Can we go back again?

Ночная тишина вечернего пляжа успокаивала. Хёнджин достал из пакета купленный непонятно зачем плед на песок и опустился на него, увлекая Феликса за собой. Устроив возлюбленного между своих ног, Хван крепко обнял его, утыкаясь лицом в тёмную макушку, заполняя лёгкие любимым ароматом, ведь за пять лет его предпочтения в выборе шампуня не изменилось. Короткими поцелуями он стал осыпать щеки, шею, плечи дорогого человека. Однако прежде чем полностью погрузиться в отношения, им необходимо было выяснить все, чтобы не оставалось недосказанностей, а их отношения снова были наполнены безраничной любовью и бесконечным доверием, ведь без этого новое начало для них не нужно. Они не смогут построить что-то вечное, а временное Хенджина не устраивало. — Ликси… Мне очень не хочется портить этот вечер, но есть кое-что для серьёзного обсуждения. Ты прекрасно знаешь, что я жуткий собственник, поэтому… — У меня с Чонином нет ничего серьезного, — перебил Феликс, прекрасно понимая о чем будет дальнейший разговор. — Не буду врать, иногда мы с ним занимались жарким сексом, но при этом ничего друг другу не обещали. Просто напряжение лучше сбрасывать с лучшим другом, чем со случайным знакомым из клуба или из бара. — Так, а можно с этого места поподробнее? — Хёнджин выпустил любимого из объятий, складывая руки на груди. Ликс невольно сжался, ведь ему совершенно не хотелось ругаться сейчас. — Объясни, для чего тогда весь этот цирк с вашими отношениями? — Во-первых, Минхо уверен, что мы с Чонином действительно встречаемся. В противном случае в дом Чана я бы вчера не попал. Во-вторых, я знал, что ты будешь там и был уверен, что ты встречаешься с Сынмином. Не мог же я показать всем, что до сих пор тоскую по тебе. Если бы об этом узнал мой брат, тебя бы прибили яйцами к забору. Ты же его знаешь. В курсе всего был только Хан, но он дал слово ничего не говорить Минхо. Хотя он тоже хорош, скрывал от меня факт того, что вы с Минни расстались. И вообще, изменил мне ты, а оправдываюсь почему-то я, — Ликс развернулся в сторону Хёнджина, отзеркаливая его позу. — Ну, чисто технически, я тебе не изменял, — осторожно произнес парень. — Я заявил о расставании ещё до того, как наши отношения зашли дальше дружеских. Все, что было после — не считается. Скажу больше, мы расстались с ним быстрее, чем пришли к решению начать встречаться. Однако это не отменяет того, что я полный придурок, потерявший своего Хэнбокки, — Хван снова привлек парня к себе, заключая его в свои объятия. — Никуда тебя больше не отпущу, но чтобы больше никаких Чонинов в твоей жизни не было. — Джинни, выключи режим ревнивого собственника. Мне никто кроме тебя не нужен. Я за пять лет не прекратил тебя любить, хотя у меня были все поводы тебя возненавидеть. Так что в нашей ситуации я должен говорить, чтобы больше никаких Сынминов в твоей жизни не было, — Хёнджин улыбнулся и нежно поцеловал Феликса, наслаждаясь движением мягких губ в ответ. — Никогда. С этого момента в моей жизни будет существовать только Ли, — губы коснулись кончика веснушчатого носика, — Феликс, — губы проскользили по щеке к уху, вырывая из груди парня неровный вздох, — Ёнбок, — поцелуй пришелся на чувствительное местечко за ушком, срывая с губ тихий стон. — Знаешь, я немного устал. Не хочешь вернуться в номер? — произнес Феликс, опуская руку на ремень Хенджина, пока его пальцы находились в опасной близости к члену. Хван улыбнулся и без слов поднял с песка плед. Отряхнув его, он запихнул его в один из пакетов и, захватив рукой пакеты, а другой взял успевшего обуться возлюбленного. Быстрым шагом они направились в сторону отеля. — Не торопись, Солнце! Мне нужно заскочить в аптеку. Что-то горло болеть начинает, — внезапно произнес Хван, указывая на аптеку на другой стороне улицы. Феликс улыбнулся и прижался к любимому. — Не переживай, я взял из дома аптечку со всем необходимым при боли в горле. Все, как ты любишь, — произнес Ликс и подмигнул, отстраняясь от Хенджина, а потом побежал в сторону отеля. — Догоняй, Джинни! Вскоре ребята радостно смеясь забежали в холл отеля. Их дыхание было тяжёлым, лица покрасневшие после небольшого забега, но на лицах сияли счастливые улыбки, а глаза сияли ярче, чем солнце в полдень. Переглянувшись, парни взялись за руки и направились к лифту. Оказавшись внутри, влюбленные бросились в объятия друг друга, сминая губы друг друга в чувственном поцелуе. Руки Ликса проскользили по груди партнёра вверх, обхватывая руками шею, вплетаясь пальцами в длинные, растрепавшиеся от бега волосы. Хёнджин сжимал хрупкое тело своего Солнца крепче, буквально вжимая его в свое. Его руки уютно расположились на подкачанных ягодицах. Ликс слегка потянул любимого за волосы, прижимаясь возбуждением к его бедру. Стандартный сигнал лифта указал на то, что парни добрались до своего этажа. Подхватив пакеты, они быстрым шагом направились в один из принадлежащих их номеров. Едва дверь закрылась, пакеты полетели на пол, а губы снова встретились в страстном поцелуе. Языка обоих парней сплелись в битве за удовольствие. Следом на пол полетели футболка Феликса и рубашка Хенджина. Подхватив Ёнбока под ягодицы, Хван приподнял любимого, прижав его к стене и удобно устроился между его ног, вжимаясь в его пах своим. От лёгкого трения, даже сквозь ткань одежды, по телам пробежали мурашки, а с губ сорвался едва слышный стон. Оторвавшись от сладких губ, Хёнджин спустился поцелуями на шею любимого, осыпая поцелуями кожу, слегка покусывая. На утро наверняка останутся следы, которые раньше Феликс очень не любил, но сдерживаться не хотелось. Скидывая оставшуюся одежду с себя, ребята добрались до спальни. Ликс сразу рухнул на кровать, притягивая лицо Джинни к себе для новых порций поцелуев. Руки обоих бесстыдно ласкали с возбуждением друг друга. — Джинни, хочу тебя внутри, — сквозь стоны произнес Ликс. Сейчас его голос звучал умоляюще, что распаляло Хвана ещё больше. — Где взять все необходимое, Малыш, — в ожидании ответа, Хёнджин стал играться языком с твёрдыми горошинами сосков. Феликс извивался, стараясь собраться с силами, чтобы ответить на вопрос. — В твоей сумке? Я тебе все подбросил, — Хёнджин улыбнулся и отошёл к своему багажу. Достав упакованный флакончик смазки и пачку презервативов и вернулся любимому. Обильно смазав чувствительное местечко, Хван приступил к процессу растяжки. Нежно он подготавливал любимого к проникновению, одаривая ласками его ставшее особенно чувствительное тело. Ликс начал сам нетерпеливо насаживаться на пальцы партнёра, громко постанывая. Почувствовав, что его малыш готов, Хёнджин позаботился о защите и, добавив смазки, медленно проник в желанное тело. С губ сорвался протяжный стон. От ощущения такой, до боли знакомой узости, вкупе с прекрасными низкими стонами, едва не заставили его сразу кончить, но он сдержался. Ведь удовольствие Феликса для Хвана всегда было в приоритете. Неторопливые покачивания перерастали в бедные толчки. Тишину но пока разрывали томные стоны обоих парней и шлепки их тел друг для друга. Кончили парни практически одновременно: сначала Феликс, а следом, буквально сходя с ума от того, как стеночки сжимали возбуждённый до предела член, Джинни кончил следом с именем любимого парня на устах. За пять лет у Хенджина было много сексуальных партнёров. Были как парни, так и девушки, но он ни разу не получал такого удовольствия, как сейчас, после секса с любимым человеком, который сейчас приходил в себя. Его тело слегка подрагивало от пережитого удовольствия. Хвану хотелось осыпать поцелуями любимого, но он знал об особенной чувствительности любимого, поэтому держался изо всех сил. — Мой Ликси, я люблю тебя! Так сильно люблю, — Джинни всхлипнул, утыкаясь лицом в подушку. Это были слезы счастья от того, что его человек снова рядом. Он почувствовал любые объятия и уткнулся лицом в шею Феликса, наслаждаясь едва ощутимыми тонкими нотами парфюма, смешанного с естественным ароматом тела. — Скажи, что это не сон! Пообещай, что завтра не исчезнет. Я больше не смогу без тебя. — Джинни, это не сон. Я очень хочу, чтобы на этот раз наши отношения продлились всю нашу жизнь, как мы с тобой всегда и хотели. Я люблю тебя, Хван Хёнджин. В моей жизни всегда был только ты. Я скучал по ощущению, что мы близки до самых костей*, — произнес Феликс на английском, целуя любимого со всей нежностью, копившейся в большом сердце парня. — Нам нужно в душ, а потом спать. Ликс нехотя поднялся с кровати и пошел в сторону ванной. Джинни направился за ним. Быстро освежившись, парни вернулись в кровать. Джинни потянулся к тумбочке, достав оттуда заранее оставленные кольца. Взяв своего парня за руку, он вернул эти колечки на законное место и позволил Феликсу надеть на него его пару колец. *I missed the way you felt so close to my bones отсылка к песне Deep End — Felix