Новое начало

Мы вышли из дома, когда во всех окнах погасли огни, один за одним. Я был готов поспорить, что Молли погасила свет лишь для того, чтобы показать мне, что всё всерьёз. Что это не шутка. Что мне больше нет места в их мире. В их новом доме. В их новой жизни. Новому мне. Здравствуйте, меня зовут Эммет Леманн, и я алкоголик. На самом деле, нет, но планирую им стать в самом ближайшем будущем. Что же такого произошло в моей жизни, спросите вы? Не спросите? Ну и не надо, я всё равно расскажу. Сегодня мне исполнилось девятнадцать лет, и я перестал существовать. Не как личность, нет. И не как человек. Как Гарри Поттер. Да-да, раньше меня звали именно так. И днём моего рождения было тридцать первое июля. Что изменилось, спросите вы? Не спросите? Ну и дементор с вами. Как оказалось, родился я почти на полгода раньше, чем думал — двадцать девятого февраля. Оценили иронию? Опять нет? Ну и… Сегодня — первого марта 1999 года — мне исполнилось девятнадцать лет. И чары развеялись. Все. И они уже ждали — мои благодетели. Все. И живые… и восставшие из мёртвых. Молли и Артур Уизли, Альбус Дамблдор, Северус Снейп, Сириус Блэк, Ремус Люпин, Аластор Муди. Знаете, как я обрадовался? Не стоит вам знать, до сих пор чувствую себя последним дураком. Мы со Снейпом идём к ближайшей железнодорожной станции. Зачем? Не знаю. Я уже давно совершеннолетний, да и палочку у меня никто забирать не стал. Зачем им моя палочка? Колдовать мне тоже не запрещали. Я — совершеннолетний, и имею право делать всё, что мне заблагорассудится. Кроме одного… я больше не имею права быть Гарри Поттером. Да и кто мне поверит? Мои волосы — безжизненные, ломкие будто солома, да и цвета такого же. Кожа бледная, словно я девятнадцать лет не выходил на солнце. Глаза голубые… каким было небо ещё несколько часов назад. И очки мне больше не нужны, хоть что-то хорошее. Кому вообще пришло в голову накладывать на ребёнка чары, искажающие зрение? Наверняка Дамблдору. Ненавижу этого ублюдка. Хоть бы он сдох… снова, но на этот раз по-настоящему. Хоть бы он сдох! Все они. Вспышка злости проходит так же быстро, как и предыдущие несколько десятков. Я не знаю, как это работает, и, признаться, мне всё равно. Прошло и ладно. Кидаю быстрый взгляд на Снейпа, идущего справа от меня — он не выглядит довольным этим спектаклем. Он вообще не выглядит довольным. Пожалуй, мне не хотелось бы, чтобы он умирал снова. Наверное, его я прощаю. — Ну и как вам это всё? — интересуюсь вроде как, но… без особого интереса. Снейп морщится и чуть поворачивает голову, смотрит прямо мне в глаза. — А вам? Я поднимаю лицо к небу и смеюсь. Смеюсь, не сдерживаясь. Действительно, как это мне? Снейп фыркает — негромко, но я слышу и замолкаю, вновь смотрю на него. — Будь моя воля, Поттер, я не подошёл бы к этому дерьму и на пушечный выстрел, — Снейп отводит взгляд, по-видимому сейчас его больше интересует рисунок протектора, вдавленный в грязь сельской дороги, по которой мы и бредём. — Всё ещё называете меня Поттером? — удивляюсь, но не особенно сильно. — До тех пор, пока вы ещё помните себя им. А вот это что-то новенькое, ни о чём таком Дамблдор меня не предупреждал. — А я забуду? Снейп снова поворачивает голову и смотрит на меня. Серьёзно, испытующе, в его взгляде нет презрения или раздражения, только интерес… и безграничная усталость. — Простите, сэр, — не могу удержаться, — вы около года прохлаждались где-то, строя из себя мертвяка, а взгляд у вас такой, словно вы весь этот год учили первогодок зельеварению. Он смеётся, на удивление открыто, я бы даже сказал — не особенно истерично. Не то что я. — Для меня вы навсегда останетесь Поттером. — Сомнительное удовольствие, — недовольно бурчу, но недовольство ощущается слабо, словно очередная вспышка ярости в который раз высосала все силы. — Что вы собираетесь делать? — Снейп продолжает смотреть на меня. — Готов поспорить, в вашем сейфе — в вашем настоящем сейфе — осталось не так много золота. — А было много? — и вновь меня хватает лишь на не особо вежливый вопрос в ответ. Снейп пожимает плечами. Как у него это получается? Так естественно. — Куда мы идём? — я продолжаю сыпать вопросами, ответы на которые мне не нужны. А что мне нужно? Что нужно человеку, который в одночасье потерял всё? Наверное, начать стоит с малого. Для начала мне нужен дом. Хозяин особняка на площади Гриммо вернулся, и, судя по тому, как он отводил взгляд, мне там больше не рады. Не очень-то и хотелось. Знаете, а ведь я, наверное, даже рад буду забыть это всё. Не всю свою жизнь, конечно, но события последних лет уж точно. Хотя если так подумать… в конечном итоге ведь план Дамблдора сработал. Мы выиграли эту войну, не потеряв ни единого человека. Все смерти… спланированы, все трупы… фальшивы. Фальшивы, как моя жизнь. Девятнадцать чёртовых лет! И снова вспышка ярости, но я уже немного привык к ним. Это началось рано утром, стоило мне открыть глаза. Просыпался я с отвратительным ощущением надвигающегося пиздеца. Нет, я не буду извиняться за нецензурную брань. Ни перед вами, ни перед собой. Перед Снейпом, пожалуй, мог бы… но я ведь не сказал этого вслух, только подумал. Сегодня я слишком много думаю, несвойственно мне много. Я ночевал у Уизли, как и последние полгода. У моей семьи — так я думал. А ещё я думал, что вчера меня чем-то приложили. Магией, быть может… или просто подсыпали что-то. Знаете, такое ощущение паршивое, словно всю ночь употреблял алкоголь. Но я не употреблял, я вообще его не употребляю. Хотя и собираюсь начать, да. Отчего-то именно эта мысль приятно греет мне душу. Уж не были ли мои биологические родители алкоголиками? Или наркоманами? Это было бы забавно, тётушка бы… — А вы знаете новый адрес Дурслей? — произношу я, не считая необходимым заканчивать свою мысль. — Они ведь правда переехали? Снейп мнётся, молчит, смотрит себе под ноги, словно почему-то не хочет больше встречаться со мной взглядом. — Сэр, — я стараюсь произнести это мягко, но настойчиво. Чёрт его знает, получается у меня или нет. Это не мой голос. Я совершенно не узнаю его, он принадлежит кому-то другому, настолько чуждому мне, что это поначалу приводило меня в ужас. Я всё ещё не привык, но, можно сказать, смирился. Смирился с тем, что мне придётся жить с этим голосом всю оставшуюся жизнь. — Вы ведь понимаете, что они не ваши родственники? — наконец Снейп собирается с мыслями и переводит взгляд на меня, ожидая ответа. Нетерпеливо киваю. — Да, я знаю их адрес, — он снова хмурится, словно эта тема неприятна ему, и когда он меняет её, я понимаю, что оказался прав. — Если вас это действительно волнует, всё это время я не сидел сложа руки. Никто не сидел, Альбус заставил нас всех поработать, — он замолкает и морщится, словно от боли. На мгновение мне становится интересно, но интерес тут же угасает. Как вспышки ярости. — Сэр, что со мной? — спрашиваю не столько потому, что действительно интересуюсь, сколько… не знаю почему, просто так надо. — Это последствия ритуала, — видимо Снейп понимает, о чём я. — Вы ещё долго будете сталкиваться с ними. — И зачем всё это?! — вновь поднимается раздражение. Я действительно не могу понять гениального плана Дамблдора. Точнее не могу поверить в необходимость оного. Неужели всё это действительно было нужно? Без этого было не обойтись? Всё ради победы? Но какова цена? Задумавшись над этим, я всё понимаю, усмехаюсь и расслабляюсь. Цена — моя жизнь. Это ничтожно мало по сравнению с жизнями людей, которые могли бы умереть, но остались жить. Ничтожно мало по сравнению с целым миром, который мы спасли. Смешно. И грустно. Хреново быть мной… наверное. Я ещё не решил. — Что вы собираетесь делать дальше? — повторяет свой вопрос Снейп, словно прочитав мои мысли. — Я ещё не решил, — признаюсь честно, кидая на него задумчивый взгляд. — Вы не могли бы мне помочь? — Я слишком стар для этого дерьма, Поттер, — так же честно отвечает он. И я не могу его винить в этом. Я тоже чувствую, что слишком стар для этого дерьма. Дальше мы идём молча.