Начиная закончившееся

Тихонько прикрыв за собой входную дверь, зашел в квартиру. Тусклый свет вытяжной плиты на кухне говорит о том, что не спит. Невесомые шаги сами понесли мужчину к комнате, наполненной размышлениями. — Почему не спишь? — ее вид навеял испуг: она так и сидела в том же положении возле чашки с недопитым утренним кофе, обхватившая руками голову, которая склонила. — Ира?... — Пошел к черту, Кривицкий. — вырвала руку из его ладони, которой он накрыл ее, чтобы услышать хоть что-то от нее. — Ир, прости... — Пошел вон отсюда. — отрезала дрожащим голосом, все так же не поднимая ни головы, ни взгляда. Боялась, увидев его, разреветься словно маленькая девчонка. Не стал спорить, молча вышел из кухни, направившись в свою обитель, которая в последнее время стала его комнатой. 10 лет брака не прошли даром, заселив в этом доме постоянные ссоры и недопонимания. И даже коллеги видели, что небольшая семья Кривицких неумолимо идёт к расколу, когда они спорили везде: в операционной, в коридорах, в приемной. Все дошло до того, что старались брать смены в разное время и не оперировать вместе. Очередная ссора настигла их и этим злосчастным утром. — Сколько раз я могу повторять? Ты меня абсолютно не слышишь, Кривицкий. Видимо поймешь, когда я с тобой, старым дураком, разведусь. — всплескивая руками, кричала Ирина, явно всполошив всех соседей. — Разводись! — не выдержал Геннадий, подскочив из-за стола. — Так, да? Разведусь! Разведусь! — задело. Явно задело. — Ну вот завтра и подадим заявление! — на эмоциях выкрикнул мужчина, введя в ступор не только супругу, но и себя самого. Не хотел ничего подобного, но эти постоянные придирки вынудили его наконец ответить на шантаж. — Хорошо... — буркнула женщина спустя несколько минут молчания. Развернулась и ушла. — Придурок. — взъерошив затронутую беспощадной сединой шевелюру, уселся обратно за стол. Так хотелось сейчас побежать за ней, схватить за руку и извиниться, но не только его преследовали такие желания. Женщина в соседней комнате тихонько всхлипывала, понимая, насколько далеко зашли их постоянные склоки. Любила? Безумно. Но что-то не давало ей переступить порог этой комнаты, попытаться все наладить, сделать все, чтобы такого больше никогда не было. И этим чем-то была чертова гордость. Ни он, ни она уже и не помнили, из-за чего возникла эта ссора, перетекшая в такие громкие заявления. "Хочет развод? Хорошо, получит. Все равно вскоре придет и попросит прощения." — пыталась убедить себя и оправдать свою гордость Ирина. Молча вышла на кухню, сев напротив. Кофе явно остыл, да и желания к нему притрагиваться не было, когда голову начала донимать надоедливая боль. Охватив руками волосы, услышала как супруг встал и направился к выходу. Спустя несколько минут послышался стук закрывающейся двери, заставивший заведующую отделением экстренной хирургии вздрогнуть. — Завтра в 12 возле ЗАГСа встретимся, потом на работу поедешь, отделению нужен челюстно-лицевой. — зашла перед сном, задержавшись в дверном проеме. Все же надеялась, что остановит ее, что они поговорят, но все надежды с треском разлетелись, когда молча кивнул. Никто из них этой ночью не уснет, метаясь мыслями в затворках воспоминаний, когда они были так счастливы. Прикрыв глаза уже утром, истерзанный ночными размышлениями Геннадий увидел перед собой тот самый день, когда они, давая клятвы "навсегда" и "навечно", светились от счастья из-за наконец сбывшегося замужества. Как он, трепетно целуя ее щеку, завороженно смотрел в ее изумрудные, блестящие глаза, как она нежно проводила своими мягкими ладонями по его щекам, не желая отпускать мужчину ни на минуту. Но каждое "навсегда" когда-то может закончиться, а "навечно" — изжить свой век. Но не сейчас. Нет, он не готов сейчас прощаться с этой женщиной, повторять свою давнюю ошибку, которая привела к долгой разлуке. Подскочив и наспех одевшись, выскочил на кухню. Грязная миниатюрная чашечка, расположившаяся около раковины, говорила о том, что Ирина уже ушла. Странно, что так рано, но сейчас главное — все исправить. На часах 10, а мужчина уже стоит около входной двери. Если у нее не хватило смелости все исправить, то он исправит. Больше никогда не отпустит и никогда не заставит нервничать и изводить себя гнетущими мыслями, касающихся его. Но судьба не всегда позволяет выполнить данные обещания... Быстро прыгнув в приехавшее такси, наблюдал за меняющимися домами за окном автомобиля. Глаза наблюдали, но мысли до сих пор были далеко, находясь в том дне, когда они вновь увиделись спустя столько лет. До сих пор помнит ее глаза, наполненные обидой за его давний поступок, ее попытки как-то подколоть его, напомнить обо всем, что было, о том, как он однажды проступился. Но судьба дала ему шанс: она его простила, позволила вновь быть рядом, согласилась на его предложение стать Кривицкой, спасла от грядущей смерти, отвоевав новое сердце для мужчины. А он в благодарность полюбил, искренне прикипел к ней душой. Поток уже путающихся воспоминаний прервал визг колес автомобиля, чей водитель резко ударил по тормозам.