Ещё посмотрим, кто кого

Борис злобно смотрел в телефон. Из его ушей чуть ли не валился пар. Ричард прошел мимо него, с непониманием наблюдая за сменой настроения своего новоиспеченного друга. — Нет, Дик, ты представляешь!!! — воскликнул Боря, оторвавшись от экрана. — Вот же истинно говорят, что нет справедливости! — Тесемкин грозно замахал на потолок пальцем. — ***! — в бок кольнуло от резких движений. — Да когда же эта *** пройдет? — злость перекатилась в болезненную гримасу. — Что случилось? — Ричард присел на диван, напротив Бориса. — Да, похоже суд отменяется. Тетушка моя решила, что на том свете ей комфортнее будет, нежели в местах не столь отдаленных, - что ж, история, приведшая к столь неожиданному повороту, и в самом деле вышла захватывающая. Тополев, отдавший Бориса на попечение врачам, совсем сник. У него сердце кровью обливалось каждый раз, как он навещал своего племянника, считай, что единственного близкого человека. А тут ещё пострадавший никак не давал возможности открыть новое дело. Матвей временами даже нервничал от мысли, что в их небольшом городке мог бы появиться убийца. "Хорошо, если это просто результат потасовки!" - успокаивал себя следователь, запихивая табак в старую трубку. Тем временем Ричард, как его и просили, пару дней посидел спокойно, а после попросил Кедрова его выслушать. Дик пересказал легенду Бориса, моля Создателя и судьбу, чтобы ему не задали каких-нибудь ещё вопросов, на которые у него ответов не было. Профессор немедленно сообщил об "улучшении состояния" пациента родственникам. Ричард, следуя инструкциям Бориса, попросил Тимофея Генриховича, чтобы тот пригласил Тополева для очень важного разговора. Тогда-то Окделл и поведал следователю о злодеяниях тетушки Бориса. У Тополева камень с души упал: хоть одно дело зашевелилось. Он принялся за расследование, в ходе чего нашел и тот несчастный договор, и юриста, который консультировал Тесемкина... В общем, жизнь у тетушки Лины перестала быть сладкой, особенно, когда начались допросы и задержание. Дело шло к суду, но, увы... *** — Так и почему же ты решил, что это несправедливо? — Ричарду исход показался более, чем удовлетворительным. — Я хотел, чтобы все по-человечески было. А она самовыпилилась… Легко ещё отделалась, — Боря откинулся на спинку кресла и громко засопел. От его движений кресло закачалось, и телефон упал на пол. — Эх, Вайлет бы сюда!.. Ладно, — Тесемкин протянул руку. — Дик, подай дяде Боре телефон. Ричард поднял и отдал ему чудной предмет. — Борис, мне кажется, что ты слишком часто сквернословишь, — заметил Дик, уходя на свист со стороны плиты. — Мать моя женщина, Ричард, ты герцог или кто? С твоей неуверенностью далеко не уедешь. Вон, Алве тоже не нравился мой лексикон, настолько, что он разок дал по шее. Окделл застыл за кухонным островком и медленно повернул голову в сторону Тесемкина: — А как ты с Вороном столкнулся? — Я этого не хотел, — быстро попытался смягчить образовавшийся угол Борис. Стараниями Анэма Тесемкин худо-бедно понимал, какое отношение к Алве может быть у Окделла. — Я в Лаик попал, а там начальник — алкаш последний, одноклассники — абьюзеры, не все, правда… Ишак один пристал, я его уже и так, и эдак, нет, блин, как репей! Тут ещё Шабли давай угрожать, что после обучения в оруженосцы будут брать. А я не хотел, хоть пристрелите. Я завалил все, что только можно завалить, но с расчетом, чтоб на второй год не оставили. Не стану скрывать, занял четвертую позицию… Снизу. И тут в последний момент на Фабиановой площади вылетает эдакий сударь. Окделла захотел на службу взять. Вот и все! — Создатель! — простонал Ричард, хватаясь за голову. — И как мне теперь домой-то возвращаться? — Не переживай, я Алве должок вернул, — продолжил Боря, наблюдая, как ожил Дик. — Я ему под ребра от всей своей широкой души с локтя врезал! — Это после этого у тебя такая страшная рана? — Ты кофеек там заваривай побыстрее, а то я усну тут! — Борис на правах хозяина немного позволил себе покомандовать. Повезло, что за год никто из малочисленного семейства не позарился на квартирку Бориса. Пришлось, конечно, всю заначку вытащить из-под полы, чтобы покрыть долги, но зато Тесемкин, наконец-то, вернулся в свой родной холостяцкий уголок. — А рану я получил от одного хитропопого и коварного существа. У вас его ещё Чужим зовут. Представляешь, два дня не мог добиться меч Раканов, даже пришлось немного дворцовый переворот устроить. Самозванца на Ракана еле-еле поменял. — Да что ты говоришь?! — Ричард стрелой пробежался от островка к креслу Бори с кружками. — Как ты это сделал? Тебе разве ни Дорак, ни Ворон не помешали? — Ричард, — Боря сменил расслабленный тон на серьезный, обхватил кружку двумя руками и оперся локтями об ручки кресла. — А с какого они мне стали бы мешать, если этот твой Ворон и есть Ракан. От неожиданности у Дика выпала кружка с водой из рук и звонко разбилась. — Ты врешь, — вдруг заявил Окделл. — Или бредишь! Не зря же господин Тополев говорил, что ты головой ударился. Наверняка что-то путаешь! — Со временем примешь. Это первая стадия пошла, — с умным видом ответил ему Борис и покосился на странное поведение лужи. — Дик, а ты тоже это видишь? Ричард присмотрелся к шевелящимся каплям. Те сначала поползли по полу, затем взмыли в воздух спиралью и превратились в человека. Столь необычное явление заставило Дика отскочить в сторону. Окделл быстро зашептал заговор, а Боря от радости раскрыл рот и раскинул руки: — Какие абвении, да без охраны! Унд, как же я рад тебя видеть! — воскликнул Тесемкин. Унд с нескрываемым любопытством покрутил головой и ответил: — Боря, где тебя раттоны уже месяц носят? — На больничном, — ответил Борис. — Присаживайся, — он указал на свободный диван. — Прости, что не встал поприветствовать. Унд принял приглашение и глазами едва ли не насквозь изучил молодого человека: — Это ж кто тебя так покромсал? Эсператисты за твои выходки что ли? — Да какой там… - махнул рукой Боря и скрипнул зубами от боли. - Жена твоя бывшая напоследок расколышматила меч Ракана и смылась туда, откуда и пришла. — На неё очень похоже, — абвений достал из сапога стеклянную бутыль и протянул её Тесемкину. — Вот, от сердца прямо отрываю. Молодой человек по такому поводу даже приподнялся, хоть и с трудом. — Унд, ответь-ка мне на такой вопрос: твоих рук дело было то представление с похищением Альдо? — Борис потянул пробку, та не поддалась. Пришлось отложить кассеру Повелителя волн в сторону. — Только не говори, что было лишним, — заворчал Унд, подняв указательный палец и покачав им. — В коем веке хоть одному потомку своему мозги вправил. Ричард, затаившийся за кухонным островком, внимательно слушал разговор Бори и того, чью природу никак не мог понять. Сути многих реплик до юноши тоже не доходило, однако он в одночасье позеленел при упоминании человека, бывшего для него доселе едва ли не легендой. — Да, кстати, знакомься, герцог Окделл, — Борис кивнул в сторону Ричарда. — Ричард, это первородный дух воды, повелитель волн и основатель рода Приддов, абвений Унд… — Ричард аккуратно вышел из своего укрытия, не сводя взгляда с абвения. Он остановился в шаге от Повелителя волн и похлопал глазами. В голове никак не могло уложиться, что помимо невероятного мира, где для юноши из прошлого творилось самое настоящее волшебство на каждом шагу, ещё существуют и абвении. На минуту, те самые воины-прародители, которые по легендам ушли туда, откуда не возвращаются. — Это Окделл? — Повелитель волн даже встал. — Что-то уж больно он белобрысый, я бы его больше к Савиньякам отнес! - абвений разделял недоверие Дикона к происходящему. — Вот в этом-то и проблема, — Борис не дал возможности Ричарду ответить духу. — Ричард сейчас из-за интриг Чужого, ровно как и я, находится не в своем теле. Унд, скажи, не известно ли тебе, как это можно исправить? Мы уже все перепробовали, даже пришлось Ричарда немного поцарапать остатком от меча Раканов. Пришло время теперь Дику краснеть: его друг не обладал талантом к красноречию, если уже не говорить про изысканную речь. И юношу просто пробивал мандраж при мысли о том, как Борис мог себе позволить общаться с теми же Людьми чести. Наглядная картина сейчас предстала перед глазами Окделла: Боря не сильно старался даже при Повелителе волн. — Вот так дела, — развел руками Унд. Он на мгновенье замолчал, потерев пепельную щетину на подбородке большим пальцам. — Думаю, Вайлет или Азал что-то знают. Сегодня же отправлю им послание. Борис наконец-то с облегчением выдохнул. Этой истории все же пришел конец.