Младший

      До Джина окончательно дошло происходящее только после того, как паренёк-альфа, сделав к нему невольно несколько шагов, вдруг усилием воли заставил себя остановиться, а потом развернулся и, расталкивая парней, с которыми он пришёл в столовую, выскочил в коридор.       — Что происходит? — Чимин тоже удивился, когда мальчишка ломанулся из столовой, едва увидев Джина.       — Он мой истинный…       — Что? Блять?!       — Не ори! Что слышал!       Джин зашипел на друга. А когда увидел, как у того начали расползаться в улыбке губы, предупредил:       — Вот только попробуй…       Но удержать звонкий смех Чимин уже не смог. Он так и продолжал заливаться, прихрюкивая, даже когда Джин, подхватив сумку, встал из-за стола.       — Прости, прости, Джин-и! Я не буду больше… Ааа-ха-ха-ха!       На них оборачивались, им улыбались: глядя на смеющегося омегу, хмыкали…       — Джин…       — Пошёл на хер.       Они пошли в сторону туалета для омег, и Джину казазось, что в коридоре густым сиропом растекался одуряюще вкусный запах: чуть горьковатый, с нотками цитруса, который, мешаясь с ароматом кофейных зёрен, напоминает омеге его утро…       "Его идеальное утро!"       — Ты мог ошибиться, Джин-и! У мальчишки ещё не установился запах…       — Он тоже ошибся?       Чимин замолчал. Он действительно перестал смеяться, а разглядывая бледного друга, понял, что всё действительно серьёзно.       — Ты не знаешь, кто он такой?       — Из средней школы…       Джин закрыл лицо руками.       — Дай мне время, Джин-и. Я узнаю о нём всё до конца уроков!       — Если ты хоть кому-нибудь…       Чимин обиженно поджал губы от таких предположений на его счёт, и Джин поспешил исправить ситуацию: друг у него всё-таки был один:       — Что мне делать, Чимин-и?       — У тебя сейчас английский?       Джин кивнул, но точно не помнил. Он вообще пока никак не мог начать здраво мыслить.       Всё вдруг обрушилось лавиной…       Он никогда не думал, читая в любовных романах про встречи истинных, что всё будет именно так.       Слишком.       Всепоглощающе.       До беспамятства.       Мощно и непреодолимо…       — Английский будет в большой аудитории. Спаренные с нами занятия. Идём! Скоро звонок. Я сяду с Юнги и всё для тебя узнаю про мальчишку!       После первого сдвоенного урока, на короткой перемене Чимин подсел к Джину, по которому было видно, что он так и не пришёл в себя: весь час катая мысли в голове по кругу.       — Как ты? — Чимин вгляделся в лицо друга.       — Жить буду…       — Короче, альфёныша зовут Чон Чонгук. Он в выпускном классе средней школы.       — Ох, блять…       — Джин-и, я должен сказать Юнги почему им интересуюсь…       — Да, конечно. Только попроси его никому…       — За это не беспокойся даже!       На втором уроке Джин поймал на себе пристальный взгляд Юнги, но не заметил в нём даже намёка на смех. А к середине занятия Мин, с кем-то увлечённо переписывающийся по заныканному от учителя телефону, вообще отпросился, ссылаясь на плохое самочувствие.              Чимин же после уроков потащил Джина на «их» скамейку, где ждал ушедший с английского Мин.       Занятия у омег закончились, а у альф вот-вот должна была начаться дополнительная физическая подготовка, и Юнги махнул им рукой, поторапливая:       — Ну что, Джин, поздравляю! — он криво улыбнулся уголком рта, когда омеги подошли к лавочке.       — Издеваешься?       — Почему? — альфа удивлённо в кинул брови. — Я истинных знаю от силы пары три. Никого счастливее не видел…       Джин замолчал, насупившись, и Чимин для поддержки взял его за руку.       — Ладно, понял… Я поспрашивал у младших парней. Этого, который сегодня сразу после того, как ушёл из столовой и больше в школе не появлялся зовут Чонгук. Чон Чонгук.       — Знаем уже! — Чимин не терпеливо дернул подбородком.       — Все о нём очень хорошо отзываются. Альфы-одноклассники уважают. Он умный, спортивный… Боксом вроде занимается. Дружит со всеми. Встречается… — Юнги коротко взглянул сначала на Чимина, а потом на Джина, — Начал недавно встречаться с омегой из своего класса… Ему пятнадцать. Пока всё.       — С омегой встречается? Может… — Джин с надеждой посмотрел на друзей.       — Давайте не будем паниковать, выдумывать всякое и накручивать себя! Завтра будет новый день и мы по ходу событий, всё порешаем!       Юнги убежал на площадку, откуда ему уже несколько раз свистели альфы из его команды.       А Джину, который задумчиво смотрел ему вслед, вдруг стало казаться, что этот день никогда не закончится.              Мало того — этот день никогда не забудется…

***

      Вечером папа как-то странно на него смотрел, а после ужина так и совсем взялся трогать губами его лоб.       — Ты не заболел? Вид у тебя нездоровый…       — Нет, пап! Просто очень много занимался. А задали ещё больше!       — Мы с отцом, конечно, очень гордимся твоим усердием, но хочу напомнить тебе, что денег на твоё образование у нас хватит.       — Я зна-а-аю… Спасибо, пап!       Ему хотелось побыстрее уйти в свою комнату, чтобы прошерстить статьи в интернете, которые с научной точки зрения объясняли суть явления истинных пар — только такой информации Джин привык доверять: доказанной и обоснованной.       Вот только, как нарочно, интернет вместо достоверных источников открывал ему различные форумы и сайты, где все говорили о том, что ничего лучше, чем союзы истинных, природа пока не придумала…       Те, кому посчастливилось обрести свою пару, писали о гармонии в отношениях, о чувствах, которые всегда на «пике» и никогда не затихают. О том, что остальные представители противоположного пола не привлекают от слова «совсем»! А те, что поопытнее, рассказывали, что секс и секс со своим истинным — это не просто большая разница, а диаметрально противоположные вещи… Как «небо и земля!»       Те же, кто только мечтал встретить своего истинного, ныли, что очень бы этого хотели, что ждут, надеются, желают этого и предвкушают…       Джин завис в ноуте до середины ночи и даже когда решил, что с него «хватит» всех этих восторгов по поводу идеальных отношений по всем аспектам в истинных парах и отключился от интернета, то ещё долго не мог заснуть.       Перепуганные чёрные глаза альфёнка, а в них неверие в происходящее и непонимание, что с этим делать и как с этим справиться, продолжали преследовать Джина, вспыхивая яркими картинками, стоило ему только прикрыть веки…       Утром, спускаясь со второго этажа, где в доме была его комната, у него чуть не подкосились ноги на лестнице: горьковатый аромат арабики и апельсина, кажется, начинал его преследовать.       Он зашёл в уютную столовую и впервые по-новому взглянул на свой завтрак.       Свежевыжатые апельсины: в высокий стакан помещался сок двух штук… Чашка с кофе… И тосты с виноградным конфитюром…       Никакого диссонанса.       Виноградом пах сам Джин. И очень гордился, что в его природном запахе нет никаких примесей. Однокомпонентный аромат считался для омег самым редким, чистым и благородным.       «Виноград» Джина «звучал» ярко, сочно и сладко — так что говорить о «неустоявшемся» запахе было бессмысленно. Аромат был игривым, кокетливым, но ничуть не легкомысленным. Гурманским, медовым — сводящим с ума любого альфу, где уж устоять перед ним подростку…       А вкупе с внешностью, которая досталась Джину от красавчика-папы, так и вообще возводило омегу на недосягаемую высоту.       Сегодня в школу его подвозил отец. И он тоже всю дорогу то и дело поглядывал на сына.       А Джин не замечал бросаемых на него взглядов, погруженный в себя настолько, что даже вздрогнул, когда отец спросил:       — В школе проблемы?       — Нет… Всё хорошо.       — Ты выглядишь расстроенным.       — Я же говорю, что всё хорошо… Мне скоро восемнадцать! А вы с папой носитесь со мной, как с первоклашкой!       — Поверь мне, с тобой, когда ты был первоклашкой, не было никаких проблем! — отец улыбнулся, подбадривая сына, и, припарковавшись у школы, тепло его приобнял. А Джин толкнул его плечом и улыбнулся в ответ, прежде чем выйти из машины.       — Хорошего дня, отец!       Он стоял ещё минуту рядом с дорогой, глядя вслед уезжающей BMW, а потом развернулся в сторону школьных ворот.       Парнишку-альфу он увидел сразу. Да тот и не скрывался.       Прислонившись плечом к одному из столбов, на которых держался школьный забор, он ждал.       И Джин знал совершенно точно, что ждёт он — его.       У него, у взрослого парня, ёкнуло сердце!       И пока он шёл в сторону альфёнка, глядящего на его приближение из-под нахмуренных бровей и кусающего губы, Джин ощущал внутри незнакомую вибрацию — так на высоких нотах «пел» его внутренний омега, который раньше никогда особо и не реагировал на альф…