Первый поцелуй (и сразу на камеру)

— Я люблю тебя. Антон стоял на пороге квартиры Арсения. Слова, сказанные им, как только Арс распахнул дверь, повисли в воздухе. В молчании, которое последовало, не было неловкости, в глазах Арсения отражались прекрасные вспышки этого разорвавшегося фейерверка. Три слова сделали воздух между парнями почти осязаемым. Они не знали сколько стояли так, глядя друг на друга. Арс в растянутой футболке и домашних шантанах. Антон, который опирался одной рукой об дверной косяк, со спертым дыханием от бега вверх по лестнице и растрёпанными волосами. Так пылко ожидаемый ответ скрывался во взгляде хозяина квартиры: шок, быстро сменившийся осознанием, а затем нежностью и чувством настолько глубоким, что он не смог бы донести его, говори он хоть несколько часов. Уже успевший утонуть в этом взгляде Антон будто слышал внутренний монолог Арсения, в котором было сказано не меньше, а то и больше того, что успел выразить он сам. Вдруг парень с удивлением осознал, что монолог так и не был озвучен, Арсений не произнес ни слова. Антона резко выбросило в реальность и он с ужасом понял, что происходит. Он только что пришёл к Арсу домой и с порога заявил, что любит его. А тот молчал. — Проходи, — Арс подвинулся, освободив проход в квартиру. Тот медленно зашёл, не отводя от Арсения взгляда. Проходя мимо него, плечи Антона передернуло. Этот запах. Его запах. Свежесть вперемешку с чем-то сладким, ни один парфюм мира не смог бы сымитировать этот аромат. Дверь захлопнулась. В квартире Арсения пахло не менее приятно, освещение было тусклым, мебель антикварная, на ней ни пылинки. Стопки книг лежали прямо на полу, что добавляло уюта. — Спасибо, что хоть пригласил войти, — тихим голосом сказал Антон, опустив глаза вниз. Арс же смотрел на него пристально, изучающе. — Ну не дверь же мне перед твоим лицом захлопнуть, — спокойно ответил он. «Идиот. Идиот. Идиот. Ну зачем ты сюда приперся, ещё и стоял в дверях, ждал, думал, что он тоже скажет, что любит тебя.» — внутренний голос кричал на Антона изо всех сил. — По твоей реакции непонятно было, может вообще ударить меня мог. — прохрипел Антон. На лице Арсения не было ни эмоции, только слегка сжимались скулы. — Ну не надо обо мне так уж плохо думать, проходи на кухню, у меня коньяк есть. — спокойно сказал мужчина. Антон хотел разозлиться на безразличие Арсения, хотел накричать на него и выбежать из квартиры. Парень с вызовом посмотрел в знакомые голубые глаза и не смог выдавить из себя ни слова. Тяжело вздохнув, признавая своё поражение, Антон нарочито громко прошаркал на кухню. Усадив гостя за круглый стол из темного дерева, Арсений напускно засуетился и начал искать бокалы под коньяк и лёд. Кухня походила на логово вампира. Тяжёлые драпированные синие шторы были занавешены, по углам расставлены сухоцветы, а на стенах висели картины, написанные маслом. Люстра и вовсе отсутствовала, вместо неё тускло светили увешанные тканями лампы и пара свечей. Рассматривающий интерьер потухшим взглядом, Антон подумал: «интересно, он каждый вечер тут создаёт атмосферу подходящую под то, чтобы кто-то ворвался к нему в квартиру с признаниями в любви? Такой спокойный ещё. Это похоже часто происходит.... но от меня то нет, мог бы хоть изобразить заинтересованность ради вежливости.... какой же я идиот..». — Вот, держи, ты пока пей, я сейчас. На секунду отлучусь. Антон кивнул и залпом выпил бокал, не успел Арсений и переступить порог кухни. Дрожащей рукой, Арсений повернул круглую ручку ванной комнаты. Только заперев за собой дверь, он смог наконец дать волю эмоциям. Арс подошёл к зеркалу и запустил пальцы в волосы. «Идиот, идиот, идиот. Почему ты ничего ему не ответил? К тебе в квартиру само постучалось долгожданное счастье, все чего ты хотел, оставалось только ответить, ну или поцеловать его... поцеловать его, притянуть к себе и никогда не отпускать, и гори весь остальной мир огнём». Мысли Арса жгли и душили его, ненависть к себе распирала мужчину. Только спустя минуты, отдышавшись и выплеснув себе в лицо холодной воды тот смог немного совладать с собой. «Ну хорошо, допустим на себя тебе все равно, пусть все идут к черту, зато у тебя будет Антон. Но о нем ты подумал? Парень талантливый, пышет жизнью и энергией, у него столько проектов, всё он хочет попробовать, везде у него всё получается так легко... что с ним будет? Свою жизнь ты сможешь прожить в тени, на каком нибудь чердаке во Франции, будешь играть в местном театре, а у Антона ты все, что ему дорого заберёшь. Ты заберёшь у него будущее, карьеру, работу на телике, большинство друзей и фанатов. Да и насмешки ты сможешь выдержать, а смотреть на то, как ему будет плохо... ну может и тебе будет плохо конечно, в кино приглашений может больше и не быть никогда.... но плевать, плевать и на это. Ты свою минуту славы уже получил, больше, чем заслуживал, а вот у него ещё все впереди. Подумай ты хоть о ком-то кроме себя.... подумай о нем.» Антон уже успел сам налить себе третий бокал и выдавливал в него дольку лимона, когда слегка растрёпанный Арс вернулся на кухню. Хозяин квартиры сел на стул напротив, отпил из своего бокала и с ледяной уверенностью встретился с ожидающим взглядом Антона. — Я очень признателен тебе. Уверен, что тебе многого стоило вот так прийти и сказать мне это, я уважаю твою смелость. Признаться, мне очень польстило.... — Блять, Арс, заткнись, — грубо перебил его речь Антон. — ты либо по делу говори, без хуйни, либо я пошёл. — Хорошо, без хуйни так без хуйни, — просто согласился Арсений, — мы с тобой в коллективе, при чем очень успешном. Как ты думаешь отреагируют парни? Будет ли им комфортно продолжать с нами работать? Но это только полбеды, что насчёт наших зрителей? Как только нас с тобой заметят будет скандал, с тв попрут, и это если мы ещё легко отделаемся... сейчас времена такие... могут чего похуже... ну короче! Нам с тобой прохода не дадут, все будут только об этом и говорить, куда бы мы не пошли... — Нам? То есть... — глаза Антона горели, словно тот и не слышал, что говорит ему Арсений — то есть в твоей голове есть «мы»? «Как же сука он всё усложняет, я и так еле справляюсь» — мысленно простонал Арс. — Нет, Тош, — мягко ответил он, — я просто рисую тебе вероятные сценарии развития событий. Антон подскочил, отбросив стул. — Ты мне прямо скажи, есть у тебя чувства ко мне или нет?! Если все, что тебя останавливает это боязнь осуждения, то похер на всех! Главное, что мы... мы... Арс, если могут быть «мы», то ты прямо скажи... пожалуйста — уже умоляющие вопросил парень. — Я.... — голос Арсения сел, ненавидя себя, он продолжил врать, — Антон, мне карьера важнее. Парни не поймут, да и... Он не успел договорить. Антон швырнул бокал прямо в стену, едва не попав в портрет какого-то военноначальника 17 века. Не говоря ни слова, парень устремился к выходу и громко захлопнув за собой дверь, ушел. Вместе с Антоном ушел и воздух из легких Арсения. «Идиот, какой же я идиот».