Противостояние ради справедливости

Мужчина пытался догнать своего друга, он не мог понять, почему тот так себя ведет. Почему его товарищ разозлился, ведь они давно решили все разногласия между собой и сейчас только ради веселья дразнили друг друга. Фэнь Синь догнал Му Цина в закоулке и схватил Сюаньчжэня за рукав ханьфу. - Да остановись ты, - прокричал задыхающийся от бега Генерал Наньян. - Отпусти меня, - пытался стряхнуть со своей руки чужую руку другой генерал. - Да что не так? – до сих пор пребывал в недоумении сердитый мужчина. - Да все, все не так, - прокричал снова краснеющий Му Цин. - Я не пойму тебя, Му Цин, что произошло? Тебе плохо? – поинтересовался уже обеспокоенный Фэн Синь. Сейчас он считал изящного генерала своим другом, поэтому не мог так просто отпустить эту ситуацию и хотел помочь. - У меня ничего не случилось, - опустил глаза мужчина в черных одеяниях, - тебе не понять. - Му Цин, скажи мне, что происходит, я хочу помочь, ведь мы друзья, даже если ты не успел с этим смириться, - проговорил Фэнь Синь, не отпуская рукав ханьфу друга. - В том-то и проблема, - Му Цин, резко стряхнув руку генерала напротив, с тоской посмотрел на товарища, - оставь меня, нет, вообще не разговаривай со мной, не приближайся ко мне, - молодой человек отвернулся и ушел в противоположную сторону от Наньяна. - Му Цин… - мужчина не мог понять, что сделал не так, он чувствовал вину, хотел вновь побежать за другом и извиниться за свои слова, брошенные на площади перед новоиспеченным Богом Мертвых и Наследным Принцем. Он не думал, что его давний друг еще переживает по поводу прозвища, и продолжал дразнить его, а тот в свою очередь подхватывал игру слов. Фэнь Синю было не по себе, и что-то еще не отпускало его в области груди, но он не мог понять, что именно.

***

- Гэгэ, кто этот человек? – его тон после слов упоминания любимого стал более стальным, а взгляд, который он перевел на Вэй Ина – прожигающим. - Сань Лан, прошу, прими его, он наш гость. - Мне не нравится, когда ты приводишь в гости каких-то мужчин, - молодой человек в красных одеяниях кутал в свои объятья Се Ляня, зло поглядывал на Усяня. - Перестань, – он выбрался из объятий любимого и показал рукой на Старейшину, - это Вэй Усянь, он новый Бог Мертвых, а также был известен в мире людей как Старейшина Илин. А это, – Сяньлэ указал на человека в красном, - мой муж Хуа Чэн, также известен как Собиратель Цветов под Кровавым Дождем. - Приятно с вами познакомиться, Наследный Принц много про вас рассказывал, – произнес Вэй Ин. - Хм, Старейшина Илин, - протянул Хуа Чэн. - Сань Лан, ты знаешь Вэй Усяня? - недоуменно спросил Се Лянь. - Я наслышан о нем, - ответил мужчина своему любимому, завлекая его в новые объятья. - Правда? А я никогда о нем не слышал, - сказал Сяньлэ. - Конечно, Гэгэ не слышал, ведь этот молодой человек связан с темным путем, а такое заклинательство почти не используется в тех местах, в которых мы с тобой жили, так как все надеются на божеств, - произнес Хуа Чэн, вновь целуя супруга в висок. Принц же в свою очередь с тоской посмотрел на Вэй Ина и ушел в свои мысли, так как хоть и не слышал о Старейшине Илин, но был немного осведомлен о существовании темных практик, и то, что этот путь не такой легкий, каким кажется, и какие душевные муки он приносит заклинателю, использующему это искусство. - Это из-за… - Се Лянь не закончил фразу, потому что помнил, каким горестным взглядом на него смотрел Бог Мертвых при упоминании ядра. - Да, из-за того самого, - не решился произносить слово «ядро» Вэй Ин. - Магистр Дьявольского Культа, я рад с тобой познакомиться, надеюсь, мы сможем вести общие дела, – переменился в настроении супруг Принца, а Вэй Усянь не понял такой смены настроения и поведения нового знакомого. Также Бог Мертвых уловил, что был явно по нраву мужу друга. - Простите, Искате… - не успел договорить Старейшина, как его резко прервали: - Хуа Чэн, без титулов. - Хуа Чэн, я немного в недоумении. Не могу понять, что здесь происходит. Почему от вас исходит так много темной энергии, и не только от вас, а от всего, что здесь находится? И про какие дела вы говорите? - Для начала ты, – проговорил юноша в красном. - Что? – недопонял Магистр. - Я не собираюсь держать тебя здесь за слугу, прошу обращаться ко мне на ты. - Хорошо, - легко согласился Вэй Усянь, до сих пор не понимая полностью ситуацию. - Я отвечу на твои вопросы. Во-первых, я демон, а это Призрачный город - место, где проживают темные существа, поэтому вокруг столько темной Ци, а во-вторых, я осведомлен о твоих изобретениях и очень в них заинтересован, – спокойно сказал Хуа Чэн. - Демон, – тихо проговорил Старейшина. Он не выходил из недоумения, а все больше и больше углублялся в него. - Так, хватит стоять на пороге, пройдём внутрь, обсудите все позже. Я думаю, Вэй Усянь вымотался за этот необычный для него день, - пролепетал Се Лянь. Двое небожителей и демон прошли в обширный светлый зал. Здесь царила атмосфера, подобная феншую. Элегантный интерьер отражал красоту того, кому поклонялись в этом храме. Резная мебель из благородных пород редкого дерева, декор из прочного поделочного камня со стеклянным блеском. Необычный гранит имел спутанно-волокнистую структуру, и этот камень оказался нефритом. Вэй Ин ненароком вспомнил красивые черты Второго Нефрита ордена Гусу Лань, но быстро отбросил мысли, не поддаваясь смуте. В комнате было довольно приглушенно, но разные драгоценные камушки так и светились. Фонари были сделаны из мягкого шелка, нити которого добывались из кокона тутового шелкопряда. Они были очень редкими, и такое чувство, что блестели серебром. Из окон сочился яркий красный свет, который обозначал цвет воли к жизни. Он освещал главную улицу центральной части Призрачного города. Ощущалось, словно здесь каждый день, каждая минута, каждая секунда - нескончаемый праздник. Се Лянь усадил своего супруга и нового друга, а сам куда-то пошел, сказав, что принесёт кушанье, Хуа Чэн настаивал на том, чтобы помочь любимому, но тот решительно отказался. - Так значит, ты вознесся? – с насмешкой произнес демон в красных одеяниях, наконец решив начать ещё один диалог с новым небожителем. - А чувствую себя, как будто умер, - с тоской в голосе и горькой ухмылкой сказал Вэй Ин. - Почему? Что было перед вознесением? – поинтересовался демон. Усянь же горько хмыкнул, не теряя угрюмой улыбки, и сказал: - Я собирался покончить со всем, хотел умереть, чтобы никто больше меня не трогал и я никому больше не причинял боль. Я решил направить всех своих мертвецов на себя, надеясь, что они как можно быстрее разорвут меня, но даже тут налажал и вознесся, - взгляд Вэй Усяня становился пустым, но кто-то тронул его за плечо, вытягивая из неприятных мыслей. - Эй, Вэй Усянь, я не думаю что на тебе вся вина за произошедшие события, которые происходили в твоей жизни. Если бы ты был таким, каким себя представляешь, то небеса не обратили бы на тебя внимания, - осторожно произнес Се Лянь. - Гэгэ, ты прав, я наслышан о многом, что сделал Магистр Дьявольского Культа, но не думаю, что его действия были ужасными, - подтвердил Хуа Чэн. - Да вы ничего не знаете, - на глазах Вэй Ина стали наворачиваться слезы, – я… я убил их всех… я виноват… меня все ненавидят. Меня ненавидит мой шиди, меня ненавидит Лань Чжань, меня ненавидят все ордены за то, что я пошел по темному пути… за то, что убил их всех, - его кинуло в дрожь, и он начал захлебываться слезами, - я ничтожен, я должен умереть, я должен… - его обняли теплые руки, пока перед глазами стояла мокрая пелена, а в области груди невозможно щемило. - Ты ни в чем не виноват, – твердо произнес Хуа Чэн, хоть ему и не нравилась картина, как муж обнимает не его самого, но он понимал, что Се Лянь не может оставить эту ситуацию и не успокоить нового друга. - Сань Лан прав, ты ни в чем не виноват, – он начал гладить голову Вэй Ина, пытаясь его успокоить. - Я убил… Я всех их убил… Они были моей семьей, а я… - Усянь начал задыхаться, а в глазах начало темнеть. На Старейшину Илина внезапно обрушилось горе, накопившееся за последние годы в мире людей, и он потерял сознание. Се Лянь озадачено посмотрел на Хуа Чэна. - Сань Лан, что нам делать? – обеспокоено спросил Сяньлэ. - Он ни в чем не виноват, - вновь утвердительно ответил Искатель Цветов под Кровавым Дождем. Хуа Чэн поднялся со своего места и забрал Бога Мертвых из рук мужа, относя его на кровать. - Что мы будем делать? Он же так долго не выдержит, - поинтересовался супруг у любимого, подходя к постели. - Есть то, что докажет его невиновность во всех злодеяниях и исправит тёмное, горькое прошлое, но только он сможет это сделать. - Что это, Сань Лан?