Львы Переступающие барьер.

-Underfell-

Азгора уводили в личные покои, прикрывая его лицо полотенцем. Его обожжённая мордашка крошилась, излучая клубы белого дыма. На удивление всех, оба глаза Азгора покраснели, но были более - менее целы. Давно он своё тело так не подогревал в драке. Это навевало на воспоминания короля. Санса же кормили и использовали зеленую магию на месте. Скелета решили оставить на домашнем покое и что бы он себя ещё больше не травмировал, его через местного мастера порталов отправят домой. Вместе с братом и одним из главных медиков дворцового комплекса. Папирус смотрел на лечением брата, громко топая своими сапогами и с каждой минутой груз внутри рёбер падал. Обувь и шорты от жара прожглись к костям, но для скелета это не опасно. Надкостницу, когда состояние нормализируется, можно отколоть и относительно быстро восстановить. На удивление, эта «косоворотка» выдержали все эти атаки и жар, пропитавшись по итогу грязью, слегка светящейся сажей и кусками треснутых рёбер. Но Санс держался, пускай с трудом, но двигался самостоятельно и сел перед комнатой, где будет создан портал на одну из множеств элегантный лавочек, около которых были цветы. Папирус смотрел за братом, что ел особо ничего не жуя, он просто восстанавливался. — Чудовищный аппетит, не ешь цветы в горшке, Азгор опять обидеться, — новым лицом, что с скелетами заговорила была та, кто будет следить за состоянием Санса. Это была склонная к полноте, миловидная девушка ламия с весьма коротким хвостиком причёской. Руки были крайне длинными и едва по полу не чертили коготками, во время ползания. Лицо было плохо видно из-за чёлки, что не мешала ей ориентироваться. Она всё видит больше своим языком, чем глазами. Одежда же была как у любого столичного «охотника за уровнями» броской, без красных и чёрный цветов. Она переводила внимание на себя, но не для скелета. Броский цвет в её случае прикрывает её внешний вид, а не даёт защиту в толпе, как положено тут. В замке никто так броско не одевается, видимо из-за происхождения. Но раз она медик, что привязали к Сансу, проблем не должно вызвать. На такое стечение обстоятельства надеется Папирус. — Прос-стите за столько жестоКос-с-стное ожидание. Тут никто не ожидал что, с-скелет выживет, а не с-с-сгорит! — БЫВАЕТ. МОЙ БРАТ КУДА ОПАСНЕЕ ЧЕМ ВЫГЛЯДИТ.

— Телепорт отправил троих монстров на площадь Сноудина, где-то через час ожидания —

Змея первым делом осматривается. Город по большей части восстановился, но то там, то сям шли строители или оставшиеся отряды гвардейцев, что сюда послали или местные монстры. Ламия смотрела на это и ещё сильнее вжилась в одежду, — Неплохо у вас-с тут. Только с-снежка многовато как-то. Все, осмотревшись, понимают, что пока они отсутствовали, мрачные тучи в последний раз извергли кое как сформировавшийся снег. Опять биологи творили чёрти что. Из-за этого, многие дома покрылись коркой. Дом скелетов, получил так же неплохо. Крыша около двери сломалась и упала, балкон провис и почти был готов упасть. А снега заполнили всё. Санс от такого поморщился, а Папирус стоя в воздухе над домом кричит, — ДОМ СО ВСЕХ СТОРОН ПРИПОРОШИЛО! Санс хотел заснуть в ближайшем сугробе. Медику было всё равно, а та лишь проверила свою большую медицинскую сумку. Папирус кричал, — САНС! ТЫ СМОЖЕШЬ ТЕЛЕПОРТИРОВАТЬСЯ С ЛОПАТОЙ В ДОМ. ТАМ ДОЛЖНЫ ОСТАТЬСЯ СОБАЧЬИ ГВАРДЕЙЦЫ. — На это у меня силы остались. Там и отдохнуть смогу. Когда городу потребовалась тюрьма для заключенных, Папирус великодушно отдал большую часть Сарая, но он частично сохранил первоначальные функции, надо лишь спрятать от неправильных монстров их инструменты. Папирус ушёл в сарай, пока Санс зевая в сугробе с него вставал. Папирус снял крышку с погреба, что младший скелет разрисовал под вид деревянного пола. Второй уровень сарая хранил всё нужное оборудование, в том числе и лопат. Когда Папирус выходил из погреба, одна из лопат ударила по дереву. Ледеяной ангел повернулся, — Приятно вас услышать, мистер тюремщик. Как вижу, у вас там стало хуже. Эти завывания ветра были мелодичны и холод бьющий в душу. А теперь скука. — СОВСЕМ РАЗУМОМ ПОПЛЫЛ? ХОТЯ, СЕЙЧАС ПЛЕВАТЬ. Папирус хотел отдать брату лопаты, но тот спал. Резко подняв брата за плечо, тот просыпается и взяв в обе руки лопаты телепортируется в дом. Псовая гвардия отдыхала, разместившись на диване или около него, смотря шоу МТТ. Ну или когда-то это делали, все они спят и одинокое шоу так сильно било в череп, что Санс сразу узнал своё любимое шоу. В нём происходил пересказ Меттатона игр людей. Обычно это дополнялась образами и неудачными моментами, из чего сложился целый лор у сериала. Сейчас Меттатон в чёрных очках, накладной бороде и гигантских перчатках, держал в руках болгарку, — Вы меня поняли, ребята? — Одной из свободных рук, он забрать шуруповёрт. — Я не механик, но шуруповёрт могу кому то в жопу засунуть? — И тут кадр с крутящейся дрелью в жопе кого-то в старой игре. Это было так тупо и неожиданно, что скелет засмеялся. Ему было так хорошо, что скелету плевать на ожоги и боль под рёбрами, во время приступов смеха. Этот хохот, испугал псовую гвардию, что собралась защищаться, но обнаружив странно выглядевшего Санса, всё ещё сохраняло защитное построение. Но это не защищало их от запаха гари, коим пропитался Санс с головы до ног. Санс успокоившись, стал вытирать череп от лини пота, попутно поставив лопату у дивана. — Весело у вас тут. А теперь меняемся. Вы выкапывайте дом, а я пошёл спать. В полу тьме, собачья гвардия могла лишь по запаху понять, насколько несладко было и есть у Санса. Лишь Догго видит скелета, из-за того, что тот дрожал от боли в треснутых рёбрах. Догго вытащил собачье лакомство и отдав тем из родичей, кто хотел, а сам свою поджог. — Что с тобой случилось? Санс шипя от боли, лёг на бок. Диван для него не был как никогда таким мягким, — Я выжил после битвы с Азгором. Проявите уважения. Пёс поменьше и Догами от такого отошли назад и пялились на него. Пёс побольше подходит к переключателям, но света в доме не было. Догаресса хотела узнать что-то, но громкий храп заставил их начать выкапывать дом.

-Fellswap-

Санс и Папирус сидят в комнате старшего. Младший читал комиксы и в телефоне рылся, а старший проверял отсчёты из всех подразделений под его управлением. Как и думал Санс, чита послали сообщение, что прибудут в течение пары ближайших часов. Через 2 часа, уже в ночь, когда в большинстве городов свет выключается, они пришли. В этой чите было два взрослых монстра и два ребёнка. Семейство выглядели вычурно и нескладно. Это улыбало Санса так сильно, что Папирус не мог не радоваться с братом. — Приветствую вас господа Таболовы. Надеюсь вам нравиться эта скромная обитель. Дети их осматривали гостиную и проход на второй этаж с нескрываемым презрением. Жена как всегда была суха на эмоции всем кроме глаз, что впились в лицо Папируса стоящего около своего брата. Она знала про его диагноз и грустила, что его брат не избавился от такого ненужного создания. Глава семейства же улыбался прикрывая глаза своими гигантскими ресницами, что побеждали ресницы его жены. Санс и Папирус помогали чете сесть за стулья, около полностью накрытого стола. Начал обеденный разговор глава семейства, открыл одну из бутылок вина, что криво стал лишь. Он не смотрел как льёт и часть вина, из-за его рук пролилась на скатерть. — Приятно видеть, что вам интересно поддерживать свой высокий статус в высших кругах гвардии. От чего нас позвали? Как проходит служба? Санс сдержал своё желание напиться от их вида. Дожевав ложку салата, он стал готовить с этими животными, что даже манерами за столом перед ним не захотел хвастаться. — Средне. Королевский отпрыск пропал. Какая-та тварь унесла одного из 7 убийц, что снова скрылись. Но здесь стали что-то искать ученые и уровень преступления уменьшился. Так что вот так. — Вы позвали нас ради сохранения своего места? Первое что вы сказали, может всем по итогу больно ударить. — старшая дочь этого семейства решила ускорить разговор. Отец любит смаковать момент перед началом жалости, но не она. Он точно будет проситься сжалиться и прочее, что бы они поискали шестёрок, на которых можно всё это спустить. На подобного похож Санс, не смотря на увечье на глазнице, его элегантных шмоток и статуса, повелителя пыток. Он не член высшего общества, и когда на него справедливость обрушиться, он попадёт лишь в казематы, либо казнён лично руками королевы. — Нет. Мне нужны были для учёных гарнизон из разных управлений, и Альнилам с удовольствием одолжил мне нескольких своих монстров. И выбил место в экспедиции в то место, куда аномалия ведёт. Всю семью этих млекопитающих перекосила от упоминания одного имени циклопа. Скандалист, бабник и создание без вкуса, что само решила уйти из высшего общества, став по итогу лишь главой региона, а такие возможности он имел, не постаравшись со всем своим окружением. Глава семейства мрачнее говорит. — Интересный выбор у вас. Папирус зыркнул на главу семейства, и тип слегка отодвинул корпус. Санс же спокойно говорит, не пялясь на них. Семейство приступило полноценно к трапезе и их исход уже предрешён. Надо лишь не подавать виду. — Он сам пришёл и мы договорились из-за случайности. Надеюсь вы понимаете, что не в моих условиях, не принимать его помощь. Этот ответ не успокоил семейство. Продолжил разговор спустя минутку, уже сам Санс. — С чем была связана то, что вы прибыли позже той даты, что я у вас требовал. Мисс Таболова решила поправить. — Вы хотели сказать просили. Сын их семейства выкрикнул. — Нам такие бумаги пришли! Санс слегка переварив их слова, — Там было требование, так что я хочу объяснения. Но если вы не хотите, я их не требую тогда. Папирус клацнул от злости зубами и привлёк внимание дочери Таболовых, что была самой глазастой в их семействе. Одежда папируса не особо отличалась на вид от той, что каждый второй средне зажиточный горожанин покупал своим детям. Но его материал, был куда более искусен. Синтетика удел богачей, а тут в подобном щёголяет не только Санс, но и его немая собачонка. Девушка от злости, подала кусок Сансу, что налил его до краёв. Выпив за раз весь кубок, та стала доедать салат, что бы быстрее выбить из рта горячий вкус вина. Ощущения были как у вина, что подавали в домах их столичного благодетеля. Девушка решила почти сразу это высказать. — У кого вы его приобрели? Салат и это вино было вкусным. Санс от такого вопроса показал ехидную улыбку, напугавшую отца семейства Таболовых. — Вино от Гастера. А салат готовил мой брат. Практически вся еда на этом столе была приготовленная его руками. Вопросов о том, зачем скелет оставил около себя это стало больше. Он его учил? Кто его обучал кулинарному искусству? Зачем тратить ресурс на столь неэффективный актив? Мать семейства привстала и смотрела на Санс с нескрываемым злорадством. — Значит по этой причине ты держишь это отродье около себя. — Да, старая леди. Это одна из причин, — Санс всеми силами прикрывал свою внутреннюю ярость и ждал когда их можно разорвать на кусочки и наслаждаться их агонией в последние секунды их жизни. А потом просто их выкинуть, как буд-то их никогда не было в этом доме. Папирус ничего не показал и ничего внутри не щелкнуло. Привык к таким словам, и как правило после них, такие создания умирают в страшных муках. Дочь решила ещё узнать про Папируса. — Что помимо этого у него есть в трюках? Вряд ли только на готовку ты его надрессировал. Скелет выпил ещё немного вина и перешёл как почти все гости к супу. Лишь их юнец сразу стал поедать сладкое после салата, забыв про этикет. — Он охраняет дом, когда я это требую. Убирается… покупает всё что ему нужно и что я прошу. Глава семейства смотрит на этого охранника и говорит. — И наказываешь! Слишком он выглядит уставшим для того, по кому плеть не проходилась. Или ебло не крепили. За орудие пыток они посчитали видимо скобки на зубах. Треснутая надкостница почти остановилась, но искривилась и Папирусу требуется ещё выпрямление зубов, для сохранения его улыбки. Но, подобное, можно превратить в такое? Скелет решил как-то вскользь ответить. — Я тренирую его. Из-за этого, он и такой уставший. Во время тренировок, многое может случиться. — Хотелось бы взглянуть на подобное. Санс выпил ещё немного вина и смотрел с радостью на то, что они уже так много съели.— Не выйдет. Там очень много бега, мы с братом едва сами справляемся с нагрузками. Вряд ли вам понравиться бег среди деревьев и перепрыгивание через реку. Младший из семейства представил как это выглядит и едва сдерживания смех говорит. — Как с вашими пропорциями реку перепрыгиваешь? Мне требуются больше данных, что бы я поверил в это. — Брат на что мне? Или на что мне кости? Если я впереди, то кости, если он, то я прыгаю ему под руки и вместе перелетаем через неё. Так что как-то так происходит. Вряд ли у вас найдется подходящая комбинация приёмов. Семейство от таких слов переглянулись и Санс впервые с начала разговора расслабился. Но глава семейства обиделся на это. — Ты совсем перепутал с кем общаешься. Зачем пытаешься принизить того, кто над вами? — Серьёзно? Я хорошо выполняю свою работу. Вы дураки. Вы посредственны. То же с манерами и вашим отношением с гвардией. Проявите к нам уважение! — Скелет улыбнулся показывая свои зубки, затушив видящий глаз, а слепой глаз светился с пентаграммой. Все Таболовы пытались встать, но было поздно, что бы толком атаковать. Санс создаёт кости, что прошили тело матери семейства множеством пуль и перекрыла пути другим. Подобное, но в отношение отца семейства повторил Папирус. Одна из глазниц отца семейства от пули лопнула, выбив из Санса смех. Сын семейства был ближе всего к краю и смог отпрыгнуть от первой атаки в виде множества пуль. Лишь пара пуль повредило его ноги, но он был достаточно толст. Папирус, призвавший пару бластеров во время их волны криков, закончил перезарядки и стал палить во всех. Сыну повезло сгорбиться, что бы получить по себе лишь пару десяток пуль. Остальное семейство отбивалось и пыталась всей толпой поймать и убить Санса. Мать семейства почти поймала Санса, что уклонялся от тарелок, что выкинул отец семейства и пробил дважды стену. Тарелка застряла в дереве, как и мать семейства застряла на месте. Папирус используя синюю душу выкинул матерь к своему мужу и дочери. Но та сгруппировавшись, пробежала мимо Санса, что бы расколоть череп Папируса на мелкие кусочки. Из-за этого Санс использовал козырь. Обе стороны, в глазах друг друга, оказались куда более боевитыми, чем они по началу надеялись. Обе стороны в чём-то просчитались, но козыри у Санса куда более серьёзные. Черепа драконов красного цвета с единственной глазницей с пентаграммой. Сзади находиться сопло для сохранения точности выстрела. Нижняя челюсть отделена и летела около основной части. К нёбу было прикреплено дуло бластера. Их всего было 13. Выстрелили они все одновременно, и из 13 выпущенных пуль попало всего 9. Сын семейства получил три пули. Две попали через спиной мозг в другие зоны, разорвав живот и выпустив на свободу кишки. Другая, раскрошила его рот, что разлетелся во все стороны, застряв по итогу в стене. Последняя попала в одну из рук, оторвав её и откинулась в сторону, залив кровью Папируса пол и немного стены. Сам же монстер помирал на полу, сложившись вдвое как сломанный кокон. Его сестрёнка получила две пули. Из-за этого её тело откинуло с большой силой на дверь, ведущая на улицу. Старая дверь упала, а вот новые петли и старая рама выдержали. Первая пуля раскрошила её грудину, а из-за резкости удара, её позвонок последний для грудного отдела вдавился и раскрошился. Вторая поля попала криво. Одна из рук едва держалась на остатках мяса, а приличного объёма грудь оторвалась и осталась перед входом в дом. Её лёгкие быстро залила кровь, и она могла лишь на краю сознания слышать крики ужаса местных, что давно не выдели, что бы Санс так проводил свои страшные развлечения. Отец получил две пули. Одна пробила плечо, раскрутив и разломав лопатку и разорвав бицепс на мелкие лоскуты, потом разворотила грудь до состояния жидко вываливающейся каши. Вторая же попала по пояснице, порвав таз и одну из бедренных костей. Матери семейства досталось две. Пуля застряла в шейном позвонке, но расплющив их так быстро и так специфично, что последний приказ от парализованного тела, дал её вырвать 4 передних зуба скелета, что та хотела поймать за челюсть. Вторая же рука отлетела в сторону от пули, что её оторвала. Не попавшие оставили гигантские борозды в гостиной, что только строители смогут восстановить, но они уже были вызваны для ремонта. Младший из скелетов сидел и держал свою верхнюю челюсть, в попытке ослабить боль. Из-за этого же, он не сразу понял, что его брат взял его в объятья, поймал и повёл к поезду. — Папирус! Если забуду, напомни, что бы я вернулся к своим тренировкам.