Кровь и серебро

      Джинн вышла из глуби леса. Она решила обойти все территории, чтобы найти Кэйу и заменить его или просто начать работать вместе. Только его нигде не было, поэтому девушка решила пройти в лес. И там она увидела охотника с вампиром. Они не сражались и даже не пытались предпринять каких-либо попыток к убийству друг друга. Девушка смогла зацепить момент, когда они мирно общались, а потом всë переросло в поцелуй.       Еë шоку не было предела. Охотник, который должен презирать и убивать вампирский род, творил подобное.       В тот момент, ей хотелось выйти к ним и отправить обоих на верную смерть, потому что это считалось, как минимум, ненормальным. Она бы так поступила и думала, если бы там не было её верного товарища. Единственный оставшийся близкий ей человек. Ещё одну подобную смерть, Джинн не сможет вынести. Да и по отношению к нему, это будет равносильно предательству.       Но Альберих нарушил одно из главных правил людей и охотников. Поэтому стоило отправить его на публичную казнь или оставить в руках вампира, пока тому он не надоест и не убьёт его сам.       Охотница не знала, что и делать в такой ситуации. Прощать изменника, было абсурдом, но и смерть казалась слишком бессердечным наказанием. Тут к ней пришла одна задумка. Она была жестока, но без летального исхода для Кэйи.       "Прости, но тебе не стоило сближаться с нашим врагом, Кэйа"       Джинн поспешила обратно к городу, чтобы подготовиться к скорому исполнению придуманного наказания.       *       В городе было очень тихо. Это не являлось чем-то странным или необычным, потому что сейчас была глубокая ночь. В такое позднее время люди обычно предпочитают просто лечь в кровать и восстанавливаться после рабочего дня.       Альберих приблизился к городу, убрав меч в ножны. Вампиров не попадалось на его пути, но всегда нужно быть настороже. Дилюк проводил его к выходу из леса и, неохотно попрощавшись, исчез. Впрочем, как он всегда и поступал. А охотник направился в город.       За эти дни надо было хотя бы раз навестить лидера. Даже просто посмотреть, идёт ли она на поправку, или нужна помощь со стороны.       Кэйа подошёл к штабу охотников. Он заметил, стоящую возле двери, Джинн. Бледная кожа начала понемногу становиться более здорового цвета. Охотница почти не выглядела уставшей, как несколько дней назад. Это не могло не радовать. Она выпустила дым сигареты изо рта и повернулась к парню.       —Наконец, удалось встретиться- с лёгкой улыбкой проговорила Гуннхильдр. После утраты Эмбер, эта эмоция выглядела намного искреннее, чем предыдущие- Мне уже лучше, поэтому с завтрашнего дня работаю вместе с тобой.       —Что ж, рад это слышать- сказал охотник также улыбнувшись.       Гуннхильдр докурила остатки сигареты и кинула еë на землю. Подошва сапога придавила трубку, затушив пепел.       —Мне нужно с тобой кое-что обсудить- она указала большим пальцем на открытую дверь штаба- но подальше от возможных посторонних глаз.       Девушка прошла в здание первая, Кэйа же следом за ней. Он закрыл дверь за собой, но не на замок. Не очень хорошее предчувствие заставило его так поступить.       Джинн же пошла по лестнице, которая вела к подвалу. Альберих уже начал заподазривать что-то неладное. Идти в подвал, чтобы просто поговорить, даже если дело не терпит дополнительных ушей, было очень странным действием.       Но, несмотря на свои подозрения, он прошёл за ней. Может, это действительно было необходимо. Она же уже вошла в ту комнату, где проводились допросы с пытками. Кэйа вошёл внутрь.       Он прошёл немного вперёд, чтобы Джинн оказалась за его спиной. Его не покидало ощущение того, что она явно позвала охотника не для мирного разговора.       —Леди Гуннхильдр, почему вы решили выбрать именно это место для нашего разговора?- спросил охотник, держа руку на рукояти меча.       —Просто посчитала его удачнее всех...- после этих слов в висок прилетел тяжёлый удар серебряного кастета.       Голова пошла кругом, а ноги начали невольно подкашиваться. Альберих свалился на колени, стараясь держаться в сознании. Он почувствовал, как по коже прошлась кровь. В ушах повис противный шум, а в глазе начало темнеть.       —...для изменника, как ты.       Девушка быстро прошла за спину парня и плотно закрыла нос и рот белой мокрой тряпкой, которая была сложена четыре раза. От неё исходил сладковатый аромат. Альберих не успел среагировать, как через пару секунд, тело перестало его слушаться окончательно, а во взгляде повис лишь мрак.       *       Кэйа очнулся. Сколько прошло времени, неясно. Голова раскалывалась, а взор периодически мутнел. Он почувствовал, что руки оказались за спинкой стула, на котором сидел. Охотник пошевелил ими и услышал лёгкий звон цепи. По этому звуку он понял, что был скован не обычной верёвкой, которую смог бы легко разрезать, а наручниками. Кэйа опустил взгляд. Ноги были также туго привязаны к ножкам стула серебряными цепями.       Он поднял голову, бегло осмотревшись вокруг. От таких резких движений, в голову стреляла сильная боль. Альберих заметил Джинн, которая стояла возле стола в углу. На нём стояла свеча, которая позволила рассмотреть то, как она осматривает свой кинжал.       Девушка повернулась к нему и вставила оружие в набедренный ремень. После чего, медленно подошла к охотнику.       —Очнулся, наконец- проговорила спокойно она, поставив руку на бок- Надеюсь, я удобно тебя устроила.       —Что вы, чёрт подери, творите?- с лёгким раздражением спросил Кэйа. Он контролировал свою интонацию голоса, чтобы не злить лидера. Что-то подсказывало, что не стоило играть с этим сейчас.       После чего поднял взгляд на неë. Он заметил, что она смотрела на него совершенно по-другому. Будто бы, не как на приближённого к ней товарища, а как на заклятого врага.       —Неужели, не понимаешь?- Джинн надела кастет на правую руку и сжала пальцы в кулак- Видимо, удар оказался сильнее, чем я ожидала.       Та нанесла удар по солнечному сплетению охотника. Она себя не сдерживала. От такой силы казалось, что кости вот-вот треснут.       —Значит, по голове пока бить не стану- еë кулак сразу же прилетел в щеку. Голова непроизвольно отвернулась в сторону- Хотя обещать не стану.       Альберих прокашлялся от резкой боли в местах ударов. Во рту скопился металлический привкус, а по уголку губ скатилась капля крови. Гуннхильдр не остановилась на этом. Она взяла из чехла на бедре кинжал.       Лезвие подставилось к горлу, а охотница подняла взгляд парня на себя, взявшись за его волосы другой рукой.       —Охотники всегда придерживаются трёх основных правил. Первое, не трогать людей для своих целей. Второе, если твоё состояние критическое, не смей сражаться с вампирами. Они легко раскрошат тебя на части. Третье, ни за что нельзя союзничать с нашими злейшими врагами, вампирами...       Девушка переместила руку с волос на шею. Холод кастета слегка коснулся кожи. Затем Джинн взялась за серебряную цепочку Кэйи.       —...Если охотник нарушит первое правило, его увольняют. Если второе, выговор. А вот за третье, его лишают звания охотника…- она содрала кулон и откинула его в сторону- и приговаривают к публичной казни.       Альберих теперь мог хотя бы понять, почему лидер сейчас так себя вела. Она видела то, что произошло между ним и вампиром.       —Теперь осознаешь, что ты сделал?- девушка вновь взялась за его волосы и подставила кинжал ближе к горлу.       Охотник лишь усмехнулся.       —Точно ничего плохого.       Джинн не сильно полоснула по шее, выпустив темно-синие волосы из руки, и вонзила лезвие в его плечо. Острая и резкая боль заставила тело Кэйи вздрогнуть. Он стиснул зубы, опустив голову.       —Здесь тебя никто не услышит, поэтому можешь не сдерживать себя от криков и молитв о пощаде- девушка натянула на губы ухмылку- Мне это даже начало нравится.       —Как хорошо, что вы мне об этом сказали- Альберих снова поднял на неë взгляд, сплюнув в сторону скопившуюся кровь- Тогда вы не сможете выдавить из меня ни единого звука.       —Посмотрим, на сколько тебя хватит- охотница резко вырвала кинжал из плеча. Затем также резко вонзила его в левое бедро.       Охотник едва сдержался от короткого крика.       Гуннхильдр оставила оружие в ноге парня, а сама подошла к столу и взяла маленькую склянку с шприцом. Она вставила иглу в горлышко, наполняя внутренности медицинского инструмента прозрачной жидкостью.       —Не обессудь, но пока ты в состоянии двигаться, от тебя могут быть проблемы- произнесла Гуннхильдр холодными нотками своего спокойствия. Она вновь подошла к охотнику.       —Жаль, что вы это поняли- слегка хрипло проговорил Кэйа.       Гуннхильдр вонзила иглу в бок шеи и надавила на шток шприца. Действие странной жидкости не заставило себя долго ждать. В следующие секунды, во всë тело, будто налили свинца. Альберих не мог пошевелиться.       —Так-то лучше- сразу после этих слов, Джинн откинула шприц в сторону. Она вытащила кинжал из раны и вставила в чехол. После чего достала второй кастет- Пока сам искренне не признаешь, что совершил ошибку, не перестану.       *       Розария прижималась к стене, которая находилось возле двери. Она внимательно вслушивалась в то, что происходило за ней. Но после последних слов лидера охотников, слышала только звуки ударов кастета по коже.       Она хорошо различала подобное, благодаря своему хорошему слуху. И именно с помощью него, вампирша оказалась здесь.       Розария могла бы вмешаться, но не было в ней особого желания делать это. Лидер охотников довольно сильный противник, поэтому рисковать с ней не стоило. Тем более, ради человека, который приходится ей врагом.       "Хоть он и помог нам, вытаскивать его из лап этой сумасшедшей не стану"- подумала вампирша, собираясь уходить из штаба охотников.       Розария направилась к выходу, держа в руке свою обувь. Стук каблуков легко мог привлечь внимание, поэтому она их сняла перед тем, как зайти.       Когда она наступила на первую ступень, услышала треск сломанных костей.       *       Джинн остановилась, устало вдыхая воздух.       —Твои убеждения насчёт того вампира, могут привести тебя к погибели. Этот монстр предаст и осушит от крови без тени жалости.       Альберих ничего не отвечал. Его дыхание стало прерывистым и частым, из-за острой боли в ребрах. Девушка ударила слишком сильно, и в итоге раздался треск костей. Теперь каждое движение и вздох отдавались болезненно.       После нескольких секунд ожидания, она сняла один кастет и взяла кинжал. Его кончик вновь подставился к его горлу.       —Неужели, так сложно признать свою ошибку?- поинтересовалась раздраженно Джинн- Ведь тогда и это наказание закончится.       —Я не совершал никаких ошибок- довольно тихо произнёс Кэйа. Эти слова дались ему с большим трудом.       Джинн цыкнула и отошла назад. После чего положила свои окровавленные оружия на деревянный стол.       —Продолжим завтра, после моего утреннего обхода территорий.       Девушка открыла дверь. Свет ламп в соседней комнате прошëл внутрь пыточной. Гуннхильдр в последний раз оглянулась на парня и вышла, закрыв дверь за собой.       Альберих тяжело вздохнул. Изо рта вышел почти незаметный клуб пара. Он уже успел позабыть, что здесь всегда было прохладнее, чем во всём здании. Хотя охотник этого даже не замечал.       Всë, что он мог сейчас чувствовать, это непрекращающуюся боль в ранениях и местах ударов, а ещё давящую слабость.       Но несмотря на это, Кэйа не собирался просто сидеть и ждать следующей встречи с лидером. Пока она не довела до состояния, в котором он не сможет, даже двинуться, нужно было пробовать выбраться из оков. Поэтому охотник собрался с силами и принялся думать об этом.       "Может, получиться разорвать цепь наручников?"       Он резко увеличил расстояние между руками. Рану на плече и запястья пронзила боль, но парень не оставлял затею. Он пытался растянуть цепь, пока та не треснет. Только вот, еë материал никак не поддавался. Охотник попробовал вновь, но безрезультатно.       На многое он не рассчитывал, в своём-то положении. Если бы ему не ввели препарат и не избивали, может быть, это и сработало. Правда, возможно, ничего бы не изменилось.       Кэйа начал лихорадочно перебирать в голове ещё несколько вариантов попыток освободиться. Все они могли сработать, только если бы руки были впереди, а не сзади. Он уже даже хотел пытаться порезать цепь ножом, в рукаве плаща, но он понимал, что из этого ничего путного не выйдет. Только лезвие сломает, а оружие ещё могло пригодиться.       Охотник опустил взгляд, стараясь придумать хоть что-нибудь ещё. Несколько локон волос, испачканные засохшей кровью, опали на лицо. Прерывистое дыхание проходило эхом по комнате, вместе с звуками падающих на пол капель алой жидкости.       Никаких новых идей не приходило в голову, или они были неподходящими для его положения. Альберих вновь попытался растянуть цепь наручников, приложив все оставшиеся силы на это. Как он и предполагал, ничего не вышло.       В левую сторону рёбер вошëл новый укол острой боли. Из-за этого дыхание охотника, на короткое время, стало реже, а тело покрылось мелкой дрожью. Помимо крови, по коже лица пробежали несколько капель холодного пота.       "Лучше не двигаться лишний раз, чтобы не усугубить ситуацию"- заключил Кэйа сам для себя- "Всë равно не смогу ничего сделать с этими наручниками"       Этого признавать ему не хотелось, но такова была правда. Даже если он как-то сможет освободиться, далеко уйти не сможет под препаратом и со своими ранами.       Поэтому Альберих неохотно бросил попытки освободиться и просто стал ждать новой встречи с Джинн.