4| Энтони
26 апреля 2023 г., 19:00
Калеб ушёл. Джером находился в сарае один.
— Мячи? Вот сюда, в коробку. Скакалки? Вы лежите здесь, на третьей полке. Конусы? Тут, в углу.
Он успел выздороветь до её дня рождения, но по каким-то причинам на праздник не пришёл. Вероятно, понял, вероятно, связал события воедино.
Калеб давал сниженные нагрузки Джерому: он не бегал со всеми, не прыгал, не играл с друзьями. Отныне рыжий мальчик предпочитал одиночество.
Он вышел из сарая и закрыл дверь на щеколду.
— Как твоя ножка, Джером?
В страхе он отошёл от постройки:
— П-п-преподобный?
— Кушал хорошо? Не вставал с кровати? Доктор Альфред тебя похвалил?
Джером не убежит, не сможет на ослабшей ноге.
— Ты же знаешь, что произойдёт через три дня? — я наклонился, чтобы наши глаза оказались на одном уровне. — С числами у тебя проблем нет, а вот с житейской логикой? Что же ты её не поднатаскал по математике? — я толкнул Джерома и засунул ему в рот небольшую деревяшку. Испуганный мальчик лежал на спине. — Твой крик не услышит мой Господь.
На этот раз я не наступил на него, а дважды ударил каблуком по голени. Всё-таки слабые у Джерома кости, потому что нога треснула после первого удара. Штанина пропиталась кровью, деревяшка во рту — слюнями. В этот раз больнее, Джером.
— Какой красивый у тебя браслетик, дружок. Я знаю, что это её подарок. Что же ты ей ничего не подарил на прошедший день рождения?
Я стоял над ним в полусогнутом положении. Хотелось плюнуть в лицо с веснушками, прости, Господи.
Залитая кровью кость торчала сквозь мясо, кожу и штанину. Одно нажатие, и Джером умрёт от болевого шока.
— Оставь её, — зашептал я в посиневшие губы, — не ходи по ней, уклонись от неё и пройди мимо. Ты знаешь правду. Через три дня она станет моей женой. Отступи, Джером, если не хочешь ещё больше страдать. Мы оба прекрасно знаем, что судьба твоя — Амелия Ренн. Кейти не любит тебя. Она меня любит. Ты потом это поймёшь, когда вырастешь, — я перевёл взгляд на сломанную голень. — Твои ноги — мои ноги. Ты ведь не хочешь, чтобы мне принадлежало твоё тело полностью? — маленький кусочек дерева спрятался за слюнями и зубами Джерома. Я вытер ему рот, но не слёзы. — Какой ты неосторожный, солнечный мальчик, — щеколда на двери сарая открылась. Тело Джерома поменяло положение. — Ай-яй-яй, снова гипс, снова недвижимость. И когда ты поумнеешь, Джером? Когда сломаешь обе ноги? Когда лишишься обеих ног?
Он мечтал закричать, но моё присутствие сковывало его связки. Джером лежал возле открытого сарая. Один мячик упал, несколько гантелей укатилось с полки. Джером ударился, инвентарь рассыпался.
— Придумай что-нибудь. На этот раз одним булыжником не обойтись. Не переживай, я навещу тебя вечером, а пока что стану молиться, чтобы ты не заставил плакать её на свадьбе.
Я дал ему минуту на осознание. Как только человек в чёрном костюме священника скрылся из поля зрения Джерома, он закричал. Прадесы будут присутствовать на свадьбе 6-о апреля, но солнечный мальчик останется горевать дома.
