В конце лета

Карл сидел на лавочке возле дома и смотрел в пустое небо. Был теплый ветер, который приятно дул в лоб. Мысли о вчерашнем всё лезли в голову. Он хотел забыть всё, что было вчера. Он хотел забыть его. Забыть те нежные прикосновения, то тепло которое успокаивало, то обжигающее дыхания которое он всё ещё чувствовал на своих губах, на шее... Сердце начинало колотить в груди. Дыхание сбилось. Ладони вспотели. Парень закрыл глаза и почувствовал в своей руке теплую ладонь, над ухом его шёпот и дыхание.. Такое ровное, спокойное. То которое могло убаюкать. Он открыл глаза. Лоб вспотел, тело обливалось потом. Руки были сжаты в кулаки. По телу пробежалась дрожь, из-за ветра который так не вовремя подул. Глаза дрожали и бегали из стороны в сторону. Сердце выбивалось из груди. Он встал с лавочки. В глазах потемнело, голова закружилась, но через какое-то мгновение — это прошло. Зайдя в дом, тот лёг на кровать закрыв локтем глаза и погузившись в сон. Было тихо спокойно. Ветер колыхал траву. По зади себя прозвучал голос: "Поцелуй меня" Голос был тихим, еле "Да или нет?". Опять этот голос. Опять он не давал покоя, даже во сне. Что-б чёрт его побрал. Веки резко распахнулись. Была глубокая ночь. Встав с кровати парень тихо вышел на улицу. Стояла тишина, лишь изредка кузнечики играли свою ночную мелодию. Он стоял там где и всегда. Он ждал только его. Он знал, что тот перейдет. — Ты идиот, — сказал Карл уткнувшись носом в широкую спину, на которой была чёрная рубашка. - Хах, — тихо хохотнул Ник, - почему это? Карл не ответил на его вопрос. Просто ещё крепче прижался к спине Ника. — С тобой всё хорошо?— Послышался чужой голос, в котором можно было почуствовать нотки волнения и обеспокоенности. —Нет —Почему? — Ты приследуешь меня везде. Как со мной может быть всё хорошо? —... Старший обернулся и взял брюнета за подбородок. Он обжёг его в очередной раз своим дыханием. — Да или нет? — А если нет, то что? — Ты не узнаешь, что будет в конце лета. Тяжело вздохнув, пришлось ответить: — Да.. Пасмурное утро не дало дольше поспать. Темные тучи уверено шли вперёд и вот-вот должен полить дождь. К радости, или к печали, дождя всё не было и не было. Карл помогал матери по хозяйству: носил дичи, еду и дальше по списку... Когда мать упомянула караем слова Ника, то Карл тут же замер. Воспоминания о вчерашнем дне и о предыдущих заставляло бесконечное количество раз мурашкам пробежаться по его коже. Недовольная гримаса так и осталась на лице парня, даже когда мать сменила тему. Можно сказать Карл сам не понимал, почему только от упоминания "этого" имени его бросало то в жар, то в холодный пот. Он сел на кровать и упёр локти в колена посмотрел на свои руки, будто, видел их первий раз в своей жизни. Бледные, достаточно худые руки немного дрожали, то-ли от напряжения, то-ли от роботы. Карл и сам не знал от чего конкретно. Мысли о "нём" всё так и лезли в голову. Жалеть о том что произошло нет смысла, "это" произошло, и "это" уже ни как не изменить. Он сжал руки в кулаки, а потом разжал. Наверное это успокаивало, кто знает. Закрыв глаза он лёг на кровать. — "Несколько дней осталось до конца лета. Надеюсь, он подскажет или покажет то, что там он хотел"— Подумал парень. А и правда, до конца лета осталось считанные дни, а Ник так и не показал, то что хотел. Эта мысль доводила Карла до безумия. Любопытство брало верх, но пойти и прямо спросить он не мог. Оставалось только ждать, то что Карл покорно делал последние недели. "В конце лета узнаешь" "Поцелуй меня" "Да или нет?" Эти фразы, этот голос преследовали Карла каждый день и каждую ночь. После события на поле, они встречались только на улице, но не говорили ни слова, не смотрели друг на друга. Карл смотрел на его широкую спину, белою рубашку, узор которой вручную вышит красными и черными нитями. Узор который начинается у воротника и заканчивая на середине живота. Нику точно шла эта одежда.