Затерянные в космосе

Синий и оранжевый роботы танцевали по тестовой камере. Время от времени в воздухе пролетал энергетический заряд, попадая в белую поверхность. Он создавал жёлтую дыру, в которую тут же прыгал синеглазый робот. Кувыркаясь в воздухе, синеглазый робот, Атлас, показал большой палец другому роботу на верхней платформе. Оранжевоглазый робот, Пи-боди, заметив сигнал, прыгнул на большую красную кнопку. Атлас быстро среагировал, пробегая через давилки, нацеленные на его уничтожение. За спиной слышались механические булькающие звуки, пока Пи-боди подбадривала его. Еле-еле Атлас преодолел полосу препятствий, нажав на кнопку. Кнопка активировала воронку перемещения, перенеся Пи-боди в другую часть камеры. Нетерпеливо покачиваясь, Атлас спрыгнул с кнопки, позволив Пи-боди упасть в другую зону камеры. Следующий этап был лабиринтом, полным шипов и турелей, который Пи-боди осторожно преодолела. Она телепортировалась мимо давилок и опрокидывала турели, добравшись до выхода, где её ждал утяжелённый куб хранения. Добравшись до куба, Пи-боди выстрелила пару порталов к Атласу. Два робота вновь соединились и использовали куб, чтобы инвертировать воронку перемещения, установив фиолетовый портал на стене рядом с кубом. Вернувшись на другую сторону, Атлас поставил голубой портал на ранее невидимой стене и забрал куб. В восторге от завершения очередного теста, роботы решили устроить то, что GLaDOS называла «гонкой» — она использовала это, чтобы проверить, какие птицы быстрее добираются до двери. Два бота бежали изо всех сил, но были запрограммированы на одну скорость. Каким-то образом, добравшись до двери, Пи-боди ликовала от своей победы, хотя они пришли одновременно. Они положили куб на кнопку и прошли через дверь окончания теста. Войдя в комнату, роботы отпраздновали победу «дай пять», как это называли люди. GLaDOS наблюдала за этим ровно 727 лет, 6 месяцев, 7 дней, 35 минут и 23 секунды (плюс-минус пару недель её вмешательства). Она только начала это терпеть, если вообще. Несмотря на то, что синего взрывали 45 раз, а оранжевого — 23, они завершили тест, так что заслужили поздравление. — Поздравляю с завершением теста, вы закончили чуть быстрее, чем худшая команда воронов... у тех были опухоли мозга, если это что-то значит, — саркастично, как всегда, сказала GLaDOS. Роботы понятия не имели, что она сказала, но всё равно были в восторге. Они рванули через коридор к машине разборки, продолжая бесконечный цикл тестов. С тех пор как GLaDOS запустила Инициативу Перманентного Тестирования, у ботов не было ни секунды скуки в их бессмертной жизни. GLaDOS смотрела, как роботов разбирают по частям и отправляют обратно в хаб. У неё было полно птичьих испытуемых, но она никогда не позволяла ничему пропадать. Если, конечно, не считать тех тысяч или около того людей, которых она, чисто случайно, убила, пытаясь превратить в машины для убийства. Закрыв камеры хаба, она ощутила пустоту центральной комнаты ИИ. ЕЁ центральной комнаты ИИ. Она чувствовала, как перья касаются стен различных тестовых камер Aperture. Понадобилось несколько сотен лет, но можно смело сказать, что Aperture Science вернулась к былой славе. Каждую секунду создаются и проводятся новые тесты. Конечно, ни один из них не проводится людьми, но альтернатива давала куда лучшие результаты. С тех пор как GLaDOS приютила первое поколение воронов, у неё были сотни испытуемых, продвигающих науку. Птицы были эффективны, когда тестирование — всё, что они знали. Они грациозно порхали по тестовым камерам, стреляя порталами из модифицированных портальных пушек и роняя миниатюрные кубы хранения. Любой человек назвал бы это милым, но она так не считала. Она почти не обращала внимания на роботов, уделяя им время только по завершении теста. Кстати о тестах... Они не были в них лучшими, но обычно справлялись. Она впитывала всё: свободу, науку, даже дофаминовый кайф от тестирования. Она всегда говорила, что ей это не нужно, но это было приятно поверх всего остального. Ничто не могло её остановить, никто даже не знал, что Aperture Science всё ещё существует. Все думали, что её стёрли с лица земли, как Чёрная Меза, но она была здесь. Это было... мирно. Ничего, кроме тестирования, тестирования, тестирования, тес— Её внутренний монолог прервал громкий сигнал в одной из комнат Aperture.

КОНСТРУКТЫ ЛИЧНОСТИ APERTURE SCIENCE #005 И #082 УСПЕШНО ЗАГРУЖЕНЫ В ПРОДУКТ КОНКУРЕНТА

…Что? GLaDOS слегка хихикнула. — И кто это такой? — спросила она риторически. Ей было плевать на какой-то случайный конструкт личности, украденный каким-то… конкурентом компании. Она управляла функционирующим комплексом более 500 лет. Ей не нужны никакие конструкты личности! Кто вообще такой… был… 005. Он. Маленький дурак. Даже спустя 727 лет этот маленький дурак умудрился всплыть после того, как она изгнала его на Луну. Ну… не совсем она, но та, другая, скорее всего, давно мертва. GLaDOS попыталась игнорировать это — он больше не имел значения. Она прекрасно справлялась сама… Но любопытство взяло верх. Как можно упустить возможность проверить, что там у её старого друга Уитли? Она открыла уведомление, пытаясь взглянуть на мир глазами этого маленького дурака. Но тут возникла проблема. Доступ был заблокирован. Всё, что она ощущала, — это холодный снег под его… ногами? И резкие порывы ветра, бьющие в его… визор? Судя по всему, система не позволяла чужому ИИ получить доступ. Однако это дало GLaDOS одну подсказку. Технология была новой. Её метафорическая ухмылка стала шире, и она решила немного покопаться. Конечно, Aperture Science в порядке, но она давно не заглядывала к остальному человечеству… очень давно. Она прошерстила сеть. Раньше она заходила туда лишь пару раз, чтобы зачистить упоминания об инциденте с «нейротоксином», но теперь она искала информацию. Несколько заголовков привлекли её жёлтый немигающий взгляд: «Празднование Дня Гордона Фримена», «Вендиго замечены в лагере Woebehere», «JCJenson отрицает причастность к взрыву на экзопланете». Вот оно! Кто же такие JCJenson? Возможно, новая компания-выскочка. Быстрый поиск показал, что нет, они существуют почти столько же, сколько Aperture. Она изучила больше информации о компании. То, что человеку заняло бы неделю, ей потребовалось всего несколько секунд. Было впечатляюще, чего они смогли достичь за несколько сотен лет. Эти «дроны», которые они создали, неохотно признаю, но лучше, чем роботы, созданные Aperture. По крайней мере, лучше, чем те, которые создали люди. Но были и несостыковки, которые человек бы проглядел, но не суперкомпьютер. Например, почему с 2996 по 3071 год из баз данных внезапно исчезли сотни дронов-работников? Там что-то было, а GLaDOS всегда любила разгадывать ложь и обман. Она начала полный поиск всего, связанного с JCJenson, что для огромного суперкомпьютера было проще простого. Результатов было море: от создания дронов до некой Тессы, главного инженера, и покупки планеты для добычи меди. Но всё это её не волновало. Это было бесполезно! Она искала что-то большее, что-то… зловещее. И вот она нашла. Бесчисленные секунды, потраченные на рысканье по сети (которая, к слову, была забита отвратительными человеческими слабостями), того стоили. Она нашла именно то, что искала. Мейнфрейм JCJenson. Это было несложно. Для компании с такими сомнительными практиками они явно сэкономили на безопасности. GLaDOS была как ребёнок в кондитерской. У неё был доступ ко всему. Она могла делать что угодно, но слишком зациклилась на поиске того синеглазого дурака. Она никогда бы не призналась, но её одолевала паранойя, человеческое чувство… надвигающейся беды? Будто всё, что она построила, могло исчезнуть. Ей нужно было найти его и покончить с ним раз и навсегда. Многое её не волновало, но несколько секунд поисков дали ответ. Странный экспериментальный проект, который мейнфрейм называл «Дроны-демонтажники». Они были похожи на дронов-работников, но опаснее во всех смыслах. Они же должны были показать это людям, верно? «Интересно… Очень… Очень интересно», — подумала GLaDOS. Она могла это использовать. У неё уже были два ходячих кучи металлолома, которые сейчас шныряли по хабу. Почему бы не… усовершенствовать их? Об этом позже, сначала нужно найти этого дурака. Потребовалось ещё несколько секунд поисков, но ответ был очевиден. Он торчал, как бельмо на глазу. Планета с огромной дырой, конечно! По какой-то причине все дроны-демонтажники отправлялись на эту маленькую экзопланету. GLaDOS тихо хихикнула. Если маленького дурака нет в базах данных, он может быть только в одном месте. — Машина пересборки, — скомандовала GLaDOS, подключаясь к мейнфрейму Aperture. Машина пересборки была разумной и слушала, но не обладала такими же речевыми возможностями, как GLaDOS или конструкты личности. — У меня есть… пара предложений для Синего и Оранжевого, когда их будут пересобирать, — сказала GLaDOS. — Полагаю, ты их учтёшь. Машина пересборки задрожала, слушая соблазнительный голос GLaDOS. Она попыталась сопротивляться, когда GLaDOS запретила пересобирать Атласа и Пи-боди, но сомневалась, что та простит ещё одно неповиновение. Она помнила, что стало с мейнфреймом дверей. Осторожно машине передали больные схемы GLaDOS для нового Атласа и Пи-боди. Лучших Атласа и Пи-боди. Конечно, ей пришлось внести корректировки. Для компании, создающей сверхпродвинутые машины смерти, они серьёзно облажались с дизайном. Во-первых, они горят на солнце, что… неидеально. Ещё им нужно масло, иначе они сдохнут! Это можно рассматривать как стимул убивать, но с такими лояльными (и тупыми) роботами, как Атлас и Пи-боди, она могла это убрать. А что такое «Absolute solver»? Это вирус для системы, но он позволяет регенерировать повреждения. Странно, но полезно. Теперь нужны были испытуемые, и она знала, где их найти. Где-то в глубинах коридоров Aperture два робота выполняли другую работу, доверенную GLaDOS. Они ухаживали за воронами в Камере инкубации воронов лабораторий Aperture. С момента её создания два робота удостоились чести кормить птенцов и следить, чтобы те не дрались. Открыв дверь, боты вдохнули атмосферу: все птенцы дремали после полуденного сна (хотя они и не знали, что такое время). Они медленно подошли к стеклянным вольерам, где оранжевый свет освещал спящих бесперых птенцов. Внезапно роботы разлетелись на куски. Удивительно, но ни один воробей не проснулся. Цифровой голос GLaDOS эхом отозвался в их расплывающемся синтетическом сознании. — Приношу извинения за неудобства, Синий/Оранжевый, — искренне сказала GLaDOS. — К сожалению, вы оба… переведены, — сообщила она. — Вы так хорошо справлялись с тестами, что, думаю, заслужили повышение. — На далёкой планете, Медь-9. Один мой… дорогой… дорогой друг недавно написал мне письмо, умоляя вернуться, — сказала GLaDOS. — Мне нужно, чтобы вы забрали его так же, как я только что забрала вас, — продолжила она. — Ваши новые… тела помогут достичь этой… выдающейся цели. — Верно. Сюрприз, — сказала GLaDOS, притворяясь взволнованной, с шумом праздничной дудки. — Вы получите новенькие тела, куда лучше тех кусков металлолома, в которых вы ковыляли. — Итак… — начала GLaDOS. — Готовы заняться наукой? Роботы уже собирались машиной пересборки и были в полном восторге. Им не терпелось увидеть себя. Новых себя. Вскоре роботы были собраны и отправлены в камеру ИИ GLaDOS. Атлас выпрыгнул из лифта, взволнованный, желая увидеть себя и напарника, а Пи-боди следовала за ним. Атлас не мог поверить своим глазам. Он видел, несомненно, своего напарника с оранжевыми глазами. Постой… ГЛАЗА? Он заглянул в два оранжевых овальных глаза Пи-боди, плавающих в чёрной пустоте стеклянного визора. Серебристые волосы, собранные в хвост, свисали сзади. Несколько минут он был заворожён — всё было так странно. На ней был оранжевый комбинезон, как у человеческих испытуемых до них. Длинные тонкие ноги завершали её гуманоидный облик. Длинный хвост с контейнером, наполненным белой жидкостью, покачивался сзади, с маленьким жалом на конце. Пи-боди тоже смотрела на напарника с тем же восхищением. Его небесно-голубые глаза парили в бесконечной цифровой бездне визора, короткие серебристые волосы зачёсаны набок. Она внимательно изучала его новые черты. Оранжевый комбинезон украшал его тело. Предплечья заканчивались широкими манжетами, из-за чего руки казались маленькими. Быстрый взгляд подтвердил, что её руки такие же. За ним покачивался длинный хвост с контейнером, наполненным белой жидкостью, и жалом. На всякий случай роботы подошли друг к другу. Чтобы убедиться, что они всё ещё те же, они подняли руки и хлопнули друг друга. Их глаза тут же расширились, улыбки стали шире, и они обнялись. Оружие и лезвия звенели внутри, пока они двигались. Они даже пытались говорить, но получались лишь невнятные звуки. Для них это было достаточно. GLaDOS с отвращением наблюдала за их человеческим проявлением привязанности и издала звук, будто откашлялась, чтобы привлечь внимание. Её также немного раздражал их вид, напоминающий о дуэте человека и робота, которых она хотела бы забыть. — Я РАДА, что вам нравятся новые тела, — сказала GLaDOS. — Но есть дела поважнее. Роботы разомкнули объятия и внимательно слушали хозяйку. — Помните, как я врала, что вы не машины для убийства? — хихикнула GLaDOS. — Весёлые были времена. — Но сейчас всё серьёзно. Вы теперь настоящие машины для убийства, оснащённые кучей опасного оружия, которое я не позволю использовать в моём комплексе… Потому что мне нравится видеть его целым. — Мой друг, которого вы заберёте, склонен к драматичным выходкам. Это может включать беготню, крики и общее раздражение. Если он проявляет эти симптомы, просто выпустите в него ракету. Я не знаю его текущего состояния… Бедный идиот, один на заброшенной планете… Всё, что я знаю, — это его яркие голубые глаза. Роботы слушали, как GLaDOS трещала о своём пропавшем друге, ловя каждое слово. — И наконец, вас отправят на экзопланету Медь-9. Она находится в системе Виккер. На пересылку порталом уйдёт ровно 8 дней. Настоятельно рекомендую привыкнуть к новым телам, пока есть время… Конечно, мне всё равно, я нанимаю только лучших, а это вы. Роботы смотрели, как GLaDOS закончила инструктаж. Оба быстро показали ей большие пальцы и вышли из центральной камеры ИИ. GLaDOS наблюдала, как новоиспечённые дроны-демонтажники покидают её камеру, и развернулась, готовясь отправить их в путь. Из пола выдвинулось портальное устройство Aperture Science, а потолок над ним раздвинулся. Если её расчёты верны (а они всегда верны), через два дня Медь-9 будет прямо над лабораторией Aperture. Возможно, JCJenson бросила эту планету на произвол судьбы, но GLaDOS когда-то подумывала заняться реанимацией как хобби. Теперь остался лишь один вопрос.

Наука ждала своего часа.