Варежка

      В воздухе витает запах тепла и шоколада. Одной рукой Паша держит огромную кружку с нелепым Сантой на боку, в другой зарывается в мягкую белую шерстку. Варежка мурчит, то и дело подставляя голову под блуждающую руку хозяина. -Как будем новый год праздновать? – я уже много слышала про этот праздник, но ничего о нем толком не знаю. Точнее у меня еще ни разу не было своего нового года. Новый год — это ночь, когда заканчивается один год и начинается другой. Люди обещают друг другу и себе целую кучу всего, что на самом деле никогда не сделают, а еще стараются оказаться всей семьей дома, у зеленого дерева, которое скорее всего окажется очередным обманом. Ну прямо, как та картонная елка у нас в машине. -Надо сначала посмотреть, не попаду ли в новогоднюю смену, сама же знаешь, мало кто захочет подменится, все будут напирать на то, что хотят встретить с семьей, особенно те, у кого есть дети, - интересно, показалось ли мне…кажется, папа грустит, но из-за чего конкретно не могу понять, а может из-за всего. Получается лизнуть его за палец, папа смеется, ласково гладит меня между ушами. Я просто хочу, чтобы ты не грустил. Как еще объяснить то, что чувствуешь, когда все хорошо? И хочется, чтобы это продолжалось всегда? Тепло. Мне тепло. Папа убирает свою кружку, мама тоже, и мы все, как один большой клубок. В детстве это было очень удобно. Получается сохранить температуру тела, тогда, как в одиночку согреться едва ли получится. Мама устраивается удобнее, сворачивается калачиком, подтягивая свои длинные ноги к телу, а папа позволяет ей обнимать себя и сем делает тоже самое. Люди тоже делают так, тоже хотят хранить тепло вместе. -Давай и завтра никуда не поедем? – мама кажется такой загадочной, когда говорит все таким тихим голосом. -Давай, - а я бы куда-нибудь поехала, как минимум сходила посмотреть на море, но видно мое мнение тут не учитывают. Большие глупые люди, зачем они все время куда-то ездят, чтобы опять сидеть дома? Чтоб я знала.       Новый день начался, как и всегда, с прогулки. Утром здесь оказалось довольно холодно и мокро. Вся шерстка в мелких холодных каплях. От одной мысли, что потом можно будет забраться под теплое одеяло, можно чуточку согреться. Папа смешно морщится и старается глубже закутаться в куртку. Не знаю почему, но мне стало нравится грызть местную траву. Что-то в этом есть, как будто то самое нечто, что всегда хотел добавить к обычной еде. Не сказала бы, что вкус потрясающий, но готова есть и есть эти тонкие странные травинки.       Ух, теперь можно и в тепло. Но сначала помыться, обсушиться и в кровать. В этот раз думаю меня не будут ругать, если заберусь прямо под одеяло. Папа фыркает, когда шесть касается босых ног, но не прогоняет. Я знала, спасибо. Теперь можно и подремать, пока мама не проснется…       Это было так странно...и страшно. Я не понимаю. Кто-то шумел, стучал в двери. Мама испуганно кричала. Я вышла посмотреть на секундочку, а там дверь ходуном ходит. Вот прямо серьезно. Если бы папа не был таким большим и сильным, что бы с нами было? Я не хочу об этом думать. Не хочу слушать крики. Не хочу. Не хочу. Страшно...       Все стихает так быстро и неожиданно, что я подумала, что мне все приснилось, но пыльный пол под кроватью и взволнованное папино: -Ну чего ты, все хорошо, - а потом тихие мамины всхлипы говорят, что все взаправду. Получается не все люди хорошие? Как же так? А те уличные кошки во дворе не лгали, когда говорили, что люди иногда пинают их ногами? Как же так... -Малышка, выходи, пожалуйста, нам дали другой дом. Там больше места, тебе понравится. -Мяу-мяу, - давайте поедем домой, пожалуйста, пожалуйста... -Я здесь, с тобой, ну чего ты так дрожишь? - не потому что хочу, но ты обещал, что больше не будет такого. Больше не уходи, не бросай меня... -Мяяяу, - Паша тяжело вздыхает и прячет маленький белый комочек себе под свитер. Все время сборов пришлось таскать ее с собой, а точнее на себе. Под футболкой копились царапинки, которые мужчина спокойно переносил. Каждый шорох и скрип заставлял кошку сжиматься и выпускать когти. -Напугалась бедная, - Оля сочувствующе гладит торчащую из под ворота головку. Да и сама ведь изрядно струсила. Если бы не занятие, не эти сборы, наверно полезла бы на стенку от волнения, а что говорить о маленькой животинке, которая всю свою жизнь провела в тепле и любви? -Ну что, все собрали? - Паша оглядывается еще раз, убеждаясь, что они ничего не оставили и взяв сумки подпихивает супругу к выходу. Оля не успела заметить, зато сам он легко выхватил огромную трещину на деревянной двери, как раз в том самом месте, где крепилась нижняя петля... -Мяу -Тшш, малышка, только маме не рассказывай, - Паша захлопывает дверь одной ногой, старательно придерживая и сумку, и чемодан, и то и дело норовящую скатится, цепляясь коготками за все, что подвернется, Варежку.       Если бы я могла рассказать, то наверное...все же молчала бы. Я могу спрятаться под кроватью. А люди не могут. Люди не только бьют и пугают кошек, они делают это и друг с другом...Прямо, как в тех передачах по телевизору? Про львов и других хищников. Но что они делят?