Секрет

Аня не выходит из дома. Уже несколько дней она притворяется больной, пичкая себя таблетками от простуды и спихивая свою неожиданную болезнь на неустойчивую весеннюю погоду. Демиан Десмонд. Человек, который знает обо всем. Ее голова взрывалась от бесконечных вопросов. Когда он узнал? Почему? Как она, Аня, которая умудрялась скрывать свои способности с самого детства, смогла так легко проколоться перед человеком, который должен был узнать об этом последним? Как ему удалось вычислить то, что никому другому не удавалось? Даже её родителям, с которыми она столько лет живет бок о бок, ничего не известно о том, на что она способна. Более того, они и не догадываются. Если бы эта мысль возникла в их голове, любой из них лишь ухмыльнулся бы сам себе, думая, насколько смешно всерьез размышлять о таких вещах. Разве может эта девочка читать мои мысли? Это ведь бред. Ни у кого нет такого дара, хотя многие и отдали бы за него всё, что у них есть, чтобы его получить. Всё эти дни она неустанно задается вопросом: кто я? Но никак не может найти ответ. Аня уже давно не знает, кто она такая. Не знает, почему она такая. Она устала анализировать, устала видеть то, чего другие не видят. В детстве ей казалось, что люди видят всё насквозь также, как и она, но молчат и делают вид, что ничего не происходит. Лишь затем поняла, что ошибалась, долгое время не осознавая, что они даже не замечают, что что-то не так. Они никогда не смотрели на мир, как Аня. Они не видят, что тот или иной человек прячет в себе страшное животное, потому что попросту не могут. Они не додумывают, не лезут в чужую голову, не вытаскивают оттуда информацию, по которой можно составить портрет его внутренностей. Они не уделяют этому внимания. Они просто не такие. Кто они? Кто сломанный? Аня или они? Я? Или они? Кто не прав? Кто дал мне такое право считать, что я знаю все про всех, просто потому что умею читать то, что они пытаются скрыть? Почему я анализирую то, что анализировать не нужно? Почему просто не отключу голову? Почему просто это не прекратится? В один момент перестанет существовать? Я не знаю, кто я сейчас, но я знаю, кем я была. Я была подопытным кроликом. Я была вещью. Я была никем. Я — человек, лишенный выбора. Никто не спрашивал меня, хочу ли я обладать способностью читать чужие мысли или нет. Мной просто воспользовались и избавились, как от ненужных отходов. Как и могут избавиться и сейчас. Она и понятия не имеет, как поведет себя Демиан, как далеко он сможет зайти и как велико будет его желание сделать это. Но Аня уверена, если он задастся такой целью — уничтожить её, то он дойдет до самого конца. И тогда всё кончено. Возможно всё уже предопределено, и её счастливые дни в семье, которую она воспринимает как родную, сочтены. Девушка пялится глазами в потолок, вспоминая лицо обеспокоенного Демиана. Помнит все его мысли. Чувствует нежность его объятий даже сейчас, лежа на кровати совсем далеко от него. И ей хочется верить, что это признак отсутствия в нём желания испортить её жизнь. Сейчас её судьба полностью в его руках. Если бы об этом узнал какой-нибудь придурок, типа Эмиля, всё, что она почувствовала бы, это маленькую тревогу, которую унять было бы даже проще, чем прочитать его мысли, не имея вообще какого-либо дара. В его голове едва ли можно было найти одно стоящее внимания предложение, поэтому, скажи он об этом кому-то другому, над ним лишь бы посмеялись и назвали идиотом. Но Демиан Десмонд далек от всех окружающих её людей в школе. Её сила превратилась в слабость, когда из ситуации, над которой она всегда и везде господствовала, перешла в ситуацию, где над ней держит контроль уже другой человек. Ещё и тот, кто может размазать её, как муху на стекле. — Анечка, — девушка вырывается из гнетущих размышлений и приподнимается на кровати, смотря на появившуюся в дверном проёме Йор, — К тебе пришли. — Кто? — Твой одноклассник. Сказал, что вам нужно обсудить какой-то общий проект, — говорит Йор и скрещивает руки на груди. Аня вздыхает, слыша каждую её мысль про стоящего в коридоре Демиана. Со страхом в душе встает с кровати и проходит мимо матери, оказываясь в коридоре под прицелом взгляда, который содержит в себе целую гамму эмоций, которую она не в состоянии сейчас прочитать. Демиан оглядывает её с ног до головы, рассматривая небесно голубые домашние штаны с милым принтом маленьких пингвинов и белую футболку с изображенной на ней льдиной. Ему хочется улыбнуться, но в последний момент сдерживает свой порыв. Наверняка, она уже услышала всё, что он думает, так что во внешнем проявлении веселья нет никакого смысла. — Что ты здесь делаешь? — осторожно задаёт вопрос Аня, обхватывая свои плечи руками. Йор проходит мимо дочери на кухню, по пути одаривая Демиана подозрительным взглядом. Но он нисколько не удивляется. Любой бы знающий его человек взглянул на него также, если бы узнал, что он потащился домой к обычной девчонке из класса, которая даже не родом из влиятельной семьи. — Я принёс тебе кое-что со школы, — говорит он и протягивает вперёд тетрадь. Нам нужно поговорить. Аня не смотрит на эту тетрадь и не берет её в руки. Она сконцентрирована лишь на том, чтобы поддерживать диалог в мире, и котором и теперь известно и Десмонду. — И о чём же там? — Там естествознание. Девушку передергивает от его фразы, сразу же понимая, к чему он клонит. Давай поговорим где-нибудь вне дома. Аня приоткрывает губы, уже намереваясь ответить на его мысли, но, кинув взгляд на кухню, сдерживается и лишь отрицательно машет головой. Аня, тот факт, что я обо всём знаю, никак тебе не навредит. Обещаю. Уверен, ты хочешь обсудить то, что произошло. Он слегка трясет тетрадку, смотря на неё пытливым взглядом. Аня колеблется, но в конечном итоге забирает тетрадь с его рук. — Пошли прогуляемся. Там всё расскажу, — вслух говорит Демиан и кивает в сторону кухни, как бы намекая, что их конкретно подслушивают. — Я переоденусь и выйдем. — Аня, но ты же болеешь, — вдруг встревает в разговор Йор, стоя у раковины перед грудой грязной посуды. — Я ненадолго, мам. От маленькой прогулки не умру, — успокаивающим тоном проговаривает девушка и снова переводит взгляд на парня, — Жди здесь. — Как будто у меня выбор есть, — бубнит он, когда та исчезает за дверью своей спальни.

***

Выйдя из дома в компании с Демианом, Аня молчала всю дорогу до ближайшего парка, закрыв себе боковой вид на парня капюшоном от толстовки. В парке не удивление тихо и спокойно, лишь пара прохожих изредка появляется на их пути, пока они идут рядом по дорожке. Впереди виднеется дерево, под которым стоит излюбленная ею лавочка. Но сейчас, казалось, что это место станет её гильотиной. — Скажи честно, ты просто пришел угрожать мне, да? — наконец прерывает молчание Аня, когда они доходят до лавочки и становятся под стелющимися кронами плакучей ивы. — С чего ты взяла? — Демиан стоит напротив, пытаясь поймать её взгляд, но девушка все также смотрит в землю, скрывая глаза под капюшоном. — Потому что ты придурок, — честно отвечает девушка, решив, что если будет бояться, то лишь приблизит свой конец. Демиан фыркает, и его лицо кривится в выражении возмущения от её несдержанных слов. — Форджер, ты идиотка, — шипит он и стаскивает капюшон с её головы, наконец сталкиваясь с враждебным взглядом, направленных на него исподлобья, — Если бы я хотел шантажировать тебя, то сделал бы это сразу, как узнал. — Тогда что тебе нужно? Посмеяться надо мной решил? Демиан шумно вздыхает, отводя взгляд на ствол дерева. — Разве есть повод смеяться? — уже спокойно спрашивает он, — Ты читаешь чужие мысли, Форджер. Ты знаешь всё, о чем думают люди, хотя они даже и не подозревают этого, как и я когда-то. Аня поднимает свой виноватый взгляд, чем тут же привлекает его внимание. Она закусывает нижнюю губу, едва сдерживая очередной порыв расплакаться и отходит в сторону, присаживаясь на скамейку. — Ты говоришь это так, словно я виновата в том, чему сама не рада. Её ответ обескураживает. Хотел ли он, чтобы она воспринимала его, как угрозу? Или чтобы она видела его таким бесчувственным чурбаном, каким он хоть и пытался казаться, но которым на самом деле не является? Ведь её слезы и чувство беспомощности смогли выбить его из колеи, заставить переживать её боль, как свою собственную, что было ему несвойственно. Он едва ли парился о том, что чувствуют другие, если это не касалось него самого. Однако он уже давно принял тот факт, что с Аней Форджер всё иначе. Когда она находится в непосредственной близости, все его чувства накаляются до предела и лишь слегка утихают в её отсутствие. И то, только по причине того, что весь колорит эмоций заменяется одним, скребущим по стенкам души чувством — тоской. Стремлением начать новый день и увидеть её снова. Так он проживает свою юность: в ожидании хотя бы раз взглянуть на неё в стенах школы, чтобы с счастьем в сердце вернуться домой. Он слишком долго выполнял роль пассивного наблюдателя, а иногда и агрессора, потому что по-другому просто не мог. Точнее даже не знал, как именно выразить то, что творится у него в душе, поэтому прибегал к самому низкому проявлению чувств. — Ты так и не сказал, откуда ты знаешь, — тихий голос Ани вдруг разрезает тишину, — Точнее как ты узнал? — Сложно сказать, — признается Демиан и садится рядом, — Просто я слишком часто думал, что ты словно читаешь мои мысли. Эти догадки были смешными, и я никогда не обдумывал их всерьез, но в один момент я понял, что есть в этом что-то большее. Аня поворачивает голову в его сторону, вглядываясь в задумчивое лицо. — И что же? — То, что эти догадки слишком часто возникали в голове. Я до последнего не верил в то, что сам себе надумал, но вчера ты сама дала ответы на мои вопросы, когда я этого даже не ждал. Услышав это, девушке захотелось убиться головой о ствол этой липы из-за того, что если бы сохранила спокойствие, то все его подозрения стихли, и всё, что он смог бы сделать, это почувствовать себя полным дураком. — Ты всегда произносила мои мысли наперед. Ты всегда менялась в выражении лица, когда я думал о чём-то таком, что могло тебя смутить. Ты всегда знала, как ответить на мою самую отстойную шутку. Ты даже тесты писала так, как я, — перечисляет Демиан, — Эту неделю я только и делал, что пытался понять, не свихнулся ли я окончательно, пока проверял достоверность своих предположений. Но как оказалось, я не ошибся. — И поэтому ты специально вчера думал о неправильных ответах, чтобы вывести меня на чистую воду, — скорее утверждает Аня. — Я не специально о них думал, — приподнимает бровь Демиан, — Я действительно ничего не знал и делал всё наобум. Но даже если бы ты и делала наугад, как и я, у тебя бы не было настолько идентичных ответов. — Демиан Десмонд не знал, как решить контрольную на пять, кто бы мог подумать, — едва слышно бурчит Аня и разочарованно смотрит вперёд, окончательно приняв свое поражение по всем фронтам. — Не дерзи мне, Форджер, — в своей привычной манере раздражается парень и сводит брови к переносице. Но бесится он скорее от того, что сохраняющаяся между ними дистанция ощущается даже на физическом уровне. Она отстранена от него и внутренне опасается каждого произносимого им слова, и этот факт режет по живому, — Что бы ты ни думала, то, что я узнал, останется со мной. Я никогда никому не расскажу, — уверенно говорит он, после чего пара удивлённых глаз впиваются в его серьёзное лицо. Она всматривается в каждую черту, пытаясь уличить Демиана во лжи, но не находит там и намека на лицемерие. Он всерьез готов держать её тайну в секрете. — Почему? — решается спросить Аня, все также смотря ему в глаза. — Не знаю, — лжет он. Потому что ты до безумия мне нравишься, соплячка Форджер. Так он должен был ответить на её весьма логичный вопрос, но Демиан знает, что у него язык не повернется выразить свои чувства. Он даже не знает какие слова, кроме признания в любви, могли бы в точности описать его привязанность к ней. Когда дело доходит до выражения собственных чувств, у него от этого словно ком в горле появляется и мешает ему проронить и слово. — Но знаю одно точно, — начинает Демиан, — Никому я не позволю притронуться к тебе. Люди, которые подумают, что имеют право доставать тебя, пожалеют о своем решении. — Эй, тебя куда-то не туда понесло, — вдруг заикается Аня и хватается рукой за край лавки, чувствуя, как краснеют её уши. — Форджер, наверное, ты думаешь, что я идиот, который ничего не понимает, и на самом деле я правда не могу понять тебя на все сто процентов, потому что никогда раньше я даже не задумывался о том, что такое возможно. Но как бы то ни было, я осознаю, что твой дар — скорее проклятие, потому что ты слышишь и отвратительные мысли, которые люди скрывают от других. Ты каждый день узнаешь то, что тебе не нужно, и что ты предпочла бы не знать. Ты в этой ситуации страдаешь больше остальных. И если кто-то будет доставать тебя в этом мире, где мысли держат при себе и говорят только то, что принято говорить в рамках дозволенного, пока у них на уме вертятся самые ужасные слова, я уничтожу любого. Мне не доставит труда поставить их на место, если они перейдут границы, можешь не сомневаться. Аня приоткрывает губы, таращась на него самым удивлённым взглядом, на который только способна. Он, что, только что признался, что впредь будет защищать её от жестокости этого гребаного мира? От тепла, заполнившего её сердце, на её лице появляется смущенная улыбка, а в глазах появляется какой-то странный, не поддающийся объяснению огонек. — Если честно, никто никогда не говорил мне таких слов. Кроме того, даже не думал о подобном. Конечно, просто потому что не знали, но и чисто по человечески ни у кого не возникало желания защитить меня, если это не мои родители, — на её лице и улыбке отпечатывается грусть, — Но странно, что это делаешь ты, Демиан. И снова у него сердце замирает, когда он слышит свое имя с её уст. Оно звучит гораздо красивее, когда его произносит именно она. Он заметно смущается и даже сожалеет, что повелся на поводу у своего приступа честности, поэтому быстро меняет тему. — Я думаю, теперь твоя очередь. — Какая очередь? — Рассказывать, — серьёзным голосом проговаривает Демиан, — В какой момент ты поняла, что умеешь читать мысли? Аня вздыхает, находя трудности в том, чтобы отследить этот ужасный момент. И в том, чтобы вообще начать говорить про тему, которая плотно окольцовывает горло леской. — Я расскажу тебе, — тихо шепчет она, — Но чуть позже. Ещё не время. Демиан вглядывается в её задумчивое лицо, и внезапно легкая улыбка разбавляет его серьёзное выражение. От чего-то ему кажется, что с этого момента все будет иначе. Она и её секрет неофициально стали принадлежать Демиану Десмонду. Человеку, который будет грызть чужие глотки, чтобы оберегать её.