104| Энтони
17 июля 2023 г., 14:00
Дождь шёл с ночи и никак не заканчивался. Наступило утро. Жители умывались в рукомойниках и терпели надоедливый ливень.
— Ссыт и ссыт! — причитал Кайзер. — Ссыт и ссыт! Сколько можно ссать?! — он поднял голову в небо. — И зубы чищу, и башку мóю!
Пиджак на мне промок. Чёлка прилипла ко лбу.
— По домам! — приказал я. — Сидите дома! Если ливень не прекратится, молитесь дома!
Мне не нужно, чтобы мои люди болели. Тратить попусту лекарства Эскулапа. В общине много детей, из которых двое носили фамилию Санторе, но жили под крышей Салливанов.
— Энтони! — от погоста бежал Борджиа: одной рукой он придерживал капюшон, а второй — Сауфанга на цепи. Мокрый пёс, уставший после ночного патруля, еле переставлял лапы. — Энтони, газета!
— Калеб! — закричал я. — Аврора! — со дворов вышли Кайзер и Мадонна. — Зовите Альфреда и идите в церковь!
Ко мне подбежал Борджиа и вытащил из внутреннего кармана плаща свёрнутую газету:
— Марсель передал. Есть интересные новости.
Кайзер натянул куртку на голову и быстро зашагал к церкви. Мадонна пошла звать Эскулапа.
— Чё такое? — спросил Кайзер.
— Финч, иди отдыхай. Калеб, внутрь, — я открыл дверь церкви.
«Заезжий двор» являлся собственностью Спрингвейла, но отелем заправлял мой человек. Ежедневно почтальон разносил корреспонденцию по городу, поэтому газеты доставлялись и Марселю. Ненавистные сектанты следили за жизнью любимого города.
Мы с Кайзером дождались Мадонну и Эскулапа.
— Вот это погодка! — Эскулап снял капюшон. — Прям нос не высовывай!
Ты это делаешь не из-за погоды, Эскулап. Что-то иное заставляло тебя не покидать общину. Кто-то за пределами Собора перестал с тобой встречаться. Ты опечален. Во время молитв ты молился не о себе, а о другом. Октябрь близился к концу. Ты ещё не нагулялся в этом году.
Я стоял на алтаре. Мадонна села на первую скамью по мою правую руку, Кайзер и Эскулап — по левую.
— Свежий выпуск от сегодняшнего числа, — я развернул газету и прочитал первую полосу. Главная новость чёрными большими буквами. Интересно. Занятно. Мне уже нравилось. Я открыл третью страницу и не обнаружил фото, лишь небольшой столбец текста. — «С прискорбием сообщаем, что 25-о октября скончалась госпожа Джефферсон. Эммануэль Джефферсон, супруга шерифа Курта Джефферсона, умерла 25-о октября у себя дома. По комментариям мужа и лечащего врача Хикока госпожа Джефферсон последний год лечилась от онкологии. В 2001-м году у неё диагностировали рак костей второй стадии. Госпожа Джефферсон проходила химиотерапию. Болезнь регрессировала и прогрессировала. Онколог Хикок предупреждал шерифа Джефферсона о неблагоприятном исходе…»
Ты неподвижна. Ты спокойна. Слушаешь мой голос, но представляешь Курта. Что внутри тебя? Какие чувства? Его жена умерла. Ты удовлетворена? Он свободен. Он — вдовец, как и я. Пока ты бегала к нему на свидания, бедная Эммануэль ждала мужа дома. Тебе его жаль? Хочешь обнять? Как посочувствовать убийце? Будешь ждать десятый день или сорок первый? Когда ты убежишь к нему, Мадонна?
— «Патологоанатом Спрингвейловской больницы подтвердил причину смерти — онкология четвёртой стадии. Церемония прощания с госпожой Джефферсон прошла 28-о октября. Среди прощающихся присутствовали: мэр Шульц с супругой, господин Харрис, капитан Шульц, а также Эстер Джефферсон. Отмечается, что шериф Джефферсон не контролировал себя и падал в обмороки».
Ты не веришь в услышанное. Не в силах представить, что смерть жены так на него повлияла. Жаль, нет фотографий. Я бы с удовольствием взглянул на них и показал тебе. Жёлтые глаза не вытекли со слезами? Почему твои карие заблестели?
— «Эммануэль Джефферсон прожила в браке с Куртом Джефферсоном тридцать один год. У них общая дочь Эстер, которая проживает и работает в Мэне. Госпожа Джефферсон похоронена на новом кладбище Спрингвейла», — я закончил читать и закрыл газету.
— Сколько лет Курту? — спросил Кайзер.
Я посмотрел на Мадонну, но она не встретилась со мной взглядом.
— Шестьдесят, — ответила Мадонна.
— Старичку пора на пенсию, — выдохнул Кайзер.
— Есть кандидаты? — меня интересовали подробности.
— По-моему, очевидно, что это Томас Шульц. Да, может, он не подлизывается, и ему действительно жаль Эммануэль, но будем правдивы: какой шериф в шестьдесят лет?
— Думаешь, смерть жены выбьет его из колеи?
— Страх, Энтони, — Кайзер задрал голову. — Его предупреждали. Возмездие, пускай и через столько лет.
Почему ты отвернулась? Тебе не нравятся слова Кайзера? А в чём он не прав? Курт заслужил то, что заслужил. Ты боишься, верно? Боишься, что паршивость присосалась и к нему.
— Альфред? — я посмотрел на судью.
— А? — он выпучил глаза. — А какой вопрос?
— Что думаешь о прочитанном?
— Я не знал Эммануэль, не видел ни разу. Четвёртая стадия рака — это плохо, это страшно и смертельно.
— А Эммануэль дружила с Вивьен? — я попеременно смотрел то на Кайзера, то на Эскулапа. — Никто из вас не знает? Жена мэра пришла, чтобы о ней написали в газете, или попрощаться с подругой?
— Понятия не имею, — забухтел Кайзер. — Такие вопросы на рынках мы не задавали.
— Альфред? — я сверлил его взглядом.
— Я даже не знаю, кто такая Вивьен Шульц. Как она выглядит?
— Она симпатичная.
Ты научил Диору прятать половичок под кровать, когда в мастерскую заходят незваные гости. Сколько писем ты написал Вивьен? Гораздо больше, чем поймал жаб в пролеске.
— Аврора? — я повернул голову на поникшую Мадонну.
— А?
— Курт тебе ничего не рассказывал о жене?
Ты возненавидишь меня после такого вопроса? Ты перенеслась на многие годы назад?
— Она заболела год назад, — спокойно ответила Мадонна. — В 80-х она не была при смерти.
— Зато ты была при смерти в 90-х, — я передал ей сложенную газету. Читай и перечитывай. — Первое пророчество сбылось в прошлом году, — я убрал кисти в карманы, — второе частично сбылось в этом, — я смотрел на закрытые двери церкви. — Когда последует третье?
— А есть ещё третье? — тревога в голосе Эскулапа.
— В 2001-м Рой Харрис получил возмездие. В 2002-м — Курт Джефферсон. Год Шульца — 2003-й.
— Что будет в следующем году? — судья нервничал на скамье.
Я смотрел вперёд на двери — точно так же я буду смотреть вперёд на мэра.
— Гарет Шульц придёт к рыбным воротам.
