Уважаемая Елена Ивановна.

И моя песнь была лишена мотива, Но зато ее хором не спеть. Не диво, Что в награду мне за такие речи Своих ног никто не кладет на плечи

      Спокойно провести день не удалось. В самую рань, ещё до будильника — они уже были на работе.Новость о сбое роботов шокировала всех.       Елена устало сидела на диване, быстро перебирая документы в поисках всего необходимого. Напротив тем же самым занимался Михаэль. Сеченов же пытался сгладить происходящее, которым уже заинтересовался Молотов. На самом деле Елена Ивановна уже пожалела о своем выборе обуви. Ноги были стерты в кровь, пока она бегала с документами, ещё и ужасно гудели после целого утра на каблуках. Услышав то, что Дмитрий Сергеевич закончил разговор- Дементьева вздохнула. Значит работы точно прибавится. — Михаэль, Лена… Продолжайте с документами. Мне в Министерство надо. — Дмитрий был бледный и уставший. Штокхаузен и Дементьева переглянулись и, посмотрев на начальника, одновременно кивнули. — Как думаешь — много людей пострадает? — Тихий голос Елены нарушил тишину кабинета, воцарившую после ухода Дмитрия Сергеевича. — Главное, чтобы это не заметили. — Иногда циничность Михаэля удивляла Елену, однако отношение к нему не менялось.       Двери Сеченовых всегда были открыты для него и Нечаева. Елена всегда шла ставить чайник, заваливала гостя вопросами, волновалась о самочувствии. Она была неким уголком спокойствия в их квартире. Даже пахло от неё так, что сразу ощущалось что-то родное. Восковыми свечами, дегтярным мылом и мятой. *******       — Ты отправил с ним кого-нибудь? — На Елене не было лица. Как только Дмитрий сказал, что отправил Штока за головой Петрова — она побледнела, помня о количестве погибших. Дмитрий аккуратно взял её за плечи, пытаясь успокоить. Так всегда — он говорит, а она паникует из-за других. — Близняшки отправились с ним. Все будет хорошо. П-3 передаст ему голову и он вернётся. А там уже это все закончится. Даже глаза получится отвести, СССР продолжит развиваться-я об этом позабочусь.       Женщина задумчиво кивнула, слабо улыбнувшись. В такие моменты на лице сразу проступал возраст. Ей было 53 — явно не следовало так нервничать.       Елена аккуратно присела на диван, вновь берясь за документы. Тишину прервал звонок. Дементьева абсолютно не обратила на это внимание, подумав на очередной вызов Министерства. В произошедшее с Молотовым её не посвятили, она и так слишком суетилась. — Михаэль погиб.       Женщина вскочила с дивана. Из рук вылетели документы. Сердце резко заболело. В глазах Елены появились слезы. Я сижу у окна. За окном осина. Я любил немногих. Однако — сильно. Совсем недавно она сидела рядом со Штокхаузеном, обсуждала всё произошедшее и разбирала документы, а сейчас… Все закончилось. Дмитрий аккуратно притянул жену в себе, поглаживая по спине. Времени на расстройства не было, слишком много дел, слишком много проблем. — Леночка, дорогая… Отправляйся сейчас домой. Я вызову машину. — Елена тут же замотала головой. На душе стояла тревога. — Надо. Как раз сделаешь чай, отдохнёшь, готовкой займешься к моему приезду. Мы вечером увидимся. Отодвинув заплаканную Дементьеву от себя, он аккуратно коснулся её губ. Я сижу у окна. Я помыл посуду. Я был счастлив здесь, и уже не буду. **********       Хотелось тишины. На диване, укутавшись в плед, устроилась Елена. Звук чайника, шипение сковородки, кипение кастрюли… Обычно готовка была в радость для неё, но сегодня просто хотелось дождаться новостей. Я писал, что в лампочке — ужас пола. Что любовь, как акт, лишена глагола. Помешивая еду, Елена Николаевна смотрела в одну точку. Она не рискнула позвонить Сеченову, боясь отвлечь от работы. — Всё будет хорошо. С ним Близняшки, а он обещал вернуться к вечеру. — Дементьева всячески пыталась себя успокоить, не стесняясь говорить вслух. Дима никогда не нарушал данных ей обещаний — сегодня точно не нарушит. Что не знал Эвклид, что, сходя на конус, Вещь обретает не ноль, но Хронос.       Выключив плиту, женщина быстро засобиралась, сидеть дома она больше не могла. Платье в пол, платок на голове, смытая косметика… В такие моменты Елена всегда шла в одно место. Там всегда спокойно. *****       -За упокой, пожалуйста. — Дементьева протянула свечу с запиской, пытаясь сдержать слезы. Это было довольно сложно для неё, ведь Михаэль был действительно близким другом. Даже на свадьбе он был другом жениха. Подойдя к иконам, женщина подняла взгляд, поджигая свечу, которую она держала в руке. За себя она никогда не молилась и не просила. Самые долгие и трогательные молитвы всегда были за Дмитрия. Елена могла часами стоять на службе, не уставая читать, подняв глаза к небу. И даже дома — её утро никогда не начиналось без молитвы, Елена опять просила за мужа, прося сохранить и спасти.       Закончив молитву, женщина поспешила домой. В любой момент могли позвонить или Дима вернуться. Но остановилась Елена Ивановна у магазина, быстро решив купить домой чай, который заканчивался. Дементьева знала любовь мужа к определённому виду чая, так что, найдя его в магазине, немного обрадовалась. Хоть что-то приятное за день. **********       Аккуратно поставив обувь на полку, женщина посмотрела в зеркало. За эти сутки она заметно состарилась. Волосы уже не были такими блестящими, появилось много незаметных ранее морщин, глаза словно потухли. Оторвать взгляд от зеркала её заставил звонок телефона. Забыв поставить на полку чай — Елена кинулась к источнику звука. Руки тряслись, колени подгибались. Дементьева надеялась услышать голос мужа, сообщающий о дороге домой. Подняв трубку, она заулыбалась, ожидая хороших новостей: — Елена Ивановна? — Незнакомый голос напряг женщину. — Да, здравствуйте. — Примите мои соболезнования… Дмитрия Сергеевича больше нет.       Сердце Елены Ивановны пропустило удар. На пол полетел выпавший из рук чай, рассыпаясь по полу. Она не верила в услышанное. Пару минут назад женщина ждала его домой, а сейчас… Его нет.       Дементьева, повесив трубку, медленно подошла к дивану. Рядом тут же устроился кот, мурлыкая, пытаясь привлечь внимание хозяйки. Кинув взгляд на него, Елена почувствовала то, как по лицу текут слезы. На столе стояла их совместная фотография, оба были такие счастливые. Это было только начало их пути, начало совместной работы. Мужчина хотел развивать Союз и науку. Елена Ивановна тяжело вздохнула: — Ты хотел создать новый прогрессивный мир… Но ты ошибся.