105| Гарет
18 июля 2023 г., 14:00
Я ходил по саду и курил. Вивьен собиралась на свидание с Альфредом. Она предупредила прислугу, что уходит на встречу с подругой. Хорошая подруга, имеющая член.
Я очень хотел сжечь фотографии Роя, на которых Вивьен целовалась с Альфредом, но мой максимум оказался — разбить несколько бутылок дорогого виски. Жена мэра отлично смотрелась с сектантом под мостом. Сука! Пастор Санторе подложил под первую женщину города судью. Да, именно подложил, потому что я не думал, что Альфред пыхтел сверху над Вивьен. Он слабый, он слепой, он болезненный. Я целовал жену в губы после того, как уродливые губы целовали её.
Она вышла из особняка вся такая прекрасная и воздушная! Она даже не повернула голову на шикарный сад.
— Пока! — крикнул я ей.
— Пока, — Вивьен помахала рукой.
Передавай привет ненаглядному Альфреду.
Долгое время Рой заново отстраивал дом. «Новые батареи жарили, как в Африке», — жаловался всадник. Первая стена сгоревшего чулана готова. Запах гари до сих вор витал в воздухе вокруг дома Голода. В конце октября участок Роя перекопали. Трубы спрятаны под землю. Снег растаял, а почву всадник не разровнял.
— Как водичка, Харрис? — я вышел из Мерседеса.
— Нужно было выбирать душ, а не ванну! — Рой перекрикивал рабочих, что перекапывали противоположный дом. — Лечь в неё могу, а вот встать — проблема.
Рой пилил на заднем дворе доски для внутренней отделки чулана.
Я смотрел на открытую мастерскую, в которой Рой частенько обрабатывал дерево. Там же он хранил запчасти для тракторов и грузовиков. Мастерскую очень любил Джош — сын мешал папе зарабатывать мелкие деньги.
— Вивьен пошла на свидание.
На мне расстёгнутое пальто, на Рое — грязная футболка и шорты. Локти и задние части рук стянуты грубой кожей.
— Я не пойду за ней следить! Мы договаривались на две слежки! Уговор выполнен. Батареи жарят, в трубах течёт вода, ты получил доказательства.
— Время действовать, Рой.
— Это твоя жена и любовник твоей жены. Я думал, ты с ними разобрался.
— Хочу с ними разобраться, но без помощи не обойдусь.
— Вам мало тройничка, ты жаждешь групповуху?!
— Я не собираюсь её трогать. Мне нужно отвадить от Вивьен Альфреда.
— И каким образом? Пойдёшь на мост и пригрозишь длинным пальчиком?
Рой распилил пару досок и кинул в общую кучу. Он устал и сел на лавочку, чтобы отдохнуть. Я смотрел на открытую мастерскую.
— Нужно дерево и железо.
— А? У меня нет дерева. У меня каждое бревно на счету.
— Рой, — я перевёл взгляд с постройки на всадника, — мы воспользуемся методами Собора. С судьёй следует поговорить на языке сектантов.
— Мы? Каким боком тут оказался я? Почему к изменам своей жены ты приплетаешь меня? В смысле… не я же её… ну того, — Рой хлопнул ладонью по кулаку. — Какой из меня мститель? Методы Собора! — пафосно произнёс Рой, запрокинув голову. — Какой нахрен из меня погонщик? Я понимаю, Альфред далеко от меня не убежит, но велосипед я не в силах догнать, да и ты тоже.
— Догонять и ловить не будем. Прятаться. У нас отличный друг, который мастерски прячется в лесах.
— Курт?… — у Роя нервно задёргались глаза — последствия пожара. — Ничего не выйдет, — он покачал головой. — Что за фигню ты затеваешь? Собираешь всадников апокалипсиса?
— Увы, Чуму не позову.
Рой знал, что мне известно о Томпсоне. Нетрудно было догадаться, кто подарил четвёртый венок Эммануэль Джефферсон. Жёлтая ленточка — показатель. Сорванная ленточка — показатель.
— Мне нужен особенный стол, Рой. Парта на одного человека. Маленький стул, чтобы сдержать страх судьи. На столе должны быть кандалы. Руки Альфреда будут прикованы к столешнице. Я хочу видеть каждый палец ублюдка.
— И молоточек, как я понимаю? — Рой посмотрел на меня исподлобья.
— У тебя есть кувалда? — я подпёр нижнюю губу языком.
— Есть. Она тяжёлая, я перестал ею пользоваться.
— Стол, Рой. Мне очень нужен стол.
— Сколько у меня есть времени на изготовление?
— Много. Я подарю им весну и половину лета.
— Вечно ты даёшь людям последний шанс на счастье.
— Потому что потом жизнь Альфреда превратится в бесконечный мрак.
— А Вивьен? — Рой снял очки и протёр переносицу грязным краем футболки. Я заметил дыры от недостающих кусков кожи на животе.
— С женой разберусь сам.
— Гарет, я не хочу быть причастным к убийству. Значок героя Спрингвейла не очерняют убийством любовной парочки.
— Никто не умрёт, Рой.
Больше десяти лет назад мы совершили страшное преступление. Я убил пятерых, а теперь выживший трахает мою жену. Отрубить Альфреду голову — и дело с концом. Конец. Конец гораздо лучше головы.
— Курт не согласится тебе помогать, — с печалью произнёс Рой.
— Ты ходишь к нему в дом?
— Его там нет.
Я невольно посмотрел направо, где дальше по улице располагался дом Войны.
— Значит, это правда?
— Он перезимовал, но с наступлением весны уехал. Ты не под каким предлогом не вытащишь Курта из леса.
— Стол, Рой. От тебя мне нужен стол, а Джефферсоном займусь я.
Приезд на «Улицу рабочих» — предлог. Работа по закладке водяных труб шла на ура. Я остановился возле 33-о дома и никого не обнаружил. Входная дверь заперта, сараи закрыты. Здесь никто не жил. Кирпич осыпался. Эммануэль не стояла на лоджии.
Я ненавидел Курта и часто делал скидку на его вспыльчивость и тяжёлое детство. Зачем же мэр сделал из сироты-инвалида шерифа? Мне стало жаль Курта. Я хотел помочь ему. Способен ли человек, убивший одиннадцать лет назад четырнадцать общинников, в числе которых маленькие дети, так сильно переживать утрату жены? Такого я представить не мог. Курт умер вместе с Эммануэль пять месяцев назад. Война уехал за «спину» Спрингвейла.
