brilho do sol

Под яркими огнями арены Kamei в городе Сендай Николас Ромеро вдыхает характерный запах центральной площадки. Он знает, чего ожидать — «MSBY Чёрные Шакалы» уже много лет находятся в поле зрения Адлеров, особенно сейчас, когда половина основного состава обеих команд знакомы со школы. Говоря о основе, Ромеро смотрит на состав Шакалов, и его взгляд устремляется прямо на позицию диагонального. Он ожидает увидеть более чем двухметрового Оливера Барнса, но ничего не видит. Он смотрит снова, но пространство пустое. Ромеро смотрит вниз, и на сорок сантиметров ниже ожидаемого места появляется копна рыжих волос. Номер 21. Смутно он слышит, как дикторы называют команду приезжих «Шакалов». Их стартовый номер 21, новичок Хината Шоё… Ромеро чувствует, как в глубине его сознания мелькает узнавание. «Рыжие волосы… Шоё… где он слышал это раньше?» Тем не менее, он не может не думать, что тренер «Шакалов» немного сумасшедший. Неважно, кем ты был, если ты был ниже ростом, чем либеро, ты не мог сравниться по силе с таким гигантом, как Оливер Барнс. Ты не можешь позволить себе отказаться от такой силы, особенно против такой команды, как «Швайден Адлерс». Он наблюдает за молодыми игроками своей команды. Кажется, все внимательно смотрят на маленького рыжеволосого, особенно угрюмый связующий Кагеяма. Раздаётся свисток и начинается матч. Кагеяма посылает одну из своих печально известных подач через всю площадку, и Ромеро почти с грустью смотрит на эту эйс-подачу. Он как бы хочет играть на очки. Но не успевает мяч коснуться земли, как маленький номер 21 принимает его, чисто возвращая мяч в игру. Искра узнавания в сознании Ромеро становится всё более настойчивой, даже когда он готовится к блоку. Он знает, что даже ему было бы трудно перехватить одну из подач Кагеямы, особенно такую быструю. Они все видели, что он сделал с Францией, в конце концов. Номер 21 справился, как ни в чем не бывало. И тут связующий «Шакалов» Мия пасует мяч, а этот крошечный рыжий бросается вперёд и прыгает. На самом деле, назвать то, что он сделал, «прыжком» значит ввести в заблуждение. Единственный человек, который способен на такое — Хошиуми из команды Ромеро. Номер 21 взлетает вверх, намного выше, чем это кажется возможным для человека, и отбивает мяч прямо мимо Хошиуми, в дальний угол площадки. Ромеро слышит, как шок прокатывается по всему стадиону, а восторженный, похожий на сову, нападающий из команды «Шакалов» о чём-то недоверчиво спрашивает новичка. Неудачная подача от Мии Ацуму — и разве это не облегчение, не иметь дело с этим до поры до времени — и время Ромеро подавать. Он чисто попадает между новичком Хинатой и гибким MVP чемпионата Сакусой и с тёплым чувством гордости наблюдает, как самые молодые члены команды «Шакалов» восклицают от восхищения. Он снова подаёт точно такой же мяч, но Сакуса успешно принимает его. За то время, которое понадобилось Ромеро, чтобы моргнуть, мяч был отдан и отбит к его концу площадки. Он не успевает повернуть голову и отследить мяч, но, к счастью, Кагеяма, похоже, ожидал такого нелепо быстрого удара. Он принимает мяч, но тот приземляется за пределами площадки. Очко для Шакалов. «Эта атака… просто чудовищно страшная.» Ромеро оглядывается на Кагеяму, который обменивается с Мией довольно конкурентным, обиженным взглядом. «Этот рыжеволосый разбежался и пробил по пасу быстрее, чем многие смогли бы уследить.» — Это была атака, которую Кагеяма использовал вместе с Хинатой, 21-м Шакалом. Думаю, сейчас она быстрее, чем в старшей школе. — В бесцветном голосе Ушиджимы звучит оттенок… уважения? Значит, этот Хината принадлежит к тому поколению старшеклассников. Конечно же, Ушиджима в ответ на это заявление посылает сильный удар прямо в сторону либеро, который не успевает принять мяч. Подача Хиругами направлена прямо на рыжеволосого, который едва успевает принять мяч сверху в нескольких сантиметрах от своего лица. Сакуса забирает очко у Кагеямы. Они сравнялись, счёт 4:4. Пришло время Хинаты подавать и его процедура подачи включает в себя любопытно знакомое встряхивание мяча. Он не ударяет им о землю, а только дважды встряхивает его, как будто пытаясь смахнуть с него пыль. Подача уходит в аут и Кагеяма бросает на рыжего самодовольный взгляд. Ромеро думает, что пора вступить в игру, пока у них есть преимущество в очках. Когда подача Хошиуми превращается в отчаянное ралли, Ромеро смотрит на мяч, летящий в сторону площадки Шакалов, и прерывает его полет, отбивая его. Затем его заставляют принять мяч, но Кагеяма уже рядом с ним, зарабатывая Ромеро два очка подряд. — Молодец, Тобио! — взъерошивает он волосы Кагеямы, который сияет от гордости. «Неважно, кто этот рыжий. Он разберётся позже. Сейчас его задача — стать лучшим игроком, каким он только может быть.» Конечно, следующий же мяч заставляет Ромеро снова взглянуть на 21-й номер. На пути кросса стоят трое блокирующих, а рыжий коротышка находится на пути удара с линии. Хината отходит назад, ожидая одного из мощных ударов Ромеро, и ему приходит идея. Он мягко перекидывает мяч через головы блокирующих. Оранжевое пятно, и номер 21 уже там, подбрасывая мяч высоко в воздух. «Как он оказался там так быстро?» Томас набирает очко для «Шакалов», а Ромеро остаётся с чувством дежавю. «Видел ли он это раньше?» Сакуса делает подачу, но Ромеро отбивает. Хошиуми берет эйс, но тут же, из ниоткуда, снова появляется номер 21, принимая мяч и отправляя прямо к связующему, который пасует его в руку Бокуто. «Приёмы сверху… появляется в любом месте площадки… Шоё… ужасающая скорость… рыжие волосы… точные подачи… встряхивание мяча… чудовищно высокие прыжки…» Внезапно Ромеро вспоминает, и эта искра узнавания в глубине его сознания превращается в ледяной озноб по позвоночнику. — Слушайте, — он говорит команде, ненадолго забывая японский язык. — Этот парень казался знакомым. Он колеблется, но затем уверенно заявляет. — Мне кажется или это Ниндзя Шоё? — Он видит троицу с растерянными лицами. — Чего? Вы не слышали о Ниндзя Шоё? Как вы не знаете о нём, когда вы японцы? «Когда он начал играть в классический волейбол?» — Мой сын постоянно смотрит его игры и хочет играть в пляжку! — Растерянность на лицах Кагеямы, Ушиджимы и Хошиуми не исчезает. Ромеро наконец осознаёт, что говорит на языке, который они не понимают. К счастью, Кагеяма выучил достаточно английского, чтобы понять его слова. — Под Ниндзя ты имел в виду тот последний приём? — На лице Кагеямы решимость, но также и проблеск гордости за этот 21 номер. — Тобио, ты тоже заметил? Кагеяма не отвечает, только бросает злобный взгляд через всю площадку на Хинату, стоящего рядом с Ацуму Мия. Ромеро обнимает Хошиуми, изображая беззаботность. — Ха-ха! Ниндзя нас поймал, да, Коурай? — Он чувствует, как доигровщик недовольно ворчит под его рукой. Даже сохраняя весёлый нрав, Ромеро всё равно чувствует ледяной страх, засевший в основании его позвоночника. Но, вместе с этим он чувствует огонь нетерпения, кипящий в глубине его горла. Он очень хочет увидеть, как этот талантливый пляжный волейболист продемонстрирует свои навыки на площадке, и очень волнуется, когда понимает, что ему придется играть против него. «Почему Адлеры не могли проводить пробы вместо Шакалов? Почему этот крошечный монстр находится по другую сторону сетки?» Он хочет увидеть больше того, на что способен Ниндзя Шоё, даже если ему придется противостоять этой нелепой скорости. В паре с Мия Ацуму Ромеро считает, что ему повезет, если он вообще увидит мяч, когда 21-й номер будет впереди. Эти молниеносные приемы уступают только высоте, на которую он может прыгнуть, и Ромеро очень быстро понимает, что эта игра может быть намного сложнее, чем любая другая, в которую он когда-либо играл. Когда раздается финальный свисток, Ромеро остаётся только удивляться, почему Ниндзя Шоё вообще играл в пляжный волейбол. На ровной, устойчивой поверхности эти его прыжки могли бы взбудоражить многих одноклассников Рубенса. Он ещё быстрее сейчас, когда земля под ним не скользит и не поглощает его импульс. Он хорошо работает со своей командой и почти инстинктивно знает, где находится мяч и где он должен быть. Он мелькает по площадке, как настоящий ниндзя из легенд, словно призванный мячом, чтобы срывать и подачи, и удары. Они обмениваются рукопожатием под сеткой, и Ромеро с удивлением видит, что в его глазах светится яркий блеск восхищения. Даже после изнурительного матча энтузиазм, с которым Ниндзя Шоё пожимает ему руки, просто ошеломляет. У этого ребёнка слишком много энергии. Они двигаются дальше по линии, и Ромеро слышит, как Кагеяма разговаривает с Ниндзя Шоё. — Придурок, хочешь поужинать? — Ромеро чувствует обиду за Хинату. Он смотрит на пару и удивляется, видя солнечную улыбку, что Ниндзя Шоё дарит связующему. — Хорошо, Кагеяма! Я встречу тебя в холле? — Он всё ещё звучит как школьник. Его голос шокирующе-высокий среди низких баритонов большинства волейболистов. «Однако это не так шокирует, если учесть его рост», размышляет Ромеро. В раздевалке Ромеро поворачивается к Кагеяме и тихо спрашивает может ли он присоединиться к нему и Ниндзя Шоё. Он соглашается, но Ромеро не может вставить ни слова, пока Хината болтает с Кагеямой всю дорогу до ресторана, где они будут ужинать. Большинство ответов Кагеямы выглядят как оскорбления, завёрнутые в гордость и привязанность. Наконец, когда им приносят еду, разговор замедляется до такой степени, что Ромеро может понять и внести свой вклад в беседу. Отчасти это объясняется тем, что Ниндзя Шоё ест столько, сколько может съесть человек вдвое больше его. Когда разговор переходит на Николаса, он оказывается под натиском солнечного восхищения. Почти слишком быстро, чтобы понять, Ниндзя Шоё рассказывает об играх, в которые Ромеро играл много лет назад, и говорит о том, какой честью для него было пообедать с ним. — Нет, нет, — Ромеро прерывает разглагольствования Ниндзя Шоё об ударе, который он сделал после приема. — Это для меня честь сидеть с Ниндзя Шоё. Внезапно, Хината давится огромным количеством риса, который он запихнул в рот. Он глотает половину своей воды, затем обращается к Ромеро с огромными шокированными глазами. — Вы знаете моё прозвище с пляжки? Откуда? — В его голосе звучит недоверие. Ромеро смеётся. Он не может поверить, насколько большой этот парень фанат. — Мой сын смотрел твои игры, сейчас он хочет играть в пляжный волейбол! Он никогда не интересовался волейболом раньше, так что мне просто нужно было увидеть, кто так сильно его вдохновил! К его удивлению, глаза Ниндзя Шоё наполняются слезами. С сильным акцентом, он говорит на португальском: «В старшей школе вы были вдохновением для меня. Вы были таким крутым!» Ромеро чувствует, как краснеет его лицо от этого, а восхищение Хинаты подобно слишком долгому пребыванию на солнце. Они говорят по-португальски, язык до боли знаком Николасу. Ему так не хватало человека, с которым можно было бы поговорить на родном языке. Через стол Кагеяма хмурится, явно расстроенный тем, что его оставили в стороне от разговора, который перерос в то, что Ромеро спросил, как Хинате удалось выполнить некоторые трюки, от чего Хината чуть не расплакался. При всем своем мастерстве на площадке Хината неутомимо ищет пути совершенствования. После того, как проходит первоначальный шок, он практически допрашивает Ромеро о том, как он выполняет те или иные движения, какая у него разминка, как он просто такой крутой. В конце концов, Хината просит сфотографироваться, на что Ромеро с радостью соглашается. На снимке он смеется, а Хината улыбается так широко, что его глаза зажмуриваются, в уголках всё ещё слезы. Он отправляет его Рубенсу. Николас: [img.0384] Взгляни, кого я встретил в сегодняшнем матче Рубенс: Это НИНДЗЯ ШОЁ? ОН НЕ ИГРАЕТ В БРАЗИЛИИ, ПОТОМУ ЧТО УЕХАЛ В ЯПОНИЮ??? ТЫ ДОЛЖЕН ПОПРОСИТЬ У НЕГО АВТОГРАФ ДЛЯ МЕНЯ СНОВА! В ЭТОТ РАЗ НА ЯПОНСКОМ! ПОЖАЛУЙСТА, ПАПА Николас: Хорошо, я попрошу! Я ужинаю с ним прямо сейчас! Хочешь узнать что-нибудь ещё? Он поднимает глаза от своего телефона. Ниндзя Шоё снова спорит с Кагеямой на быстром японском языке в перерывах между поглощением пищи. — А, Шоё? Мой сын хочет твой автограф. У него уже есть один, но он хочет этот на японском… — Ромеро неловко улыбается Хинате, который замирает от его просьбы. Едва слышно за шумом ресторана Ромеро слышит, как Хината шепчет «боже мой, СЫН НИКОЛАСА РОМЕРО хочет мой автограф». Телефон Ромеро жужит и он смотрит на сообщение, пока Ниндзя Шоё судорожно ищет клочок бумаги. Рубенс: Что он делает в Японии? Лучший пляжный игрок в Бразилии? В этот момент Ромеро понимает. Причина, по которой его сын хочет играть в пляжный волейбол… играла в классический волейбол… И думала, что Николас Ромеро крут. Он усмехается и набирает ответ. Николас: Он играет в классический волейбол сейчас! «Надо отдать должное Рубенсу за то, что он сказал, что это отстой!»