A Fallen Knight and his King

KingOfN00ds: Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной, если тебе это нужно, верно?         Эдж сделал глоток своего жемчужного чая, затем отставил стаканчик в сторону, чтобы как следует сжать телефон обеими руками.   ProtectAndService: Что натолкнуло тебя на этот вопрос? KingOfN00ds: Ну, ты всегда так мило отвечаешь на мои вопросы и ты очень терпелив со мной! И когда я жалуюсь на другие вещи, ты тоже слушаешь! Итак, я хотел, чтобы ты знал, что я тоже выслушаю тебя, если тебе это необходимо.       Эдж издал веселый вздох и прикрыл рот, чтобы скрыть улыбку. Он не хотел начинать ухмыляться в людной кофейни в свой обеденный перерыв, ему все же нужно было поддерживать репутацию, но KingOfN00ds, которого Эдж стал называть просто Кингом, действительно был слишком милым.   ProtectAndService: Я и так слишком много жалуюсь. Кроме того, мне очень нравится говорить с тобой о правильном БДСМ-этикете, так что не беспокойся. Ты очень хорошая аудитория, и я люблю слушать твои мысли.         Как обычно, Кинг замолчал после того, как Эдж немного пофлиртовал. У острозубого скелета действительно была некоторая репутация как любителя флирта, это да, но Кинг никогда не жаловался на это, и он всегда, казалось, очень волновался от любого комплимента или похвалы со стороны Эджа. Это было совершенно восхитительно, хотя и заставило темного монстра задуматься, правильно ли он все делает. До сих пор ему нравилась их динамика, нравилось дразнить Кинга и чувствовать самодовольство из-за этого, но должен ли он был быть более кротким и пассивным? Должен ли был Эджи хотеть, чтобы другие открыто заигрывали с ним? Он предпочитал быть стороной, что проявляла инициативу, но это могло бы стать препятствием для доминанта…       С другой стороны, Кинг не был его домом, не так ли? Он был просто очень милым парнем, с которым Эдж общался онлайн. Кинг был тем, кто заставлял Эджа волноваться всякий раз, когда он замечал новое сообщение в своем почтовом ящике. Они общались в течение нескольких недель, сначала небрежно, а после уже каждый день, но Эдж по-прежнему предпочитал не торопиться, знакомясь с людьми онлайн. На данный момент скелет был доволен просто милыми шутками и легким общением.       Наконец, появился ответ.   KingOfN00ds: Ты слишком добр ко мне ;) И я рад, что кому-то настолько опытному интересно поговорить со мной! Но, кроме того, ты уклоняешься от темы.         Оу. Эдж сделал большой глоток своего чая, не в силах скрыть ухмылку. Кинг был довольно хорош в том, чтобы вызвать его на откровенность: удивительно искусен в том, чтобы замечать, когда Эдж злится и скрывает это, испытывает стресс и отвлекается или просто забывает поесть, а иногда просто побуждал его к разговору. Эджа несколько нервировало то, как этому парню удавалось точно определить его состояние по тексту, но это было… интересно. Острозубый монстр так и не привык чувствовать людей во время разговора. Ред мог читать его как открытую книгу, но обычно это вызывало больше раздражения, чем что-либо другое, — это была необходимость, которой он не мог избежать, потому что это касалось их безопасности. Но с Кингом? Это заставило Эджа почувствовать, что кто-то присматривает за ним. Монстру не нравилось думать о том, что это чувство значило для него, что он, казалось, был так заинтересован в том, чтобы кто-то заботился о нем, но опять же, разве не в этом был смысл быть сабмиссивом?       Эджи задумался, что ему следовало ответить. На самом деле он говорил только о незначительных неприятностях на работе, — весьма и весьма осторожно, чтобы случайно не раскрыть место где он работал, — или о своих знакомых, небольших моментах своей истории в сообществе, даже когда не отвечал напрямую ни на один из вопросов Кинга. Было опасно упоминать что-либо еще, особенно человеку, которого он никогда не встречал, который, будучи новичком, не был представлен на местной сцене. Это был один из основных советов по безопасности, которые он давал сабмиссивам, которые обучались у него.       Никогда не разглашайте личные данные.       Всегда проверяйте потенциальных доминантов.       При первой встрече с доминантом обязательно выбирайте многолюдное общественное место, которые вы обычно не посещаете.       И Эджи не собирался открывать свое рабочее место, настоящее имя и номер социального страхования этому парню. Но сама идея немного открыться… ему следовало помнить о рисках, но это звучало заманчиво. Особенно с тем, кто может это понять, таким же новичком, что тоже исследовал свои предпочтения и самого себя.   ProtectAndService: Я думал обо всем этом… недавно попробовал себя в роли сабмиссива. Я говорил тебе, что обычно я строгий дом, но я думаю об этом, верно? KingOfN00ds: Ты попробовал! Что-то тебя беспокоит в этом? ProtectAndService: Я полагаю, есть несколько вещей. В основном то, что я много лет нахожусь в сообществе, много лет был доминантом, думал, что я во всем разобрался, и сейчас я резко разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов в теме, что является большой частью моей личности. Так что теперь я переворачиваю свое мнение о себе, о том, что другие люди подумают обо мне, когда я расскажу им об этом, и я даже не уверен, что это то, чего я действительно хочу, или я и вовсе совсем сбился с пути. Просто здесь есть о чем подумать, вот и все.         После этого сообщения последовала пауза в несколько минут. Эдж не знал, может у Кинга всплыло другое сообщение или он просто не торопился печатать ответ, но тем временем скелет допил свой чай и вышел на улицу, направляясь обратно на работу. Небо было уродливым и хмурым, — мутно-серым, явно намекающим на дождь, — но, к счастью, сейчас все было спокойно и тучи пока не спешили поливать их головы водой. Что на самом деле было хорошо, ведь Эдж зонт сегодня с собой не брал.       Когда он вернулся в свой кабинет, поприветствовав всех, кроме Разза, потому что пошел он к черту со своей самодовольной ухмылкой, монстр сел в свое кресло, чтобы в последний раз проверить свой мобильный телефон. Кинг ответил как раз вовремя, чтобы Эдж успел прочесть.   KingOfN00ds: По-моему, бояться любых больших перемен вполне нормально! Особенно, когда это касается твоей собственный личности и мировоззрения. Я имею в виду, что я тоже нахожусь в процессе выяснения, кто я такой, теперь, когда я, по-видимому, увлекаюсь БДСМ, так что я знаю, что это трудно выяснить. Но также, даже если ты сбился с пути, это не значит, что эту идею не стоит исследовать! Ты узнаешь о себе больше, если сделаешь это, и если людям не нравится, кто ты такой, когда ты счастлив, значит, они не очень-то поддерживают тебя! Я прочитал это в книге по самопомощи.         Эдж весело фыркнул.   ProtectAndService: Мне нужно идти на работу, поговорим позже. И спасибо тебе за то, что выслушал и дал совет. KingOfN00ds: Без проблем! Напиши мне, если что-нибудь понадобится.         Эдж заблокировал свой телефон и отложил тот в сторону, снова сосредоточившись на своей работе. Это была скучная бумажная работа, и ему не нужно было много внимания, чтобы сделать это, но если бы он медлил или отвлекался, он остался бы здесь допоздна. Тем не менее, слова Кинга кружились в его сознании, пока он работал.       Его собеседник был совершенно прав. Если бы с ролью сабмиссива ничего не вышло, по крайней мере, Эджи бы знал, что его беспокоит не это. И не похоже, что ему пришлось бы менять всю свою принадлежность к сообществу, прежде чем он был готов - весь смысл второго акаунта на FetLife заключался в том, чтобы быть анонимным, пока он разговаривал с людьми и во всем этом разбирался. Он мог бы все обдумать сам, возможно, даже попробовать позицию саба так, как ему хотелось бы, прежде чем он примет решение официально сменить свою роль на сабмиссива. И, кроме того, Эджи вряд ли был бы первым в сообществе, кто решил сменить сторону. Вероятно, скелет был просто параноиком, как и обычно, и успокаивающие заверения Кинга лучше помогли утихомирить его неспокойный разум.       Тем не менее, Эджи задавался вопросом о том, чтобы немного попробовать. Скелет чувствовал, что сейчас он на правильном пути, да, но он понятия не имел, выльются ли эти жгучие желания, которым он потворствовал, в то, чтобы стать сабом, пока он не попробовал это по-настоящему. Что означало, что ему понадобился бы доминант. А большинство знакомых домов его не особенно интересовали.       Однако, Кинг. Он был новичком. Очень-очень новичок и очень-очень неопытный. Но он быстро учился, серьезно относился к безопасности, и у него был опытный кинкстер вроде Эджа, который помогал ему и направлял. Это не обязательно должно было стать катастрофой. И в маленьком уголке неуверенности его души, которую он пытался подавить и игнорировать, что-то взывало к нему. Что-то хотело быть с кем-то, кто все еще не был идеальным, собранным домом, точно так же, как Эджи не был бы сейчас идеальным сабом. Кто-то, с кем скелет мог бы расти и учиться вместе, кто совершал бы ошибки так же, как и он. Он так старался быть идеальным доминантом в своих сценах, поскольку не простил бы себе меньшего, но входить в сцену более расслабленно и открыто для грубых ошибок было очень интересно.       Но темный монстр забегал вперед. То, что Кинг был взволнован его флиртом, ничего не значило, а его разговор с Эджем доказал, что ему нравилось разговаривать со скелетом, не более того. Эджи знал, что лучше не читать в их взаимодействиях то, чего там не было, знал, что лучше не подталкивать кого-то настолько неопытного к отношениям, к которым он, возможно, чувствовал себя не готовым. Нет, он дал бы ему возможность подойти к нему, если бы он того пожелал, или возможность проявить интерес, если бы он проявился. Эдж мог быть терпеливым, когда это было необходимо. Он не хотел причинять ему боль.       Хотя Эджи нравилось с разговаривать с Кингом. Всего несколько недель, а он уже фантазировал о том, каким на самом деле мог быть этот парень. Они еще не рассказали о себе подробно, поскольку Эдж предупредил его не делать этого ради его собственной безопасности, но он все еще задавался вопросом. Он был человеком? Монстром? Он высокий? Или низкий? Крепкий? Худой? Было ли у него доброе лицо, соответствующее его словам?       Эдж понял, что для него это не так уж и важно. Он просто хотел продолжать получать новые сообщения, продолжать разговаривать. Хоть раз завести такого человека, кому можно довериться, кого ты выбрал сам а не из-за необходимости. Он рассказывал своему брату почти все, пока они росли, но Кинг замечательно умел заставить Эджа почувствовать, что он может сказать все, что угодно, и он просто с радостью продолжал бы быть для него другом.       И так они продолжали разговаривать.  

__________________________

KingOfN00ds: У меня есть вопрос, не имеющий отношения к тому, о чем мы говорили, но нормально ли, когда люди постоянно присылают обнаженные натуры, не спросив тебя об этом заранее? Что мне сказать в ответ? Кто-то только что прислал мне фотографию своего пениса, и да, это хороший пенис, но я не уверен, что мне делать ??? ProtectAndService: Им сначала определенно следует спросить разрешения, отправлять откровенные фото без разрешения - это вопиющее нарушение личных границ. Возможно, они увидели твое имя пользователя и предположили, что ты не против, а может и очень за то, чтобы тебе отправляли обнаженные фото, но это не оправдание. В любом случае, ты можешь игнорировать их и блокировать или отвечать, если захочешь. Не чувствуй себя вынужденным потакать им. KingOfN00ds: Мое имя пользователя? Что общего у нее с обнаженными фотографиями? ProtectAndService: Из-за слова nOOds в нем? Как отсылка к нюдовым фотографиям? KingOfN00ds: О! Я думал, что noods означает лапшу, ну как в пасте! Мне было интересно, почему у стольких людей на этом сайте был фетиш на макароны, и теперь в этом гораздо больше смысла! Кроме того, как ты думаешь, они будут открыты к критике их фотографии? ProtectAndService: Рад помочь. И если ты будешь критиковать чьи-то непрошеные дикпики, то либо их самомнение будут ранено навечно, либо они получат удовольствие, что, в зависимости от твоего мировоззрения, может быть беспроигрышным вариантом. KingOfN00ds: Думаю ты прав. Теперь, возвращаясь к теме: люди, кажется, рекомендуют хирургическую сталь, но разве это не повышает риск повреждения? Я бы предположил, что было бы лучше что-то более гибкое. ProtectAndService: Люди рекомендуют это из-за риска инфекций мочевыводящих путей, но у монстров, на мой взгляд, больше возможностей для маневра.  

__________________________

ProtectAndService: Я признаю, что становится трудно отключить голос доминанта, когда к нему настолько привыкаешь. Я не знаю, сколько уже раз я использовал его, когда кто-то вел себя со мной по-свински на публике. Однажды я даже использовал более щадящий вариант для баристы, потому что она была очень мила со мной и казалась очень взволнованной. Я тогда был почти сразу после сцены, поэтому этот голос просто вырвался. Признаюсь, было немного неловко, что бариста, казалось, весьма увлеклась этим. KingOfN00ds: Если ты флиртуешь с бариста, так же как со мной, я ее не виню. Ты просто угроза !!! ProtectAndService: Я человек многих талантов. ;) KingOfN00ds: Ты используешь смайлики??? Я думал, ты старик! ProtectAndService: Мы уже установили, что мы одного возраста, ты, маленький засранец. Я не тот, кто думал, что нужно сначала напечатать «google.com» в строке поиска Google для того, чтобы начать поиск. KingOfN00ds: :( ProtectAndService: Однако ты восхитительный маленький засранец. Так что не принимай это близко к сердцу. KingOfN00ds: :)  

__________________________

ProtectAndService: Спасибо, что так много разговариваешь со мной, Кинг. Это… приятно, что есть кто-то, перед кем я могу вот так разговориться. KingOfN00ds: Я рад тебя слушать! Люди часто не воспринимают меня всерьез, поэтому приятно поговорить с кем-то, кто не высмеивает меня и не считает странным. ProtectAndService: Во-первых, пошли все к черту, кто не воспринимает тебя всерьез, а во-вторых, мне нравится твой странный стиль. Я всегда чувствую себя более счастливым после разговора с тобой. KingOfN00ds: И я с тобой! Ты потрясающий!  

__________________________

KingOfN00ds: Может быть, ты хочешь встретиться? Я имею в виду, со всеми мерами безопасности на месте, как ты мне рассказывал?         Эдж моргнул и застыл, глядя на экран своего ноутбука. Сначала скелет был сбит с толку, почему в его душе зародилась сильная паника. Но затем рациональная сторона его личности решила вмешаться и взять верх.       Кинг хотел встретиться.       В конце концов, это было не так уж странно. Они уже несколько месяцев общались. Эдж знал любимый цвет парня (оранжевый), любимый напиток (лимонад со вкусом малины, при желании с добавлением водки), и даже носки какого цвета тот носил в некоторые дни. Эдж уже некоторое время флиртовал с ним без остановки, и каждый раз, когда он думал, что ему следует отступить, он в конечном итоге брал себя в руки, когда Кинг начинал делать ему комплименты и флиртовать в ответ. И, прежде всего, Эдж так долго разговаривал с ним, что ему стало нестерпимо захотелось встретиться с ним, иметь возможность общаться с этим парнем не только с помощью сообщений из FetLife.       Так что это должно быть здорово, верно?       Ну, за исключением того, что Эдж боялся. У него сдавило грудь, когда он представил встречу с этим человеком и осознание того, что, возможно, он мог и не быть таким добрым, как в переписке с ним. Возможно, при личной встрече Эджи увидит скрытые красные флаги Кинга, которые скелет просто не сможет игнорировать. И тогда окажется, что человек, к которому темный монстр действительно привязался, был не тем и Эджи должен был его отпустить. Возможно, Эдж также боялся того, как быстро он привык к чужой похвале, жизнерадостному характеру, присутствию и поддержке Кинга в своей жизни, и из-за этого чувствовал себя уязвимым.       Может быть… может быть, Кингу вообще не понравится Эджи. Может быть, они встретятся, и этот парень никогда больше не свяжется с ним из-за угрожающей внешности скелета или его резкого характера, или ему просто будет неловко из-за флирта Эджа. Может быть, он захочет просто дружить с Эджем и не более того, и тогда Эдж познакомит его с несколькими приятными сабами, с которыми Кинг может хорошо сойтись, и тогда скелету придется попрощаться с ним.       Эджи был уверен, что переживет все эти сценарии. Он проходил и через худшее. Но его душа болела при мысли, что это… то, что они затеяли, может подойти к концу.       Однако. Он не хотел продолжать делать это бесконечно. Он никогда не хотел прекращать разговаривать с Кингом, но он и не хотел укреплять между ними кирпичную стену, ждать, пока они естественным образом отдалятся друг от друга и вообще перестанут общаться. Эдж хотел встретиться с ним.       Скелет потер переносицу, глядя на клавиатуру. Он был напуган, но знал ответ.   ProtectAndService: Думаю, мне бы это понравилось, на самом деле.         Потребовалось несколько минут, чтобы получить ответ, и монстр испытал некоторое облегчение от того, что ответ был таким оптимистичным, как он и надеялся.   KingOfN00ds: Я так рад!!! В субботу перед уходом на работу я свободен, может быть, ты захочешь выпить кофе? Выпечка на завтрак? Есть ли какое-нибудь место, где ты хотел бы встретиться? ProtectAndService: Думаю, получится. Работает ли «Webpourium» в 10 утра? И как мы узнаем друг друга? Иногда по выходным там становится весьма людно. KingOfN00ds: Как насчет того, чтобы сохранить все в тайне? На мне будет пара кожаных перчаток. Обязательно ищи красавчика в перчатках! ProtectAndService: Какое совпадение, у меня тоже есть несколько пар кожаных перчаток, и я тоже их надену. И я буду с нетерпением ждать встречи с тобой, Кинг. KingOfN00ds: И я не могу дождаться встречи с тобой! Ты один из самых крутых людей, которых я встречал, мне не терпится увидеть, как ты выглядишь!         Они попрощались и Эдж выключил свой компьютер. И только после этого он закрыл лицо, что будто расцвело как букет из маков. Приглушенный ладонями крик, больше похожий на громкий писк, прозвучал в комнате. Три дня. У него было три дня, чтобы взять себя в руки, успокоить свою бедную, измотанную душу и выбрать образ. Скелет положил руку на свою грудную клетку, заставляя себя дышать медленнее. Он не помнил, когда в последний раз был так взволнован и нервничал из-за встречи с кем-то. Он так отчаянно хотел прийти туда с лицом дома, скрыть свою неуверенность своим сильным присутствием, но ему нравилась уязвимость, которая была у Кинга. Мысль о том, чтобы обнажить то, что было под этим образом, была столь же соблазнительной, сколь и ужасающей.       Эджи встал и направился к шкафу. Возможно, еще слишком рано подбирать подходящий для встречи комплект, но, по крайней мере, это дало бы скелету некоторое чувство контроля, в котором он отчаянно нуждался. У него были желания, которые он хотел исследовать, но это не означало, что он был готов с головой окунуться в это.       Эджи надел свои красивые черные брюки в сочетании с рубашкой и кожаной курткой, а затем, в качестве последнего штриха, положил в карманы свои любимые кожаные перчатки. Он мог это сделать. Он проходил и через худшее.  

__________________________

      Наконец-то наступила суббота, и Эдж уже ждал перед «Webporium», кофейней, которой управляет Маффет из мира Стретча, — какое у этой паучихи было новое прозвище, Эдж понятия не имел, но и ему было все равно. Скелет прислонился к низкой перегородке, что отделяла патио от улицы. Монстр яростно просматривал свои социальные сети, пытаясь удержаться от заламывания рук. Смешно. Просто нелепо. Он был взрослым мужчиной, он был стражником и весьма долго был доминантном. Он не должен был так нервничать из-за простой встречи с кем-то, с кем познакомился онлайн. Даже если этот кто-то был невероятно милым, интересным и интеллектуально стимулирующим.       О, кого он обманывал. Возможно, за годы службы в королевской гвардии Эджи научился быть бесстрастным, но все равно нервничал. Черт возьми, у скелета едва ли были какие-либо социальные навыки, которые не включали в себя надевание маски, чтобы выглядеть жестким и контролирующим себя, он не был уверен, что он даже симпатичный, если это- — Эджи? — раздался голос сбоку от него, вырвав монстра из задумчивости.       Его первой, вызванной тревогой мыслью было, как он мог позволить себе не заметить, что кто-то подходил к нему, глупый, глупый! Но как только Эджи посмотрел в сторону, он позволил своему телу расслабиться, даже когда его брови удивленно поднялись. — Папайрус? Что ты здесь делаешь? — спросил он.       Папайрус выглядел… немного иначе, чем обычно, как заметил теперь Эдж. Скелет перед ним был одет в темные джинсы и красивую рубашку на пуговицах, — одежду, которая была ему незнакома, и языку его тела недоставало уверенности, которой Папс обычно отличался. Руки он держал за спиной, а не на бедрах, лицо слегка покраснело, и он не совсем встречался взглядом с Эджем. Он выглядел… неуютно? — О, н-ничего особенного! Э, а как насчет тебя? Я не знал, что ты ходишь сюда, — ответил обычно улыбчивый скелет.       Эдж нахмурил брови, но все еще чувствовал замешательство. Заикание не было чем-то неслыханным для Папайруса, но он знал, что это означало, что тот нервничал. Эдж нахмурился. Ему не понравилась идея, что случайная встреча с ним на улице заставила Папайруса занервничать, но скелет предположил, что это неудивительно, даже если это немного задело его. Он заставлял многих людей нервничать. — Вообще-то, я встречаюсь тут кое с кем,— объяснил Эдж, убирая телефон в карман.       Папайрус, что до этого казался неуверенным и пристыженным, теперь, казалось, сгорбился еще больше. Эджи размышлял о состоянии Папса. Может быть, он нервничал, потому что думал, что прерывает Эджа? — У меня есть немного свободного времени до его прихода, так что мы можем подождать вместе, если ты хочешь. Но если тебе нужно уйти, это тоже нормально. — О, нет, нет, я тоже кое-кого жду! — воскликнул улыбчивый монстр, размахивая руками в знак отрицания. Он заламывал руки в перчатках, глядя в сторону, — Ам. Я встречаюсь кое с кем с онлайн-сайта. Особый вид онлайн-сайта. Ношение согласованного ранее предмета одежды для опознания.       Эдж несколько раз тупо моргнул, прежде чем его разум со скрежетом остановился, а его душа ускорилась. Он посмотрел вниз на сцепленные руки Папайруса, которые он нервно сжимал, и заметил ярко-красные кожаные перчатки. Эджи снова поднял глаза, чтобы встретиться взглядом с Папсом, — теперь твердо встретившись взглядом «глаза-в-глаза». Магические огоньки в его глазницах расширились. — О, — заявил он. — Я-я не знал, что это был ты! Действительно! — воскликнул Папайрус, чуть громче, чем требовала вежливость, — Я просто, я только сейчас понял, что это было- я имею в виду, я действительно не ожидал этого, и приятно, что это кто-то, кого я знаю, но это также действительно странно и..! И если ты хочешь все отменить и никогда больше не говорить об этом, мы можем-!       Эдж поднял руку, останавливая Папайруса на полуслове. Он опустил руку и вздохнул, пытаясь придумать, что ответить, когда он был настолько застигнут врасплох.       Ему достаточно нравился Папайрус.       Он был вежливым, гостеприимным — таким чертовски добрым.       Энергичным, — он всегда подбадривал его.       Достойным уважения, — таким восхитительно любознательным к чужим чувствам и эмоциям.       Папайрус был… тем на кого можно было положиться. Заслуживающим доверия. Эдж конечно не до конца доверял ему, он не был глуп. Но и Папайрус, которого скелет знал в реальной жизни, обладал достаточной честностью и порядочностью, чтобы Эдж знал, что он мог говорить с ним честно и открыто.       Эдж потер затылок, а затем указал в сторону кафе: — Не хочешь выпить кофе? Ты проделал весь этот путь сюда, мы могли бы сесть и поговорить.       Папайрус оживился, румянец на его лице распространился до шеи. Мило. Черт возьми, Эдж нашел эту реакцию милой. — Если тебя это устраивает, — выдавил бывший страж, на этот раз глядя в сторону.       Даже несмотря на собственные нервы, Эдж почувствовал укол сочувствия к встревоженному скелету. Папирус рассказал ему, насколько это было ново для него, и то, что внезапно кто-то, кого он знал в реальной жизни, стал человеком, с которым он так долго разговаривал онлайн, - кем-то, с кем он не смог бы легко расстаться, если бы дела пошли наперекосяк, - заставило его смягчить выражение лица, превратив его во что-то похожее на улыбку. Верно, Эджи был здесь более опытным. Было бы нормально, если бы он помогал вести разговор. — Ну что ж. Ты бы хотел посидеть на веранде или внутри кафе? — спросил Эдж. Папайрус неуверенно пожал плечами. — Меня устраивает и то, и другое?       Эдж кивнул, ведя Папса к одному из угловых столиков во внутреннем дворике подальше от нескольких человек, что все еще ходили вокруг. К счастью, сегодня было не так уж много народу, так что, возможно, у них могло получиться поговорить наедине. Они сели, Эдж осторожно откинулся на спинку своего стула и скрестил руки на груди, - это была поза, которую, как он помнил, он использовал во время переговоров. Или допросов. Осознав это, Эджи быстро исправился, уложив руки на колени. Папайрус сел болезненно прямо, как в тех старых фильмах «про юных принцесс», и положил руки на стол. Пальцы светлого скелета время от времени подергивались, как будто он хотел постучать ими по крышке стола, но каждый раз отдергивал себя.       Эдж попытался зацепиться за любую тему в их обоюдном молчании. Он все еще не мог прийти в себя, все еще пытался примирить Папайруса — милого мягкого мирного Папайруса, с которым он почти не разговаривал, предполагая, что у того будет мало общего с ним из-за того, что он немного наивен, с Кингом, — домом со странными идеями и определенной мудростью, стоящей за позитивным мировоззрением, которого он глубоко уважал. Действительно, Эджи был дураком, полагая, что мог прочитать книгу по её обложке. То что он был опытным доминантом, не означало, что он должен быть таким высокомерным.       Однако, прежде чем кто-либо из них смог нарушить молчание, подошла официантка. Молодая девушка-монстр с головой-бриллиантом, которую Эджи раньше не видел здесь. Скорее всего, она была новенькая. И он, и Папайрус повернулись к ней, чтобы наблюдать как та растянула рот в улыбке. — Привет, что я могу вам предложить? — прощебетала она идеальным для обслуживания клиентов голосом. Но без лица было трудно понять, было ли это искренне с её стороны или же нет. — Чай, пожалуйста. Подойдет любой, что у вас есть, — произнес Эдж, а затем взглянул на Папайруса. — О, макиато с карамелью, пожалуйста? Если оно у вас есть? — спросил тот. — Конечно оно у нас есть! В скором времени я принесу ваш заказ! — прощебетала девушка и ушла, собираясь убрать мусор с другого стола на противоположной стороне патио.       Эдж оглянулся на Папайруса, который в тот же момент снова посмотрел на него. Темный скелет почувствовал, как кончики его рта дернулись, почти приподнявшись в улыбке. Ну, это был Папайрус, и это был Кинг. Парень нервничал, заказывая кофе. — У тебя получилось найти те запчасти, которые ты искал? Для твоей машины? — спросил Эдж, то была тема их последнего разговора. Папайрус уставился на него, удивленно подняв брови. — …Получилось. Удалось приобрести их по дешевке с проданного движка, но теперь мне нужно найти новые пояса, потому что я понял, что старые все-таки слишком повреждены, — объяснил Папайрус. Впервые за время этой встречи светлый монстр улыбнулся, а затем издал свой характерный смешок. — Ньехе-хе-хе, о Боже, прости, это действительно был ты, да? Я разговаривал с тобой все это время.       Эдж наклонился вперед, поставив локоть на стол и подпер рукой подбородок: — Так и есть. Полагаю, мы оба ожидали увидеть кого-то другого. — Да! — Папирус ответил смешком, затем промурлыкал, — Опять же, я думаю, имеет смысл, что мы нашли общий язык. Мы вроде как один и тот же монстр, не так ли? Подобное притягивает подобное. — Без обид, Папайрус, но я никогда в жизни не видел в других папайрусах такого же человека, как я сам, — ответил Эдж, — Если я такой же невыносимый, как Слим, мне, возможно, придется навсегда покинуть общество. — Хорошо, я дам тебе это понять. Если я так же готов жить в грязи, как Стретч, возможно, мне придется уйти в алкоголизмом, — вернул Папайрус, тем самым заставив Эджа улыбнуться.       Темный скелет на мгновение задумался, напевая: — Папайрус? Что ты скажешь, если мы пока… отложим всю странность этой ситуации в сторону и проведем честный разговор? Также как мы делали до сих пор. Я знаю, мы оба довольно… шокированы и, возможно, испытываем дискомфорт, но я хочу все обсудить как следует, — уверено произнес Эдж, указывая рукой на Папайруса.       Улыбчивый монстр несколько долгих мгновений смотрел ему в глаза, прежде чем кивнуть, но официантка, принесшая их заказ, прервала того на полуслове. — Вот так, дорогие мои! Крикните, если вам что-нибудь понадобится, хорошо? — сказала девушка, положив руку на бедро, прежде чем снова исчезнуть.       Папайрус, который снова принял болезненно вертикальное положение, как только девушка открыла рот, осторожно схватил свой кофе и подтащил его достаточно близко, чтобы начать есть взбитые сливки маленькой ложечкой, которую ему принесли вместе с блюдцем. Эдж пододвинул свой чай поближе, снял крышку, чтобы посмотреть на темнеющую воду и чайный пакетик. Скелет глубоко вздохнул.       Карамель и груша. Не тот вкус, который он обычно брал, но пахло вкусно. — Ты- ты прав. Да! Мы честно говорили о том, чего мы оба хотели раньше, верно? Несмотря на то, что это было страшно, — заключил Папс, — Я хочу продолжать это делать. Обсуждать ситуацию. Я просто не уверен, с чего начать.       Эдж задумчиво напевал, размешивая коричневый сахар в своем чае. Он мог понять затруднительное положение собеседника, поскольку тоже не был уверен, с чего начать. На оба своих главных вопроса - кто такой Кинг и заслуживает ли он хоть какого-то доверия - Эдж получил ответы в тот момент, когда увидел красные перчатки. Однако, то, что это был Папайрус, вызвало новые вопросы, которые могли бы стать хорошей отправной точкой. — Если я могу спросить… и не стесняйся отвечать на любые вопросы, которые ты посчитаешь слишком навязчивыми, но почему ты сразу не обратился ко мне по поводу интереса к кинкам? Ко мне как ко мне, не онлайн? — спросил Эдж и поднес стаканчик ко рту. Чайный пакетик все еще плавал там. Чай, конечно, был еще слишком горячим, чтобы пить, но пахло вкусно, — Ты давно знаешь, что я занимаюсь БДСМ. Я много говорю об этом, и я думаю, что вся наша группа друзей об этом знает. Кажется, я даже упоминал о своих занятиях по бондажу в твоем присутствии, разве нет? И у тебя также был вариант спросить мое брата или у этих фиолетовых катастроф, если у тебя были вопросы. Я в целом был бы рад поговорить с тобой об этом.       Папайрус почесал затылок, отводя взгляд. Ложка, ранее полная взбитых сливок, свисала у него изо рта, вплоть до того момента, пока он не прикрыл ее рукой, чтобы ответить. — Я… ну, не был уверен, что хочу, чтобы люди об этом знали. Я вроде как привык к тому, что все делают неправильные предположения обо мне, когда речь заходит о таких вещах, поэтому я не чувствовал, что если бы я это сделал, то получил бы надлежащее обсуждение своих вопросов. Возможно, это было подло предполагать, но… — Что ты подразумеваешь под «неправильные предположениями»? — перебил Эдж.       Папайрус смерил того взглядом, приподняв бровь. Он выглядел чем-то средним между раздражением и усталостью. — Знаешь ли ты, что два месяца назад я зашел в нашу гостиную, где Санс, твой брат и Разз рассказывали грязные шутки, но как только они увидели меня, они дружно замолчали и начали вести себя так, как будто им нужно было защитить мою невинность? Знаешь, как будто я ребенок? — со стоном разочарования произнес Папс, — Мой брат провел со мной беседу о «пестиках и тычинках», но, похоже, предположил, что раз я несколько асексуален, значит я невинен, как девственница-монашка. Блу ведет себя так, словно это непостижимо, что я знаю, что такое анальный секс. Как я должен говорить о том, что увлекаюсь БДСМ, когда люди даже не подозревают, что я знаю, что такое кинк?       Эдж поморщился: — Я сожалею об этом. Это довольно несправедливо по отношению к тебе. — Все в порядке, я к этому привык, — отмахнулся от него Папайрус, — Я имею в виду, что поначалу я поощрял такое мышление. Я думал, что секс меня вообще не интересует, и даже если немного обидно, что люди думают, что я не знаю, что такое секс во взрослом возрасте, было облегчением. Ну, что никто не спрашивает меня, как продвигается моя сексуальная жизнь, и не пытается подтолкнуть меня к этому. — Я чувствую здесь, что здесь должно быть ‘но’, — приподнял бровь Эджи.       Он сделал первый глоток чая, изысканно сладкого и на вкус и напоминающего сдобное печенье. Его брови приподнялись без его участия. Он мог бы привыкнуть в этому вкусу. — Да, хорошо. Я обнаружил, что причина, по которой я болезненно не заинтересован в сексе, заключается в том, что он не имеет ничего общего с кинками, а когда я действительно узнал о подобном, то внезапно концепция секса стала очень привлекательной. В итоге, теперь у меня репутация девственницы-ханжи вдобавок к пустоголовости, а мне нужно выяснить, как безопасно исследовать кинки, не спрашивая никого из знакомых, ведь это определенно станет темой для сплетен или причиной для людей обращаться со мной как с заблудшим во всем этом кошмаре ребенком. Так что, я пришел к выводу, что FetLife - это место, где, по-видимому, можно многому научиться, и как только я просмотрел все фотографии члена в плохом освещение, я наткнулся на твой профиль. И вот мы оказались здесь. — Я понимаю твою точку зрения, — вздохнул Эдж и ставил стаканчик обратно на стол.       Так оно и было.       Он слышал, как Санс уклончиво комментировал то, что его брату не нравятся по-настоящему непристойные разговоры, и хотя поначалу это смутило Эджи, он принял это как факт, учитывая, что Папайрус не жаловался на это и не инициировал такие разговоры. И, что ж. Он сам точно также не стремился стать темой для сплетен. У него была практика игнорирования подобного, но это никогда не переставало грызть его череп, когда он осознавал, что внимание было приковано к нему — А как насчет тебя? Твой брат - сабмиссив, но ты пришел ко мне вместо него, а вы двое до неловкости откровенны друг с другом о своей сексуальной жизни. Это действительно просто неуверенность? — спросил Папайрус, потягивая кофе.       Что ж. У Эджа было множество причин, по которым ему не нравилось говорить об этих вещах. Он намекал на некоторые из них раньше, но были некоторые осознанные причины, которыми не хотел делиться, но также, были и те которые, скорее всего, он даже не осознавал полностью.       Обсуждать все честно и открыто. Это то, о чем он сам просил Папайруса. Было так заманчиво скрыть истинные причины, сохранить свой имидж… но это был Кинг-Папайрус. Это был Папайрус. Эджи доверял ему раньше, разве нет? Он открылся ему, и ничего плохого не произошло. Во всяком случае, это было хорошо для него - Папс периодически давал потрясающие советы или просто подбадривал его. Темный скелет не доверял этому чувству, он не хотел полагаться на него, но это так привлекало его. В конце концов, Эджи сделал еще глоток чая и остался честен. — На самом деле это по большей части неуверенность во многих отношениях, — начал монстр, — Это большая перемена в том, как я думаю о себе, но это также большая перемена и в том, как другие видят меня. В Подземелье… Там были домы и сабы, и были сцены. И не то чтобы быть сабмиссивом было неуважением или что-то в этом роде, но быть вице-капитаном и быть доминантом, казалось… было тем, чего от меня действительно ожидали. И вот сейчас я больше не правая рука Андайн, но до сих пор я думал, что я все еще дом. Я чувствую себя немного не в своей тарелке без этого, как будто я сейчас совершенно другой человек, и об этом… трудно думать. И мой брат скорее всего перво-наперво рассмеялся бы надо мной, но он бы поддержал. Но в тоже время я думаю, что я беспокоил бы его, а я ненавижу беспокоить его без веской причины. И я не хочу, чтобы люди внезапно меняли свое мнение обо мне и то, как они ко мне относятся. Даже если я больше не вице-капитан королевской гвардии, и даже если я больше не доминант, по крайней мере, люди все еще смотрят на меня так, как раньше. И я пока не знаю, готов ли я это потерять.       Папайрус спокойно пил свой кофе, глядя на Эджа, пока тот не отвел свой взгляд.       Темный скелет чувствовал, как его череп немного горит, а стыд ярко разгорается в его душе. Великий и ужасающий Папайрус, вице-капитан королевской гвардии, властолюбивый дом с каменным лицом, бич для своих врагов и союзник для тех, кто этого заслуживает — в ужасе от того, что люди посмотрят на него сверху вниз, найдут его хрупким. Несмотря на всю его браваду, в глубине души Эджи все также оставался испуганным ребенком. Папайрус мог ненавидеть, когда на него смотрели свысока, но в глубине души он, по крайней мере, был честен. — Я не думаю, что кто-то из нас остался таким же, каким был в Подземелье, — начал светлый скелет, — Не только ты. Я имею в виду, я превратился из ханжи в кинкстера, Слим на самом деле сейчас психически здоров или, по крайней мере, ему точно лучше, Санс и близко не так подавлен как раньше, Блу более подавлен, Стретч начал носить настоящую одежду, а не те лохмотья… Мы все изменились. У всех нас появилась возможность измениться, узнать больше о себе, верно? И в этом нет ничего плохого.       Эдж постучал пальцами по ладони другой руки: — Я думаю, от этого ничуть не легче. Не тогда, когда ты привык использовать определенный образ, чтобы сохранить себе жизнь.       Папайрус склонил голову набок, глядя на Эджа, а затем наклонился вперед, твердо, но нежно похлопав собеседника по плечу. Эдж не пошевелился, застигнутый прикосновением врасплох, но обнаружил, что не так уж сильно возражал против этого. К тому времени, как улыбчивый монстр убрал руку, от его прикосновения осталось затяжное тепло. Эдж сглотнул, вернувшись к своему чая. — Мне жаль, что все так получилось, Эдж. Это было несправедливо, то, через что прошли вы, нервные вселенные, — выдохнул Папс. Эдж отмахнулся от него. — Что есть, то есть. И я искренне сомневаюсь, что вам, неженкам, тоже было легко. Мы все тут просто пытаемся собрать осколки, да?       Папайрус удовлетворенно замурлыкал, снова сосредоточившись на своем кофе. Эдж же вернулся к своему чаю, не совсем уверенный, о чем ему следовало спросить, а о чем следовало умолчать, чтобы остаться вежливым. Вся эта ситуация выходила за рамки его зоны комфорта, а его плечо все еще было теплым, — мысли все еще возвращались к этому прикосновению. Эджи посмотрел на Папайруса. Тот наслаждался своим кофе с таким пристальным вниманием, которое опровергало то, что он был так же растерян в том, что сказать, как и Эдж.       Темный скелет волновался, совсем немного. Эта встреча, возможно, не была полной катастрофой, но все равно была неловкой, — более неловкой, чем их разговоры в Интернете. В тексте они радостно вдавались в подробности о кинках и фетишах, давали рекомендации по порнографии, несли чушь и сплетничали, как будто им платили как в дешевом реалити-шоу. Это было весело. Эдж надеялся, что это не ушло навсегда, — он не хотел, чтобы это заканчивалось. Так что же он мог сделать, чтобы все продолжалось?       Его беспокойство возросло, когда он и Папайрус в тишине допили свои напитки. Со своей стороны Эджи чувствуя неловкость. Что было на душе у Папайруса, для темного скелета оставалось загадкой. Для того, кто был болезненно экспрессивен, улыбчивый монстр, похоже, слишком хорошо держал свои карты при себе.       Папайрус поставил свою уже пустую чашку на стол, перебирая манжету своей перчатки: — Это была приятная встреча, но скоро начинается моя смена, и мне нужно идти. — Ты хочешь встретиться снова? — резко произнес Эджи и его хватка на своей чашке усилилась.       Черт возьми. В его голосе было чуть больше отчаяния, чем он ожидал. Монстр заставил себя расслабиться, как будто он вовсе и не волновался и не терял равновесия, в то время как Папайрус уставился на него, приподняв брови. Но затем светлый скелет улыбнулся - медленной и осторожной улыбкой, которую Эджи никогда раньше у того не видел. — Вообще-то, я бы с удовольствием! — ответил Папс, и малейший намек на оранжевую магию окрасил его скулы.       Эдж не мог сдержать жара, прилившего к его собственным щекам в ответ, и он мог только молиться, чтобы его, обычно похожее на букет из ярко-красных роз, в этот раз не было заметно, — хотя он прекрасно знал, что, вероятно, так оно и было. Черт бы побрал его и его очевидный румянец! Проклятый Папайрус и эта его улыбка. Его душа не могла с этим справиться. — Да. Отлично. У тебя есть время на следующей неделе? — сумел выдавить из себя Эджи, скрывая дрожащий голос кашлем в кулак. Папс просиял в ответ, что делало мысли темного скелета еще более трудными для восприятия. — Конечно! Я свободен после обеда? — ответи улыбчивый монстр, ожидая, что Эдж кивнет в знак подтверждения, прежде чем он постучал себя по подбородку. — Ну, единственный вопрос в том, где именно. Мы оба, кажется, заинтересованы в том, чтобы сохранить точный контекст нашего общения в тайне, да? Итак… как нам подойти к этому? Как мы встретимся? — Я хотел упомянуть об этом раньше, но если ты хочешь узнать больше, ты всегда можешь посетить мои уроки бондажа или некоторые другие занятия, с другими инструкторами. Они очень познавательны, и ты сможешь познакомиться с более опытными людьми, — заявил Эдж, ухватившись за то, о чем он хорошо знал.       Скелет знал расписание занятий вдоль и поперек и мог бы легко дать контакты любого инструктора… если бы не Папайрус, немедленно увядающий при упоминании занятий. — Оу. Я знаю, это было бы полезно для меня. Т-ты упомянул, что занятия - это хороший способ учиться, как и общение с другими людьми в сообществе… — начал светлый монстр, но замолчал. Эдж вздохнул. — Но это немного чересчур для тебя, верно? — подвел итог бывший стражник. Папайрус поморщился. — Так не должно быть. Мой дискомфорт не так важен, как благополучие потенциального сабмиссива, и это не оправдание для… — начал Папирус, но затем остановился. Он раздраженно прищелкнул языком — жест, который Эдж счел неожиданным для Папайруса, учитывая, что раньше он видел, как это делает Слим, и то, только один раз, — Я знаю, что должен, но… это страшно входить туда новичком. И ведь там будут люди, включая, возможно, моих друзей и знакомых, и если они узнают об этом… я-я просто не готов стоять там и пытаться оправдать, почему я там нахожусь. — Инструкторы не допустили бы такого поведения на своих занятиях, — уверенно заявил Эдж.       Папайрус сильнее сжался, словно отшатываясь. Эджи нахмурился от этого жеста, его душа болела от оборонительной позы.       — Папайрус, ничего страшного, если тебе сейчас неудобно ходить на занятия. Благородно, что ты хочешь быть лучшим домом для своего саба, но нет смысла доводить себя до предела ради этого.       Светлый скелет посмотрел на своего собеседника, — поза Папса все еще была зажатой, а взгляд хмурым. Эдж высоко поднял бровь в ответ, отчего губы Папируса на мгновение приподнялись. Эдж счел это маленькой победой, и на душе у него потеплело. — Но я… — Папайрус, — прервал того Эдж, — Не существует… экзамена на доминанта, который ты можешь провалить. Не существует письменного, общепринятого списка инструкций о том, как быть дом. Я могу дать тебе советы, но это мои советы, а другой дом даст тебе другие рекомендации, а сабмиссив даст тебе совершенно другие советы. Пока существует общение, обеспечивающее согласие, и ты со своим партнером находишься на одной волне, а также вы оба стремитесь действовать безопасно, все в порядке. Все остальное приходит с опытом и практикой. Ты можешь научиться быть превосходным доминантом, даже если некоторые вещи поначалу пугают тебя. Домы не действуют идеально и они не всегда уверенные в себе и во всем. Тебе позволено быть неуверенным, и ты должен открыто говорить о своих пределах. Никогда не извиняйся и не кори себя за то, что навязываешь свои границы или говоришь, что ты к чему-то не готов.       Папайрус несколько раз моргнул, а затем и вовсе отвел взгляд. — Верно. Я-я не буду извиняться за это. — Хорошо, — выдохнул Эдж, кивнул и тихо улыбнулся, — Итак. Может быть, в следующую пятницу у меня дома? Это наименее вероятно, вызовет вопросы.       Папайрус посмотрел на Эджа, и издал смешок: — Хороший вариант! Я принесу что-нибудь поесть. Суши подойдут? — Суши были бы идеальным вариантом, да, — ответил Эдж.       Они посмотрели друг на друга, и Эдж почувствовал, как между ними рос дух товарищества - в конце концов, они были единственными в их группе друзей, кому, похоже, действительно нравилась сырая рыба, - а затем Папайрус снова улыбнулся, вставая: — Ну, мне действительно нужно идти. Но… большое тебе спасибо, Эдж. Спасибо, что выслушал. — И тебе спасибо за то, что поговорил со мной, — вернул улыбку темный скелет.       Папайрус наклонил голову, оранжевая пыль осыпала его скулы мелкими веснушками, прежде чем он неуверенно помахал Эджу, развернулся, а затем… направился внутрь кафе. Эдж в замешательстве наблюдал за происходящим, пока не увидел, как Папс остановил их официантку и вытащил свой бумажник. Глазницы Эджа расширились. — Ах ты сукин сын, я собирался заплатить!