогда не признается ей в этом, однако внутри было щемяще-обидно, стоило дочери заговорить о нерожденных и эфемерных детях. Ведь у неё — Эсми Платт — был реальный сын из плоти и крови. И хоть она всей душой ненавидела его отца, но сына — обожала. И его было невыносимо мало. Слишком мало для простой женщины.       Не переживала она лишь за Эммета и Эдварда. Эти двое, казалось, смогут пристроиться в любых условиях. Первый за счёт своей харизмы и широкой души, а второй — благодаря своему дару.       Правда именно это и тревожило её, когда пятерня вечных студентов ворвалась в молчавший дом. Сама Эсми тут же наполнила его любовью, стараясь всеми силами не думать о Джозефине. Однако образ девушки, чьё имя ранило её, то и дело всплывал в голове.       — Мама? — входная дверь бесшумно закрылась, а Эдвард, уловив обрывочные картинки, смущенно улыбнулся.       — Как первый день в школе? — Эсми по привычке обошла пустынный стол и облокотилась на него.       И прежде, чем Эдвард успел вымолвить и слово, Эммет опередил его, оставив брата с открытым ртом, кривящимся от неудовлетворения.       — Школа как школа, — парень ловко увернулся от воображаемого броска, а затем довольно распластался на диване. — А вот у Эдварда, кажется, объявилась подружка.       Если в жизни и вправду были черные и белые полосы, то эта новость относилась ко второй. Счастье за сына было так высоко, что все собственные переживания улетучились. Теперь женщина засыпала Эдварда вопросами о том, кто она, как её зовут, местная или приезжая.       — Я вас познакомлю завтра, — полюбовно посмеиваясь над яркой и бурной реакцией матери, ответил Эдвард. Затем он бросил вопросительный взгляд в сторону Элис, которая сидела, поджав губы, и явно не разделяла всеобщей радости. — Посмотри ещё раз. Она согласится?       — Не выходит, — девушка проморгалась, словно после долгого сидения перед компьютером. — Она словно никогда не принимает решений. Это странно.       — Я уверена, она не сможет отказать такому элегантному джентльмену, — Эсми же было достаточно простого «завтра», которое позволило ей вернуться в прежнее расположение духа.

***

      Карлайл, как и предупреждал, приехал затемно. Конечно, для вампиров время суток не имело никакого значения, и поэтому Эсми без особых усилий ожидала своего мужа на лесной дороге. Вдали от, пусть и с добрыми намерениями, но всё же любопытных ушей и глаз.       — Дорогая? — Карлайл плавно остановился, предлагая жене сесть внутрь салона.       Эсми без промедления юркнула внутрь и тут же пожалела об этом: Джозефина слышалась так отчётливо, что ей пришлось открыть окно до упора.              — Ты объяснишь мне, что происходит? — Карлайл повернул ключ зажигания влево, и мотор послушно замолк.       Было бы глупо полагать, что столь странное поведение женщины останется незамеченным. Но ещё более странным для самой Эсми оказалось желание выяснить всё, во что бы то ни стало. Теперь она и думать не могла о том, чтобы вывести мужчину на чистоту женскими уловками. Сейчас ей хватило бы и простой голой правды.       — Ты спишь с ней? — она смотрела, как округляется лицо мужа, в то время как её собственное стало острым и отчужденным. — С Джо?       — Нет, Эсми, — уголки губ Карлайла потянулись вверх, но увидев, что его жена встревожена не на шутку, мужчина тут же стал серьезным. — С чего ты так думаешь?       — Почему в машине её запах? — Эсми продолжала искать нерешительность в глазах напротив, но, к собственному стыду, не находила её. Карлайл смотрел на неё взглядом, полным понимания и заботы.       — Я подвозил её, она живёт напротив шерифа. Было по пути, — мужчина потянул руку к женскому плечу,однако Эсми дернулась в сторону. — Что происходит?       Вампирша же не знала, стоит ли говорить о признании новой соседки, либо же оставить всё как есть. Но ведомая гневом, она выпалила их разговор не отрываясь от выражения лица Карлайла. Тот сначала сидел с ошарашенным видом, а затем на лбу его стала пролегать глубокая морщинистая галочка.       — Я никогда даже не думал о ней в таком ключе, — он помотал головой и брезгливо повел носом. Теперь запах чужой женщины вызывал у него такую же реакцию, как и у жены. — Зачем ей говорить такое?       Карлайл, казалось, искал ответа в спутнице жизни. А она — непонимающе смотрела на свою вторую половину. Глаза наполнились ядовитой влагой и она негромко всхлипнула, хватаясь пальцами за шерстяные лацканы.       — Боже, прости меня, — Эсми прижалась носом к его груди и облегченно выдохнула, ощутив прикосновение родных губ на виске. — Я поверила первой встречной.       — Хорошо, что ты рассказала мне, — мужчина крепче прижал к себе жену, которая всё ещё была преисполнена стыда и не была в состоянии смотреть ему в глаза. — Я скажу ей держаться подальше от нашей семьи.