Кровь и серебро

      Через несколько часов лидер явилась в пыточную. Она неторопливо надела на руки кастеты. Еë пальцы сжались в кулаки. Затем девушка подошла к Кэйе. Мощный удар сразу же прилетел ему в скулу.       —Может, хочешь признать свою ошибку, пока я не увлеклась?- еë спокойный тон в этой ситуации, даже слегка настораживал.       Альберих не собирался отвечать. Он не считал то, что между ним и Дилюком, ошибкой. Хоть так и говорили людские правила.       Не дождавшись ответа, Джинн ударила парня в нижнюю челюсть. Если бы она нанесла более сильный удар, могла бы легко еë вывихнуть. Но ей было этого, судя по всему мало. Гуннхильдр ударила по груди и, сразу после этого, по сломанным рёбрам. После чего кулак пару раз прилетел в лицо.       С губ, носа и образовавшихся ран текла кровь. Сильная боль в треснувших костях распространилась по всему телу. Приступ кашля, от нехватки воздуха, добавлял ещё больших страданий.       Джинн занесла кулак, целясь в лицо, но Кэйа отклонил голову в сторону, уклонившись от удара. Кастет едва не коснулся его кожи.       —Вы ничего этим не добьётесь, разве не ясно?- сказал охотник, отдышавшись и посмотрев на лидера- Я не признаю то, что вы считаете грубой ошибкой. Можете даже повести меня на казнь, мне всë равно- его губы растянулись в ухмылке- Или вам уже просто по душе избивать кого-то?       Гуннхильдр в ответ моментально вонзила каблук в рану на левом бедре. Режущая боль пронзила след от кинжала, но Альберих не показывал своей слабости.       —Я делаю это не ради своего удовольствия- серебро вошло ещё глубже- а для того, чтобы добиться от тебя признания и покаяния. И я это сделаю, можешь не сомневаться.       Охотница схватила Альбериха за шею. Еë пальцы сильно сжали горло, но охотник приметил одну деталь. В них присутствовала дрожь. Это могло значить, что девушка или устала, или чего-то страшилась.       Сквозь помутневший взгляд, Кэйа разглядел на лице Джинн выражение еле заметной вины и сожаления.       Через несколько секунд, она отпустила его. Парня снова накрыл резкий кашель, после удушья. Он вновь отдавался новой волной боли в груди.       Девушка убрала ногу от раны на бедре и достала из кармана сигареты с зажигалкой. Она быстро подожгла табак в трубке, всунув еë между обветренных губ.       —Приду к тебе позже. А ты отдохни пока.       После этих слов, она ударила в бок шеи парня. Сначала у охотника было сильное головокружение, от которого подташнивало, а потом он вовсе отключился, вновь погрузившись в мрак.       *       Ночь сегодня выдалась прохладной. Ветер всë время кружился в окрестностях города.       Дилюк стоял в переулке между двух домов, которые находились близко к штабу. На нём была чёрная длинная накидка, закрытые перчатки до локтя, а волосы закрывал капюшон. Весь день он чувствовал боль. Она не принадлежала ему и не была похожа на полученную в бою. А на ту, которую получаешь, когда избивают. Ему она была известна.       Приходилось чувствовать еë, когда он попал в руки одного охотника.       Он наблюдал за выходом из штаба. Через минуту оттуда вышла лидер охотников. На еë пальцах были следы от кастета и крови. Не вампира, а человека.       У Рагнавиндра всë вскипело внутри от ярости. Он сейчас яро желал разорвать еë на куски, но сдержался. Нельзя было сейчас на неë нападать.       Вампир поспешил уйти из города, пока охотница его не заметила.       *       Тёмную комнату пытался осветить почти угасший свет свечи. Этот умирающий огонек не давал остаться в кромешной, тихой и пустой тьме. Но его хватит совсем ненадолго. Растекшиеся по подсвечнику парафин и обгоревший короткий фитиль уже подходили к своему логичному концу.       Хоть свет был тусклее некуда, этого оказалось вполне достаточно, чтобы увидеть засохшие лужи и капли крови по всему полу. Итак темный багрянец цветом стал похож на чернила, а яркие алые пятна превратились в более темные.       Лёгкий холодок в комнате за два дня стал невыносимым, словно лютый мороз в середине зимы. Он неспешно пробирался до самых костей и внутренностей. Конечности покалывали от, вроде незначительного, холодка и онемения.       Звук падающей капли распространился по комнате тихим эхом. Это был единственной звук, который мог пройти по помещению, когда Альберих находился один. Кровь медленно стекла тонким ручейком по тыльной стороне ладони к кончику пальца и каплей приземлилась в кровавую лужицу.       Кто-то вошёл в комнату. Яркий свет фонарика из другого помещения пробился на короткое мгновение в эту темную темницу. Закрывающаяся металлическая дверь скребла по полу, издавая не самый приятный для ушей звук. Кэйа неохотно поднял свой взор и выпрямил спину, поняв, кто это зашёл.       —Охотники всегда придерживаются трёх основных правил- начала снова повторять свою речь Джинн. Она подошла к столу и взяла кровавый кастет и кинжал, который поместила в чехол на бедре. Её голос прозвучал угрожающе спокоен- Первое, не трогать людей для своих целей- стеклянный шприц отразил свет свечи в руке и наполнился жидкостью из маленькой склянки- Второе, если твоё состояние критическое, не смей сражаться с вампирами. Они легко раскрошат тебя на части...- мягкий теплый свет полностью погас.       Охотница зажгла фетиль, поднеся зажигалку к нему. Гуннхильдр приблизилась к парню. Нежная кожа пальцев коснулась его шеи. Они убрали с неё слипшиеся от крови длинные волосы.       —Третье, ни за что нельзя союзничать с нашими злейшими врагами, вампирами.       Игла шприца вошла в шею. Большой палец надавил на шток, вводя лекарство внутрь. Тело почти мгновенно ослабело снова.       После введения препарата последовал мощный удар по скуле. От кастета на мощном кулаке Джинн это было больнее раза в три обычного. По коже медленно потекла свежая кровь, а место удара саднило и болезненно заныло.       —Раньше, такое каралось публичной смертной казнью- последовал ещё один тяжелый удар, только уже по другой части лица- Поэтому я ещё жалею тебя- рука схватила заключённого за подбородок и подняла голову на себя- До сих пор не осознаешь, что ты натворил и не желаешь просить прощения?       —Я не сделал ничего плохого, поэтому мне незачем просить прощения- ответил Кэйа, сдерживая за зубами всë то, что хотел высказать. Его переполняло чувство ярости, когда его обвиняли в этом, будто это было нечто преступным. По кодексу охотников это было так, но всё же это казалось сейчас настолько несправедливым правилом.       —Вот как- спокойно проговорила она. С робким звоном серебра, кинжал оказался в еë руке. Кончик острого лезвия подставился под левое ребро. Его острие вдавилось в кожу, но не сильно. Но этого оказалось достаточно, чтобы боль стала сильнее- Тогда готовься к мукам.       Оружие прошло немного дальше, правда Джинн не смогла вонзить кинжал полностью. Ей помешали. Некто сзади схватил еë сзади за тонкую шею и припечатал к стене. Охотница издала болезненный стон.       Альберих посмотрел на ворвавшегося. Тот оказался Дилюком.       Он переместил ладонь на голову девушки, сжав еë волосы. Его клыки почти прикоснулись к боку шеи охотницы. Вампир намеревался убить еë.       —Прошу, остановись- произнëс охотник достаточно громко, чтобы Рагнавиндр повернул на него пылающие алые глаза- Не смей убивать еë.       —Если я этого не сделаю, она тебя доведёт смерти.       Вдруг Гуннхильдр достала из чехла кинжал и собиралась вонзить его лезвие в руку вампира, которая держала еë голову. Рагнавиндр отпрянул от девушки, прежде чем оружие коснулось его кожи.       Охотница всунула кинжал в чехол, следом потянувшись за мечом. Она быстро оказалась возле вампира и замахнулась на его правую сторону шеи.       Тот схватил лезвие рукой. Сквозь сжатые пальцы просачивалась кровь. Лидер полоснула каблуком по торсу. Белая ткань окрасилась тёмным багрянцем.       Дилюк ударил девушку по лицо кулаком. Та отпрянула назад, держась за ушибленное место. Она вытерла проступившую кровь из носа. Затем направилась к вампиру снова. Обычным ударом еë было не остановить.       Вдруг Джинн резким движением устремила кончик оружия в грудь Рагнавиндра. Это оказалось настолько неожиданно, что Дилюк поздно попытался остановить лезвие. Но оно уже пронзило грудь насквозь.       Кровь густыми каплями падала на пол. Вампир старался вытащить меч, но Гуннхильлр в ответ лишь протолкнула его ещё глубже. По его губам полилась собственная кровь.       —Даже не надейся. Живым из этой комнаты ты не выйдешь, кровожадная тварь.       Нужно было что-то делать. Хоть Рагнавиндр был силëн, но и лидер не была слаба. Особенно сейчас.       Кэйа пытался придумать, как можно помочь. Единственное, что он мог сделать, это как-то отвлечь охотницу. Но сразу же встал вопрос о том, как это сделать.       Тут он заметил в дверном проёме Лизу. Охотник даже не слышал, как она подошла. Вампирша приставила к губам палец, посмотрев на него, и начала подкрадываться к Джинн.       Она обвила еë шею предплечьем и оттащила назад. Гуннхильдр вонзила меч в бледную кожу вампирши. Та мигом покрылась ожогом.       Минчи скорчилась от боли и отпустила охотницу. Та отдышалась, приставив к еë шее кончик серебра. Рагнавиндр же воспользовался моментом. Он занёс кулак к еë виску. Удар оказался настолько сильным, что девушка рухнула на пол, отключившись. Глаза закрылись, а по бледноватой коже пробежала струйка крови.       —Что бы вы без меня делали, мастер Рагнавиндр- с самодовольной улыбкой проговорила Лиза, смотря на рану, которая понемногу заживала.       —Зачем ты сюда пришла, Лиза?- спросил вампир с напряжением в голосе.       —Розария рассказала, что здесь происходит, и я решила отдать долг за помощь охотника- Минчи скрестила руки на груди и посмотрела на Альбериха- И теперь, думаю, мы в расчёте.       Вампирша после этих слов ушла прочь. Дилюк же быстро прошëл за спину охотника.       —Прости, пришлось вырубить еë- сказал он по пути.       —Буду надеяться, что она не сильно пострадала- Кэйа увеличил расстояние между своими руками- Твои когти в состоянии разорвать цепь?       —Вполне.       После этих слов он разорвал цепь. Альберих сразу же распутал оковы на ногах. Они были связаны в крепкий узел, но развязать не составило проблем. За исключением, усилившийся боли в рёбрах. Затем охотник собирался подняться, но ему уже помог Дилюк, аккуратно взяв его за руку. Затем подхватил его себе на руки.       —Спусти меня на пол. Я не настолько изранен, чтобы не мог идти- слегка усмехнулся охотник.       —Мало какой человек после каждодневных побоев, сломанными рёбрами, ножевыми ранами и под действием препарата сможет ходить. Поэтому извини, но я тебя понесу. Да и так мы намного быстрее доберёмся.       Альберих больше не стал ничего говорить. Потому что вампир был абсолютно прав. Охотник был куда медленнее, чем вампир, который может за одну секунду оказаться в нужном месте.       Поэтому он позволил вампиру нести себя.       *       В особняке вампира царила тишина. Хотя полчаса назад тут была суматоха.       Все горничные и стража были в лёгком недоумении, что их господин вернулся, да ещё не один, а с человеком. Только Аделинда держала спокойный вид, будто это творилось каждый день. Она, без лишних распросов, открыла дверь комнаты Дилюка и принесла всë нужное, чтобы залатать раны.       Рагнавиндр в свою очередь поблагодарил еë и попросил уйти.       Сейчас он промывал рану на левом плече, закончив с рёбрами и ногой. Даже прикосновения причиняли сильную боль, но охотник терпел, потому что видел, как вампир старается делать всë очень аккуратно.       Дилюк окунул в ведро, в которой была вода, окровавленную ткань. После чего бережно перебинтовал плечо бинтом.       —Кэйа, почему ты попросил не убивать еë?- вдруг спросил вампир, закончив с перевязкой- Мне просто стало любопытно, но можешь не отвечать, если не хочешь.       Охотник повернул на него взгляд.       —Было бы странно, если бы я этого не сделал. Ведь она, единственная, кто остался из моих верных товарищей- сказал он, надев на себя свою рубашку. Застёгивать еë Альберих не стал. Его глаз опустился на пол- Да и леди Гуннхильдр точно не заслуживает смерти, из-за того, что произошло.       Дилюк взял невидимку, которую дала ему Аделинда. Затем взял левую руку Альбериха и начал возиться с наручниками. Цепь, конечно, была разорвана, но обвивающее запястье серебро, осталось.       Вампир быстро расправился с ними и скинул их на пол. Судя по скорости, ему далеко не впервые ему приходится взламывать замки наручников.       Рагнавиндр также аккуратно промыл сильные потёртости на коже. Они щипали от соприкосновения с прохладной водой.       Закончив, вампир отложил тряпку в воду и перебинтовал запястья. Затем хорошо выжал чёрную ткань, встав с кровати. Он встал на одно колено перед охотником. Тот посмотрел на него с недоумением. Как вдруг, пальцы вампира убрали волосы Альбериха за ухо.       После чего Дилюк подставил ткань к правой скуле парня. Он начал вытирать засохшую на коже кровь. Медленно и осторожно. Также вампир поступил и со второй частью лица.       Затем он обратно сел на край кровати, положив тряпку в ведро. Его глаза повернулись на Кэйу. Ладонь мягко прикоснулась к щеке охотника.       —Тебе пришлось нелегко за эти дни, поэтому постарайся отдохнуть, хорошо?- его уголки губ слегка приподнялись, создав ободряющую улыбку- А я пока уйду, чтобы не мешать.       Услышав это, Альберих обвил тело Рагнавиндра, заключив в объятья. Он не хотел, чтобы тот уходил от него. Вампир же оцепенел от неожиданности.       —Кэйа? Всë хорошо?       —Прости, что так поздно говорю тебе это, но спасибо тебе большое за то, что вытащил меня оттуда- голос охотника стал немного тише.       Дилюк обнял его одной рукой, а вторую поставил на голову.       —Бросить тебя на произвол судьбы я не мог, думаю ты и сам это понимаешь- проговорил с нежностью в спокойном тоне его голоса.       Вампир аккуратно провëл ладонью по волосам Кэйи.       —Мне остаться с тобой?- спросил громким шёпотом Рагнавиндр.       —Если тебя это не затруднит.       Дилюк коротко коснулся губами до затылка парня и обвил его тело двумя руками. Его действия заставляли чувствовать тепло, медленно переходящее в жар.       —Меня ничто не затруднит от того, чтобы побыть с тобой.