Клинок у твоего сердца

Мондштадт. Винокурня «Рассвет».       Этот вечер был ужасно душным. Дилюк сидел за своим рабочим столом, устало опустив голову на сомкнутые в замок руки. Он дремал. Несколько дней подряд Дилюк занимался делами винокурни и почти не отдыхал. И сейчас выдалась небольшая возможность, чтобы перевести дух. Он так устал, что почти валился с ног, и с радостью бы заснул прямо здесь, опустившись на стол, но в голову лезли разные мысли, от которых ему становилось так тяжело на душе, что сон просто развеивался, лишь прикоснувшись к взбудораженному сознанию. Последний разговор с Кайей совершенно выбил Дилюка из колеи. Он тысячу раз пожалел о том, что не остановил его вовремя, и сказал брату то, о чём должен был промолчать. Прежде Дилюк должен был подумать и только потом принимать решение. Этот опрометчивый поступок давил на него грузом вины.       Дилюк ждал. Ждал Кайу долго и упорно. Но за последние дни Кайа так и не объявился. Дилюк даже приходил к нему домой, но сколько бы он не стучался в дверь, ему никто не открыл. Он боролся с нарастающим нетерпением и желанием броситься искать брата, но понимал, что рано или поздно Кайа вернётся сам. Но когда? Этот вопрос не давал ему покоя.       Вскоре усталость взяла своё, и, сидя за рабочим столом, Дилюк даже не заметил, как лёг на бархатную столешницу и уснул. Сон его был беспокойным, оттого некрепким, поэтому непонятный шорох за дверью быстро прервал его. Дилюк подскочил с места и бросился к двери, ещё не до конца осознав, что ожидал увидеть за ней именно Кайу, но, к сожалению, это был не он.       — Господин? — спросила Танук. — Я вас побеспокоила? Простите. Я тут просто пыль вытирала.       — Ничего, — Дилюк с досадой вздохнул. — Кайа не приходил?       — Нет, господин. Я бы вам сказала, — Танук вздохнула. — Мне очень жаль.       — Ничего, он ещё вернётся. Он должен… — Дилюк снова погрузился в свои мысли и застыл, словно изваяние, чем очень напугал Танук. Она позвала его мягким голосом:       — Господин?       — А? — Дилюк встряхнул головой и развеял навязчивые мысли. — Я задумался и кое-что вспомнил. Танук, завтра мне нужно встретиться кое-с-кем. Так что, с завтрашнего дня винокурня полностью на тебе.       — Слушаюсь, господин. Долго ли вас не будет?       — Пока не могу сказать… — Дилюк покачал головой. — Я должен что-то узнать о Кайе, мне на душе как-то неспокойно. Быть может, в Ордо Фавониус мне подскажут, где его найти.       — Вы направляетесь в Орден? Тогда я подготовлю вашу одежду и снаряжение. К завтрашнему дню всё будет готово, господин, — Танук спустилась вниз и тут же начала приготовления, а Дилюк запер дверь и, прислонившись к ней спиной, тяжело вздохнул:       — Где бы ты ни был, брат… Жив или мёртв, я всё равно тебя найду, — он сжал кулак и ударил им в дверь. — Только дождись меня, прошу.       На следующий день Дилюк встал раньше обычного. Он принял ванну, расчесал длинные волнистые волосы и перекусил. Когда он снова зашёл в свою комнату, то увидел на кресле аккуратно сложенный комплект одежды: сюртук — мужской пиджак, длинной до колен, жилет, рубашку и брюки. Рядом лежали перчатки, а на полу у кресла — пара новых до блеска начищенных сапог. Он слегка улыбнулся и в душе отметил, что они отлично ему подойдут. Хоть Дилюк и не любил броскости, но этот костюм сидел бы на нём идеально. К тому же, он любил уделять внимание мелким деталям, таким, как брошки, узоры на одежде или же странные предметы, совершенно не вписывающиеся в общий образ.       Дилюк встал перед большим двухметровым зеркалом в резной бронзовой оправе, располагавшимся в самом дальнем углу его комнаты, и взглянул на своё отражение. На него смотрел молодой человек с заострёнными чертами лица и пронзительным взглядом ярко-алых глаз. В хищном взоре самого себя он увидел проблеск отчаяния, но решительно отогнал его, не позволяя чувствам завладеть душой, и стянул с себя бархатный банный халат, оголив стройный и жилистый торс. Осмотрев испещрённую шрамами грудь, Дилюк коснулся нескольких рубцов и цокнул, обнаружив, что они довольно чувствительные до сих пор. Он надел новую, чёрную, как смоль, рубашку из сатина. На ощупь сатин оказался очень приятным материалом. Портной постарался, выбирая его, и смог угодить хозяину. Ткань лоснилась и хорошо подчёркивала все прелести мужского тела, включая тонкие от природы ключицы и высокие плечи. Воротник имел необычную форму и несколько отверстий, в которых блестели полудрагоценные агаты размером с горошину. Дилюк застегнул воротник и прикрепил вместо запонки большую рубиновую брошь, оправленную чернённым серебром. В памяти всплыла картина, как Крепус подарил ему эту брошь на его шестнадцатилетие. Это был последний подарок отца на день рождения. Дилюк тоскливо вздохнул, застегнул рубашку и манжеты, и надел брюки. Они были сшиты просто и не стесняли движений. Дилюк повернулся сначала направо, потом налево, осмотрел себя с ног до головы и надел жилет. Эта часть гардероба была сшита из приятной шелковистой ткани. Дилюк запахнул его вправо и, застегнув три серебряные пуговицы, внимательно рассмотрел вещь. На правой стороне был вышит рисунок в виде соколиного крыла, что очень подчёркивало его любовь к этим птицам, а несколько вставок из красного шёлка подчеркнули стихию его элементарной энергии — огонь. Он коснулся этого рисунка и мысленно призвал своего ручного сокола, которого совсем недавно отправил на охоту. Птица не откликнулась, видимо, ещё не вернулась. Дилюк надел перчатки и огненно-красный сюртук. Он застегнул высокие манжеты сюртука и снова взглянул на своё отражение. Сейчас в зеркале перед собой он видел мужчину, совсем не похожего на себя прежнего. Высокая, хорошо очерченная фигура, острый взгляд, смотрящий исподлобья, и длинные огненно-красные волосы, спадающие с плеч рваными, волнистыми прядями.       — Что-то не то, — сказал Дилюк. Он расчесал волосы и собрал их в высокий хвост на затылке, закрепив его чёрной лентой. — Вот так лучше.       Дилюк призвал «Волчью Погибель», и меч, повинуясь его воле, тут же оказался в руке. Он взмахнул двуручным мечом, словно бамбуковой тростью, и в его комнате тут же поднялся вихрь.       — Хм, — Дилюк усмехнулся. — И меч стал легче, и взмах сильнее. Сил что ли прибавилось?       С этими словами Дилюк обулся и покинул винокурню. Мондштадт. Штаб Ордо Фавониус. Кабинет действующего магистра Джинн       Магистр Джинн ещё никогда не была в таком гневе. Она не понимала, как эту кучку лентяев, стоящих перед ней, можно было назвать рыцарями. Они умудрились прогулять задание и благополучно не сдали отчёт о проделанной работе, что привело Джинн в такую ярость, что она готова была порвать их на куски. Она закричала на весь кабинет:       — Да как вы посмели? Кто дал вам право, игнорируя приказ вашего капитана, уйти с поста? Вы хоть понимаете, чем это могло обернуться? А если бы в Мондштадт проникли Фатуи? Запомните, для рыцарей, пока те на службе, не существует никаких других дел. Ваша задача следить в оба и внимательно осматривать окрестности, и если вам дали задание, вы, во что бы то ни стало, должны его выполнить! Это ваш долг! Вы всё услышали? Сегодня же жду от вас отчёт! Если его не будет, пеняйте на себя!       — Да, магистр!       — Да, магистр!       Находящиеся внутри люди дружно закивали и поклонились. Они явно побоялись гнева рыцаря-одуванчика, как прозвали Джинн сами рыцари, и поэтому поспешно со всем согласились и, почти спотыкаясь, вылетели из кабинета. Но вдруг прямо на выходе они застыли, как статуи, не в силах сдвинуться с места. Джинн в нетерпении вышла наружу, узнать, что же произошло, и сама остолбенела, увидев, кто перед ней стоит. Это был Дилюк. Он выглядел совершенно иначе, но она не могла его не узнать. Это был всё ещё Дилюк, хоть и в новом костюме и с новой причёской, но это был всё ещё он. Тот человек, который на много лет забыл о том, что Ордо Фавониус вообще существует. Он не появлялся здесь с тех пор, как разрушил половину корпуса Ордена, и многие ему были здесь не рады, кроме нескольких приближённых рыцарей и самой Джинн, а также Кайи. Рыцари, что встали на пороге, поспешно поприветствовали Дилюка и ушли прочь, опустив головы. Как только он и магистр остались наедине, Дилюк рассмеялся и спросил:       — Молодёжь совсем распоясалась. Не слушается? Я даже жалею, что был вынужден покинуть Орден. Я бы поставил на место их прыть.       — Дилюк! — Джинн бросилась к нему и крепко обняла. — Как хорошо, что ты здесь. Пойдём, нам нужно поговорить.       Джинн пригласила Дилюка в свой кабинет и предложила чай. Он кивнул, расположившись в кресле. Пока Джинн заваривала чай, она что-то спросила, однако, не услышав ответа, повернулась и увидела, что Дилюк откинулся в кресле и уснул. Его лицо выглядело таким уставшим. Ей было жаль будить Дилюка, но всё же она тихо позвала его:       — Дилюк?       — А? — Дилюк распахнул глаза и взглянул на Джинн. Она стояла напротив него с протянутой чашкой чая. — Я что уснул? Даже не заметил, как…       — Ты такой уставший. Тебе бы поспать хорошенько. На винокурне так много работы?       — Я некоторое время отсутствовал, поэтому пришлось навёрстывать упущенное. Толком не спал. Да и сон совсем не даётся. Временами я отключаюсь, прости.       — Ничего, я всё понимаю. Выпей, чай немного освежит мысли, — Дилюк взял маленькую чашку из рук Джинн и отпил немного горячего напитка.       — Действительно, освежает. Спасибо, очень вкусно. Что ты туда добавила?       — Чай на основе душицы и мяты, также я добавила туда немного лепестков лилий Калла для пряного аромата. Тебе правда понравилось?       — Лилий Калла? — Дилюк на секунду задумался, а затем ответил: — Да, прелестный пряный аромат. — Спустя какое-то время он спросил: — Так, о чём ты хотела поговорить?       — Да, это насчёт Кайи…       — Кайа? Он был у тебя? — спросил Дилюк и чуть не выронил из рук чашку.       — Да, несколько дней назад он заходил ко мне, — Джинн опустила взгляд и продолжила: — Опережая твой вопрос — я не знаю, где Кайа сейчас. Я уже давно ничего о нём не слышала.       — Как жаль… Я тоже давно его не видел. Куда же он исчез? Быть может, Кайа хотя бы намекнул тебе, какие у него планы?       — Нет. Сначала он сказал, что должен заняться каким-то очень важным делом. Но я даже не имею представления, что он имел ввиду. Но кое-что могло изменить его планы.       — О чём ты? — Дилюк насторожился.       — Я думаю, что сразу после нашего разговора, Кайа отправился в Ли Юэ. Там у него должна была состоятся незапланированная встреча. Если ты хочешь его найти, попробуй спросить в хижине Бу-Бу. Возможно, господин Бай Чжу сможет ответить тебе, куда Кайа запропостился. Но знай, у него очень скрытный характер, он хитёр и рассудителен, и вряд ли поделится с тобой этой информацией просто так, поэтому спрашивай осторожно. И ещё кое-что. За пределами Мондштадта моя юрисдикция заканчивается, поэтому, если что-то случится, я вряд ли смогу помочь. Но могу передать кое-кому, чтобы присмотрели за тобой в случае опасности.       — Неважно, чего это будет стоить, но я должен убедиться, что мой брат жив и здоров. Насчёт Бай Чжу… В чём-то ты права, я как-то встречался с ним, он всегда что-то, да утаивает. С ним действительно будет непросто, но попытать удачу всё же стоит. Отправлюсь прямо в Ли Юэ. Надеюсь, хоть что-нибудь узнаю о Кайе, — Дилюк отставил чашку в сторону и, встав с кресла, подошёл к двери. Он на секунду остановился, а затем обернулся и спросил: — Больше тебе нечего добавить?       — Вообще-то… — Джинн горько вздохнула. — Дилюк, есть ещё кое-что, что я должна рассказать.       — Я слушаю.       — В Ли Юэ Кайу ожидал один человек.       — Кто он?       — Прости, я… — Джинн замялась, обдумывая, называть ли ему имя того, с кем должен встретиться Кайа, ведь это может только помешать Дилюку здраво оценить ситуацию, но и скрывать от него она не хотела, однако, Джинн всё же приняла решение промолчать об этом. — Я не могу сказать его имя. Но ты можешь отправиться в хижину Бу-Бу и спросить кого-то там. Может быть, у господина Бай Чжу будет больше информации. И как только что-то выяснишь, отправь весточку, чтобы я тоже знала, хорошо?       — Ладно, я понял. Не волнуйся за Кайу. Ничего плохого с ним не должно случится. Он не так прост, как кажется, и сможет за себя постоять. К тому же, мой брат тоже довольно хитёр и может вывернуть любую проигрышную ситуацию в свою пользу. На самом деле он очень сильный воин, и если быть честным, то всегда был упорнее меня. Не смотря на мою врождённую силу, в упорстве и воле к жизни мне с ним не сравнится.       — Но ты ведь знаешь, когда Кайа бывал слишком импульсивен, то совершал неоправданно-опасные поступки. Как хорошо, что у него есть старший брат, который может его защитить. Я прошу, только береги себя. Не дай себя обмануть, и если что-то случится, немедля сообщи. И помни, Ли Юэ — гавань контрактов, не позволяй никому ставить тебе условия и не соглашайся на сделки. Кто знает, чем это обернётся.       — Я постараюсь. Нам пора прощаться, Джинн. Спасибо, что уделила время.       — Заходи ещё. Я буду только рада. Так много работы, мне бывает трудно себя отвлечь. А когда вижу тебя и Кайу, то расслабляюсь. Сразу как-то тепло становится на душе. И… — Джинн замолкла, а потом добавила: — Тебе очень идёт этот костюм… — она слегка покраснела и отвернулась, скрывая смущение.       — Благодарю, магистр, за лестные слова. Прощай, Джинн.       Как только Дилюк использовал свиток телепортации, его фигура засияла светло-голубым светом, а спустя мгновение он исчез из кабинета магистра Джинн. Его высокая фигура появилась в точке телепортации на холме в Ли Юэ. Дилюк осмотрелся. Перед ним лежала огромная гавань, простирающаяся на сотню миль вокруг. Повсюду сновали маленькие фигурки людей. Кто-то перетаскивал коробки от лавки к лавке, кто-то рассматривал товары на витринах, а дети играли в догонялки. Неподалёку был слышен стук молота о наковальню. А вдалеке слышался звук бьющего фонтана. Вдруг сильным порывом ветра с запада принесло аромат свежей древесины и лекарственных трав. Дилюк вдохнул этот чарующий свежий воздух и сказал вслух то, о чём промолчал в разговоре с Джинн:       — Ложь тебя не красит, но видимо, у тебя были причины, чтобы солгать мне. Я обязательно узнаю правду и найду того, кто втянул тебя и Кайу в эту авантюру.       Дилюк спустился с холма и отправился вниз по узкой каменной дорожке, которая вскоре привела его к широкому деревянному мосту из дерева Цуйхуа. У моста стояли два стражника. Они несли службу целый день, и так устали, что поначалу даже не обратили внимания на проходящего мимо них молодого человека. Но когда Дилюк на секунду задержался, они поприветствовали его:       — Приветствуем в Гавани Ли Юэ! — стражники выпрямились. Дилюк молча прошёл мимо них, даже не удостоив взглядом. Он был слишком сосредоточен, чтобы обращать внимание на окружающих. Его цель сейчас состояла в том, чтобы добраться до хижины Бу-Бу. Всю дорогу он обдумывал, как будет вести разговор, какие вопросы будет задавать и кому. У него даже голова разболелась от количества мыслей. Всё происходящее вокруг него не имело значения, и даже если он встречал знакомые лица, то они тут же забывались.       Когда Дилюк почти достиг хижины, на что ему потребовалось немалым полтора часа, погода испортилась: солнце заволокли антрацитовые тучи, и закапал дождь. Резко похолодало. Наконец, показалась заострённая крыша, и Дилюк вздохнул с облегчением.       Внутри хижины кто-то громко копошился, но за стойкой Дилюк никого не увидел. Этот «кто-то» пыхтел изо всех сил и подбрасывал в воздух всякие коробки, то и дело причитая под нос: «Не то, всё не то». Затем «кто-то» нашёл что-то нужное и радостно закряхтел. Этот звук был похож скорее на скрип полумёртвой клячи, нежели на возглас живого человека. Наконец, за стойкой возникла чья-та серо-фиолетовая беретка, а затем две белоснежные ладошки, подтянувшись за столешницу, медленно водрузили маленькое тело на стульчик, который господин Бай Чжу заботливо смастерил для своей маленькой помощницы.       — Ци-Ци может чем-то помочь? — тихо спросила девочка, её голос звучал монотонно, словно перед Дилюком была кукла, а не живая девочка.       — Ци-Ци, как поживаешь? — спросил Дилюк с улыбкой.       — Ци-Ци в порядке, — ответила девочка. — Вам нужен господин Бай Чжу?       — Да, позови его, если он здесь.       — Господин Бай Чжу отдыхает, но Ци-Ци сейчас его позовёт, — девочка спустилась со стульчика и, скрипя, медленно направилась вглубь хижины. В глубине хижины послышался тихий стук, а затем скрип двери, после Дилюк услышал приглушённый кашель и слабый голос Бай Чжу:       — Я сейчас подойду… кх-кх, только выпью лекарство… кх-кх…       — Не торопитесь, я подожду, — ответил Дилюк, немного повысив тон, чтобы Ци-Ци не утруждалась, дабы передать Дилюку сказанное травником. Ци-Ци кивнула и пошла заниматься своими делами.       Спустя пятнадцать минут за стойкой показался высокий худой мужчина. Его черты лица были мягкими, однако, глаза отличались хищным выражением. Цвет волос напоминал фисташковый. Они были собраны в косу. Косая чёлка спускалась на глаза, и мужчина то и дело её поправлял. Он носил очки, рубашку с коротким рукавом и обтягивающие брюки, а также несколько браслетов на руках и ногах. Но что больше всего бросалось в глаза, так это белая нефритовая змейка, которая смиренно покоилась на его шее и то и дело вытаскивала раздвоенный язык.       — Чан Шен, просыпайся, к нам пришли гости, — сказал Бай Чжу, обращаясь к рептилии.       — Ааа, — змея зевнула, приоткрыла веки и подняла голову, а после спросила: — О, кто тут у нас! Это же Дилюк.       — Чан Шен, как неуважительно с твоей стороны называть его лишь по имени, — строго сказал травник.       — Ничего страшного. Приветствую, господин Бай Чжу. Приветствую, Чан Шен, — улыбнулся Дилюк. Улыбка редко озаряла его лицо, и, кажется, свой лимит он уже превысил.       — Что вы, какой из меня господин. Я всего лишь скромный травник, — хитро улыбнулся Бай Чжу. — Я рад приветствовать вас в хижине Бу-Бу, господин Дилюк.       — И тебе не хворать, Дилюк. Зачем пожаловал? Братца ищешь? Он давно уже убежал, — фыркнула Чан Шен.       — Чан Шен, — Бай Чжу нахмурился. Его приветливый взгляд тут же стал острым, как лезвие ножа, и будто пронзил змейку насквозь. Чан Шен зашипела и начала извиваться на его шее.       — Прекрати, прекрати. Я все поняла, — завопила Чан Шен и спрятала голову под хвост.       — Славно, больше не вмешивайся в разговор, пока тебя не спросят, иначе, я тебя накажу, — взгляд Бай Чжу снова принял приветливое выражение, и он обратился к Дилюку:       — Проходите внутрь, не стойте, скоро начнётся ливень.       Дилюк кивнул и прошёл внутрь хижины. Бай Чжу присел на скамейку за небольшим круглым столом и сказал:       — Чан Шен уже сказала, что ваш брат побывал здесь. Не стану скрывать, это так. Однако, он очень просил не говорить об этом с вами, поэтому слово я сдержу. Прошу меня извинить.       — Мне нужна лишь кое-какая информация. Если вы сможете ответить на некоторые мои вопросы, то я буду благодарен, — Дилюк присел на маленький стульчик напротив Бай Чжу и постарался улыбнуться как можно теплее.       — Я постараюсь, но не могу обещать, что информация, которую вы получите, будет полной и полностью удовлетворит вас.       — Я понимаю. Что ж, пожалуй, начну с главного. Господин Бай Чжу, вы знаете, с кем встречался здесь мой брат?       Бай Чжу промолчал и лишь улыбнулся в ответ. Но как только он снова заговорил, в разговор неожиданно вклинился кто-то ещё:       — Со мной, — этот дерзкий молодой голос звучал прямо у входа в хижину и показался Дилюку до боли знакомым. Ещё не успев обернуться, он сразу вспомнил, кому он принадлежит.       — Ты… — Дилюк тут же встал с места и обернулся. Он увидел перед собой того, кого меньше всего ожидал здесь встретить. — Как ты посмел явиться сюда без приглашения? — Дилюк достал меч из ножен и направил его прямо на гостя, но тот лишь усмехнулся и хмыкнул, мельком взглянув на травника.       — Отчего же, я такой же гость господина Бай Чжу, как и ты. А он тебе не сказал? — юноша звонко рассмеялся, и в его руках тут же возникли два клинка, напоминающие косы. Он принял боевую стойку и зло усмехнулся. — Похоже, наша встреча пройдёт на славу. Нападай!