Рассвет

      В саду приятно пахнет свежестью. Обращаю взор на расположившийся за скромной беседкой водопад и восхищённо охаю. За свою недолгую жизнь на Земле мне так и не довелось увидеть ни один водопад, и я отпечатываю в памяти каждую его деталь. После чего перевожу взгляд правее и вижу горные склоны.       Удивляюсь столь необычному сочетанию пейзажей, поскольку вдалеке есть ещё и море. Не могу произнести ни слова, с минуту любуясь этой картиной. Набираю полные лёгкие воздуха, на секунду задерживаю дыхание и медленно выдыхаю.       Наслаждаюсь.       — Это поистине райское место. — почти без эмоций произносит Мими, но я отчётливо различаю в её голосе нотки обиды. Но мне так хорошо, что я не заостряю на этом внимание. — Ангелы постарались на славу.       Еле подавляю в себе желание снять обувь и пройтись босиком по траве. На миг забываю обо всём, что меня тревожит. О своей смерти, новом мире, предстоящих сложностях. Голова полностью освобождается от посторонних мыслей; я только и могу, что нежиться под солнечными лучами, подставляя под них лицо, и любоваться открывающимися видами.       Вот кто точно бы сейчас восхитился, так это моя мама. Она всегда безумно любила ездить на речки, озёра, моря или в горы. Папа рассказывал, как, когда они ещё только начали отношения, она затаскала его по лучшим смотровым площадкам нашего города. А после свадьбы каждые выходные просила его выезжать на пикник или ночёвку, прихватив с собой палатку.       После моего рождения данная традиция перестала соблюдаться. Мама всё говорила, что, когда я вырасту, мы обязательно возобновим её.       Жаль, что этому не суждено было сбыться.       Она не просто любила природу. Она черпала из неё вдохновение, перенося красоту пейзажей на холст. Могла часами изображать очередной закат или рассвет, сидя перед мольбертом. Практически всегда брала с собой в миниатюрную дамскую сумочку карандаш и блокнот, чтобы если что успеть запечатлеть очередной рисунок. Некоторые её картины украшали стены дома, а некоторые выставлялись на продажу.       В этом мы с ней были абсолютно непохожи. Я никогда не умела и не любила рисовать. Мне больше нравилось фотографировать. Да и особой страсти к природе я тоже не испытывала. Безусловно, мне нравилось встречать рассветы или провожать закаты, но вот мамино увлечение ездить каждые выходные загород мне было непонятно.       Папа тоже не особо разделял это, но так сильно любил маму, что готов был мчаться за ней на край света, лишь бы сделать её счастливой. Сколько себя помню, меня всегда это умиляло. В детстве я много фантазировала о том, что мой будущий муж будет именно таким.       В последующем отец так и не женился снова. Ни разу я не видела его уходящим на свидание или болтающим по телефону с девушкой. Он поставил крест на своей личной жизни, дав себе обещание никогда больше не вступать в отношения. Мамина фотография стояла у него на рабочем столе, а к её картинам он начал относиться с ещё большим трепетом, чем прежде. Снял объявление с сайтов о тех, что были выставлены тогда на продажу.       Он часто говорил мне, что я во многом похожа на неё. Искал между нами схожие черты как во внешности, так и в характере. Я всегда знала, что мы с ней полные противоположности, но никогда не высказывала своё мнение папе. Возможно, таким образом он старался найти утешение, поэтому я всегда соглашалась с ним. Не хотела переубеждать его, чтобы не расстраивать. Если ему так проще смириться с потерей, то я готова поддержать что угодно.       С головой окунувшись в воспоминания, я не заметила, как к нам с Мими подошли два незнакомых парня. Дьяволица радушно встречает их, поочерёдно обнимает каждого, и они делают то же в ответ. Вежливо улыбаюсь, не зная, как правильно познакомиться с ними, и стоит ли вообще первой открывать рот.       — Знакомьтесь, мальчики, это Вики. — представляет меня соседка. От радости и предвкушения угольные глаза заметно поблескивают на солнце.       Первым мне протягивает руку парень, в котором я сразу узнаю ангела — белые крылья и одежда, тёплый дружелюбный взгляд и нарочитая манерность.       Жму её. Тут же в ноздри ударяет необычный запах: смесь голубики и… воздуха после дождя. Настолько нестандартное сочетание, что я хмурюсь и почему-то рефлекторно отдёргиваю руку.       — Что это было? — с мольбой на разумный ответ смотрю на Мими. — Такой странный запах. — вдыхаю ещё раз и с досадой осознаю, что больше его не ощущаю. — Он только что был. — оправдываюсь жалобным голосом и боковым зрением замечаю ухмылку второго парня — чистокровного демона.       — Смесь голубики и воздуха после дождя? — спрашивает, в точности повторив моё мысленное сравнение. Видит мой удивлённый медленный кивок и продолжает: — Так пахнет энергия Сэми.       Хмурюсь ещё пуще, чем раньше. Это звучит настолько странно, что мне хочется скептически рассмеяться и попросить ответить серьёзно. Но они не шутят, и я знаю это.       Охренеть, у них энергия пахнет. Сколько ещё странных секретов мне откроются?       — Я Ади, кстати. — протягивает мне раскрытую ладонь, и я уже не так быстро, как в прошлый раз, протягиваю свою. Будто слыша мои сомнения, кивает, а-ля: «Да, мою энергию ты тоже почувствуешь». Борюсь с собой, пытаясь уложить эту мысль в голове, и отвечаю на жест.       И снова резкий запах, но разительно отличающийся от предыдущего. Здесь прослеживаются нотки древесины, личи и алкоголя.       — И чем же я пахну? — беззаботно интересуется демон, играя глазами.       — Древесина, личи. — уверенно начинаю перечислять я, и чуть менее бодрым голосом заканчиваю: — и алкоголь.       Мими с Ади тут же заливаются громким смехом; демон хватается за живот, облокачивается на своего ангельского друга, который слегка укоризненно глядит на товарищей, но тоже улыбается. Обиженно поджимаю губы и отвожу взгляд, не желая наблюдать за этим. Делаю вид, что меня не задела их реакция, хотя не могу понять, что их так развеселило.       — Его энергия не пахнет алкоголем, он сам сейчас пахнет алкоголем. — объясняет Сэми, игнорируя хохот друзей. За это ему прилетает возмущённый удар по плечу от Ади.       — Ну вот чё ты всё испортил? — демонстративно машет на него рукой. — Да ну тебя.       Я же с благодарностью смотрю на ангела, и он едва заметно подмигивает мне. Парни отходят в сторону, так, что мы не слышим о чём они разговаривают, и дьяволица обращается ко мне:       — Не обижайся, малышка, демоны любят подшучивать. На самом деле Ади хороший друг.       Что-то слабо в это верится.       Затаиваю небольшую обиду на него и тут же вижу то, от чего отвисает челюсть и резко распахиваются глаза. Демон кротко целует ангела в губы. Такой простой, но нисколько не дружеский жест. Я как рыба открываю и закрываю рот и бесцеремонно тычу в них пальцем в попытке узнать у Мими, что здесь, чёрт возьми, происходит? Напрочь забываю об обиде, застыв на месте от шока. Такого я никак не ожидала.       — Они…       — Встречаются. — не дожидаясь, пока я продолжу, подтверждает мои догадки дьяволица. С хищным интересом наблюдает за моим ошарашенным лицом. — Тебя это так удивляет?       Нет, ты что, вообще не удивляет.       С сарказмом комментирую про себя её глупый вопрос, но вслух не озвучиваю. Понимаю, что их надменное поведение и подшучивание надо мной начинает не на шутку раздражать, и кривлю губы.        Но что я удивляюсь? Мими права, они демоны. Самые настоящие демоны, для которых это норма.       Ловлю себя на мысли, что скорее всего выберу сторону ангела. Не хочу в будущем стать такой стервой.       Парни возвращаются; Сэми стыдливо избегает смотреть мне в глаза, а вот Ади напротив, внимательно изучает выражение моего лица. Изгибает бровь, будто он специально поцеловал ангела, чтобы застать меня врасплох и понаблюдать за реакцией, вдоволь насытившись моим шоком.       Вампир недоделанный.       Никак не реагирую, молча смотря куда-то вдаль и предпринимая многократные попытки абстрагироваться. Но, к моему дикому сожалению, ничего не выходит. Удручённо вздыхаю. Скрещиваю руки на груди; как мнимая защита от внешнего мира.       — Вы не боитесь так в открытую идти против правил? — через силу проговариваю, побаиваясь, что в меня прилетит ещё одна остроумная шутка.       — Они парни, малышка, никто им ничего не сделает. — нежно произносит Мими. — Да и попробуй этим двоим что-то запретить.       — Это точно. — поддакивает Ади, и в подтверждение своих слов по-свойски стискивает Сэми в объятиях.       Думаю о том, насколько же эта парочка необычна. Не могу вспомнить, чтобы когда-нибудь видела что-то похожее. Видимо, правы те, кто говорят, что противоположности притягиваются.       Решив меня больше не мучать, мальчики уходят в неизвестном направлении, а дьяволица предлагает прогуляться. Чувствую упадок сил после столь эмоциональной беседы, потому отказываюсь, ссылаясь на желание побыть одной. Она пожимает плечами, но не спорит: догоняет друзей и уходит с ними.       Факт того, что я наконец осталась в одиночестве, расслабляет меня. Снимаю туфли и касаюсь ступнями влажной травы, как и хотела недавно это сделать. Позволяю себе порелаксировать и отпустить все мысли. Сажусь, не боясь замарать платье, и закрываю глаза. Полная тишина вокруг умиротворяет, и я ощущаю непривычное для меня в последнее время спокойствие.       Бесконечно влюбляюсь в это ощущение; пёрышки крыльев подрагивают на ветру, и я, немного напрягая спину, расправляю их. Даю возможность тоже прочувствовать это. Когда меня никто не тревожит, когда на меня никто не смотрит. Когда я могу не напрягаться и полностью отдаться моменту.       — О, и ты тут. — прерывает мою идиллию чей-то голос. Нехотя оборачиваюсь и вижу Энди, стоящего за моей спиной. — Красивое место.       Он ловко приземляется рядом, а я тут же вспоминаю, что хотела подружиться с кем-то из Непризнанных, и считаю, что сейчас случай как нельзя кстати.       Внимательным взглядом пробегаюсь по нему. В этот раз замечаю гораздо больше деталей. Несмотря на доброту в глазах, которую я увидела ещё при первой встрече, они казались безжизненными. Мне вдруг стало любопытно, как он оказался здесь.       — Как ты умер? — вопрос вырывается сам собой, я даже не успеваю подумать, прежде чем задать его.       В тот же миг он с силой сжимает челюсти, а взгляд становится твёрдым и холодным, как сталь. Понимаю, что затронула болезненную тему. Но слова назад не вернёшь, поэтому просто ожидаю хоть какого-нибудь ответа.       — Это достаточно неприятная и стыдная для меня история. — с такой болью в голосе произносит эту фразу, что мне кажется, он не поведает мне эту тайну, но затем произносит: — Но так и быть, тебе расскажу.       Сажусь поудобнее. Скрещиваю ноги и облокачиваюсь сзади на руки, выпрямляя их в локтях.       — Я был популярным музыкантом. Хорошо пел, играл на гитаре, был востребован у девушек. Но мне показалось этого мало, и я скатился в наркотики. Один раз неверно рассчитал дозу и погиб. — Энди печально смотрит в сторону, избегая зрительного контакта со мной.       Стыдится.       Не знаю, что сказать и как на это реагировать. Видно, что ему нелегко говорить об этом. Я никогда раньше не сталкивалась с зависимыми людьми и не имела и малейшего представления о том, что стоит говорить в подобных ситуациях. Не решаюсь проявлять какие-либо физические методы поддержки, поскольку мы совершенно не знаем друг друга.       Поражаюсь такому незаметному на первый взгляд диссонансу: добрые глаза и настолько тёмное прошлое. Не берусь его осуждать, но и не спешу поддерживать. Терпеливо жду, когда он продолжит повествование.       — Что для тебя этот мир? — неожиданно интересуется он, а я вопросительно изгибаю брови, не улавливая сути вопроса.       — То есть?       — То и есть.       Очень содержательно. Спасибо.       — Ладно, может, тебе будет проще понять, если я начну. — поворачивает голову ко мне и признаётся: — Для меня этот мир как второй шанс. Хотя, если честно, я считаю, что не заслуживаю его. Я был ужасным человеком, творил ужасные вещи, и мне вдруг выпала такая возможность: начать жизнь заново. Я очень благодарен судьбе за это, но меня грызёт изнутри чувство, что я недостойный кандидат. А может наоборот, именно таким как я нужен второй шанс после смерти…       Переключается с ответа на рассуждения, и я ненадолго выпадаю из разговора, задумываясь об этом. Сам того не осознавая, он предоставил мне прекрасную почву для размышлений и осмысления того, зачем и почему я здесь? В голове рождаются один за одним вопросы, на которые я обещаю себе позже отыскать ответ. Что-что, а анализировать я всегда любила.       — Ну а ты? — вздрагиваю от неожиданности, но он, кажется, не замечает этого.       — Я не знаю. — пожимаю плечами и после короткой паузы неуверенно объясняю: — Не сказать, что я была плохим человеком, но и ангелом тоже меня назвать тяжело. Я жила обычной жизнью среднестатистической девушки. — ещё раз жму плечами. — Понятия не имею, зачем я сюда попала.       Энди ненавязчиво пододвигается ко мне и бережно обнимает за плечи. Я полной грудью вдыхаю слабый аромат его парфюма и полностью растворяюсь в этих объятиях.       Нам не требуются слова. Нам требуется такая необходимая в данный момент поддержка. Мы чувствуем себя лишними в этом новом мире. Здесь все друг друга знают, а мы — никого. Здесь все знают здешние правила, а мы — нет. Здесь все особенные, обладающие своей неповторимой энергией и невероятной силой, а у нас ничего нет. Здесь у всех прекрасные крылья, кричащие об их статусе и принадлежности к определённой стороне, а у нас — серые безжизненные крылышки, напоминающие о нашем положении (и не в позитивном ключе).       Я радуюсь, что нашла себе друга. Улыбаюсь в плечо Энди, и он отвечает лёгким похлопыванием по спине и, чуть сильнее прижав меня напоследок, отстраняется. Мне так был нужен единомышленник, который бы по-настоящему понял меня, и вот он тут, прямо передо мной.       Кто-то сзади зовёт парня. Он отсалютывает мне, а я в спешке благодарю его. И снова остаюсь в одиночестве. Неприятные мысли оставляют меня. Я уже не думаю об Ади и его дружке Сэми, не думаю о своей смерти.       Теперь я точно знаю, что не мне одной страшно. Не я одна стою на распутье и не понимаю, какое решение принять. Не я одна не могу осознать, куда я попала, а главное — почему и зачем? Это осознание успокаивает меня так, что я готова вскрикнуть от счастья.       Я не одна.