Тяни! Ты всё равно меня не вытянешь.

– И что это было, Мишенька? – Тон Андрея явно был издевательским. И только ему самому было понятно, какой будто родительский испуг за Горшка он пытается скрыть. – Да ниче не было, Князь. – Миша наконец застегнул самую верхнюю, последнюю пуговицу и подошёл к окну, дабы фальшиво безмятежно вдохнуть сигаретного дымку. – Ты это, домой иди. – Домой? Ты чё, издеваешься, бля? – Князев вплотную подошёл к другу, буквально чуть-ли не дыша ему в ухо, но по большому счету он уже кричал. – Твоя мобила меня набирает, беру трубку и слышу, как ты с Анфисой чпокаешься. Миша даже не смотрит. Всё также локтями на подоконнике, курит да поглядывает на клюющих асфальт голубей. Но на его виске набухла вена, а лицо слегка покраснело. – С репетиции бегу, придурка спасать, – Князь не выдержал и грубо ткнул в плечо Горшенева, дабы тот наконец повернулся к нему лицом. – Думаешь, Я не понимаю, бля, что вы не только трахаться будете?! – А кто тебя вообще приходить просил, а? – У Миши тоже прорвало, что было даже ожидаемо, учитывая его эмоциональность и одну четвертую от его среднестатистической дозы. Не вставляет, но точно бодрит. – Кто меня спасать просил, Князь? Я, что-ли, Князь? – Горшок с силой толкнул друга в грудь, что тот аж отлетел. – В смысле, никто не просил? Ты сколько принял, что так гонишь? – Может, драться сейчас было не лучшей затеей, но у Князя пелена на глазах. Он, не отставая толкнул Миху в ответ, да настолько приложив, что придурок упал. – Я не хочу, чтобы ты коньки откинул, чтобы то что мы, – Андрей сначала ткнул пальцем в направлении Горшка, а потом ткнул им себе в грудь. – мы с тобой создавали в лету кануло, что за тупые вопросы, Мих?! Через пару секунд Миша уже твердо стоял на ногах и с расширенными глазами смотрел на орущего Князева, явно не считая себя виноватым. – Да ты сам меня уже второй день избегаешь, что за лицемерие то вообще? Ты понимаешь, да, что ты меня одного оставил? В глазах Князя явно просвечивалось непонимание, о чём вообще Горшенев говорит, и заметив это он замялся. – Ну, одного с мыслями, ты понимаешь, об этом..Ну короче! – Горшок недовольно, резко сел на кровать, опустил взгляд и нервно задёргал ногой. – Тебе не кажется, что типично это всё? – Что всё, Горшок? Ты под кайфом, что-ли? – Князь подошёл тяжёлыми шагами и встал рядом. – Да ну нет, Княже! Я об этом всём. – Миха махнул рукой, охватывая комнату, лишь на секунду смотря в глаза Андрею. – Сюжет какой-то..Такой. Наркоман вставиться хочет, а прибегает его друг, дверь выламывает, – Горшок слегка усмехается. – ну и спасает, короче. – Ну мы то не в книжке, Мих. – Князев садится рядом, подминая под себя простынь и остывая.– Ты реально чуть не "вставился." – Я, вообще обсудить хотел..Ты избегаешь меня? – Очень неожиданная смена разговора. – Мы с тобой, ведь, как в Санкт-Петербурге всё время вместе бухаем, ржём. – На секунду Горшок замолчал, а потом резво дернулся от своих же слов. – Да мы всегда вместе ржём, сейчас то что не так, емаё?! Я то что сделал? – Он пронзительно посмотрел Князю в глаза. Сам не зная почему, но сердце Андрея забилось чаще. Да хер кого обманешь, знает он всё. Казалось, неделя врознь поможет всему чуть лучше стать на места. Поможет не думать о том, что он, вообще-то, чуть не засосался с лучшим другом, что он вообще хотел это сделать в то мгновение. Просто сделали бы вид, что ничего не было, а сейчас Горшенев только драму разводит. – Мих, тебе сколько лет вообще? – Всё ещё из последних сил пытается говорить Андрей, когда горячее дыхание еле обдает его лицо. Когда это лицо приближается, а взгляду даже упасть некуда, метается в панике. – Я тебе мамка, что-ли, или папка за ручку во..– Бля, да вот и что делать? его дыхание начинает выдавать настроение, становясь сбивчивым. А лицо Горшка совсем близко, они буквально смотрят друг другу в глаза. – ..Водить? А в зрачках Михи так и читается лёгкая нетерпеливость и тревожность. Будто у Андрея не тоже самое. Ещё пару секунд, и Князь кладет свою ладонь на спину Горшенева, резко притягивая и совершенно неумело, слишком сильно прижимаясь губами к другим. Лишь секунду они пробыли в таком положении. Князева резко бьют по плечу ладонью, после чего отталкивают. У Горшенева слов вообще нет. А они должны быть? Будто и ожидал этого, а будто и нет. Растрёпанный, запыхавшийся, с распахнутыми веками ошеломленно и лишь слегка жадно смотрит на такого же обомлевшего друга напротив. – Да ты чё, блин.. – Не притворяйся, что не думал постоянно, как мы чуть не поцеловались пару дней назад. – Андрей посмотрел куда-то вдаль и вытер мокрые губы тыльной стороной ладони. –..Я вот думал. Молчание повисло, да такое..Ожидающее осознания, никак по другому не описать. Ожидающее нужных слов. – Нравишься ты мне, Княже. – Давно? – Андрей шмыгнул носом. – Не знаю, я и не заметил. – Тот от неловкости разговора почесал затылок. – Мне как-то.. Всё равно было, понимаешь, да? И так с тобой хорошо, мы ведь с полуслова друг друг, как его.. – Понимаем. – Да вот именно, емае! О чём и говорю, Дюш. – Горшок встал с кровати, прямо напротив сидящего Андрея. Всё также нервничает, ногой по полу постукивает. – Мы ведь..Родственные души с тобой. А это главное, получается, а не романтика какая-то. Князь тоже встал, от чего Горшеневу пришлось слегка отступить назад. На лице Андрея была беззаботная ухмылка, а руки его были в карманах. Своими медленными шагами он заставлял друга отходить всё дальше. – Да знаешь, Мих, я и не против романтики.