Саргассум

4 января 2007 года, три часа ночи, «Меч Годрика», 200 миль к востоку от Майами «Меч Годрика» под всеми парусами шел к расчетной точке в Бермудском треугольнике, в которой предполагалось впервые активировать «Ось времени» для спасения магглов — звена из пяти бомбардировщиков-торпедоносцев ВВС США типа «Эвенджер», 5-го декабря 1945 года не вернувшихся из рутинного патрульного полета между военной базой в Форт-Лодердейле и Майами. Легенда гласила, что опытные военно-морские пилоты бесследно сгинули в пучине, несмотря на ясную погоду, тысячи налетанных часов и полные баки горючего. Вопреки царившему на корабле напряжению каждый член экипажа четко выполнял свои обязанности. После незапланированного погружения в прошлое на Сундуке Мертвецов капитан Поттер желал исключить всякий риск. Команда была вооружена до зубов маггловским огнестрельным и холодным оружием, палочки наготове в наплечной кобуре. Кроме того, Гарри потребовал, чтобы все надели кожаную защитную одежду от Уизли и тяжелые ботинки. На палубе дежурили судовые колдомедики — Ханна Эббот и Джинни Малфой. Симус Финниган и Дин Томас не отходили от колдорадио — необходимо было как можно скорее поймать частоту переговоров злосчастных пилотов с командно-диспетчерским пунктом, чтобы взять радиопеленг и вычислить координаты для аппарационного прыжка. На нижней палубе ждали остальные под командованием боцмана Эрни МакМиллана — могла появиться необходимость экстренно ставить или убирать паруса. У штурвала стоял Драко Малфой. Море было спокойным, а ветер — умеренным, но ничего нельзя было предвидеть относительно погоды в прошлом, непосредственно перед гибелью «Звена 19». Ведь что-то же их погубило — не только пять военных самолетов, но и гигантский гидросамолет «Мартин Маринер», вылетевший им на помощь с экипажем из тринадцати человек и способный совершить посадку на воду при самой высокой волне. Поэтому на мостике присутствовали Гермиона Уизли и Чоу Чанг — могла возникнуть необходимость искать попутный ветер и плести заклинания. Драко доложил, что «Меч Годрика» подошел к месту предполагаемой катастрофы, и Гарри, глубоко вдохнув и на секунду закрыв глаза, дотронулся палочкой до циферблата «Оси времени» и произнес: — Темпус аксис. Пятое декабря тысяча девятьсот сорок пятого года. На него накатила обморочная слабость, раздался звон, перешедший в рев, ясная звездная ночь сменилась бархатной темнотой, будто поглотившей весь свет в мире. Рукой в кожаной перчатке он вцепился в поручень фальшборта, одновременно поддерживая Драко, чтобы тот не выпустил штурвал. Палуба проваливалась под ногами, весь корабль дрожал, и Гарри, закрыв глаза, размеренно дышал и считал, преодолевая тошноту. Как скоро прекратилась противная вибрация, Гарри не мог бы сказать. Ему казалось, что прошло несколько мгновений, при этом он ощущал, что корабль находился вне обычной временной шкалы, и сама попытка измерить время была абсурдной. Судно перестало трясти, и Гарри осторожно открыл глаза, отметив, что уже довольно темно, но ясно, и облачность не закрывала звезды. «Ось времени» показывала 5 декабря 1945 года, 18:45. — Финниган, Томас, ищите частоту! — заорал он. — Есть, Гарри, — послышался напряженный голос Томаса. — Частота 4805, позывные «ФТ». Это они. Дин выкрутил колдорадио на полную громкость, и Гарри с замиранием сердца услышал голос одного из самых известных пропавших без вести в Бермудском треугольнике: лейтенанта Чарльза Тейлора, командира 19-го звена. У него стыла в жилах кровь при мысли, что они, возможно, станут свидетелями их агонии и даже сами рискуют погибнуть по той же таинственной причине. — У нас аварийная обстановка, — взволнованно говорил Тейлор. — Очевидно, мы сбились с курса. Мы не видим земли… повторяю… мы не видим земли. — Сообщите ваше местоположение, — запросил командно-диспетчерский пункт. — Мы не можем определить свое местоположение, — ответил командир звена. — Мы не знаем, где сейчас находимся. Кажется, мы заблудились. — Держите курс на запад, — распорядился командно-диспетчерский пункт. В колдорадио воцарилось молчание, прерываемое треском помех. Когда на связь снова вышел командир звена, в его голосе явственно слышалась тревога. — Мы не знаем, где запад. Ничего не получается… странно… Мы не можем определить направление. Даже океан выглядит не так, как обычно! — Глуши диспетчера, Дин, — потребовал Гарри, протягивая руку к передатчику. Дин Томас включил помехи на частоте 4805, и авиабаза в Форт-Лодердейл безуспешно пыталась вызвать позывные «ФТ-28» снова и снова — связь со звеном из пяти «Эвенджеров» была утрачена навсегда. — База, говорит «ФТ-28». Как слышите? Прием! — продолжал вызывать Чарльз Тейлор. — База, база, говорит «ФТ-28», «ФТ-28». Как слышите? В наушниках отчаявшегося вызвать базу командира звена раздался незнакомый голос, низкий, уверенный и говоривший с явственным британским акцентом: — «ФТ-28», говорит капитан Поттер. Как слышите? Прием! — Капитан Поттер, слышу вас хорошо, — с облегчением сказал Тейлор. — Вы из Майами? — Нет, мы не из Майами. Продолжайте передавать, мы пытаемся установить радиопеленгатором ваши координаты. — Оба компаса вышли из строя, сэр. Мы не видим солнца. Я думаю, мы сейчас находимся над островами Флорида-Кис. — Нет, вы забрались много дальше на северо-восток и находитесь севернее Бермудских островов. — Так далеко на север? Кажется, нам крышка. Мы не успеем вернуться на базу. — Нет, на базу вернуться вы не сможете. Мы взяли пеленг и идем к вам полным ходом. Сколько у вас горючего? — В лучшем случае на час. Сорок минут, если ветер встречный. — Не меняйте курс, поддерживайте связь с другими самолетами звена и ждите от нас дальнейших указаний, — Гарри отключился и от души выругался. Гермиона уже торопливо прокладывала курс. — С учетом скорости самолета нам нужно покрыть расстояние в сто восемьдесят миль к северу, к ним навстречу. Мы вышли слишком далеко. Наша скорость — восемь узлов. В 1945 году «Ось времени» позволяет аппарировать максимум на сто пятьдесят миль, и тогда нам потребуется около четырех часов, чтобы встретиться с ними. Гарри снова включил передатчик: — «ФТ-28», говорит капитан Поттер. Вы можете посадить самолеты на воду? — Капитан Поттер, мы в зоне сильного шторма. Посадка на воду абсолютно невозможна, я повторяю, абсолютно невозможна! — Вот оно, — прошептал Гарри. — Вот что их погубило, — и он сказал в передатчик. — Держитесь! Мы идем к вам! Отбой. Вылетев из радиорубки, Гарри бросился на капитанский мостик. — Все по местам! Гермиона, будь готова! В точке выхода из аппарации сильный шторм по меньшей мере десяти баллов! Убрать бом-брамсель, топсель и кливер и спустить оба рея! Гарри решил идти ва-банк и не брать рифы на марселе, то есть не уменьшать площадь этого паруса, рискуя, что буря порвет его в клочья. Он надеялся, что остальных убранных парусов и облегченных мачт будет достаточно, чтобы шхуна-бриг шла ровно даже в столь сильную качку. — Драко! Приготовиться к аппарации! — с этими словами Гарри дотронулся палочкой до «Оси времени» и произнес. — Аппарейт по курсу норд-тен-вест семь градусов! Обождав секунду, пока не пройдет головокружение — ощущения ничем не отличались от обычной аппарации, — Гарри крикнул: — Гермиона, к штурвалу! Полный бакштаг! Драко, искусно удержав корабль во время аппарации, уже как раз передавал управление Гермионе — они были слаженной командой и в указаниях обычно не нуждались. Если кто-то мог провести «Меч Годрика» с полным марселем и невиданной скоростью в тридцать миль в час через десяти-, а то и одиннадцатибалльный шторм, не сломав мачты и не изорвав снасти и паруса, то это была Гермиона. Встав к штурвалу, она вцепилась в него и закрыла глаза. Кинжальные шквалы ветра и струи дождя хлестали ее по лицу, но она ни на что не обращала внимания, прислушиваясь к мелодии бури. Рон стал за ее спиной, крепко принайтовав их обоих друг к другу и к палубе, чтобы шальной волной их не снесло за борт. Аппарация переместила «Меч Годрика» всего на сто пятьдесят миль, но они, казалось, попали в другое время года или другую климатическую зону — ветер грозно завывал, гребни устрашающе высоких волн были белыми от пены, молнии били в воду, и корабль жестоко качало. Гарри с трудом поднялся по шаткому трапу в радиорубку и схватил передатчик. — «ФТ-28», «ФТ-28», прием. — В наушниках адски скрежетало, разряды статического электричества создавали сильные помехи, но он монотонно повторял, пока не услышал слабый голос лейтенанта Тейлора. — Мы идем к вам навстречу. С учетом скорости самолетов и силы ветра нам нужен час. Я повторяю, нам нужен час. Если горючего будет недоставать, попытайтесь приводниться, мы вас подхватим. — Моим курсантам не хватит опыта, чтобы выполнить этот маневр, — прозвучал в колдорадио напряженный голос Тейлора. — Пусть только попробуют не выполнить маневр, — ожесточенно выплюнул Гарри. — Я их и на том свете достану. Отключившись, он бросил Симусу: — Поищите переговоры базы Форт-Лодердейл с Майами. Нам еще этот непутевый спасательный гидросамолет отлавливать, якорь ему в фюзеляж. Спас-са-атели, блин! — Как он называется? — спросил Симус, медленно вращая верньер колдорадио. — «Мартин Маринер», — крикнул ему Гарри уже с трапа, быстро спускаясь на нижнюю палубу, чтобы самому осмотреть марсель — их скорость теперь напрямую зависела от целостности этого паруса. Но Гарри знал — они успеют. Гермиона всегда оказывалась права. Через пятьдесят пять минут бешеной гонки мощные поисковые заклинания выявили пять снижающихся Эвенджеров. Очевидно, горючего было так мало, что руководитель полета лейтенант Тейлор дал команду садиться на воду. Возможно, «Звено 19» именно таким образом и погибло бы, но «Меч Годрика» подоспел достаточно вовремя, чтобы несколько человек из команды капитана Поттера с помощью карпе ретрактум смогли втащить четырнадцать промокших и измученных летчиков на борт, как раз когда их обезлюдевшие самолеты, один за другим входя в воду, взрывались на расстоянии примерно кабельтова от корабля. Ударная волна от взрывов толкнула «Меч Годрика» уже в корму, потому что Гермиона это предвидела и успела развернуть корабль. Не дожидаясь, пока шхуна-бриг опасно накренится, Гарри впечатал ладонь в циферблат «Оси времени», выкрикнув «аппарейт по курсу зюд-вест 12 градусов» как раз в тот момент, когда Гермиону отшвырнуло на палубу и Драко перехватил штурвал. Бросившись на помощь Гермионе, Гарри столкнулся с Роном и больно ударился лбом, так что искры из глаз с успехом помогли ему преодолеть дискомфорт от перемещения в пространстве. Он поднялся, держась за голову — на лбу уже наливалась шишка — и осмотрелся. Слава Мерлину, они были в безопасности, пусть и несколько южнее, чем намеревались, в ста пятидесяти милях к северу от Доминиканской Республики. За час в 1947-м году «Ось времени» восстановила потенциал, достаточный для аппарации всего на семнадцать миль, но чудесным образом здесь не было ни следа опасной бури. Хотя ночь была ясной, света звезд было явно недостаточно, и Гарри невербально зажег несколько светильников. Дезориентированные маггловские летчики в темно-зеленой форме военно-морского флота США, сидя на палубе, смотрели на них во все глаза. Джинни уже залечила локоть Гермионы и, подбежав к Гарри, произнесла короткое исцеляющее заклинание. Пульсирующая боль от ушиба мгновенно затихла. Джинни, не говоря ни слова, уже обходила летчиков. Задержавшись возле одного из них, она дернула воротник его рубашки, обнажив шею с длинной набухшей кровью царапиной, и поднесла к царапине кончик палочки. Эта последняя капля переполнила чашу терпения ничего не понимающих магглов. Один из них, тот, кто постарше, — очевидно, сам Чарльз Тейлор — вскочил на ноги и так резко оттолкнул руку Джинни в сторону, что палочка упала на палубу, испустив сноп искр. — Кто вы такие? — крикнул он. — Немцы? Русские? Японские шпионы? У США и Великобритании нет таких технологий! Или у вас секретное правительственное задание наподобие Филадельфийского эксперимента? Проект «Радуга»? Гарри и Гермиона переглянулись. — Филадельфийский эксперимент? — вполголоса спросил Гарри, наклонившись к Гермионе. — 1943-й год, опыты по мгновенному перемещению эсминца «Элдридж» на несколько десятков километров. Это не мы, — успокоила она его. — Якобы с помощью нескольких мощных электромагнитных полей эсминец был телепортирован на 320 километров, но из ста восьмидесяти человек команды невредимыми вернулись только двадцать — остальные стали частью конструкции корабля, умерли от облучения или сошли с ума от страха. — Какие замечательные люди эти маггловские экспериментаторы, — пробормотал Гарри. — Эксперимент был признан безуспешным. Маггловская теория электромагнитного поля Максвелла неполна без знаний о свойствах магических полей. Магглам для телепортации просто тупо не хватает магии, вот и все. Согласно МАКУСА, США всегда отрицали проведение этого эксперимента, — и Гермиона устремила испытующий взгляд на Тейлора, приподняв бровь. — Мой брат служил на «Элдридже», — нехотя сказал тот. — Списался в запас и молчит об этой истории, а сам поседел за одну ночь. — Лейтенант Тейлор, джентльмены, меня зовут Гарри Поттер, и я капитан этого корабля, — представился Гарри. — Давайте все пройдем в кают-компанию, вас ждут сухие вещи, горячий чай и наше радушие. Мы вам все объясним, и вы сможете… — Гарри! — перебил его из радиорубки крик Дина. — «Мартин Маринер»! — Мордред, — выругался Гарри и бросился в радиорубку. — Что там? — Да все уже, — сказал Симус, мусоля сигарету. — Можешь не спешить. Мы перехватили переговоры морской охраны в Майами с каким-то кораблем. Пятнадцать минут назад самолет исчез с радаров над мысом Канаверал, одновременно был замечен сильный взрыв, столб огня держался несколько минут. Гарри, выжатый как лимон, спустился из рубки на палубу и стоял в оцепенении. К нему подошла Гермиона и мягко сказала: — Гарри, нельзя спасти всех. Мы не могли разорваться. Гарри с силой провел рукой по лицу и сказал: — Ты права, конечно, но… Встряхнувшись, он приказал Драко: — Возвращай нас в настоящее, у меня магии только на люмос и хватит. — С этими словами Гарри повернулся к магглам и категорично скомандовал. — Немедленно в кают-компанию. Вы не удержитесь на ногах во время прыжка. *** 4 января 2007 года, шесть часов утра, «Меч Годрика», пересечение 70-го меридиана и тропика Рака «Меч Годрика» лег в дрейф недалеко от островов Терк и Койкос. У штурвала стояла на вахте Луна, остальные собрались в кают-компании. — … Я понимаю, что вам нелегко осознать то, что я и второй помощник Гермиона Уизли только что вам сообщили, — сказал Гарри магглам, стоя у стола и держась рукой за спинку стула. — Уже хотя бы одно наличие магов, секретно живущих среди неволшебников, магглов, как мы их называем. Но вам придется понять — в вашем времени вы мертвы, и без нашей помощи вы бы погибли. Вы будете размещены на острове Саргассум без права покидать его, но у вас ни в чем не будет недостатка. И вы остались живы. — Да, живы, — эхом отозвался бледный до синевы Тейлор. Перед ним стояли дымящаяся чашка кофе и графин с коньяком, но он к ним не притронулся. — Я это понимаю… но… — Ответьте мне на такой вопрос, Тейлор, — сказала, прищурившись, Гермиона. — Какого черта вы не носите наручные часы и почему, если у вас отказали оба радиокомпаса, вы не передали командование одному из пилотов вашего звена? — Они бы не справились, второй офицер Уизли, — ответил Тейлор, кусая губы. — Это был учебный полет. Наиболее опытные курсанты — Босси и Пауэрс, но и они… — он бросил взгляд на двух молоденьких светловолосых летчиков. — Как получилось, что вы заблудились? — спросил Гарри, глядя на него сверху вниз. — Я недавно переведен в Форт-Лодердейл, — сознался Тейлор. — Плохо знаю район Багамских островов. Я не мог понять, где мы находимся — на западе над Мексиканским заливом или в востоку от Флориды над океаном. Стрелки компаса вращались как бешеные, океан приобрел странный зеленый оттенок… Сгустился туман, и в этом молочном киселе я окончательно потерял ориентацию. Много раз менял направление и истратил горючее. Теперь мне это понятно. — Когда вы передали на базу донесение, что заблудились, вы шли точно по курсу и были уже над отмелями Багамских островов, — сказала Гермиона. — Вам следовало просто продолжать лететь на запад, и вы бы благополучно вернулись на базу. — «Маринеры» называют «летающими цистернами», — невпопад отозвался Тейлор. Очевидно, мысль о гибели спасательного гидросамолета терзала его сильнее, чем собственная судьба. — Это был только вопрос времени, пока какая-нибудь искра не вызовет взрыв… Гарри хлопнул его по плечу. — Нам всем нужно отдохнуть. Колин Криви покажет вам ваши каюты. Путешествие займет пару дней, а за это время мы сможем рассказать вам немного о магическом мире — обычно эта информация защищена Статутом о секретности, и о магах известно только магглам — родителям магглорожденных волшебников. — Если позволите, один важный совет относительно нового для вас магического мира, — сказала Джинни, глядя Тейлору в глаза. — Я колдомедик и ни в коем случае не причинила бы вам вреда. Но никогда, слышите, никогда не прикасайтесь к палочке волшебника. Это будет расценено как акт чрезвычайно агрессивный. — Простите, мэм, — сказал Тейлор. — Я действовал инстинктивно. — Драко, прокладывай курс на Саргассум, — обратился к своему первому офицеру Гарри. — Спешить некуда, миссия завершена. Гермиона, тебе тоже нужно прилечь. — Скажи мне, Гарри, — будто не расслышав его слов, спросила Гермиона. — Как именно ты догадался, какой силы шторм нас ожидает в точке выхода из аппарации? Благодаря твоему приказу убрать именно те паруса и мачты, что необходимо при таком ветре, мы не только не утонули сами, но и спасли экипаж «Звена 19» . — Странно, что именно ты задаешь мне этот вопрос, — удивленно подняв брови, ответил Гарри. — Я точно знал, что мы успеем их спасти, ведь ты сама сказала, что это событие уже произошло. А зная это, рассчитать силу ветра и парусность было легче легкого. Из точки аппарации нам нужно было пройти около тридцати миль навстречу Эвенджерам. Тейлор сказал, что горючего у них максимум на час. Значит, нам нужно было покрыть за час тридцать миль. В десятибалльный шторм наша скорость могла составить примерно от двадцати шести до двадцати восьми узлов. Я понимал, что нужно максимально уменьшить нагрузку на рангоут и такелаж. Но тогда нам бы не хватило скорости, и я рискнул оставить марсель. Я знал, что мы успеем, понимаешь? Знал, что ты удержишь корабль на этой скорости. Гермиона выглядела ошеломленной, в ее ореховых глазах дрожали слезы. Помедлив несколько секунд, она крепко обняла Гарри и, не говоря ни слова, вышла из кают-компании. *** 5 января 2007 года, час ночи, «Меч Годрика», западная окраина Саргассова моря, 25° северной широты, 65° западной долготы Возвращение на Саргассум заняло чуть больше двух суток. Гарри любил спокойные переходы при умеренном ветре, когда не нужно было спешить на очередную головоломную миссию и совершать для этого сложные изматывающие маневры, а просто позволить Гольфстриму нести корабль домой и стоять на палубе, любуясь яркими звездами. Обычно Саргассово море представляло собой океаническую пустыню, относительно бедную живыми организмами, но иногда море начинало светиться — светящиеся планктонные организмы по отдельности были яркими, как угольки, а в своей массе создавали то пресловутое «странное» свечение моря, которое до смерти напугало моряков из экспедиции Христофора Колумба, в конце XV века пересекшего Саргассово море. Они пришли в ужас от вида сплошного месива из желтых, коричневых и зеленых водорослей с кишащими на них причудливыми созданиями: крошечными прозрачными или ярко-красными креветками, ракообразными и моллюсками самых невероятных форм, но Гарри и другие особенно любознательные члены его команды, а прежде всего, конечно же, Луна, наслаждались неисчерпаемой фантазией природы, создавшей эти сказочные существа. В другие ночи их иногда настораживали два больших круглых светящихся глаза, которые внезапно появлялись из глубины и пристально, как бы гипнотизируя, смотрели на них, будто это был шпион самого морского черта, подосланный Дэви Джонсом в надводное царство. Очень часто это действительно были огромные кальмары, чьи щупальца колыхались на волнах, а зеленые сатанинские глаза светились во мраке подобно фосфору. Иногда такие светящиеся глаза принадлежали глубоководной рыбе, которая поднималась со дна моря только ночью и, привлеченная светом, шевелясь, глазела на светильники на «Мече Годрика». Несколько раз, когда море было тихим, в темной воде вокруг корабля неожиданно появлялось множество круглых голов диаметром в два — три фута. Они лежали неподвижно и пожирали их своими большими пылающими глазами. Бывали также ночи, когда они видели в глубине моря большие шары, диаметром в один метр и больше, которые то вспыхивали, то угасали, как будто кто-то зажигал свет люмосом и гасил его ноксом. Шестого января в два часа ночи, когда небо было затянуто облаками и рулевой Терри Бут не мог отличить черное небо от черного моря, он заметил в воде тусклое мерцание, которое постепенно приняло очертания большого животного. Трудно сказать, то ли это светился прилипший к телу животного планктон, то ли у него самого была фосфоресцирующая поверхность — во всяком случае, свечение придавало призрачному животному неясные и беспрестанно меняющиеся формы. То оно казалось кругловатым, то овальным и даже треугольным, то вдруг оно делилось пополам, и обе части плавали возле корабля независимо одна от другой. В конце концов в океане медленно плавали три таких огромных светящихся призрака. Это были настоящие чудовища, только видимая их часть имела шесть метров в длину. Таинственные и бесшумные светящиеся провожатые всю ночь плыли под водой, большей частью у правого борта, где был фонарь, но иногда они ныряли в глубину, проплывали под кораблем и шли с левого борта. Судя по светящимся спинам, эти животные были больше слонов, но они, во всяком случае, не были китами: они ни разу не всплывали подышать. С наступлением рассвета они, как и подобает настоящим привидениям и духам, скрылись в глубинах океана. Пустынное и бескрайнее, море тщательно скрывало свои тайны, но в этой неуловимой изменчивости Гарри Поттер и его единомышленники учились видеть и угадывать следы происшествий: колышащийся на волнах пучок морской травы, обломок доски или обрывок длинной водоросли, возможно, были свидетелями какой-нибудь катастрофы. Пусть даже с помощью «Оси времени» и магических способностей они были способны лишь слегка приподнять завесу тайны, скрывающую зловещие события в Саргассовом море — никому другому это было и вовсе не под силу. Солнечным утром седьмого января 2007 года «Меч Годрика» без дальнейших приключений доставил на остров первых переселенцев из числа спасенных в Бермудском треугольнике магглов, что ознаменовало на Саргассуме новую эру.