Клятвы на стикерах

К моменту, как я покинула спецчасть, на горизонт упала алая звезда, ещё днем не щадящая никого своим жаром. Значит, скоро время ужина. Только, аппетит ко мне так и не пришёл. Всю дорогу до столовой я прокручивала судьбу каждого из запасного отряда. Кристины, Рикки, даже Нойс. И единственный кадет, чья жизнь меня мало волновала - моя собственная. Хотя, я могу идти вслед за Кристиной, случись с ней что-нибудь на вылазке. Я ко многому готова, и возможно, просто храбрюсь, не зная опасности. Все-таки я никогда в жизни не видела титана воочию… В первую очередь я расскажу Кристине, что её еврейская туша записана в список фавориток на убой. Затем… не знаю, что затем. Будем импровизировать. Приблизившись к дверям столовой, меня остановила Нойс. — Сэм, привет. — Привет, - ответила я. Несколько секунд я молча прислушивалась подозрительной тишины. - За дверьми столовой тихо. Что-то произошло? — О, нет, - хихикнула она, потирая челюсть. Кажется, сегодня на тренировке УПМ, она ударилась ею о лежащий под ней булыжник, когда позорно надрывалась на качелях. - Сегодня выдался жаркий денек и многие отряды решили ужинать на улице. — Что? - изумилась я. — И… капитан это позволил? — Не знаем, мы не видели его после тренировки. Зато видела я. Наверное, ему не до нас. Сидит в своём кабинете и подыскивает следующую жертву на вылет. — Вообще-то, - продолжала Нойс, - я искала тебя. У нас весело, да и ты проголодалась очевидно. Она метнула взгляд на громкий урчащий живот, который я до этого мгновения не замечала. Он правда был сговорчивее меня, поэтому, не дождавшись моего ответа, Нойс тянет нас в заднюю парадную здания столовой. На другой стороне построения был разведен а-ля костерка, возле которого собралось пол отряда. Нас было достаточно много, поэтому многие компашки делились на группы; особо громкие сидели и скрывали собой маленькое пламя костра, (скорее всего, шибко большой костер был чреват не нужным внимание старшины) пока тихие кучки были в отделении, уединённо поедая рис с курицей. Кристина была любительница поддержать разговор, притягивая людей харизмой, шутками и непотребствами, от того и расположилась в кучке у очага. Другими словами, многие наши кадеты считали Кристину крутой. А значит, и умной за одно. Она показывала лучшие результаты, была старательна, участлива и сама по доброй воле пришла в разведкорпус. Огромный пример для подражания слабых в отряде. Перечислив все эти качества еврейки про себя, я была уверена, что преподнесенные мной новости не огорчат девушку. Напротив, я встречусь с пылающим взглядом, который бы смело можно назвать «горделивым». Именно этой реакции я боюсь. Боюсь, что Кристина не испугается, а отсутствие страха - прямое поражение. — Ну же, - пихнула меня в плечо Нойс, - пошли. Я наконец-то перестала гипнотизировать Кристину взглядом и пошла к девочкам. Рядом сидела и Рикки. Встретившись с ней глазами, я все же поняла - я не смогу сказать Кристине, как и не смогу удержать это в себе. Я присела ближе всего к шатенке, заметившей мой беспокойный вид, но не сказала ни слова. Кристина бегло поприветствовала нас и продолжила рассказывать историю из жизни до - когда она не поступила на службу. Тон её был задорен, а самое ужасное и мерзкое она преподносила с ноткой чёрного юморца. Я сидела молча, одним ухом внимая, а другим заглушая гогот соседней группки отряда. Рикки, видимо, наблюдала за мной с момента нашего прихода. Я очень хотела поговорить с ней, считая трезвым голосом разума. В любом случае, я бы предупредила всех девочек. Вдруг после Кристины может оказаться Рикки, несмотря на не самые выдающиеся результаты на тренировках. За горами было ещё полгода. — Эй, - начала Рикки, прорывая мою преграду. - Ты сама не своя. Все хорошо? Этого короткого вопроса хватило, чтобы излить ей свои тревоги. Точнее не свои, а чьи-то, кому они пока неизвестны. Я чуть киваю Рикки в сторону туалета, и мы обе понимаем, что отойти нам надо не с целью отлить. — Кристину хотят скормить титану?! - насупилась Рикки. — Не ори! - шикнула я. - Они подумывают отправить её с каким-то отрядом, как подготовленного бойца. — Как подготовленную няню для неподготовленных щенков, - фыркнула Рикки. - Кирштайн говорил, что мы необычный отряд, и времени на обучение уйдет куча… Но я не думала, что нас по одиночке отправят в пасть гигантов. — Они бы сделали это так и так. За тем здесь и находится половина разведкорпуса. — Что, если мы всем расскажем? — Что? - нахмурилась я. — Они отправят Кристину, хотя мы и месяца не провели в отряде! Они нас убьют! Всех! Но… рассказав всем, мы успеем предупредить тех, кто еще может уйти… Кажется, я ошиблась насчет Рикки. Даже её самообладанию наступит конец. Или уже наступил. — Нет, исключено. Это утечка информации и нам, точнее мне, хило не покажется. Кристину отправят только через полгода. — Откуда ты знаешь? - ощетинилась Рикки, нервно вдыхая и выдыхая дым от костра неподалёку. На нас косились кадеты, учитывая, как странно мы себя вели. — Привилегии дочери бывшей главнокомандующей. — Понятно, - охнула девушка, что означало, что ей не все понятно. - Как быть дальше? — Я хотела спросить это у тебя. - я сильно поджала губы, вновь посмотрев на нашу компанию. Кристина не закрывает рта, веселя кадетов. К ним… подключились офицеры?.. - У меня была идея сознаться ей тотчас. Возможно, она бы стала плохо вести себя на тренировках, Эрвин Смит сбросил бы с неё глаз, а потом… — Переключился бы на кого-нибудь другого. — Да, на меня. - Рикки высоко взметнула брови, а я сложила руки на бедрах. - Мы с Кристиной занимаем лидирующие строчки, но в отличии от неё я обучена большему. Поверь, Рикки, я была бы готова занять место Кристины. — Ты думаешь, она погибнет? Я не знаю. Я не хочу о таком думать. Моя красноречивая заминка стала ответом для шатенки. — Проблема в том, что Кристина может вовсе и не препятствовать этому. Мы знаем, какая она, - я многозначельно вздернула бровью. - По этой причине я ломаюсь что-либо обсуждать с ней. Вдруг, после правды она только сильнее захочет отправиться на вылазку? — Да… очень может быть, - задумалась Рикки. - Однако молчать нельзя. Нам нужно поговорить с ней, и при худшем раскладе… — Вразумить. — Именно. — Кого вразумить? Мы обе вздрогнул, будто нас окликнул вовсе не мужской голос, а рык гиганта. Забавно, мы ведь даже не слышали его. Рикки быстро вернула своему лицу безразличие, когда я же поражалась названному гостью. Из груди вырвался облегченный клубок воздуха, когда я заглянула в изумрудные радужки подошедшего. — Шейн? — Сэм, - слегка ухмыльнулся он. — Что вы тут обсуждали? — Ничего, офицер Шепард! - стройно отозвалась рапортом не Рикки, а её сущность кадета. И пусть по глазам я видела, что наша с Шейном фамильярность не ускользнула из-под её бдительного внимания, виду кадет Рикки не подала. - Девичьи сплетни. — Вот как, - промычал он, все ещё смотря на меня. Мое выражение слишком громко говорило за нас, от того уверена, Шейн не почуял правды. - Вы ели? Вся шумиха у костра. — Мы как раз собирались… - я метнула многозначительный взгляд на Рикки. - Идем? — Идем, - кивнула та. Вернувшись к костру, мы уселись не то чтобы далеко, но и не то чтобы близко. Были на достаточном расстоянии от Кристины, но при этом затылком я ощущала изучающий взор Шейна. Вскоре Рикки поела и отошла в туалет, по настоящему отлить. Отличный момент, дабы офицер пересел ко мне и заговорщицки зашептался: — По всей видимости, ты в курсе, что кто-то из ваших пойдет на одну из важных вылазок где-то… — Через полгода. Он поразился, кажется, рассчитывая, что я начну оправдываться и увиливать. — Будем говорить откровенно? - наклонился чуть ближе Шейн. Со стороны мы смотрелись не под самым лучшим углом, но ни в моих, ни в его словах не было чего-то из недавнего флера. — Ты офицер, а значит все уже знаешь. И знаешь, что знаю я. — И знаю, что те кто знают, сказали тебе знать то же, что знаю я. Теперь мы оба знаем, верно? Я готова была больно усмехнуться, но сдержалась, приуныв голову. — Да, - произнесла я. - А знаешь, кто я? Или ты не такой всезнающий? — Кажется, дочка бывшей главнокомандующей, которую я сегодня страховал на тренировке… не уверен, я попробую навести побольше справок. - На этот раз сдержаться не вышло и я улыбнулась. Такое ощущение, будто я всю вечность уже не улыбалась. - Честно, до сего момента я не подумал бы, что ты Ханнис. Проверять бы тоже не стал, обычно мне плевать на кадетов. — И все-таки ты перепроверил. Что тебя побудило? Шейн оглядел толпу кадетов, доедающих свои порции ужина и наполняющие улицу смехом и шутками. — Твое мастерство. Качели - тяжелые тренажеры. В первые, да даже в четвёртые, а то и пятые, тренировки трудно освоить их без покачиваний. — Я шаталась. — Специально, - подмигнул он мне. - Не ври, мы уже это проходили, кадет. - Я закусила язык, отведя взгляд. - Конечно, была Кристина Янг, к примеру. Тоже неплохо справилась. — Она тощая и лёгкая. — Поэтому для неё качели дались легко. Мы промолчали пару секунд, после его последних слов. Наш разговор вновь возродил мысли о Кристине и её первой вылазке через полгода. — Ты долго в офицерах? - неожиданно спросила я. — Уже пятый год, а что? — Тебе должна быть известна статистика по запасным отрядам, ведь так? Шейн скосил на меня взгляд, недоверчиво анализируя мое недрогнувшее лицо. Спустя секунду он понял, что я говорю серьезно. — Смертность в запасном отряде чуть выше, чем в обычных отрядах. - Я кивнула, скрывая проявившееся напряжение. — Но большинство из этого процента - несчастные случаи. — Теперь это так называют? — Клянусь, нелепые смерти в отрядах, на тренировках. Кто-то неумело справляется с УПМ, кто-то давится стряпней в столовой. Минусы есть всегда. — Ясно. Небось, я кажусь тебе глупой, - стыдливо начала я, - ну, что я пекусь о жизни девчонки, которую толком не знаю. — Нет, именно это я нахожу симпатичным. - Я сделала вид, что пропустила комплимент мимо ушей, однако зафиксировала на подкорке сознания для какого-то удобного случая, чем сейчас. - Глупым мне кажется лишь то, что ты забываешь, кто находится в разведкорпусе, и с какой целью. — Умереть, - отчеканила я. - Моя мать жила по такому принципу. Либо сделай что-то, либо умри. Я не хочу делать что-то и при этом выбирать дорогу смерти, равно как и наоборот. Шейн не стал продолжать диалог. Я почувствовала себя слегка неловко, сидя в таком молчании с очаровательным брюнетом, не строя ему глазки, как делали это другие девушки-кадетки, которых я заметила боковым зрением. Вскоре вернулась Рикки, и Шейн, улыбнувшись на прощание, отсел на своё прежнее место. Ужин закончился поздно, от того мы должны бы получить оплеуху от старших офицеров казарм, да только они тоже были с нами на ужине. Поэтому на ночной инцидент а-ля «уютных посиделок» разрешалось закрыть глаза. На этот раз. Живот заурчал уже на полпути к девичьей части. Конечно, из-за тревожных мыслей сунуть в рот какую-нибудь вкусность - не вышло. Рикки ходила вместе с Нойс, оглядываясь на меня и демонстративно кивая в сторону Кристины. Я все также не решалась поговорить, поэтому отводила взгляд, смотря себе под ноги. Но видимо этому разговоры было суждено случиться сегодня, прямо сейчас. Кристина сама подошла ко мне, без приветствий и улыбок, начала с самого провоцирующего: — Не волнуйся, я простила тебя за то, что ты даже не подошла посидеть со мной. У тебя были дела поинтереснее. — О чем ты? - опешила я, от появившейся под боком Кристины. — Я видела тебя и офицера. Сначала на тренировке, потом сейчас - на ужине, - она усмехнулась. - Он смазливый. Я неловко ухмыльнулась. — Симпатичный. — Ты перепихнешься с ним? — Чего? — Просто если нет, то не выбрасывай такой изумруд в мусорку. Отдай мне. — Кристина, - я остановилась, отпуская компанию кадетов впереди. С уместным случаем я так и не дождусь подходящего. Обрубим все на корню. — А… ты пока уламываешь его… Ладно, не трогаю. Но вдруг… — Кристина, нам нужно поговорить. Еврейка наконец перестала отшучиваться или, как это можно назвать, метить территорию. Я вывалила все, как на духу. Нам пришлось отойти подальше от людей, присев где-то у левой части казармы. Кристина была на земле, скрестив ноги, а я стояла и ковыряла ботинком землю, ожидая вердикта. По еврейке нельзя было сказать, рада она новостям или придумывала пути отхода из разведкорпуса. Она была… задумчивой?.. В любом случае, ответ не заставил бы себя ждать. Сумерки почти поглотили наши фигуры, и офицеры недосчитаются двух кадетов. — Давно знаешь? - подала голос Кристина. — Пару часов. - Она кивнула. - Ты злишься на меня? — Ещё не решила, - уверенно ответила она. - Значит, ты ещё не успела ничего сделать? — Я хотела… — Значит, ничего. С минуту на минуту я услышу что-то, к чему точно не готова. — Кристина, полгода - слишком мало. Они отправляют туда до «победного». Без шанса на возвращение. Опасность выше, нежели в других… — Заткнись, Сэм, - рявкнула девушка, и я быстро закусила язык от испуга. - Не смей ни в коем случае отзывать мою кандидатуру. Не в целях безопасности, не в целях заботы. — Кристина… — Можешь не пользоваться своим громким именем и «спасать», как бы оно мне не нравилось. Мы не родились с золотой ложкой во рту и привыкли добиваться всего своим силами. Так что если ты не против, то мне нужно отправиться за стену. — Ты считаешь, я пытаюсь отобрать твоё место?! — Заметь, это не я сказала! — Совсем чокнулась?! - сочувствие и страх, которым я плескалась пару секунд назад превратились в гневный ров. - Всрался мне этот жалкий успех! Только не ценой чужих жизней! — Тогда заруби себе на носу, - Кристина приблизилась ко мне до ужасного близко, что её дыхание падало мне в губы. - Я хочу за стену. Я всегда хотела за стену. Всегда. Тебе нет смысла печься обо всех и строить из себя мученицу, перетягивая одеяло. Каждый сам за себя. — Ты говоришь так, словно не знаешь мою позицию о внимании. — Все мы пушистые кролики. До поры, до времени. Дочка главнокомандующего не исключение. Кристина делает шаг назад, не отрывая взгляда. Она обернулась лишь тогда, когда её кудрявая макушка исчезла за дверьми казармы. Жаль, мне чудилось, что я стала находить друзей. Стоило поверить своему счастью на миг, как названные друзья ополчились против меня.