Ментальная связь

Наконец, время взятое старшими Грэйнджерами на размышления закончилось и у них состоялся разговор. Случилось это в тот день когда по телевизору показали беглого преступника Сириуса Блэка. Гарри, увидев его, на какое-то время замер. А потом подхватился и убежал из гостиной, как оказалось, за альбомом с колдографиями родителей и их друзей. — Смотри, Гермиона, — Гарри полистал альбом и указал ей на колдофото из альбома, — как считаешь, похож? Гермиона привлекла родителей и после общего просмотра постановили, что — похож, процентов на девяносто. — А знаете, что самое интересное? — спросил Гарри после обсуждения, — что он, помимо всего прочего, еще и мой кузен. Полистал я на досуге справочник «Кто есть кто в магической Британии», когда вы во Франции были, и выяснил, что у меня, оказывается, куча родни. По отцовской линии. — Но, почему… — Почему меня не передали на воспитание кому-нибудь из них? Да кто же знает-то? Но, думается мне, — подвел итог Гарри, — что, наверное, есть в этом и свои плюсы. А то попал бы в семью к кому-то типа Малфоев. — Малфоев? — поразилась Гермиона. — Ага, — Гарри ответил посмеиваясь, — Дракусик-то, представляешь, оказывается мой племянничек. А Уизли — кузены. И, как тебе… будущая родня? Смеялся он, радуясь удачной, как ему показалось, шутке. Вот, захотелось ему пошутить. Чтобы немного разрядить обстановку. А то, слишком уж Дэн и Эмма были напряженными, а Дэн еще и чем-то удрученный. И, разумеется, Гарри надеялся, что Грэйнджеры посмеются вместе с ним. Чего он не ожидал, так это тишины в гостиной. И пристальных взглядов от Дэна и Эммы. Заинтересованных и… изучающих, что ли. И того, что Гермиона смутится и покраснеет, он тоже не ожидал. Так что, Гарри сам смутился и покраснел, ну, когда осознал, что сказал что-то не то. Зато разрядить обстановку в гостиной ему удалось. — Ну, ладно. — начал разговор Дэн. — Мы с Эммой рады, что ты, Гарри, уже сейчас задумываешься о будущем. Но, давайте, вернемся к настоящему, к тому, что актуально в данный момент. Начну, пожалуй, с хорошей новости. С магами, как вы убедились только что, наше правительство сотрудничает, и не только. — Интересно, почему? — не могла не спросить Гермиона. — Статут секретности же. — А потому, дочка, что Статут принимался и подписывался не только магами, но и тогдашними правителями стран. Королями там всякими, царями и прочими султанами, шейхами и эмирами. А все потому, что у каждого уважающего себя правителя в то время был свой придворный маг. И не важно, назывался ли он магом или советником, главное, что таковой имелся. Гарри и Гермиона переглянулись. Чувствовали они себя пристыженными. Как, так-то? Они - маги и ничего об этом не знают, а родители Гермионы вроде и не маги нифига, но — знают. — Хмм, папа, — Гермиона задала отцу вопрос, — а как вы с мамой об этом узнали? — Не скажу, что было просто, дочка, — ответил Дэн, — но мы справились. Среди друзей моих бывших сослуживцев отыскались знающие люди. И, если не вдаваться в технические детали, и не перечислять все звенья цепочки, по которой нам пришлось пройти, то мы смогли пообщаться с адвокатом, работающим в обоих мирах. — А вот дальше, — тут Дэн стал выглядеть удрученно, — хорошие новости заканчиваются. — Простите, сэр, что, вообще ничего хорошего? — задал вопрос Гарри. — Нет, кое-что хорошее, конечно, есть, но об этом попозже. — Во-первых, что меня выводит из себя больше всего, мы с мамой в вашем мире никто и звать нас никак. Вот если бы были мы хотя бы сквибами, то разговор был бы другой. Во-вторых, забрать вас из этой школы или перевести в другую не получится. Контракт с Хогвартсом составлен так хитро, что вы, не менее пяти лет, обязаны отучиться в ней, причем пребывая при этом в ее стенах. А разрыв контракта может для вас закончиться очень плачевно, вплоть до летального исхода. Дэн сделал небольшую паузу и затем продолжил: — Так что, хотите вы того или нет, но вам на оставшееся время придется стать самыми примерными учениками, изучить Устав школы и строго его соблюдать. А также всегда иметь в виду, что у вас есть свой адвокат, о котором я только что сказал. И, разумеется, ни в коем случае не влезать в какие либо авантюры. — Особенно, это касается тебя, Гарри, — в разговор включилась Эмма. — А почему, особенно, меня? — А потому, что из тебя, скорее всего, готовят террориста-самоубийцу, эдакого камикадзе… или, скорее, ассасина. По методу Старца Горы. И будут подталкивать к тому, чтобы в них, в этих авантюрах, поучаствовать. По крайней мере все указывает на это. — Старца Горы? — переспросили Гарри и Гермиона. — Потом расскажу подробнее. Вот сами смотрите. Сначала для тебя, Гарри, создают довольно тяжелые, почти невыносимые жизненные условия. Потом тебе открывают мир магии. Вот как ты его воспринял? — Ну, — Гарри подумал немного, а потом ответил, — как сказку, наверное. — Вот именно. — продолжила Эмма. — А на каникулах тебя, всего такого героического, из сказки возвращают обратно. И тут вступают в игру твои родственники. Которые относятся к тебе как к… эээ, ну, в общем, плохо относятся. То есть вновь переносят тебя из сказки в суровую реальность. — Подожди, мама, — вновь включилась в разговор Гермиона, — иными словами, Гарри дают понять, что в этом мире все плохо, а там, в магмире, все хорошо. И там он герой. Н-да. А ведь в мирное время-то герои никому и не нужны. И, хороший герой - это мертвый герой. Так, что ли? — Ну, примерно так. — Знаете что? — прервал их разговор Гарри, — что-то мне, в последнее время, не хочется отдавать жизнь за тот мир. То нам бойкот за потерю баллов объявляют, то я наследником Слизерина становлюсь. В общем, не способствуют эти события взращиванию у меня любви к магмиру. И отдавать за него жизнь мне не хочется. Особенно в последнее время. — Ну и, разумеется, совсем без помощи вы не останетесь. — подвел итоги разговора Дэн. — В ближайший выходной мы с вами съездим в одно место и вам под кожу вживят порталы экстренной эвакуации. — Но, — возразила Гермиона, — из Хогвартса же нельзя аппарировать. — Насколько я понял, эти порталы снабжены чем-то вроде пробойников пространства. В общем, какая-то хитрая разработка. От тех ребят, которые не только сотрудничают с магмиром, но и держат творящееся там на контроле. Прошло еще несколько дней, хогвартские совы доставили ребятам списки учебников и они отправились на Диагон Аллею. Там они узнали некоторые подробности о побеге Сириуса Блэка. Оказалось, что в Азкабане, тюрьме из которой он сбежал, Блэк провел целых двенадцать лет. И сбежал он не просто так, а для того чтобы убить Гарри Поттера. — Ну, разумеется меня, кого же еще, — Гарри расстроился. — Нет, ну вот чего ему не сиделось-то? — возмущенно спрашивал он у Гермионы. — И ведь сбежал именно сейчас, когда нам разрешили выход в Хогсмид. Вот попомни мои слова, Гермиона, наши профессора все сделают, чтобы меня из школы не выпускать! Гермиона же не стала ни в чем Гарри разубеждать. Она просто затащила Гарри в кафе Фортескью и стала кормить его мороженым. А когда Гарри успокоился, их нашел Рон. Сначала он похвастался полученным их семьей выигрышем в лотерею и поездкой в Египет. А потом рассказал еще кое о чем. Про Сириуса Блэка. Оказывается, Блэк был крестным Гарри и - предателем. Именно за предательство семьи Поттеров он и сидел в Азкабане. Вот только Гарри данная информация не впечатлила. Он подумал и сказал, что все это полная хрень. А потом еще подумал, и добавил, что даже если и не полная, то все равно хрень: — Нет, — сказал Гарри, — я допускаю, конечно, что все так оно и было. Но все равно, хрень какая-то получается. Так что, перепроверить бы не помешало бы. Дальше, до отъезда в школу, ничего особенного не происходило. Ребятам вживили портключи и они вовсю развлекались, тестируя их. Обычно они отправлялись куда-нибудь на прогулку, желательно подальше. А там, найдя укромное место, мысленно произносили «Грэйнджер-Хаус» и через секунду оказывались в гостиной Гермиониного дома. А вот на Хогвартс-Экспресс они чуть не опоздали. Нет, приехали-то они заблаговременно, но на платформе 9 и ¾, перед посадкой, их задержал министр Фадж. Он счел необходимым лично проводить Гарри и, что ли, проинструктировать его. Он попросил его ни в коем случае не пытаться охотиться на Блэка лично. И исключить из своего распорядка посещения Хогсмида. Пока Блэка не поймают. А Гарри, в свою очередь, спросил: — Уважаемый министр, скажите пожалуйста, а почему все убеждены, что Блэк охотится именно за мной? — А за кем же еще, Гарри? — вопросом на вопрос ответил министр. — Вот и мне интересно, за кем? Нет, если бы он сказал вам об этом лично, то тогда вопрос бы отпал. Но мне кажется, почему-то, что вам он такого не говорил. — Разумеется, не говорил, Гарри. Но охранники слышали, как в ночь перед побегом, Блэк неоднократно повторял: «Он в Хогвартсе». — А это как раз ничего и не доказывает, уважаемый министр. — вступила в разговор Гермиона. — Сами же понимаете, что этот самый «Он», может быть кем угодно. — Не может такого быть. Министерство не ошибается. — Хорошо, давайте зайдем с другой стороны. — предложила Гермиона. — Скажите, а перед его побегом не произошло чего-нибудь необычного? Например, у него мог побывать посетитель и что-то ему сообщить. Но министр уверенно ответил, что ничего такого не было. Была, всего лишь, ежегодная инспекция Азкабана, которую проводил сам Фадж, лично. Единственным, что запомнилось министру, было то, что Блэк выпросил у него газету. — А что такого было в этой газете? Может быть, в ней была какая-нибудь информация про Гарри, да еще и с его портретом? — незамедлительно последовал вопрос от Гермионы. — Нет - нет, мисс Грэйнджер. Никакой информации про Гарри там не было. Вот, колдофото семьи Уизли там было. Их всех вместе сфотографировали, когда те были в Египте. Они бы и дальше расспрашивали министра, но тут паровоз дал первый гудок. Ребята извинились перед Фаджем, заметив что Хогвартс-Экспресс, к сожалению, никого ждать не будет, даже министра, и поспешили в вагон. А тут и Уизли появились. Те, скорее всего, как и в предыдущие годы, собирались в последний момент, поэтому садились в поезд почти на ходу. Вот и пришлось Гарри и Гермионе садиться в поезд в суматохе организованной Уизли, а потом в компании Рона искать свободное купе. Таковое нашлось в конце вагона, правда, там уже находился спящий пассажир, предположительно, их будущий профессор ЗОТИ. Впрочем, он им не помешал, к тому же спал он настолько крепко, что его не разбудило даже громкое хлопанье купейной дверью. Дверью, кстати, изо всех сил хлопнул Рончик, когда разозлился на Гарри и Гермиону и выскочил из купе. А дело было так. Гермиона начала расстегивать ремни на корзинке, в которой был Живоглот. — Не выпускай! — крикнул Рон, но было поздно. Живоглот легко выпрыгнул из корзины, потянулся и вскочил ему на колени. Внутренний карман у Рона задрожал, и Рон довольно грубо отшвырнул кота: — Пошел вон! — Как не стыдно, Рон! — возмутилась Гермиона. Рон хотел было возмутиться в ответ, но не успел. Живоглота подхватил Гарри и принялся ему выговаривать: — Вот, что по-твоему, ты делаешь, Глотик? Ты же прекрасно видишь, что ты сильный, но — легкий. Тут нужно действовать по другому. А на твоем месте, Рон, я бы теперь присматривал за спиной. — Вот еще. Буду я из-за какого-то кота за своей спиной присматривать. — отмахнулся Рон. — И будешь неправ. Во-первых, это не простой кот, а полукниззл. И он очень умён и сообразителен. Ну и во-вторых, в предках у этого кота были мантикоры. — тут, конечно, Гарри слегка «приукрасил действительность». — Так что, если оставить в запертом купе вас двоих, то на твою победу я бы не поставил. — Да ну вас, вместе с вашим котом! — разозлился Рон, и выскочил из купе, громко хлопнув дверью. А потом состоялась встреча с дементором. Сначала стало очень холодно. Гарри еще успел подумать, что в маггловской религии описывается только один вариант ада. Да и сами дементоры… чувствовалось в них что-то потустороннее, не от мира сего. А потом он ощутил, как в его разум настойчиво пытается что-то вторгнуться. Чтобы сломать его волю, поработить разум и превратить… во что именно, Гарри и сам не понял. И, если бы он был один, то еще неизвестно, чем бы закончилась эта встреча. Но он почувствовал страх Гермионы и - разозлился. — Какого черта, — пронеслось у него в голове, — какая-то тварь пытается забрать у меня самое дорогое. Ну иди сюда, сука, сейчас я тебе устрою. А затем Гарри «подпитал» своей злостью Гермиону и они вдвоем так «шибанули» дементора, что тот начал пятиться. Еще и проснувшийся, наконец, маг помог. Он что-то наколдовал, в дементора ударило светом и тот с визгом умчался. Кстати, проснувшийся маг действительно оказался их новым преподавателем ЗОТИ. Представился он как Римус Джон Люпин. А Гарри и Гермиона узнали в нем еще одного из друзей Гарриных родителей. Вот только интересоваться у него, где он был все это время и почему не обеспокоился судьбой сына друга, Гарри не стал. Люпин, если судить по его виду, сам переживал после школы далеко не лучшие времена. Да и не был он другом самого Гарри. Так что - никаких претензий. И разумеется, их приезд в Хогвартс не был бы таковым если бы не состоялась стычка с Драко Малфоем. Драко был сыном того самого Люциуса, который оказал Гарри «спонсорскую» помощь в виде домовика и его школьным недругом. А еще Гарри не понимал. — Нет, — думалось ему, — точно ерунда какая-то со мной произошла, когда я в Хогвартс попал. Как будто мне на голову что-то надели и я, вдруг, другие слова кроме как «Заткнись, Малфой» позабыл, и думать разучился. А ведь там, в Литтл Уингинге всегда находил, что ответить Дадлипупсику и его амбалам. Неужели только несчастье с Гермионой заставило меня вынуть голову из… ну откуда там ее обычно вынимают? — Эй, Поттер, — выкрикнул Малфой, когда Гарри с Гермионой входили в Большой зал, — я слышал, что ты чуть не упал в обморок после встречи со стариной дементором. — А я слышал, что ты, Дракушонок, после встречи со стариной дементором поменял свои штаны. Но ты не переживай. Подумаешь, обосрался, с кем не бывает. Следившие за их разговором слизеринцы начали посмеиваться. А один из них, Блэйз Забини, подлил «масла в огонь». — Поттер, не мог бы ты объяснить, а вот это слово «дракушонок», это что такое? — Да тут-то все просто, Забини. Маленькая лягушка, это — лягушонок. А маленький дракончик, соответственно, — дракушонок. Тут уж слизеринцы не выдержали и начали, даже не смеяться, а ржать, самым натуральным образом. А еще Гарри ощутил, что со стороны слизеринцев, отношение к нему, в целом, доброжелательное. И он понял, что не каждый слизеринец — враг. И что если гриффиндорец, то не обязательно — друг. Так для Гарри закончились каникулы и начался новый учебный год.