Ведьма любит своего волчонка

      Ведьма любит своего волчонка

I

Простуда Рейзора

      Уже неделю Рейзор серьёзно болел. Он и предположить не мог, что обычный весенний дождик может вызвать у него такой громкий и болезненный кашель. С юности парень-волк выдался крепким юнцом: ни ветер, ни ливень, ни град, ни снег были ему ни по чём! Но не бывает чего-то постоянного, так же и с иммунитетом. Бедолага сильно захворал: боль в горле мешала глотать, вялость валила с ног, нос заложен, а про насморк мы вообще молчим.              Конечно же волки не могли ему ни чём помочь: они же волки. Поэтому у Рейзора не осталось выбора, кроме как покинуть свой Лупикал и выйти к людям. На полпути к Мондштадту он так бы и свалился с ног, если бы его не поддержала появившаяся из неоткуда Фишль с её преданным компаньоном вороном Озом.              — Лицо у этого бедолаги совсем бледное, а нос красный. Худо ему. — говорил Оз,              — Принцесса Нирваны Ночи ниспослана в этот мир, чтобы помочь смертным обрести добродетель и на собственном примере продемонстрировать созидательный образ милосердия. — торжественно проговорила Фишль, придерживая Рейзора, который ни слова не понял из сказанного. — И да… он действительно выглядит так, будто сейчас отдаст душу Великим Древним…              Короче говоря, Фишль и Оз привели Рейзора в Мондштадт и завели в аптеку, которая отчасти выполняла роль больницы. Тут же несколько докторов обступили парня-волка. Каждый доктор словно пытался переиграть другого в том, кто выпишет больному более длинный список лекарств. Эта суета отбирала у Рейзора последние силы, и он растерянно блуждал взглядом по белым передникам докторов пытаясь хоть что-то разобрать из медицинских терминов, которые они безустанно гнусавили сквозь марлевые повязки.              — Так, ребятки, а ну-ка разойдитесь! — послышался знакомый женский голос. — Вы же его совсем залечите!              Рейзор изумлённо поднял взгляд. Нет, он не обознался! Это действительно та, чей голос он узнал!              — О Барбатос, я не обозналась! Это же мой волчонок!              Это была Лиза. В лёгком пурпурном платье и широкой шляпе с приколотым цветком, она подошла к нему, разогнав назойливых лжедокторов-аптекарей, которые никак не хотели терять клиента.              Рейзор протянул к ней руки так, словно увидел родную маму. Да и разве не была Лиза ему кем-то вроде мамы? Он обнял её, рискуя оставить немного соплей на её платье. Лиза приласкала его и под руку вывела из аптеки. По пути она всё приговаривала: «Как же это ты так?» и: «Ну совсем ты себя не бережешь!».              Лиза привела Рейзора в свою квартиру и окружила истинно-материнской заботой. Она даже выпросила у Джинн отпуск, чтобы безустанно быть сиделкой парня-волка.              Лиза поселила его в чистой спальне, с хорошим освещением и печкой, которая безостановочно горела. Окружённый теплом и заботой, Рейзор быстро пошёл на поправку. Во многом это обусловлено тем, чем Лиза его лечила. Не стоит забывать, что наша ведьмочка неспроста называется лучшей выпускницей Академии Сумеру. Она лечила своего воспитанника целебными порошками из самых разных ингредиентов, которые в сочетании быстро подымали парня-волка на ноги.              — Наставница…тепло…забота…хорошо… Рейзору лучше. — говорил Рейзор, слыша в квартире тихие шаги Лизы.              Конечно же Лиза не только из доброты душевной, заботилась о Рейзоре. Безусловно она испытывала к нему определённую симпатию, но к ней примешивалось так же желание разбавить скучную рутину каким-то новым занятием. Ведь больше всего на свете Лиза ненавидит скуку. С Рейзором ей не приходилось скучать. Забота о нём пробуждала в ней согревающее душу материнское чувство, а также чувство… более пикантное. Лиза лично меняет Рейзору рубашки и каждый раз, обтирая его от пота, с жарким вожделением разглядывает его крепкий торс… Поэтому материнская любовь соседствует в её развратном сердце с похотью, обращённой на этого невинного юношу, который совсем недавно перестал походить на подростка и стал более мужественным.              Но наивный Рейзор не замечал развратного огонька во взгляде своей наставницы. Он с удовольствием лопал картошку, которую так любит и которую Лиза готовит ему на разный лад. Тут тебе и крем-пюре, и жаренный картофель с сыром, и новомодный картофель фри… Короче за то время, что парень-волк лечился у Лизы, его щёки обрели пухленькую округлость. Сразу и не поймёшь, он живёт у одинокой мадонны, которая со дня надень его совратит или у любимой бабушки.              Но время шло и болезнь, осаждаемая загадочными лекарствами и заботой Лизы, мало-помалу проходила. Рейзор уже мог свободно ходить по большой квартире ведьмы, уставленной самыми разными артефактами древности. Разглядывая их, Рейзор особенное внимание уделял книжным шкафам. Лиза, большая любительница книг, просто не могла не обрадоваться этому любопытству своего «волчонка» — как она его называла. Но книги Лизы были либо толстющими многотомными романами, либо скучными энциклопедиями, которые были далеки для понимания Рейзора.              Долгих трудов стоило Лизе найти для парня-волка подходящее чтиво. И оно всё-таки нашлось.              Наблюдая за тем, как Рейзор внимательно, но очень медленно бежит глазами по строкам, Лиза умилялась:              «Может его получится приучить к людям?»              Не нужно терять из внимания, что Рейзор хоть и похож на волка, но всё же он зрелый юноша. И чем больше он находился под присмотром Лизы, тем дольше в нём скапливалась… мужская напряжённость, — скажем так, — которую он не мог удовлетворить. Ему всё труднее было держать себя в руках. Да и как тут казаться невозмутимым, когда вокруг тебя вертится зрелая женщина, все формы которой подогревают влажные фантазии? И если на людях Лиза носит открытые наряды с глубоким декольте и вырезами на бёдрах, то дома она вообще не утруждает себя хоть чем-то прикрываться. Рейзор краснел как помидор, когда его наставница забывала завязать пояс халата или надевала слишком откровенный пеньюар, или выбегала из ванной прикрывшись одним полотенцем.              Но Лиза ведь не какая-то там легкомысленная дурочка с красивыми формами! Она это делала не просто так. Ей нравилось наблюдать за смущением Рейзора, за тем, как бегали его глаза и за тем, как он стыдливо прикрывал выпирающий бугорок на одеяле. И с каждым днём домашние наряды Пурпурной Ведьмы становились всё откровеннее и откровеннее. Лиза знала о том, что в Рейзоре по мере выздоровления раскаляется пламя юношеской похоти и зорко следила за тем, чтобы её волчонок не просидел в уборной или ванне слишком долго. Рейзор же терял надежду хоть как-то избавить себя от сексуального напряжения, распиравшего его изнутри.              Но вот настал тот день, когда Лиза решилась сделать Рейзора мужчиной…