Рассвет

      Лежу на спине и, практически не моргая, смотрю в потолок. Мысли в голове никак не могут угомониться, кажется, с каждой секундой их количество только возрастает в геометрической прогрессии.       Завтра нам обещали дать отвар, который поможет забыть о тяге к Земле, и я жду не дождусь этого момента. Хочу перестать так много размышлять о том, как тяжело приходится папе. И как, вероятно, страдают мои друзья. Меня мучают угрызения совести, хоть я и не виновата в произошедшем. Ощущаю тяжёлый груз, давящий на мои плечи и не дающий вдохнуть полной грудью. Именно это не даёт мне покоя, и завтра наконец это должно прекратиться.       Слушаю мирное посапывание соседки, которая уснула, как только её голова коснулась подушки. Несколько раз закрываю глаза в надежде отпустить все мысли и уснуть, но снова и снова открываю их, переворачиваюсь на другой бок, затем обратно. Ничего не помогает.       Пару раз также прокручиваю в воспоминаниях диалог с Ади и Сэми; размышляю, как и чем будет пахнуть моя энергия, когда я определюсь со стороной и стану ангелом или демоном. Фруктовый, ягодный или древесный? Приторно-сладкий или кисловатый? Насыщенный или едва различимый?       Думаю о разговоре с Энди и о том, почему я здесь оказалась? Мне показалось, что он очень хороший человек, несмотря на тёмное прошлое. Оно не определяет нас, ведь все мы совершаем ошибки. Наверное, именно поэтому судьба дала ему второй шанс.       Внезапно промелькает мысль о маме: где она сейчас? А если она тоже после смерти попала сюда? В таком случае, может, у меня даже получится увидеть её.       Завтра меня ожидает второй учебный день. Не представляю, к чему стоит готовиться, и это напрягает. С ног до головы закутываюсь в тёплое меховое одеяло. Так делаешь в детстве, когда прячешься от невидимых монстров. Вот и я спрячусь.       Спустя время мне всё же удаётся заснуть.       Мне снится берег моря и как я встречаю рассвет, но на этот раз вместе с папой. Он стоит рядом, крепко обнимая меня, и я слышу тихие всхлипывания, которые он всеми силами старается подавить. Шепчет: «Я люблю тебя, дочка. Почему ты меня оставила? Мне плохо без тебя». Хочу тут же ответить ему, что не хотела этого, что безумно скучаю, но из моих уст вырывается только протяжное мычание. Чувствую, как на глаза наворачиваются непрошеные слёзы и всё, что я могу сделать — это сильнее прижать отца к себе.       Он отстраняется. Выражение его лица быстро меняется, и я вижу в его взгляде жёсткость, которая раньше не была ему присуща.       — Ты оставила меня одного. — отчеканивает, недовольно хмуря брови. — И теперь мы больше никогда не увидимся.       Хочу закричать, что я не виновата, и если бы мне дали выбор, я бы ни в коем случае не выбрала попасть сюда и не оставила бы его. Если бы я знала о том, что произойдёт, то сделала бы всё возможное, лишь бы избежать такого исхода.       Он уходит, а я всё ещё не могу издать ни звука. Беспомощно машу руками и топаю ногой от безысходности. Плачу, и со временем плач переходит в истерику. Из глаз ручьём текут горячие слёзы, омывая щёки. Из-за мутной пелены я не вижу ничего, кроме его отдаляющегося силуэта.       — Эй, проснись! — Мими обеспокоено теребит меня за плечи, приподнимая корпус.       Я резко распахиваю глаза и сажусь на кровать. Пялюсь несколько секунд на соседку, осознавая, что это был просто сон. Провожу тыльной стороной ладони по нижнему веку и смахиваю слёзы с ресниц.       — Ты кричала во сне. Что-то приснилось?       Не хочу таким делиться, поэтому просто машу рукой, а-ля: «Неважно». И дело не в том, что я ей не доверяю, просто нет желания лишний раз вспоминать такое и тем более делиться. Дьяволица не настаивает, за что я ей очень благодарна, и возвращается на свою постель.        Я совсем не выспалась. Веки слипаются, будто налиты свинцом. Роняю лицо в ладошки, собирая всю волю в кулак, чтобы встать и прожить этот день.       После сна меня не отпускает дикое чувство вины. Я знаю, что папа никогда бы не сказал ничего подобного и навряд ли так думает обо мне, но сейчас кажется, что это правда. Мне стыдно перед ним, пусть я и ни в чём не провинилась.       Наспех собираюсь, не затрачивая особо времени на причёску и макияж; надеваю тот же наряд, что и вчера. Сон настолько выбил меня из колеи, что нет никакого желания беспокоиться о внешнем виде. Жду Мими, и мы отправляемся на занятие.       Лекция проходит в том же кабинете, и я сажусь за ту же самую парту. В этот раз мы пришли заранее, и учеников в классе немного. Однако по бокам от нас стоят в ряд несколько ангелов и демонов.       — Доброе утро. — приветствует нас Геральд. — Сегодня Вам, Непризнанные, предстоит первый спуск на Землю.       О Господи.       Вернее, о Шепфа.       Преподаватель не замечает удивлённые вздохи и продолжает рассказывать.       — К каждому будет приставлен личный куратор. Ангел либо демон. — ведёт рукой, обращая наше внимание на них, стоящих сбоку и позади от нас. — Вы вместе отправитесь на Землю, где у ваших наставников будут определённые задания. Ваше задание — понаблюдать за ними и понять, как мы действуем в различных ситуациях и как влияем на судьбы людей.       Успокаиваюсь. Вроде ничего сложного нет. Мысленно молюсь, чтобы моим куратором назначили Мими, так мне было бы гораздо комфортнее. Словно прочитав мои мысли, Геральд начинает озвучивать пары, также называя сторону нашего наставника. Внезапно слышу своё имя, и сердце пропускает гулкий удар.       — Вики Уокер, Дино — ангел.       Дино?       Хмурю брови, сводя их к переносице, и принимаюсь искать глазами того самого Дино-ангела. И замечаю его. Он стоит сзади и, как только ловит на себе мой взгляд, тепло улыбается. Почему-то я не могу сдержаться и слабо улыбаюсь ему в ответ. Ещё больше успокаиваюсь.       Преподаватель заканчивает называть пары и приглашает всех к водовороту, которым все так сильно интересовались вчера. Во мне самой просыпается жуткое любопытство, и я вместе со всеми с взявшимся из ниоткуда энтузиазмом ухожу из класса.       Заворачиваем за школу и подходим к саду. Невольно улыбаюсь первым воспоминаниям отсюда и тут же замечаю идущего недалеко Энди. Он похоже думает о том же, поскольку тоже смотрит на меня. Встаём около обрыва, и передо мной разворачивается тот самый водоворот. Формирует гигантскую воронку голубого, местами синего и белого цветов.       Не успеваю опомниться, как первая пара из девушки-латиноамериканки и Ади прыгает вниз. Вскрикиваю и зажимаю рот рукой, испугавшись собственного крика. Несколько Непризнанных оборачиваются на меня, но я избегаю их взгляда. Чувствую, как на моё плечо мягко приземляется чья-то ладонь.       — Готова?       Оборачиваюсь на мягкий бархатистый голос. За мной стоит Дино, и мне удаётся спешно рассмотреть его вблизи. Лёгкая щетина на подбородке, голубые бездонные глаза цвета озера, глубокая ямочка на щёчке, которая проявляется, когда его губы трогает ободряющая улыбка, направленная в мой адрес. Меня сразу окутывает комфорт и спокойствие от его прикосновения.       Слышу следом запах его энергии. Смесь морских бризов и мускатного ореха. Аромат, сочетающий в себе нежные нотки и те, что принято называть «мужскими».       — Нет, — честно признаюсь я, встречаясь с его взглядом; в нём проскальзывает искра сочувствия.       — Доверься мне, всё будет хорошо, — шепчет на ухо и бережно кладёт мою ладонь в свою. Он сжимает её, и я сжимаю в ответ.              Дино спрыгивает вниз, не давая мне шанса сообразить, что произошло. Я срываюсь за ним и кричу. Я кричу так громко, что крик чуть не оглушает меня. Ужас облепляет меня. Резкий ветер, бьющий в лицо, не даёт вдохнуть, и я начинаю жадно хватать ртом воздух. Всё это время чувствую крепкую мужскую ладонь в своей руке и еле уговариваю себя успокоиться. Дино внушает доверие, поэтому лучше я просто слепо доверюсь ему.       Спустя минуту страх слегка отступает. Я привыкаю к резкому снижению. Замечаю, что ангел активно машет крыльями, замедляя ход, и почему-то эта мелочь согревает душу.        Я вижу под ногами асфальт и сильно зажмуриваюсь, готовясь к болезненному падению. Но этого не происходит. Перед приземлением скорость значительно уменьшается и я мягко опускаюсь на землю. Оглядываюсь на Дино. Он приводит в порядок крылья, разглаживает ладонью перья после полёта.       — Спасибо.       Первые две секунды он смотрит на меня непонятливым взглядом, а затем, кажется, догадывается, почему я его благодарю. Кивает, будто говоря: «Всегда пожалуйста». Почему-то я уверена, что если бы он ответил вслух, была бы произнесена именно эта фраза.       И только сейчас я понимаю, где мы приземлились. Мы стоим возле детской площадки, на которую меня привёл отец в четыре года, и я, скатываясь тогда с горки, поранила колено. Оно потом долго заживала, а я строго и со всей серьёзностью заявляла, что больше в жизни туда не сунусь.       Вот и сунулась, пусть и не по своей воле.       — Какое у тебя задание? — спрашиваю, быстро переключаясь на то, зачем мы сюда прилетели.       Дино чуть прищуривается и начинает активно высматривать кого-то. Интуитивно я смотрю туда же, куда он. На площадке полно маленьких детей: кто-то катается с горки, кто-то на качелях, кто-то играет в догонялки.       — Вот, смотри. — ангел указывает рукой на женщину, сидящую на самой дальней от нас скамейке. — Она сейчас стоит перед очень сложным жизненным выбором. От него будет зависеть не только её судьба, но и судьба невинной души. — мгновенно смекаю, что речь идёт про ребёнка.       Он мнётся, будто не знает, как правильно подать мне информацию, и тщательно отбирает нужные слова.       — Полгода назад она узнала, что беременна. Но пару дней назад ей сказали, что у ребёнка будут сильные задержки в развитии. — громко сглатывает. — И теперь она стоит перед выбором: оставить его или сделать аборт.       Теперь подмечаю детали, которые не увидела вначале.       Женщина сидит на самом краю скамейки, отодвинувшись от остальных мамочек. Лицо практически бурое от слёз. Она таким завистливым взглядом смотрит на здоровых детей и их счастливых матерей, которые активно обсуждают различные приятные мелочи материнства. Мне становится так жаль её.       Даже боюсь себе представить, что она чувствует. В горле образуется твёрдый ком, и я не могу его сглотнуть. Мысленно благодарю всех, кого только можно, что не мне дали такое задание. Думаю, я бы с ним не справилась. По крайней мере, на первый раз.       — Как ты уже наверняка догадалась, моя задача как ангела: убедить её оставить ребёнка.       Кривлю губы, потому что в корне не согласна с ним. То, что вершить судьбу бедной женщины мне не придётся, придаёт уверенности, и я начинаю вести диалог с самой собой в голове.       Я всегда придерживалась мнения, что такая жизнь — фактически не жизнь. Этот человек изначально обречён на вечные страдания. Он не сможет учиться, не сможет работать, заводить друзей. Он будет всю жизнь привязан к родителям, а когда их не станет? Как ему дальше жить? Если ты знаешь заранее, что подобное произойдёт, лучше не портить жизнь ни себе, ни будущему малышу.       Но вслух я свои мысли не озвучиваю и киваю без каких-либо эмоций.       — А как люди не увидят твоих крыльев и… — запинаюсь, на секунду задумываясь над верной формулировкой. — Нестандартной для обычного человека внешности.       Ангел ухмыляется.       — Когда мы спускаемся на Землю, то принимаем облик совершенно другого человека. — поясняет, доставая из кармана серых брюк маленькое зеркальце. — Гляди.       Дино направляет его на себя, и я действительно вижу в нём другого человека, абсолютно не похожего на ангела. Этот мужчина — брюнет с глазами цвета самого яркого сапфира, на вид ему меньше тридцати.       Становится любопытно, как выгляжу я, поэтому забираю из рук Дино зеркальце и смотрю на себя в отражение. Оттуда на меня с интересом глазеет сероглазая девушка с татуировкой на щеке — маленьким сердечком. Ярко-розовые волосы стянуты в тугой высокий хвост. Несколько раз на нас удивлённо оборачиваются прохожие, видимо, со стороны мы выглядим весьма неординарной парочкой.       — Почему нам дали именно такие образы? — спрашиваю, закрывая зеркало и отдавая его обратно владельцу.       — Не знаю, всегда по-разному выпадает. — поясняет, а я решаю задать ещё один с чего-то заинтересовавший меня вопрос.       — А зачем ты носишь с собой зеркало?       — Именно для таких случаев. — лукаво глядит на меня. — Чтобы узнать, как ты выглядишь.       Какой подготовленный.       Дино напоминает, что у нас не так много времени и пора бы приступить к самому заданию. Согласно киваю. Облизываю пересохшие от ветра губы и встаю неподалёку от той самой скамейки, где сидит женщина и куда сейчас подойдёт ангел. Загадочно смотрю по сторонам, не зная, чем себя занять, чтобы не выглядеть чересчур странно или даже подозрительно. В итоге принимаю решение делать вид, что высматриваю кого-то вдалеке. Типо кого-то жду.       Мой куратор не заставляет себя долго ждать. Уже через минуту я слышу его голос и наблюдаю, как он ненавязчиво подсаживается к женщине, сохраняя приличную дистанцию.       — Извините, у вас всё хорошо?       Она мычит что-то неразборчивое в ответ, явно демонстрируя своё нежелание с кем-либо разговаривать. Но Дино это не останавливает.       — Я, возможно, лезу не в своё дело, но может я могу помочь?       Заворожённо слежу за тем, как меняется мимика ангела, его голос и поведение. Он подобно актёру на сцене полноценно перевоплощается в своего персонажа. Я уверена, что она оттолкнёт его, нагрубит, но происходит обратное. Она всем корпусом разворачивается к Дино и смотрит на него полными надежды глазами. Обычно так смотрят на близкого человека в сложный период, ожидая от него дельного совета, чтобы незамедлительно применить его в своей жизни.       — Правда? — всхлипывает. Достаёт аккуратно сложенный носовой платочек из сумочки и затем сморкается в него. — Извините.       Ангел делает жест рукой, а-ля: «Ничего страшного». А я забываю о том, что следить за ними нужно осторожно, чтобы не вызывать лишних подозрений; внаглую пялюсь, поражаясь идеально отточенному навыку Дино так быстро располагать к себе незнакомых людей.       — У меня была подруга, и я помню, как она точно так же, как Вы, сидела на детской площадке и плакала, наблюдая за счастливыми детьми и их родителями. — женщина так искренне и внимательно вслушивается в каждое слово ангела, что у меня складывается впечатление, будто они знакомы очень давно, а не только что увидели друг друга. — Дело в том, что через полгода после того, как она узнала, что беременна, ей сказали, что ребёнок родится с отклонениями и задержкой в развитии.       По щекам женщины тут же, как по команде, льются длинные струйки слёз, которые она наспех вытирает тыльной стороной ладони, то и дело извиняясь перед ангелом за свою эмоциональность.       — Я, конечно, не знаю, что произошло конкретно с Вами, но…       — У меня то же самое, точь-в-точь! — выкрикивает, перебивая Дино. — У меня точно такая же ситуация!       После немного приходит в себя и спрашивает:       — Скажите, а Ваша подруга оставила ребёнка?       — Да. — твёрдо произносит ангел и вдобавок глубоко кивает. — И ни разу об этом не пожалела. — И вот тут, как я понимаю, и начинается то, зачем его сюда послали, поскольку дальше он говорит: — Любой человек достоин жизни, особенно, если это твой ребёнок. Нельзя отказываться от него из-за того, что он не такой, как все. Порой такие люди заслуживают жизни больше, чем остальные.       Может, в чём-то он и прав, но я в любом случае менять свою точку зрения не собираюсь.       — Вот мне мама тоже говорила, что нужно оставлять малыша, но до этого момента я не была уверена. — ненадолго замолкает, а затем неожиданно обнимает Дино. — Но благодаря Вам поняла, что точно оставлю. Вы абсолютно правы, спасибо!       Она ещё долго не выпускает его из объятий, и я хихикаю над этим, встречаясь с Дино взглядами. Женщина несколько раз повторяет, как благодарна ему и уходит. Вслед за ней встаёт ангел и направляется ко мне.       — У меня к тебе очень много вопросов. — посмеиваюсь и пару раз бросаю взгляд на спину уходящей женщины. — Во-первых, как? Во-вторых, как?       У меня не укладывается в голове факт того, что женщина, стоя перед, скорее всего, самым сложным выбором в своей жизни, так легко доверилась незнакомому молодому парню и быстро приняла решение, услышав историю его «подруги». Для меня это близко к невозможному, и я уже сомневаюсь в правдивости произошедшего.       Ангел отводит меня чуть поодаль и подробно объясняет, как это работает. Рассказывает, что умение втираться в доверие к незнакомым людям — это навык, присущий всем бессмертным. Они вершат судьбы, к ним всегда прислушиваются. Люди делают это по большей части неосознанно. Их подсознание на автомате выдаёт что-то вроде: «Ему или ей точно можно доверять». Разум человека затуманивается, и им становится легко манипулировать и направлять в ту сторону, в которую тебе нужно.       — Я тоже так смогу?       — Конечно. Если будешь много тренироваться, то вполне сможешь делать это также ловко, как рождённые бессмертные.       Пугаюсь такой большой ответственности. Меня с ног до макушки головы пробирает дрожь от осознания, что я буду принимать за людей, одной из которых я была совсем недавно, важные в их жизнях решения. Кажется, что я не имею на это право, но с другой стороны, если бы это было так, я бы не попала сюда.       Задание выполнено, и можно возвращаться, но я не хочу. Мне хочется ещё немного побыть на Земле, погулять здесь, сходить к отцу. В пазухах носа щиплет, и я поджимаю губы. Дино видит это и никак не комментирует. С диким сожалением наблюдает за моими душевными терзаниями.       — Зачем нас отправили сюда, если отвар дадут только вечером? — апатично, вполголоса отзываюсь, скрещивая руки на груди.       — Чтобы проверить вас на устойчивость и силу духа. — выдавливает недовольным голосом, копируя мой жест. — Мне это тоже не нравится, это выглядит как издевательство над вами, но учителя, видать, другого мнения.       Ангел обеспокоено следит за временем и позже сообщает, что нам пора отправляться назад. Громко вздыхаю. Дино старается игнорировать это, но всё же не сдерживает парочку сдавленных смешков. Легонько бью его за это по плечу. Он поднимает ладони вверх, якобы: «Всё-всё, молчу».       Когда летим обратно, я уже не ощущаю такой сильной тревоги, какая была, когда мы спускались. Ангел позволяет себе расслабиться и в буквальном смысле ложится спиной на воздух, запрокидывая руки за голову. Но я решаю пока не экспериментировать с подобными фокусами в полёте, хотя какая-то часть старательно уговаривает меня сделать так же.       Приземляемся мягко. На всякий случай мой куратор спрашивает, всё ли у меня хорошо, и я отвечаю, что да.       К комнатам идём в тишине. Обычно паузы в разговорах мне казались до ужаса неловкими, и я тщательно старалась их избегать. Но сейчас мне не хочется искать тему для обсуждения или задавать какие-нибудь вопросы ангелу. Ловлю себя на мысли, что не помню, с кем в последний раз мне было так комфортно, как с Дино. Он обладает какой-то невероятно тёплой энергетикой и харизмой. С ним чувствуешь себя «как дома». Уютно, спокойно, словно нет никаких забот.       — Дино, спасибо тебе большое за всё.       Не перечисляю за что конкретно, так как иду очень уставшая и совершенно без сил. Но не поблагодарить ангела я не могу.       — Не за что. — он одаривает меня самой обворожительной улыбкой из своего арсенала. — Если что, обращайся, я всегда готов помочь.       Дино сворачивает за ближайший угол и направляется в сторону библиотеки, а я поворачиваю в сторону сада. По пути встречаю многих Непризнанных, вернувшихся с задания, и с жалостью отмечаю, что у каждого на лице застыла невообразимая грусть и тоска по дому. Кто-то безучастно рассматривает остальных, у кого-то и вовсе красные глаза с полопавшимися капиллярами.       Дино прав. Это издевательство над нами.       Захожу в сам сад и слышу знакомые голоса; отчётливо распознаю голос Мими, Ади и Сэми. Ребята о чём-то непринуждённо болтают, раскинувшись на небольшой полянке. Дьяволица сидит, скрестив ноги, а голова Сэми лежит на ногах у Ади. Тот с трепетом перебирает каждую прядь парня, периодически наклоняясь, чтобы оставить невесомый поцелуй на его лбу.       Компания мне не помешает, ведь надо бы отвлечься от грустных мыслей. Рассудив, что это вполне логично, я плюхаюсь рядом с ними, здороваясь с каждым по имени. Они радостно приветствуют меня, а Ади в привычной манере произносит:       — Надо же. — специально растягивает гласные в словах. — Кто к нам пришёл.       В этот раз уже не реагирую на его издевательские реплики. Друзья, если я могу их так называть, расспрашивают меня, как прошло занятие, кто был моим куратором и была ли я согласна с его решением. В подробностях пересказываю им каждую деталь нашего путешествия, в процессе активно жестикулирую.       Когда я высказываю своё несогласие с принятым ангелом решением, ребята многозначительно переглядываются между собой, но я не обращаю на это особого внимания. Мне требуется хоть с кем-то поделиться всеми своими эмоциями. Компания же слушала, не перебивая, а Сэми вообще поднялся и придвинулся ближе, чтобы всё услышать.       Они сами были кураторами у разных Непризнанных, и Сэми стало до жути интересно, как Дино — такой же ангел, как и он — справился с заданием. Мне становится так приятно, что меня слушают, что Ади не встревает в монолог с остроумными подколами, что настроение поднимается до небес. Причём, в прямом смысле этого слова.       — Кстати. — как бы между прочим вставляет Мими, когда возникает пауза. — Мы завтра планируем на вечеринку, пойдёшь с нами?       Не ожидавшая такого приглашения, колеблюсь и не знаю, что ответить. Вроде и неплохая идея, а вроде и мало ли что может там произойти. Я и на Земле-то обходила вечеринки стороной, боясь, что мне могут что-то подсыпать, изнасиловать или ещё чего похуже. И это на Земле, на которой я прожила всю сознательную и бессознательную жизнь и которую знала практически вдоль и поперёк. А здесь, в не изведанном пока для меня мире, такое предложение кажется ещё более пугающим.       — Соглашайся. — пихает меня локтём демон. — В этот раз даже Сэми туда идёт.       В итоге ведусь на уговоры ребят и соглашаюсь. Почему-то кажется, что рядом с ними не может случиться ничего страшного.       — Наша девочка. — одновременно произносят Ади и Мими с неподдельной гордостью.       Наша девочка.       Это звучит так просто и в то же время так красиво. В моём животе пролетает стая бабочек, а сердце увеличивает ритм. Нижние веки и щёки медленно приподнимаются, а уголки губ оттягиваются в стороны. Я не скрываю счастья, что меня приняли.       Теперь я своя.       Вечером по комнатам разносят отвар, и я воодушевлённо принимаю его из рук медсестры, подпрыгивая на месте от нетерпения. Мими с доброй усмешкой засматривается на меня, откладывая журнал. Ей похоже доставляет удовольствие созерцать, как Непризнанная радуется возможности забыть о душевных терзаниях, тянущих её обратно на Землю.       Сам флакончик крохотный; внутри переливается фиолетовая жидкость, по консистенции напоминающая мёд. Несколько раз кручу баночку, сама не знаю для чего. Открываю крышечку и машинально принюхиваюсь — никакого запаха не слышу. Не медлю и залпом выпиваю содержимое, морщась от того, как неприятно глотать вязкое вещество.       Закашливаюсь, подавляя резкие рвотные позывы. Дьяволица вовремя подлетает ко мне и протягивает стакан воды.       — Спасибо. — хрипя протягиваю, возвращая пустой стакан назад.       Заметно легчает. Будто только что огромный камень упал с души, только я ощущаю это почти физически. Сглатываю дополнительный раз и облегчённо выдыхаю. Действие отвара схоже с действием никотина или алкоголя. Ты помнишь о проблемах, но сейчас они кажутся такими неважными, что нет смысла мучать себя и ты просто забываешь. Только в отличие от никотина или алкоголя эффект не пройдёт через время, и от этого осознания я испытываю блаженство.