Дурдомик в деревне (в 11 В)

— Папа, мама, — кивнула Люмин, ответив на видеозвонок. Девушка установила телефон на столе так, чтобы их с братом было видно. — Дети, — холодно разнеслось с той стороны экрана. — Зачем звоните? Без причины ты никогда не звонила, — так же холодно ответила дочь. — Ха! А зачем мне звонить вам без какой-то причины? — усмехнулась женщина. — Мы звоним, чтобы обсудить наследование компании. — Я, кажется, уже кучу раз говорила. Я не собираюсь становиться наследницей «Бездны». И Итэр тоже. — Парень закивал, подтверждая слова сестры. — Я не договорила. Чтобы укрепить статус компании, надо иметь дело с такими же крупными компаниями. Так вот, я нашла тебе жениха из… — Ты меня не услышала? Я сказала, что не буду ничего наследовать. А тем более… — девушка презрительно посмотрела на мать. — …выходить замуж по расчëту. К тому же, у меня уже есть любимый человек. — Вот как? И кто же это? — Линетт. — О… Ха-ха-ха-ха! А я еë знаю! — смеясь, сказала женщина. — Это же помощница того иллюзиониста! Как его там звали? Лини? Они же ещё выходцы из детского дома, привязанного к «Фатуи». Пф. От тебя я как раз такого и ожидала. Ты никогда не была послушной, сучка. — Я это и без тебя всегда знала. Итэр беспокойно посмотрел на сестру. На лице было написано, что она ненавидит свою мать. Блондин слегка дотронулся до руки Люмин. — Всë в порядке, — тихо произнесла она. Как бы зла ни была Люмин, брату она всегда отвечала спокойным голосом. Она знала, как он раним, и не хотела ранить его ещё больше. — Пх. Ладно. На то у меня и двое детей. Итэр, я и тебе невесту подыскала. Такая хорошая девочка, ты посмотри… — Женщина показала фотографию девушки. — Итэр тоже не собирается быть наследником. — Да… И у меня тоже уже есть человек, который мне нравится… — Ещё один нашëлся, — блондинка по ту сторону экрана закатила глаза. — У тебя кто? — Сяо… — Итэр опустил глаза. Люмин гордо посмотрела на брата. Она знала, что ему было сложно признаться родителям в том, что у него кто-то есть. — Ха… Вот же… Боже… Наследники «Бездны» — гей и лесбиянка! И вы… Вы ещё смеете мне в глаза смотреть?! — гневно сказала женщина. — Не очень-то нам и хочется смотреть тебе в глаза. Если ты всë сказала, то я отключаюсь. Больше нам не звони. — Сто… — голос оборвался. Люмин сбросила трубку. Она откинула голову назад и закрыла лицо рукой. — Люмин… Всë в порядке?.. — спросил Итэр. — Боже мой… Как же я еë ненавижу, — сказала девушка. — После нашего детства, которого у нас, по сути, даже не было, она ещё хочет, чтобы мы стали наследниками. Размечталась! Хах… — Люми, тебе принести воды? — Да, давай… Кстати, — неожиданно сказала Люмин, когда Итэр уже собирался идти на кухню за водой. Блондинка вытащила из кармана кофты маленькую шоколадку. — Это тебе. Ты любишь такие шоколадки, вот и решила тебе купить. — Спасибо, Люми, — ответил парень и, забрав шоколадку, удалился на кухню. Блондин налил воду и уже собирался пойти обратно в комнату, как из неë послышался рингтон телефона сестры и еë злобный крик: — Да кто опять звонит?! Итэр поспешил в комнату. В ней сестра уже с кем-то разговаривала. — Да что ж такое-то?! Вы все сговорились, что ли, почему все решили мне звонить, так ещё и по видеосвязи?! — возмущалась Люмин. Блондин посмотрел на экран телефона. На нëм неловко улыбался Венти. — Люмин, Люмин, успокойся. Что случилось-то у тебя? Выглядишь… Мрачновато, — сказал Венти, а потом, посмотрев на Итэра, весело добавил: — Приветик, Итэр! — Привет, — сдержанно ответил блондин. — Ничего не случилось. Просто… Мать звонила. Ты ведь знаешь, какие у нас с ней отношения. И был немного… Тяжëлый разговор. — Блондинка хлебнула принесëнную Итэром воду. — А… — Венти тоже помрачнел. Он очень давно дружил с Люмин, всегда поддерживал еë, а в тот самый день, когда она обрезала волосы, блондинка гуляла именно с ним. Именно по причине их долгой дружбы он очень понимал девушку и сочувствовал ей. — Прости. Я не знал. — Ладно. Давай не будем о грустном. — Девушка натянула улыбку. — Ты-то зачем звонишь? — А… Это Линетт попросила позвонить. Она не смогла до тебя дозвониться. Очень волнуется, — Венти улыбнулся. — Видно, как она тебя любит. Рад, что вы вместе. — Хм… Странно, у меня нет от неë пропущенных, — удивлëнно сказала Люмин. — А где она сама-то? — Она ушла к вам в комнату. Подумала, что Фремине что-то знает, и ушла к нему спросить. — Понятненько. Ну ты ей передай, что со мной всë в порядке. Меня не съели собаки, не убили маньяки, на органы не продали, не изнасиловали… — начала перечислять девушка, загибая пальцы. — В общем, со мной всë в порядке. Просто с Итэром решили съездить в квартиру. — Ха-ха-ха, так и передам. — По ту сторону экрана послышался звук открывающейся двери. Венти ухмыльнулся. — Впрочем, можешь сама ей это сказать. Дверь в комнату Венти распахнулась. В неë буквально влетела взволнованная Линетт. — Венти! Ты дозвонился до… — девушка посмотрела на телефон соседа по комнате. За секунду на еë лице проскользнула тысяча эмоций, от облегчения до злости. Впрочем, злость на еë лице и осталась. Но не злость в общем понимании этого слова, а обеспокоенная злость. — Люмин! Ты почему не звонишь и на звонки не отвечаешь?! Я же волнуюсь! Я себе уже столько всего напридумывала, а ты!.. — начала ругаться на Люмин Линетт. — Прости… Я больше так не буду, правда, — с виноватой улыбкой сказала блондинка. — К тому же, у меня не было от тебя пропущенных. — Дурëха! Написала бы мне хотя б, что всë хорошо… Я же волнуюсь… — Линетт смотрела на Люмин уже не со злостью, а с грустью. — Ну-ну, Линетт, ты чего? Не надо так обо мне волноваться. Я зайду, как только мы с Итэром приедем. — Хорошо… — Эй! Ты меня одного оставишь, что ли? — возмутился до этого молча сидевший Итэр. — Итэр, разрешаю на ночь забрать к нам в комнату Сяо. И чтоб потом я стала тëтей, — Люмин ухмыльнулась. — Люмин! — Хе-хе-хе, узнаю Люмин, — Венти улыбнулся. — В общем, ждите меня сегодня. Пока-пока! — Эй, уже отключаешься? — сказал Венти, но Люмин правда уже отключилась. Она в очередной раз откинулась на спинку кресла и сказала, закрыв глаза: — Хаа, что ж я сделала-то? Линетт из-за меня волновалась… — Люмин, мне кажется, что это вполне нормально. Если Линетт настолько беспокоится, значит, она правда тебя любит, — попытался подбодрить сестру блондин. — Но… — Люмин серьëзно посмотрела на брата. — Итэр, могу я тебе кое-что сказать? — Конечно, говори! Я всегда тебя выслушаю. Только не смотри на меня так, мне аж страшно стало. — Хах, прости. Ну… Если честно, то я даже не уверена, надолго ли это. Я не уверена, что Линетт всегда будет меня любить. Я очень боюсь, что она меня бросит… Я… Не знаю, говорила ли я когда-нибудь, но я очень боюсь отношений. Боюсь, что рано или поздно мне просто разобьют сердце и… — раздался всхлип. — Люмин… Люмин, ну ты чего? — Итэр бросился к сестре, обнимая еë. Он ни разу не видел, как Люмин плакала. Только он при ней плакал, а она — никогда. А тут вдруг… — Ну чего ты раскисла-то так? Я уверен, на все сто процентов уверен, что Линетт будет всегда тебя любить! Ну как тебя такую не любить? Ты очень хороший человек, тебя просто невозможно не любить. А Линетт… По ней видно, как она тебя любит, и я уверен, что она тебя не бросит. — Ты… Правда так думаешь? — Ну конечно! Даже Венти сказал, что она тебя любит, так поверь мне. — Спасибо… Спасибо, братик… — Ха-ха-хах, да не за что. Обычно я всегда так говорил тебе, а теперь вот так… Честно, я никогда не видел тебя в слезах. — Это потому что я не хотела показывать тебе слëз. Хотела, чтобы ты считал меня сильной и доверял мне. Хотела тебя защитить. — Люмин немного приободрилась. — Люмин, ты спокойно можешь показывать мне свои слëзы. Я и без того знаю, насколько ты сильная, и доверяю тебе, как никому другому. К тому же, иногда бывает полезным выплеснуть все эмоции, — Итэр улыбнулся сестре. — Попей водички, успокойся. А-то ты же ещё к Линетт собиралась пойти, а макияж весь у тебя расплылся. — Ха-ха-ха-ха, да это и исправить можно. А ты… А тебе спасибо, Итэр. Правда. Ты мне очень дорог. Люблю тебя. — И я тебя, сестрëн. А теперь иди умываться, — строго сказал Итэр. — Слушаюсь, — смеясь, ответила Люмин и убежала в ванную. Минут через 20 она вернулась с подправленным макияжем и в хорошем расположении духа. — Ну что, братик, поехали? — улыбнувшись, сказала девушка. — Конечно, — улыбнулся в ответ Итэр. — И в магазин ещё зайти надо. Нужно как-то загладить вину перед Линетт за то, что заставила еë так волноваться. — Линетт неловко почесала в затылке. — Мне кажется, ты сгладишь вину просто своим присутствием рядом, сестрëн. — Ты так думаешь? Ха-ха, но шоколадка всë равно не помешает. Пойдëм скорее! — Люмин весело потянула блондина за руку, вытаскивая из квартиры. Она захлопнула дверь и закрыла на несколько поворотов ключа. — Ого, куда так закрываешь? — спросил Итэр. — Вряд ли мы сюда ещё когда-нибудь вернëмся. Хотя… Нее, я ж обещала Линетт как-нибудь сходить сюда вместе. Поэтому ещё только один раз эта квартира меня увидит, а потом всë. — Вижу, что ты настроена серьëзно. — Итэр расплылся в улыбке. — Конечно. Хочу вообще разорвать все связи с матерью, если еë вообще можно так назвать, и больше еë никогда не слышать и не видеть. Она столько боли нам причинила в детстве, так ещё и хочет нас сделать наследниками. Пф, дура она, — сказала Люмин. — Ладно, давай о чëм-то другом поговорим. Как думаешь, какую шоколадку купить Линетт? — Хах, я даже не знаю. Это ж ты с ней встречаешься, должна, наверное, знать, какие шоколадки она любит. — Нуу, — блондинка замялась. — Встречаться-то мы с ней встречаемся, но я никогда даже и не спрашивала, какие шоколадки она любит… — Ну как так-то, сестрëн? Ты же всегда даже на такие мелочи обращаешь внимание, а тут, — в шутку сказал Итэр. — Купи милку. Думаю, ей понравится. — О! Точно, милка! Вот еë и куплю. Спасибо, братик! — девушка улыбнулась. Близнецы вышли из подъезда и сели в такси. Через десять минут они уже были у того самого магазина. — Пойдëшь со мной? — спросила Люмин, выходя из такси. — Конечно. Уже темно, вдруг на тебя нападëт кто-то, — ответил брат. — Пхахахах, если нападëт, то я ему с вертушки, — Люмин продемонстрировала свои умения отбиться от нападающих. — За тебя я больше беспокоюсь. Ты же у меня такой красивый, точно кто-то да и захочет напасть. — Ха-ха-ха-ха-ха, Люмин, — рассмеялся брат. — Ладненько. Пошли, чем быстрее сходим, тем быстрее пойдëм в общагу.

***

Близнецы благополучно купили шоколадку и дошли до общежития. — Ладно. Я пойду? — спросил Итэр у сестры. — Конечно. Если хочешь, иди. — Хорошо. Ну, до завтра? — Ага, давай. Блондинка пошла к комнате Лини, Линетт и Венти. Придя, она тихонько постучалась. Дверь открыла Линетт. Она была в домашней футболке бирюзового цвета и шортах. Волосы сзади были собраны в пучок. Девушка, увидев блондинку, кинулась к ней с объятиями. — …привет, — сказала Люмин, нежно поглаживая Линетт по спине. Позади девушки блондинка увидела Лини и Венти. На первом было надето красное худи и серые штаны, на втором — голубые шорты и толстовка с драконьими крылышками сзади. — Приветик, Люмин, — улыбнулся Венти. — Привет. Линетт, может, отпустишь меня? — неловко спросила Люмин. Всë-таки проявлять любовь при людях ей всë ещё было очень неловко. — Не пущу. — Так и будем в проходе стоять? — Да. — Сестрëнка, отпусти Люмин. Она наша гостья, как-никак. К тому же, у вас будет целая ночь, чтобы наобниматься, — сказал Лини, улыбнувшись. — Ладно, — Линетт недовольно отпустила блондинку. Люмин зашла в комнату, закрывая дверь. — Проходи, Люмин, я чай заварю, — сказал Лини, указывая на кухню. — Посидим, попьëм чай, поговорим. Может, расскажешь наконец про Скарамуччу. — А, это… Да расскажу, что мне. Кстати, Венти, толстовка милая, и ты в ней милый. — Хе-хе, спасибо, — Венти ухмыльнулся. Венти, Люмин, Линетт и Лини прошли на кухню. — Присаживайся, Люмин, я заварю чай, — вежливо сказал Лини. Он уже подошёл к шкафчику с чаем и вкусняшками, как его прервала Линетт. — Лини, я сама заварю. — О, ревнуешь? — ухмыльнувшись, спросил брат. — Сама хочешь для своей девушки заварить чай? — Замолчи, пожалуйста, и сядь за стол, — Линетт подошла к нему и, грозно посмотрев на него, сложила руки на груди. — О, как страшно!.. Уже сажусь! — в шутку подняв руки вверх, сказал Лини. Линетт отвернулась к шкафчику, который висел прямо на уровне еë глаз, и достала из него очень много разных пакетиков с заваркой. После этого она подошла к Люмин и, разложив все пакетики перед ней, нежно спросила: — Тебе какой чай заварить? — Ам… Любой? Какой хочешь, такой и завари… — замявшись, сказала блондинка. — Как это «любой»? Так не пойдëт. Есть чай с бергамотом, с мятой, с шалфеем, с ромашкой, с мелиссой, с апельсином, фруктовый, пуэр, улун… В общем, выбирай. — Ну… Эм… — Люмин ткнула в первый попавшийся пакетик. — Давай этот? — Фруктовый? Отлично, — Линетт забрала все пакетики и, положив их обратно в шкафчик, достала небольшой заварочный чайник. Льняноволосая подошла обратно к Люмин и всë таким же нежным голосом начала: — Смотри… Чай нужно заваривать правильно. Сначала нужно положить в чайник несколько чайных ложек заварки… — Линетт достала чайную ложку и положила в чайник три чайных ложки чая, считая при этом: «Раз, два, три…» Люмин с интересом смотрела на её действия. Надо же, она никогда и не думала, что кто-то будет учить еë заваривать чай. Так это ещё и была еë любимая девушка! Вдруг с другой стороны стола послышался голос: — Кхм… Если что, мы всë ещё здесь, — это говорил Лини. Они с Венти тоже внимательно смотрели за происходящим, умиляясь данной картине. — Лини… Помолчи, пожалуйста, ещё немного. Я покажу Люмин, как заваривать чай, и налью его вам тоже, — недовольная тем, что еë прервали, сказала Линетт. После этого она повернулась обратно к Люмин и, улыбнувшись, продолжила: — Дальше надо залить чай кипятком, — девушка взяла уже закипевший чайник и налила кипяток в заварочный чайник. — Вот так… Теперь надо подождать пять минут. Линетт накрыла чайник крышкой и села рядом с Люмин. — Пока ждëм… Может, поговорим? — спросил Лини. — Расскажите уже наконец про Скарамуччу. — Ох, это только за чаем и рассказывать, — с ностальгической улыбкой сказала блондинка. — Поэтому давайте подождëм чай. — Ну тогда давайте о чëм-то другом пока поговорим. Например… Люмин, куда вы с Итэром ходили? — Ой… Ну, мы ходили в нашу квартиру, которую нам оставили родители. А потом нам они позвонили… Разговор выдался не самым хорошим. Мы же наследники «Бездны», мать хоч… — Чего?! Ваши родители — владельцы «Бездны»?! — удивлëнно воскликнул Лини. — Ну да. Но мы с Итэром категорически отказываемся стать еë наследниками. У нас детство было не из лучших, Линетт уже знает… — Линетт кивнула, подтверждая слова девушки. — Именно поэтому мы отказываемся от наследования. Вот так, — Люмин грустно улыбнулась. — Офигеть, — Лини ошеломлëнно вздохнул. — Ладно, давайте не будем об этом… Чай уже заварился? — спросила Люмин. — Да, уже заварился, — ответила Линетт, поспешно встав со стула и подойдя к другому шкафчику, чтобы достать кружки. Она принесла их на стол, поставив перед каждым из них, и налила в них чай. После этого она достала булочки и шоколадки и положила на стол. — Чай заварился, рассказывай, — нетерпеливо сказал Лини. — Ладно-ладно. Сейчас мы с Венти всë расскажем…

      ***

— Люмин, Итэр, знакомьтесь — это Эи Райдэн. Она завуч в школе, в которую вы пойдëте, — сказал высокий блондин — отец семейства. Он в тайне от матери близнецов договорился с директором и завучем школы о том, что его дети будут ходить в школу так, чтобы мать об этом не знала. — А это еë сын — Скарамучча. Поиграйте, пока мы с Райдэн разговариваем. Люмин с Итэром кивнули. Они кратко поприветствовали женщину с фиолетовыми волосами, к которой их привели, и подошли к еë сыну. Он был невысоким мальчиком с короткими фиолетово-синими волосами. На нëм была белая футболка, иссиня-чëрные шортики, белые носочки с сандаликами и маленькая голубая кепочка. Он смотрел на близнецов с каким-то испугом. — Привет! Меня зовут Люмин. А это мой брат, его зовут Итэр, — протянув руку, улыбнулась Люмин Скарамучче. Итэр тоже улыбнулся. Скарамучча осторожно протянул руку девочке, пожимая еë. — Я… Меня зовут Скарамучча. Можете называть меня просто Скара или Мучча… — Отлично! Пойдëмте играть! — весело воскликнула Люмин. Она побежала в сторону площадки, расположенной прямо на территории большого дома Эи. Скарамучча обеспокоенно посмотрел ей вслед. Он увидел на еë руках и ногах синяки. Темноволосый испугался и вопросительно посмотрел на брата девочки. — Что такое? — спросил Итэр, заметив на себе взгляд нового друга. — А почему… Почему на еë руках и ногах синяки?.. — А, это… Просто… Ничего страшного, не бойся, они пройдут! Мы просто играли и вот… — отведя взгляд в сторону, сказал блондин. — Ты ведь врëшь, не так ли? — спросил мальчик. Итэр виновато кивнул. — Значит… Вас бьют дома? — Д-да… Но ты не волнуйся за нас!.. — Я не буду. Просто… Это странно, — задумавшись, сказал Скарамучча. — Меня мамочка никогда не била. Она только очень мало со мной играет и очень мало разговаривает со мной… — Ну вы идëте? — крикнула Люмин с площадки. — Да… Да, мы сейчас придëм! — крикнул в ответ брат и, побежав в её сторону, сказал Скарамучче: — Ты идëшь? — Да, — и всë так же задумчиво побежал вслед за Итэром. Дети весело играли на площадке, переговариваясь между собой. Скарамучча всë время беспокойно смотрел на близнецов. В какой-то момент Люмин заметила на себе его взгляд. — Скарамучча, ты чего? — спросила девочка. Услышав это в свой адрес, темноволосый, покрывшись еле заметным румянцем, выпалил…

***

— И он сказал: «Люмин! Я… Я буду тебя защищать от всех!» Вот так вот, — Люмин улыбнулась. — Получается, был кандидат в мужья. В первом классе мы иногда ругались, когда-то даже подрались. В классах постарше мы подкалывали друг друга. Кстати, в первом классе он познакомился и стал очень плотно общаться с Кадзухой, потому что никто, кроме меня, его и Итэра, не хотел общаться со Скариком. А потом, классе в четвëртом-пятом я и вовсе начала их шипперить. А сейчас они чуть ли не встречаются. — Хе-хе, да. О, и ещё! — внезапно воскликнул Венти, что-то вспомнив. — В тот день, когда ты волосы отрезала, с нами ведь он тоже гулял. А ещё Ху Тао и Янка. Помню тот день, всю дорогу подкалывали друг друга и язвили. — Да, точно! В общем, нас можно назвать лучшими друзьяшками детства. Вот так. — Ух, ничего себе! — сказал Лини. — Я и не думал, что всë вот так. — Ладно. Как и обещала, я рассказала тебе о Скарамучче. Может… В картишки? Они у вас есть? — спросила Люмин. — Ты это спрашиваешь у меня — знаменитого иллюзиониста Лини? — сказал Лини, доставая из ниоткуда карту и держа еë пальцами одной руки перед собой. — Фокусник без карт — не фокусник. Конечно есть. — Только пойдëмте тогда в другую комнату, — сказал Венти. — А-то неохота на кухне играть. Ребята прошли в другую комнату и сели на большой пушистый ковëр. — В дурака? — спросила Люмин, садясь на колени. — В подкидного-переводного давайте, — сказал Лини, тасуя карты. — А я не буду играть, — сказала Линетт, устраиваясь головой на коленях блондинки. Люмин чуть удивлëнно посмотрела на неë, после чего улыбнулась и положила руку ей на голову, поглаживая. — Окей. Я раздаю, — сказал брат Линетт, раздавая всем по шесть карт. Раздав, он спросил: — Пики — козырь. У кого шестëрка пик? — У меня, — сказал Венти, выбрасывая девятку бубн. — Перевожу, — сказала Люмин, выбрасывая девятку червей. — Бита, — сказал Лини, отбиваясь от обеих карт. — Подкидывайте, если есть.

***

Ребята играли так около часа. У наблюдавшей за игрой Линетт уже начали слипаться глаза. Спокойные голоса брата, друга и девушки вкупе с лëгкими поглаживаниями нежной рукой по голове создавали очень подходящую для сна атмосферу. Зевнув, Линетт, забыв, что вообще лежит на чужих коленях, перевернулась на другой бок, в сторону живота Люмин. Блондинка, заметив это, улыбнулась и тихо спросила: — Спать уже хочешь? Линетт вздрогнула от неожиданного вопроса и, открыв глаза, осторожно кивнула. — Сейчас доиграем, и мы с тобой пойдëм спать, хорошо? — убрав чëлку с лица девушки, спросила блондинка. Льняноволосая вновь кивнула. — Лини, Венти, давайте эту партию доиграем, и мы с Линетт пойдëм спать. Она уже засыпает. — Хорошо. Вместе спать будете? — спросил Лини, попутно выбросив карту. — Ну да, наверное. А что? — Нет, ничего. После этого они доиграли, изредка обмениваясь какими-то фразами, связанными с игрой. Победил Лини. — Агх, опять ты победил! — прикрикнула Люмин. Лини рассмеялся и сказал: — Идите спать. Мы с Венти ещё поиграем. Линетт подняла голову с колен блондинки, чуть повертев шеей из-за того, что она затекла. Люмин встала с ковра, и они с Линетт пошли в комнату последней. — Спокойной ночи, — сказала Люмин и захлопнула дверь. Блондинка осмотрела комнату Линетт. В ней было довольно уютно. В углу стоял большой шкаф, рядом с которым стояла аккуратно застеленная свежим бельëм кровать. С другой стороны от кровати стоял письменный стол, на котором были разложены письменные принадлежности, и стопкой лежали книги. В другом углу был небольшой диванчик, рядом с которым стоял напольный торшер, в данный момент выключенный. На стене висела картина по номерам с котиком, выполненная, по всей видимости, самой Линетт. Сама комната была выполнена в тëплых оттенках. Люмин так и ахнула, смотря на всю эту красоту в комнате. — О Боже! Как у тебя всë красиво и аккуратно в комнате. А мы с Итэром как две свиньи живëм, у обоих бардак в комнате, — чуть виновато сказала Люмин. — Хах, мне просто нравится убираться и создавать уют, — мило улыбнувшись, сказала льняноволосая. Она посмотрела на Люмин и сказала: — Ты, наверное, в этом не будешь спать? — А… Мне больше нечего надеть, вся одежда в комнате… — неловко сказала Люмин. — Так не пойдëт, — сказала Линетт, подходя к шкафу. Она немного порылась в нëм и нашла пижаму. — У нас примерно одинаковый рост, поэтому тебе, я думаю, подойдëт моя пижама. Вот, надень. Линетт протянула пижаму Люмин. Блондинка, забрав еë и поблагодарив девушку, взволнованно спросила: — А ты в чëм спать будешь? — В сорочке, — уже достав эту самую сорочку из шкафа, сказала Линетт. — Ну хорошо. Люмин сняла с себя белое худи и футболку и неловко спросила: — Ам… Линетт? Не могла бы ты, пожалуйста, расстегнуть мне лифчик?.. — Конечно, — спокойно ответила Линетт и, подойдя к Люмин, сказала: — Поворачивайся. Блондинка послушно повернулась спиной, и Линетт, подойдя практически вплотную, лëгким движением расстегнула застëжку. — Спасибо… — покрывшись румянцем от столь близкого контакта, сказала Люмин. «О Боже, мы же встречаемся. Люмин, не надо так смущаться!..» — Не за что, — Линетт отошла обратно к шкафу. Блондинка натянула на себя пижамную кофту, сняла уличные штаны и надела пижамные. В это время Линетт уже надела сорочку и достала из косметички крем для рук и лица. — Нужен? — спросила она, показывая крем. — Если можно… — Лови, — Линетт кинула крем девушке. Блондинка ловко его словила. Намазав руки и лицо, Люмин отдала крем льняноволосой. Она тоже намазала руки и лицо и, спрятав крем, сказала: — Пойдëм в кровать. Линетт легла. Рядом устроилась Люмин, нежно обняв еë за талию. — Спокойной ночи, — сказала Линетт и выключила ночник.