Падение

Это был первый день весны — день, когда жизнь Цзян Чэна была разрушена. Войско Ланей вошло в город как победители: их воины громко воспевали гимн своей страны, а впереди, в сияющих доспехах, шествовали сам Император Лань и его брат, верхом на белоснежных конях. Их облики, ослепительно блестящие на солнце, казались небывалыми, как божества, несущее свет и силу. Но в дом Цзян Чэна они принесли лишь тьму. Жители города, прячущиеся в своих домах, шепотом следили за процессией из окон. Цзян Чэн мог лишь безвольно смотреть, как захватчики приближаются к его дворцу. Его мутный взгляд не мог оторваться от того белого пятна, что медленно надвигалось к нему, словно неумолимая буря, поглощая все на своем пути. В его народе белый — цвет траура и печали: люди носили его, когда теряли близких, когда горе омывало их, раня сердца. Народ Ланей с гордостью облачался в белый — для них он был цветом достоинства и чистоты, благородства и чести. Сегодня утром вся его семья покрылась в белый: их печальные и серьёзные лица словно клинком резали его нутро. Минуло семь дней с тех пор, как отец погиб. Семь дней с тех пор, как на голову наследника вознесли корону. Не успел окончиться их прежний траур, как был начат новый. Цзян Чэн не знал, скорбел ли он больше о своем отце или о короне, которую держал сейчас в руках, не имея права надеть. Гнев, страх, разочарование, тревога, вина — чувства съедали его заживо, и в тот миг, когда Император Лань остановился перед дворцом, Цзян понял: остались лишь двадцать ступеней до того, как все его мечты, надежды, счастье — то, чем он жил, навсегда исчезнет. Смех брата, звучавший в каждом углу; Нежные улыбки и ласковые объятия сестры; Мудрые наставления отца и суровый взгляд матери; Аромат лотосов и яркое солнце, никогда не покидающее Пристань; Обучения мастерству меча, учения наставников; Его наследие, его корона, его семья и дом. Все, что когда-либо было ему дорого, отныне не принадлежит ему. Ибо, опустившись перед ним на колени, он вручает ему свою жизнь. — Корона Ваша, мой император.