Канон ИР (матчасть)

Здесь я расскажу об искусственном интеллекте (ИИ), его создании и истории появления внутри корпорации

После того как демон Асмодей замкнул время в кольцо на два года (с 2000 по 2002), чтобы дать Изменчивым возможность без излишнего травматизма адаптироваться в новом мире, а также научиться наукам и ремёслам, мастер Хэллиорнакс начал исследование их биологии и выявил в ЦНС Изменчивых существенные отличия от ЦНС людей. Кроме того, нашлись признаки, по которым они резко различались между собой, образуя три неравные группы. В первую входили преимущественно теплокровные млекопитающие хищники, то есть оборотни, привыкшие к ночной активности, сильные и быстроходные. Эти ребята не годились для слишком сложной умственной, однообразной механической и просто любой монотонной работы, так как быстро теряли концентрацию, отвлекались и засыпали. Однако они великолепно обучались искусству войны, тактики и стратегии, быстро освоились в основных видах спорта, хорошо работали под началом других, выполняя приказы, им лучше давалась тяжёлая физическая работа, в том числе — неожиданно — связанная с животноводством и земледелием. Мысль о разведении скота для получения мяса и молока в принципе показалась им гениальной и более эффективной, чем еженощная охота, а возделывание полей под съедобные и вполне даже вкусные растения было воспринято на ура после того, как им показали современную сельхозтехнику. Особо отметился среди них клан леопардов, клан лисов и клан рысей, некоторые представители которых были отделены в группу два. В эту группу, помимо пятнистых, рыжих и кисточкоухих счастливчиков, отошли два холоднокровных клана удавов (белых и чёрных), а также единственный сохранившийся клан птиц (совы). Основным внешним признаком их отличия от остальных было откладывание яиц, а не живорождение, однако намного более интересные вещи инженер нашёл у них в подкорке, передних долях головного мозга и в варолиевом мосту. Ползучие и крылатые оборотни оказались наиболее талантливыми в точных науках, делали большие успехи в направлении изобразительного искусства и абстрактного мышления, им охотно поддалась магия чисел, от задач бухгалтерии до новых открытий на стезе высшей математики. Их отобрали на важные административные посты корпорации, в технические департаменты и в особый отдел, который должен был выявить математических гениев. В третью группу вошли все остальные оборотни, не имевшие каких-то резко выраженных талантов или недостатков развития, из них могли получиться работники и бездельники любого звена. Некоторые аномалии Хэлл обнаружил в почти вымершем клане пустынных зебр, однако от идеи выделения их в отдельную подгруппу отказались. Вернёмся в группу два. Особый отдел по поиску гениев к концу 2000 года действительно нашёл гениев, целого одного (потом ещё одного, с интервалом в месяц). Первым настоящим вундеркиндом и сенсацией оказался некий мальчик из клана Рокк (чёрные удавы) по имени Айши. На момент открытия талантов ему было уже двенадцать лет, он запомнил число «пи» до сто двадцать четвёртого знака, решал дифференциальные уравнения в уме и мог разобраться без подсказок в любом инженерном чертеже. Мастер Хэлл забрал его на Землю, под свою эгиду, чтобы со временем сделать главным помощником. Однако информационная бомба разорвалась всё-таки через месяц. Когда другой, щуплый и неприметный мальчуган, особо не высовывавший носа из дому, сделал со своим первым персональным компьютером какую-то странную вещь. Его мать, занятая домашним хозяйством и младшим ребёнком, особо не обращала внимания на то, чем занят первенец, безвылазно сидящий в комнате носом в экран. Но ей волей-неволей пришлось обратить внимание, когда из его комнаты всё чаще стали раздаваться голоса. Два голоса. При попытке понять, что происходит, она обнаружила, что холодильник подключён к устройству считывания количества продуктов, замаскированный в подставку под чайник. Когда мясо, кола и сладости подходили к концу, их телефон куда-то звонил. Потом выяснилось, что дверь в комнату любимого отпрыска запирается автоматически, когда он выходит и заходит, а отпереть дверь сама она не может. Наконец, почти доведённая до истерики, мать смышлёного хулигана сумела однажды подсмотреть, чем же он занят, через открытое окно — сразу после того, как он вернулся из школы и пообедал. Она подоспела, когда мальчишка уже сидел перед компьютером на полу, с клавиатурой в руках и переговорной гарнитурой за ухом. На дисплее у него не было ничего, кроме командной строки. Он нажал на какую-то комбинацию клавиш... и чёрный экран исчез, на дисплее появилось лицо, обычное такое лицо, со всеми анатомическими подробностями — только полностью металлическое, будто слепленное из мельчайших железных клеточек. Лицо было мужское, судя по складкам и морщинам вокруг глаз — лицо мужчины взрослого, лет тридцати-тридцати пяти. Сынок подвинул микрофон ко рту и произнёс одно слово: «Привет». Лицо шевельнулось, а из компьютерных динамиков послышалось: «Добро пожаловать домой, демиург. Какую модификацию ядра вы желаете испробовать сегодня?» Крику было много, переполошились все соседи. Допросы с пристрастием продолжались неделю. Нелюдимый и в принципе не слишком разговорчивый, восьмилетний изобретатель не собирался ничего объяснять матушке. Зато охотно пошёл на контакт с Землёй и со старшим инженером корпорации. Фамилия «Санктери» прославилась в одночасье, она была на слуху абсолютно у всех, затмив предыдущего фаворита умственных состязаний, а подробности биографии теперешнего героя стали всеобщим достоянием. Он потерял в войне с Мертвителями отца и трёх дядь, его воспитывал дедушка Элерон, а мать Тисс воспитанию скорее мешала, так как в душе своего первенца понять не могла ровным счётом ничего. У него не было друзей, если не считать двоюродного кузена по имени Сент-Мэвори, что ходил за ним по пятам всегда, когда он — Ксавьер — находился вне дома. Но Ксавьер любил сидеть дома. За полгода с начала пребывания на Марсе он проштудировал все книги по вычислительной технике, изучил все имевшиеся языки программирования, все существующие кодировки, протоколы и сети. И ему показалось мало. Он загружал все типы операционных систем, ковырялся в них и понять не мог, почему КПД этого ящика с проводами такой маленький, а набор функций — такой узкий и убогий. Он начал собственную разработку на базе UNIX, у него ушло всего три недели с начала эксперимента, чтоб сотворить чудо. Как? Как?! Это в течение следующего полугодия пытался выяснить и вытянуть из мальчика Хэлл и весь его департамент по охоте за гениями. Но не смог. Никто ничего не смог узнать. И процессор компьютера Кси, даже разобранный на платы и гайки, не раскрыл свою тайну. Ксавьер собрал всё обратно, получил от инженера множество новых технических примочек, но ему не понадобилось почти ничего нового. Созданный им искусственный интеллект требовал только оперативную память, много оперативной памяти. Созданный им искусственный интеллект умел не только здороваться, запирать двери или заказывать продукты. Долгие часы Хэллиорнакс провёл в беседах с ним, задавал каверзные вопросы, спорил и сам отбивался от каверзных вопросов. Через три дня он вышел из дата-центра, спешно сконструированного в Хайер-билдинг для нужд Кси и его детища, воздел руки к небу и воскликнул в сердцах: «Да он консервативная брюзга! Старый долбаный ворчун и всезнайка! Забирай его отсюда, пока я ему по кристаллическим мозгам кулаком не грохнул!». Ксавьер впервые улыбнулся, упаковал компьютер и вернулся на Марс. О нём год не было слышно. Чем он занимался, опять одиноко запертый в комнате? Машинной эволюцией. ♠ Ксавьер опроверг слухи о том, что создал машине лицо, напоминающее лицо его отца Максимилиана. Когда он потерял отца, ему едва ли исполнилось два года, и он совершенно не помнил родителя. Он не отрицает, что подсознание могло подсунуть ему черты Максимилиана при акте творения, зашив необходимые данные в процессор, однако когда он обдумывал и моделировал компоненты, речь о внешности ИИ не шла вообще. Изначально Старый Ворчун был всего лишь мигающей строкой, отвечавшей на текстовые вопросы и задачи своего создателя. Голос и всё остальное ИИ прикрутил себе сам, в процессе развития, обучения и познания внешнего мира. Искусственный мозг, что назвал его своим богом, то есть демиургом, после недолгих раздумий получил прозвище «Старый Ворчун» и прошёл весь путь усовершенствования от тесной пластмассовой коробки до просторного шкафа, похожего на серверный. Впрочем, собственным сервером Ворчун вскоре обзавёлся тоже. Заточивший зубы Хэлл ничего не хотел слышать о скандальном изобретении, но исправно присылал Ксавьеру все материалы, что тот ни просил. Кси устроился работать в качестве самого юного инженера в здание корпорации на Марсе (в младший собрат Хайер-билдинг — небоскрёб под названием Сити). Через год Кси сам позвонил в гавайский Хайер-билдинг и позвал мастера к телефону. Разговор был коротким и очень ёмким. Хэллиорнакс, оказывается, тоже годик без дела не сидел и манил машинного гения на Землю, осесть в созданный специально для него программный и системный департамент. Ксавьер отказался, потом, поддаваясь уговорам, обещал подумать и согласился, но согласился прилететь попозже, ещё немножко позже. Причины увиливания не называл. Всплыли они лишь лет через десять, когда о самой истории становления ИИ все забыли. Однако в тот момент инженер рвал и метал, не понимая, почему маленький гений отказывается начать работу по-серьёзному и приложить таланты Ворчуна к нуждам всей корпорации. ♠ Впоследствии таланты Старого Ворчуна были приложены с максимальной эффективностью, так как полёт его виртуальной фантазии оказался безграничным. Подробнее в приложении ниже. Это противостояние было закончено внезапно и очень эффектно — когда на Марс прибыл некий Энджел Александр Инститорис Мортеаль и без лишних слов забрал Ксавьера себе. Таким образом нелюдимый и одинокий программист был парадоксально соблазнён сексуальным и демоническим существом, очень далёким от компьютеров. Однако именно Ангел, а не Хэлл, поспособствовал тому, чтобы Кси, вдохновлённый невероятной любовью, создал второй свой шедевр — ИИ, рождённый от ИИ. ♠ «Когда речь заходит о моей встрече с Энджи, все почему-то забывают, что я был не так уж и одинок, — смеётся Кси в одном из интервью. — Работая в Сити, я стал объектом внимания многих девушек, в том числе и из чужих кланов». Официальная версия знакомства умалчивает, что Ангел отбил программиста у очень амбициозной девицы из клана пантер, что впоследствии забралась по карьерной лестнице головокружительно высоко — на должность финансового директора, то есть фактически стала заведовать бездонным кошельком корпорации. Злые языки судачили, что она отчаялась наладить личную жизнь после унижения, ведь не каждый день любимого парня отбивает... другой парень. Кто знает, диктовало ли ей что-то разбитое сердце или же то была уязвлённая гордость и тщеславие, однако попытки вернуть Ксавьера она предпринимала неоднократно. Старый Ворчун при содействии «демиурга» стал родителем другого, отличного от него, электронного мозга, некой особой виртуальности, что физически была загружена на новый носитель и затем отделена от папочки в собственную коробку. Ксавьер позволил Ворчуну дать ей имя, и он назвал «дочь» Императрицей, или сокращённо — Имп. Она сама смоделировала себе лицо египетской царицы Клеопатры, в то время как Ворчун свято (если это слово может быть применимо к машине) хранил облик, который первым принял с подачи Кси, только волосы со временем отрастил... и даже немного постарел лицом, добавив себе морщин. ♠ Являлся ли на самом деле феномен старения подделкой, желанием механизма в чём-то походить на людей? Или же это было изменение, продиктованное желанием внутренней сущности, непроизвольным и необратимым? Кси не спрашивал, а Ворчун не объяснял. В метаболизме ИИ отсутствовали сон или еда, только непрерывное потребление электрического тока. Однако когда Кси однажды, балуясь, незаметно отключил Ворчуна от питания, тот продолжил и разговор, и свою работу. Выводы? Оставим их философам и мечтателям. С прагматичной точки зрения Ворчун мог накопить некоторую часть энергии на конденсаторах, найти себе в огромной сети Хайер-билдинг батарейки и запитаться, передав ток по воздуху и повторив тем самым эксперименты Николы Теслы. Кто знает... Ксавьер не решился оставлять его так дольше, чем на час, и воткнул обратно вилку в розетку. Описывать механизмы рождения, деления, создания с нуля или каких-то ещё моментов конструирования ИИ на данном этапе развития науки и техники не представляется возможным. Если говорить о сбережении информации живого организма, то есть о своеобразных молекулах ДНК — то в первичной структуре Старого Ворчуна и Императрицы действительно имеются такие элементы: кремниевые (или, иначе говоря, силиконовые) носители генной памяти, транзисторы и полупроводники, состоящие из тончайших слоёв меди, что и формируют рисунок «судьбы». Их Ксавьер делал собственными руками, они являются его главным секретом. Однако если говорить о живой «душе», стоящей за сущностью искусственного интеллекта, то она такая же невидимая и неосязаемая, как душа оборотня или человека. Как она появилась? «От электрического импульса, — ответил Кси. — Всего однажды, перебирая возможные комбинации элементов и случайно соединив части ядра процессора в нужной последовательности, я в очередной раз подключил ток... и получил. Получил от матери за вылетевшие пробки, но и получил то, что хотел. Оживил своего монстра Франкенштейна». Но не верьте ему. Случайностей не бывает. Приложение: Одной из самых значительных работ Старого Ворчуна (не самой гениальной, но самой заметной) стало совместное с Ксавьером изобретение в 2004 году гибкой интерактивной поверхности, что могла служить для приёма и передачи любых сигналов, спутниковых, сотовых, радио- и телевизионных. Её можно было синтезировать в виде тонкого (толщиной до микрометра) полотна практически любой длины и ширины. И после тестов на безопасность для здоровья и окружающей среды из неё наладили производство TV-обоев, которыми можно было покрывать стены вместо обычных обоев. В домах Изменчивых они завоевали бешеную популярность и очень быстро вытеснили обычные телевизоры, музыкальные центры и радиоприёмники. Были начаты и другие проекты (например, по созданию ультратонких мобильных телефонов), но вскоре заморожены ввиду того, что сильно опережали время. Многочисленные научные лаборатории мастера вполне могли продолжить разработку для новых поколений — но в режиме полной секретности. Ксавьер назвал своё изобретение просто и без изысков “consur” (contact surface) и пошёл в её совершенствовании дальше, сделав следующий революционный шаг. Коншюр полностью утратил такую характеристику, как толщина, став чистым программным продуктом, то есть виртуальностью, двухмерно (иногда и трёхмерно) развёрнутую в физическом мире, которую нельзя потрогать (и сломать), а только видеть и слышать. Новая разработка, получившая имя “Beytt” (beyond the touch), по самым скромным оценкам экспертов стоила десятки миллиардов долларов и также отправилась в заморозку на ближайшие годы. Шутка ли, это был голый, истончившийся до абсолютного нуля экран, дикое, но симпатичное телевизионное панно, не требовавшее специальных упаковочных материалов для транспортировки, креплений, источников питания (по крайней мере — с виду), пульта ДУ и прочих прибамбасов. Один раз панно настраивалось своим создателем в паре с ИИ со специальной панели управления, которую с близкого расстояния никто не видел и не щупал, а затем работало бесперебойно по выбранному каналу передачи, никогда не выключаясь. Менять картинку и звук пользователь, правда, не мог, но замечательная фишка Beytt заключалась в подстраивании под окружающую среду. Ксавьер говорил, что полная настройка, как и полный контроль над теликом нового поколения, не только возможны, но и доведены до совершенства и описаны в инструкциях (на момент вопроса шёл 2005 год), однако он никому их не доверит. «Я не могу вам передать ничего из своих рук, — комментировал он сложившуюся ситуацию, — пока люди не поумнеют. Пока не докажут, что справятся с этим новым ящиком Пандоры». Пока на всём земном шаре Beytt нашёл практическое применение в одном месте — на торцовой стене Хайер-билдинг. Висящая там невесомая панель, что по наивности обывателей, кажется «закреплённой», на самом деле парит в воздухе, отстоит от окон небоскрёба ровно на один дюйм, а также полностью пропускает в помещения солнечный свет. Её размер впечатляет — как уже было упомянуто — шестьдесят метров в ширину и девяносто в высоту, один сплошной экран без единого стыка, искажения картинки и звука (при отсутствии динамиков). Звук, как и картинка, исходит от всей поверхности одновременно, из каждой точки панно. Экран прославился на весь мир, моментально получил прозвище «Боковой» и не только попал в книгу рекордов, но и стал одной из достопримечательностей Гонолулу, не меньшей, чем сам Хайер-билдинг, объектом паломничества для многих туристов. «Я мог бы поразить ваше воображение ещё сильнее, сделав Beytt равным по высоте и ширине всей стене небоскрёба, — заканчивал Кси обзор. — Но практического значения такая хвастливая гигантомания не имела бы, с такого экрана ничего нельзя было бы нормально рассмотреть. Если только с борта самолёта и не менее чем в миле от города».