От ненависти до любви

«Всякой твари по паре» — именно так звучал девиз международной ассоциации по поиску истинных, реклама которой светилась со всех стендов и баннеров столицы, в которой я жил уже три года, и за всё время так и не смог найти своего избранного альфу. Да, как бы ни было, грустно осознавать, что мне уже 29 лет, а я до сих пор девственник, как из тех самых тупых комедий про неудачников. Но даже несмотря на плохую личную жизнь, у меня была прекрасная работа в сфере журналистики и список выдающихся заслуг в этой области. Моя работа дала мне много возможностей и даже переезд из своего маленького городка под не очень привлекательным названием «Клака» в Гладросс — столицу шоу бизнеса. Но даже несмотря на нелюбовь к названию своего родного города, у меня связаны с ним очень тёплые воспоминания, и по родителям, которые остались там, я скучал, как полагается любящему старшему ребёнку. С моим переездом изменилось многое. Первое — мой младший брат-альфа занял мою бывшую комнату, а второе — моя любимая собака по кличке Мопа отошла в мир иной после моего уезда. Это сильно сказалось на мне, но я не мог долго горевать по умершему питомцу, так как реальная жизнь требовала от меня внимания. Так я начал поиски работы и прошёл больше двадцати собеседований в различные компании, которые занимались медиа и СМИ направленностью, но везде мне давали красный сигнал о том, что я слишком молод и у меня нет опыта в этой сфере, несмотря на то, что я имею полное образование. Хотелось, конечно, в те дни провалиться под землю или податься в роль ночной бабочки, которые были так востребованы в наше время, но не позволяли тупая гордость и мамины наставления: «Омега не должен заниматься сексуальным обслуживанием альф, омега должен управлять ими как марионетками», поэтому я сквозь слёзы и падения шёл прямо к своей цели. И, о чудо, на очередном, сорок пятом, как я насчитал, собеседовании ко мне наконец-то вернулась удача, и бета, который был во главе этой компании, счёл меня очень смышленным и деятельным омегой, которого с удовольствием будут слушать и смотреть люди, поэтому меня сделали одним из ведущих журналистов на криминальном канале, который я в детстве вместе с отцом очень любил смотреть. График моей работы тогда был не таким огромным как сейчас, и я участвовал не так активно, так как только влился в рабочий коллектив и сами съёмки. Но после того как начальник проверил статистику просмотров с моим участием, решил, что мой график нужно обновить, и тогда мне дали 8-часовую смену с утра до вечера. Все мои коллеги-омеги гордились мной и даже завидовали, а я, увлеченный работой, не обращал внимание на сплетни, которые плели за моей спиной. Спустя год работы на телевидение мне захотелось немного разнообразить свою жизнь, поэтому я взял отпуск и уехал в родной город к родителям и брату. Они были рады моему возвращению и устроили мне настоящую вечеринку, куда пришли все мои старые друзья со школы и колледжа, в котором я учился на журналиста. Все были ужасно счастливыми и, как я видел по их кольцам на пальцах, семейными. У друзей уже были мужья и дети, а я до сих пор одинокий, хоть тогда мне и было 26 лет, но я чувствовал, что мне не хватает чего-то. После окончания отпуска я вернулся в столицу и снова засел за работу. Дни тянулись то быстро, то медленно, я не замечал, как летело время, и к очередному Новому Году меня вновь осенило, что я одинок. Гуляя по праздничным улицам, которые жили своей жизнью и по которым брели счастливые парочки и семьи, я хотел плакать от грусти. Не найдя сил дальше идти, я решил зайти в первый попавшийся магазин. Им оказалась кондитерская, в которой пекли самые вкусные торты, и реклама которых появлялась каждый раз, когда я шёл по торговому центру. Купил себе небольшой торт, так как не очень любил сладкое, но настроение было паршивое и хотелось взбодрить самого себя. На такси доехал до дома и, уже будучи в холодной пустой квартире, дал волю чувствам. Рыдал я редко, но если это происходило, то длилось несколько часов, а то и сутки. Успокоился я ближе к двенадцати часам ночи и решил все же полакомиться сладостью, которую оставил на кухонном столе. Торт выглядел очень аппетитно и красиво, особенно мне нравилось, как клубника на нём выложена вдоль и поперёк. Я отрезал себе небольшой кусок и погрузил одну ложку со сладким лакомством в рот. Живот издал удовлетворенный звук, а я прикрыл глаза от сладко-приторного вкуса сливок и нежного сочного вкуса клубники, которые таяли во рту. Действительно — «еда богов», как говорилось в рекламе и описании этой кондитерской. Хотелось ещё и ещё... И так я съел почти весь торт за полчаса. После насыщенного ужина, а точнее, десерта, я быстро принял душ и лёг спать, ведь завтра меня ждал очередной рабочий день. Это утро не отличалось от прошлых ничем, ну если не считать того, что я чуть не опоздал на утреннее совещание. По пути меня привлекла новая реклама на баннерах и стендах. Было бы смешно, будь она про какое-то новое блюдо из знаменитого ресторана «Медуза», или про новое научное открытие, или связано с каким-нибудь лекарством для бессмертия, но нет. Это была реклама о поиске истинных. Международная ассоциация по поиску истинных, которая ярко светилась и привлекла моё внимание. И не только моё: многие с интересом обсуждали новую рекламу и, видимо, уже открыли официальный сайт, чтобы проверить его правдивость. Мне же было интересно, но время давало о себе знать и пришлось оторвать взгляд от экрана, чтобы не пропустить такси, которое меня должно было забрать. Уже будучи на рабочем месте, я дал себе выдохнуть и подумать о той самой рекламе, достал телефон и ввёл название ассоциации. Поиск тут же выдал мне официальный сайт, на котором чёрным по белому было написано: «Вам одиноко? Хотите найти человека, с которым будете чувствовать себя любимым? Тогда вы смело можете писать нам, и мы найдём вашу вторую половинку, будь вы кем угодно». Внизу я увидел кнопку «создать анкету» и внимательно прочитал её содержимое. От клиента требовалось всего-навсего вписать свои данные и приложить фотографию, поэтому я, ни капли не сомневаясь, сделал все как требовалось. После этого моя анкета успешно была отправлена, а через пару минут пришёл ответ. «Здравствуйте, уважаемый Перегрин Бланфулд. Мы рады, что вы согласились принять участие в поиске вашего истинного, и просим вас подождать пару дней, прежде чем вам придёт информация о вашей второй половинке. Как только информация станет доступна, вам придёт уведомление и мы пригласим вас к нам на встречу. От имени М. А. П. И.» Сердце забилось как бешеное от волнения, пока я читал сообщение, и облегчённо выдохнул, когда оно закончилось. Никогда так не нервничал, даже будучи на первом собеседование. Но теперь я был полон духа и сил, чтобы работать, ведь это помогло мне отвлечься от мыслей о будущем истинном, которого, как я чувствовал, скоро доведётся увидеть вживую. Через пару дней я получил новое сообщение, прямо во время съёмки программы, на которой меня попросили побыть вторым ведущим из-за того, что коллега заболела и не смогла приехать. Пока первый ведущий общался с «экспертами», я быстро проверил свой телефон, и моё сердце сделало кульбит, а руки сжали телефон мёртвой хваткой от прочитанного. – …послушаем мнение нашего уважаемого ведущего Перегрина. — я не слышал, о чем была суть разговора, но почувствовал на себе взгляды всех четырёх альф и зрителей за кадром. Они молча смотрели на меня и ждали ответа. Я опомнился и мило улыбнулся. — Разве омеги смыслят что-то в политике? — от моего вопроса губы альф дрогнули в улыбке, и они прыснули со смеху, поняв, что я их не слушал, поэтому Джонатан (ведущий-коллега) решил сменить внимание на другого, а я в очередной раз выдохнул и уловил взгляд из конца зала. Это был взгляд, который я никогда ранее не ощущал, и меня это напугало до дрожи в пальцах, но мне нужно было вести себя непоколебимо и равнодушно. Как только съёмки были окончены, Джонатан поинтересовался о моем самочувствии и предложил подвезти до дома на своём Mitsubishi, который он купил, как только у него появились дети. Да, Джонатан, как и многие в моем коллективе, был женат на прекрасном омеге, и у них несколько месяцев назад родился второй ребёнок, поэтому его муж настоял на покупке новой, более вместительной машины. Теперь Джонатан ездит на этом красавце каждый день и ловит на себе заинтересованные взгляды омег. Я был в их числе, но зная, что у альфы есть семья не пытался флиртовать или допускать себе что-то ещё. Мы были хорошими коллегами. Так как мой отказ был принят за невежество, альфа силком повёл меня к своему железном коню и открыл дверь, чтобы я сел внутрь. Противиться не было сил и желания, и я молча сделал, как хотел мужчина. Он сел на водительское место и кинул на меня взгляд, в зеркале пытаясь уловить на моем лице хоть что-то, но, видимо, не смог. Я слишком устал, и мои мысли были только о последнем сообщении, которое я получил во время съёмки. Даже сейчас мысли о нем вызывали дрожь в теле. — Я слышал, ты через неделю поедешь на съёмки в Престин. Довольно криминальный город, я бы туда никогда не поехал, а ты такой смелый, раз вызвался вести там последние съёмки «Тайного Экспрессо», — голос альфы звучал тихо и немного волнительно. Он что, обо мне переживает? — Я тоже боюсь туда ехать, но мы живём один раз. Когда ещё я смогу выбраться в такое опасное место как Престин? — мой голос заметно дрожал, то ли от холода, хоть в машине было тепло и работала печка, то ли от всё того же сообщения, которое было прочитано несколько часов назад. — Ты прав, я знаю, но все же так не хочется, чтобы ты уезжал. Была бы моя воля, поехал бы с тобой, да только Лука не сможет один без меня. — Лука, так звали мужа Джонатана, был довольно хорошим, но ужасно ревнивым омегой, и я его понимал. Будь этот альфа моим мужем, я бы тоже жутко ревновал его к другим омегам или даже к себе. — Нянька мне не нужна, я сам смогу о себе позаботиться, — улыбаюсь ему, ведь меня забавляет такая забота Джонатана обо мне. — Я бы на твоём месте не улыбался, зная, в какое ужасное место отправляюсь. Запомни, Перри, там нужно быть всегда настороже, хоть одно неверное действие, и тебя могут посадить за решётку, а то хуже – отправить в какой-нибудь бордель. — Знаешь, бордель кажется мне намного лучше, чем сидеть в темнице без еды и воды, — говорю я, не скрывая своего довольного тона, ведь проституция сейчас была очень популярна, особенно в таких городах как Престин. Там омеги были востребованы и их очень ценили, хоть и прав у них практически не было. Но я не знал, насколько развита у них дискриминация, потому что не был там никогда и знал об этом городе только из рассказов по телевизору и по книгам, которые мы читали на уроках истории. Этот город был тем самым местом, где законы действовали против тебя, и там правила мафия во всей её красе. Никто никогда не хотел там оказаться по своей воле. Туда отправляли только уголовников, преступников и непослушных граждан, но также туда ездили, чтобы снимать фильмы, ведь более мрачного места в мире не сыскать, и криминальные программы начали зарождаться именно с этого города. Города мёртвых ангелов, как его прозвали по телевизору. — Какой же ты упрямый, просто будь осторожен, я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось. — он обернулся ко мне через кресло, и его взгляд задержался на моём лице. Я обратил внимание на то, что он закусил свою нижнюю губу. Неужели он хочет меня поцеловать? Да ну, бред. — Хорошо, обещаю, что буду писать тебе отчёты каждое утро, — пытаюсь я разрядить интимную атмосферу, которая царит между мной и альфой. Он выдыхает, понимая, что я настолько глупый, чтобы не понять его намёков, или же понимает, что меня он не интересует как альфа совсем. «Это уже не важно», — мысленно говорю я сам себе, хотя сердце стучит от волнения: а если бы я дал волю своим чувствам? Он бы остановился или позволил себе опуститься до предательства собственного мужа со мной? Когда машина останавливается у высокого здания, в котором я живу уже несколько лет, альфа просит меня подойди к его окну, и я на автомате слушаюсь. Он даёт мне ручку со встроенным диктофоном и просит носить её всегда с собой на всякий случай, а потом, когда я теряю бдительность, наклоняет меня к себе и целует. Я ошарашенно смотрю на лицо альфы, не в силах отстраниться или возмутиться. Внизу я чувствую жар, который начинает расти, но не успеваю начать отвечать на поцелуй, как альфа разрывает прекрасный момент и улыбается, будто ничего не было. — До завтра, любимый коллега, — тянет он сладко последние слова, и я чувствую, как мои щеки краснеют, но сдерживаю себя и киваю ему в знак прощания. Машина трогается с места, оставляя меня с непонятными чувствами. Черт бы побрал этого альфу.