Клетка

Джон проснулся с очень странным чувством. Забытым, но узнанным сразу же. Он понял, что его голова лежит на коленях Шерлока, а чуткая рука сыщика медленно перебирает и гладит его волосы. Нежно и осторожно. Не пытаясь впиться ногтями и оторвать кусок кожи с мясом. Джон чуть задержал дыхание. Что происходит? Как это объяснить? Нет, блоггер и врач ни на минуту не подумал, что всё, наполнявшее его жизнь несколько ближайших месяцев, всего лишь кошмарный сон. Нет. Ватсон знал, что их свадьба с сыщиком была правдой. Как и случившийся во время их медового месяца зомби-апокалипсис. А как ещё назвать процесс, когда большая часть людей вокруг превратилась в ходячих мертвецов? Созданий без эмоций, без чувств, без памяти, желающих только одного — догнать, разорвать на части и сожрать? Или, если жертве удастся убежать, через укус превратить в себе подобного. Джон очень хорошо помнил, как эта судьба постигла его лучшего друга, его мужа, его любимого — Шерлока. Исключительно потому, что детектив спас от этого своего блоггера. Шерлок всегда и во всем ставил на первое место Джона. Но Джон тогда поступил так, что до сих пор мог гордится собой. Он не убежал, а сумел вырвать Холмса из лап зомби и даже дотащить его домой. Муж уже плохо двигался, но, видимо, ещё что-то соображал. Его невероятный интеллект долго сопротивлялся заражению. Они смогли добраться до квартиры, где Джон, заливаясь слезами и шепча клятвы любви, запер мужа в своей комнате, думая, что обязан спасти своего Холмса. Выйти на Майкрофта, тот наверняка уже озадачил лучших вирусологов страны, и занимается противоядием. Ватсон был полон решимости, но единственное что сумел сделать — добыть огромную клетку, в которую засадил Шерлока, и некоторое время заботится о нём, пока надежда на возвращение нормальной жизни таяла с каждым днём. Пока отчаяние не завладело Ватсоном полностью. Пока он не убедился, что никакие средства связи, даже экстренный номер, работающий через спутник, не может соединить его не только с Майкрофтом, а вообще ни с кем, и он остался один на один с обитателем клетки. Который с каждым днём всё больше утрачивал разум и в конце концов перестал быть Шерлоком внутренне, сохранив некоторую схожесть с ним внешне. Джон помнил, как осознал и принял, что проиграл. Что не может добыть больше ни еды, ни воды, и что толпы других зомби доберутся до их убежища со дня на день. И как он открыл клетку. Ватсон понимал, что это голое, грязное и лохматое существо в ней — уже не его Холмс, а только оболочка, но не мог обречь его на медленную смерть в клетке. Доктор осознавал, что будет просто съеден. И скорее всего — заживо съеден. И даже в некотором роде жаждал этого. Жаждал прекращения этого кошмара, но главное — жаждал близости с Шерлоком. Пусть такой, пусть последней, но близости с мужем. Он не мог больше без его рук, без его губ, его тепла и объятий. Джон успел только поцеловать Шерлока в губы и отключился, уверенный, что это всё. Следующим движением ему разорвут горло. А теперь он лежит, хорошо чувствуя всем телом знакомый пол. Ощущает заливающий квартиру смрад, который неизбежен из-за наводнивших город мертвецов, как уже восставших, так и еще нет, но… но при этом колени Шерлока под затылком и его пальцы в районе лба и макушки. Мягкие гладящие прикосновения. Как увязать все это в одну реальность? Ватсон осторожно открыл глаза и увидел лицо Шерлока. Родное, любимое лицо, зацелованное от подбородка до лба бесчисленное количество раз. И главное, что было на этом лице — глаза. Разумные глаза его Холмса, а не пустые бельма зомби. И эти глаза смотрели на него, Джона. Смотрели с бесконечной любовью и сочувствием. Ватсон осторожно приподнялся и сел. Да, это всё оказалось реальностью, а не ночным кошмаром, одним из тех, от которых врач искал утешения в объятиях своего детектива. Комната вокруг, запах в воздухе, даже клетка в углу — ничего не изменилось. Но изменился Шерлок. Помимо взгляда, новым в нём было наличие одежды. Будучи зомби, он упорно срывал с себя всё, что пытался натянуть на него Ватсон, а сейчас, Холмс сидел в своей обычной и любимой фиолетовой рубашке, расстёгнутом пиджаке, брюках, и новых черных ботинках, которые они с Ватсоном купили перед самой свадьбой. — Холмс… — с трудом выговорил Джон, касаясь его щеки. Всё время, что Холмс сидел в клетке, Джон боялся, что начнётся разложение, и сквозь кожу выступят сначала мышцы, а потом и кости, но к огромному счастью этого не произошло. — Родной… ты… ты действительно вернулся? Ты понимаешь, что с нами и где мы? Ты помнишь меня? Шерлок кивнул. Осторожно поймал руку Джона, медленно, чтобы не напугать, подтянул к лицу и поцеловал. Ватсон улыбнулся. Разум вернулся к Холмсу! Это было счастьем. Огромным, нереальным счастьем. Даже если через несколько минут сюда ворвутся зомби, даже если… Врач решил пока прекратить думать о таких вещах. Главное — они снова вместе, снова рядом, а остальное не важно. Им не впервой будет смотреть в глаза смерти. А плечом к плечу, или лучше в объятиях друг друга, это не так страшно. — Но как тебе это удалось? Холмс вздохнул, показал на свой рот и чуть покачал головой. — Говорить не можешь? — мгновенно сообразил Джон. Холмс кивнул. — Ладно, это не беда. А писать не разучился? Ответом стал печальный вздох. — Ничего. Разберёмся. А… — тут среди уже ставшего привычным смрада, Джон уловил новые нотки. Он осмотрелся, даже встал, выискивая источник нового запаха и нашел его. На столе обнаружилась тарелка с жареным мясом. Еще тёплым, судя по его виду и запаху. — Шерлок, это ты его добыл?! Довольная улыбка и кивок. Сыщик сделал широкий приглашающий жест. — Эм… спасибо, родной. Но… но я не буду есть плоть, пусть и бывших, но людей. Холмс энергично закрутил головой. Даже его мимика выражала гнев и некоторую досаду. — Это не человеческое? Но где ты его достал? И… выходит, я пролежал без сознания довольно долго, раз ты успел выйти на улицу и добыть еду… Шерлок подошёл к столу, взял вилку, наколол кусочек и протянул к Джону, одновременно чуть поглаживая себя по животу. — Ты даешь мне честное и благородное слово, что это не человечина? Холмс, твёрдо глядя Ватсону в глаза, кивнул. — Ладно… Откусив первый кусок, Джон осознал, как же сильно он проголодался и в момент очистил тарелку. Добавки у Шерлока не нашлось, зато нашлась чашка чистейшей воды. Утолив и жажду, Ватсон почувствовал себя гораздо лучше. Практически счастливым. Ещё бы. Шерлок снова с ним, да и… додумать о не успел. Сыщик притянул верного блоггера к себе, обнял, постоял так немного, потом отпустил и махнул руками в сторону двери. — Полагаешь, нам нужно отсюда уходить? Я надеялся, что сможем ещё какое-то время продержаться. Всё же, тут и крыша над головой, и какие-никакие стены от НИХ, да и вообще… это наш дом. Я так хотел перенести тебя после свадьбы через порог и жить тут с тобой, долго и счастливо… Шерлок вздохнул. Он явно хотел того же. Осторожно взял Джона за запястье и указал на пару сумок, которые Ватсон не замечал от обилия впечатлений, а затем на часы. — Времени мало? — сообразил врач, а сыщик кивнул. — Но как мы пойдём по улице? Что будем делать, если наткнёмся на НИХ? Холмс указал на лежащий на каминной полке Ватсонов пистолет. — Патроны кончились, — доложил Джон, а Шерлок усиленно замотал головой. — Ты и патроны добыл?! Снова утвердительный кивок. — Ничего себе! Но куда мы пойдём? Сыщик и это попытался показать жестами, но тут его друг, при всей своей соображалке, не понял. — Ладно. Раз ты говоришь, что так нужно, я верю тебе, — Джон подошёл к сумкам и закинул одну из них себе за спину, другую аналогичным образом взял Холмс. — Родной… я не знаю, удастся ли нам уйти, но на всякий случай прошу. Если что, не бросайся снова защищать меня. Не надо. Я не хочу потерять тебя ещё раз. Уже третий, если считать тот прыжок с крыши. На сей раз я буду спасать тебя, любимый мой.