Среди твоих зеркал

      Сижу, смотрю на портрет первого команданте, выполненный так, чтобы с любого места казалось, что он в глаза смотрит. Ду-у-умаю. Точнее, прикидываюсь, что думаю — в конце концов, мне же не пятнадцать, чтобы мозги из головы вон лезли при виде ближайшей симпатичной мордочки…       — Белка! — возмущенно пыхтят мне в наушник. — Белка, да ответь ты уже!       Два раза стучу по коже под челюстью, искренне надеясь, что ларингофон поймает стук. В ухе сопят, бурчат, фыркают и всячески проявляют недовольство, а что я-то могу сделать? Как поймали, так и притащили в квиринальские каверны, где до сих пор все административные здания в пещерах находятся, как дань традиции. И связь тут работает странненько — может весь день ни звука не пропускать, а потом внезапно, как Фрея решит, что хватит с нас молчания, заработать на всю катушку.       Вокруг все такие взрослые, все такие умные-разумные, «вумные как вутки», как говорила маменька. Сидят. Смотрят то на меня, то на висящую в воздухе голограмму, где приятной внешности таузод в пятнадцатый раз рассказывает о том, что Конфедерация Свободных Миров предлагает заключить союз и принять нашу систему в свой состав, «безбозбездно, то есть дадом». А в качестве одного из подтверждений своих намерений высылает нам список своих довольно-таки высокопоставленных чиновников, которые были бы не против принять в семью мужа или жену с одной из планет Интара.       Сидят. Смотрят. Нет, я ведь не спорю с тем, что династический брак — это вполне себе понятное и разумное решение, и что без меня меня женили, и что наша с Конфедерацией культура разошлась лет этак шестьсот тому назад (а значит, мне точно будет как минимум не скучно), и что с мужем я познакомлюсь буквально через пару часов… Не спорю даже с тем, что мне могут не разрешить забрать с собой домашних животных — вдруг они переносят заболевания, которые мы умеем лечить, а конфедераты — нет?       Я, скорее, в упор не понимаю одной малю-ю-юсенькой детальки. При чем тут я?! Это все из-за того, что наш поток готовили на роль контактеров в случае обнаружения развитой жизни в этом квадранте? Или из-за того, что маменька, существо по жизни дивное, принесла в клювике эту замечательную идею Второй?       — Я наткнулся на Первого, он сказал, что корабль выйдет на базовую орбиту через полминуты, — когда прерываемое помехами сообщение все-таки заканчивается, на меня невозмутимейше переводит взгляд Эсбэ. От этого даже мурашки по коже бегут, если честно, и знаю я, что бояться его глупо, но видок у того жутковатый.       Голова идет кругом. Вынимаю небольшую темную сферу из уха, касаюсь ларингофона на шее трижды — «Отбой связи» — и устраиваюсь поудобнее.       Мягкое сияние телепортации на секунду перебивает освещение, специально синхронизированное с поверхностным, а затем затихает, заставляя меня мысленно биться головой о ближайшую стену.       Нет, я, конечно, не против династических браков, а при необходимости завести детей — и это тоже переживу, благо, искусственные матки давно уже делают всю неприятную часть работы организма за женщин. Я и полукровку-ребенка переживу, тем более что до тех пор, пока я гражданка Фреи, я имею право проводить генетические вмешательства для выживаемости эмбриона.       Но какой же гад подсунул мне под нос вместо обещанного таузода или сонна, с которыми я бы еще смогла ужиться нормально, это?!       — Долгих лет жизни и доброй памяти, — «это» поднимает руку в характерном приветственном жесте, и я, все еще удерживая нейтрально-дружелюбное лицо, повторяю движение. — Меня зовут Азиль Зиранна, я представляю системы Агни и Ремала.       Я взрослая. Я воспитанная. Я переживу брак с существом, которое проявляет эмоций меньше, чем любимая маменькина сковородка. В конце концов, я что, психованная малолетняя идиотка из всех этих девчачьих романчиков о том, как найти себе вместо мужа приключений на задницу и тюремный срок?..