Саргассум

30 сентября 2007 года, три часа ночи, палатка в ущелье Блэктейлс, Саргассум Второй раз они проснулись среди ночи тридцатого сентября, через двое суток после того, как вошли в этот шатер. Срочно требовалось поесть чего-то более существенного, чем сыр и фрукты. Натянув на голое тело кожаные штаны и воровато оглянувшись на спящего Северуса, Гарри выскользнул из палатки. Снаружи, у самого края охранного купола, как он и надеялся, стояла плотно закрытая корзинка. На Лаванду можно положиться, этого у нее не отнять. Гарри проворно подхватил корзинку и вернулся в палатку. Распечатав ее, он сдвинул плетеную крышку, и в нос ударил умопомрачительный запах баранины, запеченной с душистым рисом басмати, овощами, изюмом и специями. Неподвижное тело рядом с ним мгновенно зашевелилось. Торчащий из-под массы спутанных черных волос внушительный носище принюхался. — Смотри-ка, — проговорил Гарри, — Обнаружены признаки жизни. Слепые ходят, глухие видят. Что животворящий ужин делает. — Какой ужин, — проворчали из-за завесы волос, глядя на него одним блестящим глазом. — Это который по счету уже ужин. Я двое суток не ел. Гарри потянулся было загребущими ручонками к разным интересным местам, но его обожгли гневным взглядом. — Поттер, даже не думай, — не терпящим возражений тоном прорычал Северус. — Даже не смотри туда. — Куда-куда? — шелково переспросил Гарри, невинно хлопая ресницами. — Туда, Поттер, туда, — муж ловко увернулся и, поднявшись, сбежал в спрятанную в стене за бассейном небольшую ванную. Пока он там занимался своими делами, Гарри успел распаковать столовые приборы и разложить по глубоким тарелкам потрясающе пахнущее блюдо. Чей это был креатив, Гарри так и не понял. Может, Дин готовил, а может, и одна из сестер Патил. Снейп, то есть Северус, тоже одевшись, как Гарри, в одни кожаные штаны (коварный внутренний голос нашептывал, что он же там под ними совсем голенький, но рациональная часть рассудка предупредила, что следует дать мужу поесть, иначе можно огрести), уселся по-турецки на застеленном мехами ложе и с наслаждением зачерпнул дымящегося риса с мясом. Гарри от него не отставал. В корзинке обнаружился также ледяной кувшин с соленым ласси с тмином, которым было приятно запивать пряно-острую баранину. Ну, точно готовила Падма, потому что они с Парвати просто обожали это блюдо. Гарри активно орудовал вилкой и с удовольствием запивал жжение во рту холодным ласси, но Северуса все равно не обманул. — Поттер, ты сейчас лопнешь от всех этих вопросов, которые вертятся у тебя на языке, — дернув краешком губ, проговорил тот. Гарри поспешно проглотил то, что было у него во рту, и поинтересовался: — А ты мне на них ответишь? — Равный магический брак — в жизни и в посмертии, — вкрадчиво сказал Северус. — Целенаправленно обмануть магического супруга невозможно, можно только нечаянно ввести его в заблуждение, если сам ошибся. Гарри отставил в сторону тарелку. — Магический брак — аналог веритасерума? — изумленно подняв брови, поинтересовался он. — Нет, конечно. Я не могу тебе солгать, но могу отказаться отвечать или умолчать кое о чем. — Но ты мне ответишь? — Я расскажу все, что знаю, — успокоил его Северус. У Гарри на языке действительно вертелись десятки вопросов, но первым делом, неожиданно для себя, он спросил: — Я теперь Поттер-Снейп? Или Поттер-Принц? Северус точно не ожидал это услышать, более того, вопрос поставил его в тупик — его, привыкшего в любой ситуации быть на высоте. — Я полукровка, — неуверенно начал тот, и Гарри жадным взглядом следил, как белый палец наматывает иссиня-черный блестящий локон. — Теоретически, ритуал, результатом которого явился магический брак, должен был заместить часть моей крови и магии… Следовало бы спросить Люциуса, он знаток таких вещей. — Это далеко не самое срочное, чем следует заняться, — успокоил его Гарри. — Ай, — согласился с ним муж. Гарри улегся на живот, опираясь о локти и не сводя внимательного взгляда с блестящих темных глаз. — Так кто тебя послал? — с любопытством спросил он. — Темный лорд, естественно, — ответил Северус. — А! Все-таки он! — выпалил Гарри. — Ну конечно, он, — немного высокомерно ответил Северус. — В моей первоначальной задаче ничего не изменилось. Поскольку живы ты, Альбус и Темный лорд, параметры миссии остались прежними. В этой фразе содержалось море информации, и Гарри ее тщательно обдумал. — Это означает, что ты продолжаешь быть двойным шпионом: Темного лорда у Альбуса и шпионом Ордена Феникса в ставке Волдеморта, — сделал вывод он. — Продолжал. Пока все мои обязательства перед ними не сгорели в магическом пламени, которое ты вызвал к жизни двое суток назад. — Но они этого не знают. — Ай. Для них я тройной шпион: втершись к тебе в доверие, шпионю за тобой для Альбуса и Темного лорда. Вместо ответа Гарри взял тонкую руку Северуса, которую испещряли едва заметные белые нити шрамов, оставшихся от старых Непреложных обетов. Знак Мрака все еще уродовал белую кожу. Поттер вопросительно взглянул на мужа. — Это татуировка, поэтому она осталась, — пожал плечами Снейп. — Темный лорд мнит себя очень сведущим волшебником, но многое из магии крови ему как полукровке и вовсе недоступно. Как, впрочем, и мне. Он силен магически, нет сомнения, но у него нет знаний, которыми обладают наследники чистокровных родов, такие, как Драко Малфой или Невилл Лонгботтом. Да, через Метку можно вызвать Упивающихся или причинить боль, но предать Темного лорда и начать работать на Альбуса она мне не помешала. Еще при жизни… твоей матери. Последние слова он выговорил, запнувшись. Супруги некоторое время молчали. — Я во многом не понимаю Альбуса… — заговорил, наконец, Гарри. — Но сейчас это, мне кажется, не очень важно. Так каково было твое задание? — Альбус вызвал меня и сообщил, что ты охотишься за каким-то сокровищем. За чем именно, не сказал. Либо сам не знал, либо скрывал. Я хорошо знаю Альбуса, задавать вопросы в таких случаях бессмысленно. Более того — начнешь задавать вопросы, и он вытянет из тебя то, что ты ему говорить и вовсе не собирался, а он не скажет тебе ровным счетом ничего полезного, только голову заморочит своими вечными загадками. Он у нас такой, наш Альбус. Итак, Дамблдор велел мне отправиться к Волдеморту и сообщить ему о существовании клада капитана Флинта. Волдеморт предоставил мне яхту с приказом добыть для него этот клад. — А Дамблдор тоже хочет клад? — Гарри. Тебе сколько лет, чтобы задавать мне такой наивный вопрос? Разве обычному смертному суждено постичь, чего хочет Дамблдор? И с какой целью он этого хочет? Сказал он мне, что хочет, чтобы я втерся к тебе в доверие. С целью поиска клада. Поскольку я давно уже изыскивал возможность, скажем так, примкнуть к тебе, это полностью отвечало моим планам. Дамблдор дал мне маршрут… я понимал, что ты меня где-то перехватишь. Уж настолько-то я знаю Дамблдора. — Я получил информацию через Люциуса, — медленно сказал Гарри. — А он — через своих агентов на черном рынке магического барахла, — предположил Снейп. — Именно. А на Альбуса… — …работает Мундунгус Флетчер, — закончил за него Снейп. — Ох, и длинные у Альбуса руки! — в сердцах воскликнул Гарри. Помолчав несколько секунд, он провел пальцем по руке Северуса и шепотом спросил его: — Зачем ты хотел ко мне? — Затем. Хотел. Не будучи готовым признаться самому себе в причине этих моих желаний. Пока не оказался рядом с тобой. Пока не принял из твоих рук гребаную амортенцию. И пока ты не поставил точку над «i» нашим магическим браком в твоей неподражаемой прямолинейной манере. — Ты поэтому взорвал свой корабль? — Это было необходимо тактически. Мне нужно было стать частью твоей команды. — Ай, — машинально проговорил Гарри, задумчиво покусывая губы. — То есть у тебя нет никаких дополнительных сведений о сокровище капитана Флинта? — Нет, к сожалению, — ответил ему Снейп. — Зато теперь, когда недоверие больше не стоит между нами, мы можем объединить усилия. — Еще как. Карта Флинта в сейфе в Форте. Как только мы вернемся, ты ее изучишь. — Это будет полезно, Гарри, без сомнения. Но. В одном пункте ты не прав, — Северус сурово глядел ему в глаза. — Это важно, очень важно — понять Альбуса. Нам нужно будет понять, как думает Альбус. — Ты думаешь, за цепью событий, приведшей нас двое суток назад в этот шатер, скрывается Альбус? — заинтересованно спросил Гарри. — Я думаю, что его влияние на эту цепь более значительно, чем нам известно. Но нам неизвестно, какие еще силы действуют, уравновешивая Альбуса. И сколько этих векторов, и куда они направлены. — Что насчет Волдеморта? — Доподлинно мне известно только об одном источнике, через который Волдеморт связан с внешним миром. — Ну? — напряженно спросил Гарри. — Что ну. Я сам, конечно же, — усмехнулся краешком рта Снейп. — Но не могу исключить, что кто-то из Упивающихся, что сидят с ним в поместье у Кэрроу, работают на Люциуса Малфоя. — Но не ты? — Нет. Я человек Дамблдора и твой. То есть был таковым до позавчерашнего дня. Теперь — только твой. — Слава Мерлину, — пробормотал Гарри. — Уж это точно. Ты снял меня с его крючка. — И поймал на свой, — невесело заметил Гарри. — Ерунда. Ты бы меня не поймал, если бы я того не хотел, — тихо и серьезно заметил Снейп. Гарри подозвал акцио бутылку вина, и она шлепнулась в его подставленную ладонь. — Кто же может быть человеком Малфоя у Волдеморта, как думаешь? — вернулся к теме Гарри. — У меня на подозрении Долохов, — сказал Снейп, отпивая глоток вина. — Кстати, о нем. — Он перевел неподвижный, поистине змеиный взгляд на Гарри, и тот поежился. — Что это ты поскучнел, муж мой? — вкрадчиво поинтересовался Снейп. — Никак совесть нечиста? Давай, признавайся. Холостой или боевой? — Холостой, — с облегчением выговорил Гарри. С облегчением, потому что не был уверен, что остался бы в живых, если бы ему пришлось признаваться Снейпу, что патрон в Смите-Вессоне был боевым. — Неплохо тебя натаскали в министерстве, умеешь блефовать, — сквозь зубы проговорил Снейп. — Ты даже не пытался прощупать меня легилименцией, — чуть ли не укоризненно заметил Гарри. — Нет, конечно. Найти в ворохе мыслей и воспоминаний глубоко спрятанное и тщательно охраняемое намерение? Или и вовсе спонтанный импульс нажать на курок? Я не мог так рисковать. — А ты сдвигал патрон? Ну, чтобы его заклинило? — с любопытством спросил Гарри. — Нет — по той же причине. Я не знал, в чем состоит твой план. Только надеялся, что он не совсем уж самоубийственный. Я знал, что мне придется уступить тебе это пари. Как только увидел револьвер в твоих руках, сразу все понял. Ты нашел то единственное, чем я не готов был рисковать. — И это? — еле слышно спросил Гарри. — Твоя жизнь, — выдохнул Северус. Гарри приподнялся, и через долю секунды Северус оказался в его медвежьих объятиях. Но тот и не думал оказывать сопротивление. Отведя в сторону волосы со шрама в виде молнии на лбу Гарри и слабо улыбаясь, он проговорил: — Уловил ли ты иронию ситуации? Я поставил на худшие твои качества: жажду обладания, ревность и мстительность. А ты сыграл на лучшем, что было во мне. — Я еще не успел осознать до конца, что означает твое признание, Северус, — прошептал Гарри, завороженно глядя в темные глаза, на дне которых мерцали звезды. — Магический брак все поставил с ног на голову — в хорошем смысле, конечно. В самом лучшем. У нас с тобой теперь есть целая жизнь, чтобы рассмотреть в новом свете хитросплетения прошлых отношений. Но сейчас… Он слегка наклонил голову и жадно впился поцелуем в бледный четко очерченный рот. *** 1 октября 2007 года, час ночи, библиотека в Форте, Лагерь капитана Поттера, Саргассум Супруги Поттер-Снейп (или Поттер-Принц?) сложили палатку со всей мебелью и, уменьшив ее, аппарарировали из ущелья Блэктейлс в Лагерь капитана Поттера, прямо в Форт. Они были готовы к заинтересованным вопросам, бурным поздравлениям и прочим социальным взаимодействиям. Но не сию секунду. Поэтому они подождали наступления ночи — все равно за эти трое невероятных суток день и ночь многократно поменялись местами, — и отправились в библиотеку, к заветному сейфу. Северус со вздохом облегчения сунул в кобуру свою волшебную палочку (антиаппарационный ножной браслет свалился с его щиколотки еще в ночь ритуала) и развернул на столе карту капитана Флинта. Гарри примостился рядом. Некоторое время Снейп изучал карту, затем опустил подбородок на сложенные в замок руки и задумался. Гарри призвал серебряный кофейник и налил им уже которую по счету чашку крепкого кофе. Снейп щелкнул пальцами, и на стол возле его локтя с глухим стуком шлепнулся большой атлас. Снейп схватил пергамент и принялся выписывать в столбик группы букв и цифр. Насколько Гарри мог судить, тот шел сейчас по пути Драко, повторяя его рассуждения и расчеты. И результаты этих расчетов были столь же неутешительны, судя по тому, как он кривился. — На корабле еще хранятся бумаги к «Оси времени», — сказал ему Гарри. — Ты изучишь и их, и тогда, возможно, появится какая-то идея. — Да, возможно, — пробормотал Снейп, потирая ладонями лицо. — Когда ты ожидаешь из Майами «Меч Годрика»? — Они отправились шесть дней назад. Думаю, самое ранее дней через десять, если учесть, что в Майами на закупки им может потребоваться до недели. И в этот момент раздалась оглушительная трель. Гарри даже в первую секунду не понял, что это за звук. Звонил сателлитный телефон, который был установлен в Форте. Что автоматически означало чрезвычайную ситуацию — либо в одной из колоний, либо… на корабле. Гарри рванулся к телефону. Номер на дисплее принадлежал «Мечу Годрика». — Да, — гаркнул Гарри в трубку. — Гарри, — сквозь легкое шипение донесся из трубки голос Дина Томаса. — У нас тут ситуация. Короче, в Майами мы не попадаем. — Что еще за ситуация? — напряженно спросил Гарри. — Нами очень интересуется МАКУСА, — послышался голос Симуса. — Подробности при личной встрече, Гарри. Переговоры в сети «Иридиум» вроде нельзя перехватить, но чем дольше разговор, тем выше риск. Береженого… — Где вы сейчас? — Гарри поспешно схватил кусок пергамента и перо. Симус передал зашифрованные координаты и добавил: — Ветер свежий, мы делаем сейчас примерно сто восемьдесят миль в сутки. Гарри переглянулся с мужем и сказал в трубку: — Через сутки вы должны приблизиться к… нашему острову на достаточное для аппарации расстояние. Пришлите патронусом координаты. Отбой, до связи. Симус отключился, и Гарри вложил телефон в гнездо для подзарядки. — Я предупрежу комендантов и вице-губернатора, что мы с тобой завтра, самое позднее послезавтра, аппарируем на «Меч» и пойдем в Нассау, — ответил он на незаданный вопрос Северуса. — Багамы в составе Британского Содружества и под юрисдикцией МАКУСА, — напомнил ему тот. — Знаю, — сквозь зубы процедил Гарри, — но я не позволю им отрезать нас от наших счетов в «Креди Суисс» и от связи с «Гринготтс» и Биллом. — Хочешь перевести активы в Латинскую Америку? — спросил Северус. — Пока еще не знаю, что хочу. Хочу понять, что нарыли на нас в МАКУСА, — ответил ему Гарри. — Я считал, что мы достаточно осторожны и не нарушаем американский аналог Статута, а до прочего МАКУСА не должно быть дела. *** 3 октября 2007 года, девять часов утра, «Меч Годрика», Саргассово море, четыреста морских миль до Нассау по курсу зюд-вест-тен-вест В солнечное ветреное утро супруги Поттер и Снейп, держась за руки, приземлились на палубные доски на капитанском мостике «Меча Годрика» и, подчеркнуто не обращая внимания на круглые глаза Невилла, стоящего за штурвалом, проследовали вниз по трапу, в кают-компанию. — Они все-таки не поубивали друг друга, — голос Рона был первым, что услышал Гарри, открыв дверь и пропустив вперед своего магического супруга. — Шанс упущен безвозвратно, Уизли, — криво усмехаясь, ответил Снейп, а Гарри любезно добавил. — Можете нас поздравить с действительным магическим браком. — Твою мать, я породнился со Снейпом через Малфоев и Блэков! — с комическим ужасом воскликнул Рон. Джинни и Гермиона, коротко стиснув в объятиях Гарри, ждали своей очереди поздравить бывшего учителя, поскольку Драко, конечно, их опередил. В кают-компанию тем временем вбежали все остальные: Луна, Дин и Симус. Невилл остался нести вахту. — Так что вы перехватили? — нетерпеливо спросил Гарри у колдорадистов, но Дин уже включал запись перехваченной колдопередачи. «Журналист колдоканала «Мэджик-Ньюс» Аберкромби Фитч: …информационному агентству «Эй-Би-Си Мэджик» стало известно о дипломатическом кризисе между Соединенными Штатами Магической Америки и Магической Британией. Пресс-атташе МАКУСА Джиллиан Голдштейн: Я не стала бы употреблять термин «дипломатический кризис», но некоторая напряженность в отношениях МАКУСА и британского министерства Магии действительно имеет место. Фитч: Какова же ее причина? Голдштейн: Уже несколько лет МАКУСА следит за действием некой группировки, базирующейся в Саргассовом море. В департаменте защиты магического правопорядка МАКУСА убеждены, что главой этой группировки является знаменитая во всем магическом мире фигура: Гарри Джеймс Поттер, кавалер Ордена Мерлина первой степени за победу во Второй магической войне и бывший Главный аврор Магической Британии. Фитч: Как его можно охарактеризовать? Голдштейн: Он, безусловно, харизматичный, решительный и в целом порядочный человек, при этом опытный руководитель. В бытность его Главным аврором американский и британский аврораты тесно и успешно сотрудничали. Мистер Поттер несколько раз посещал СШМА в составе правительственной делегации или с рабочим визитом. К сожалению, в начале 2002 года он и его единомышленники неожиданно покинули страну, сложив с себя все мандаты и полномочия. Прежде всего это касается его ближайших друзей: миссис Гермионы Джин Уизли-Грейнджер, главы Отдела магического правопорядка Великобритании и ее супруга, заместителя Главного аврора мистера Рональда Биллиуса Уизли. Фитч: Почему же, в таком случае, персона мистера Поттера является причиной напряженности между МБ и СШМА? Голдштейн: МАКУСА обнаружил некоторую активность в Бермудском треугольнике, на Багамских островах, Кубе и в Карибском море. Почерк всегда один и тот же: захваты кораблей криминальных не-магов, главным образом пиратов, наркоторговцев и нелегальных археологов. Ценности и деньги бесследно исчезают, наркотики уничтожаются, оглушенных не-магов оставляют в месте, где их находит береговая охрана. Проанализировав ряд подобных случаев у побережья Сомали и в Малаккском проливе, Департамент защиты магического правопорядка МАКУСА установил, что нападения на не-магов начались вскоре после ухода мистера Поттера из Магической Британии. В адрес многих благотворительных организаций приходят крупные пожертвования, которые невозможно отследить — равно как и каналы сбыта изъятых у не-магов ценностей. По мнению МАКУСА, только лишь капитан Поттер имеет необходимые для этого ресурсы и связи. Фитч: Но если капитан Поттер всего лишь только, так сказать, перераспределяет нелегальную добычу криминальных не-магических банд в целях благотворительности, то каким образом здесь затронуты интересы МАКУСА? Голдштейн: Прежде всего, преследование криминальных не-магов является прерогативой соответствующих организаций США, а Багамы находятся в юрисдикции МАКУСА. Но не это главное. Мы предполагаем, что у мистера Поттера имеется в Саргассовом море база — ненаходимый остров. МАКУСА категорически протестует против самовольного захвата этой территории подданным Магической Британии. Фитч: Какова была реакция министра Магии Шеклболта? Голдштейн: Реакция министра была… уклончивой. Шеклболт придерживается мнения, что Саргассово море не принадлежит ни одному государству. Но это не так. Фитч: Проинформированы ли не-магический президент США и Конгресс? Голдштейн: Сейчас ведутся переговоры МАКУСА и британского министерства Магии. Если МАКУСА не удастся добиться от министра Шеклболта признания острова территорией МАКУСА, конфликт между СШМА и МБ неизбежен. Не-магический Конгресс будет поставлен в известность в соответствии с принятой для таких случаев процедурой. Фитч: И последний вопрос от имени наших колдослушателей, миссис Голдштейн. Известно ли точное местоположение острова капитана Поттера? Голдштейн: Это государственная тайна.» Дин выключил колдирадио. Гарри провел рукой по волосам и выругался. — Рано или поздно это должно было произойти, — мрачно сказала Гермиона. — Ай, согласен, — подтвердил Гарри. — Приводим в действие план, который у нас подготовлен на такой случай. — Но для этого нам нужно попасть в Нассау, — указала Луна. — Ай, конечно, мы туда попадем, — нехорошо прищурившись, заверил ее Гарри. — Симус, передай Биллу Уизли через Ли Джордана по колдорадио условленные позывные. Билл знает, что делать. Симус немедленно направился в колдорубку. — А пока мы ждем ответа от Билла с датой и номером рейса, я хочу ознакомить моего магического супруга со всеми нашими находками, — сказал Гарри. «Меч Годрика» лег в дрейф в Бермудском треугольнике, дожидаясь совы из Нассау, выпущенной по поручению Билла. Снейп, то есть муж, зарывшись в справочники и атласы, выползал из «своей» каюты, только чтобы поесть. Этой каютой он пользовался исключительно для дневных занятий, ночевали супруги в каюте капитана. Причем после первой совместной ночи, проведенной на корабле, Гарри неукоснительно следил, чтобы на дверь были наложены охранные и заглушающие чары — не потому, что он чего-то опасался на своем корабле среди своих людей и под охраной своего мужа, а напротив — чтобы защитить команду от всплесков магии, которыми сопровождалось соитие супругов. Для этой цели Поттеру хорошо служил перстень Блэков, уже однажды поработавший магиеотводом во время магической бури. Утром четвертого октября, проведя бурную и страстную ночь на «Мече Годрика», супруги Поттер-Снейп, бодрые, отдохнувшие и в отличном настроении, вступили в кают-компанию. К их удивлению, присутствовавшие в помещении леди выглядели как жертвы кораблекрушения, и Гарри даже испугался за их душевное и физическое благополучие. Серовато-бледная Гермиона вяло ковырялась в омлете, а Рон с виноватым видом вился вокруг нее, настойчиво добиваясь, не хочет ли жена кофе, чаю, какао. Гермиона, прикрыв глаза, только отрицательно качала головой. Иногда, ерзая на стуле, она слегка кривилась, будто движение причиняло ей боль. Виноватым выглядел и Драко. И Джинни не давала ему об этом забыть. Она тоже выглядела истерзанной: синяки под глазами, припухшие губы. Драко покаянно поднес к губам хрупкую белую ручку, и Джинни раздраженно прошипела ему: — Уйди, животное! Луна не шипела, а лишь мечтательно щурилась, казалось, прислушиваясь к чему-то, что происходило внутри нее. Невилл не отводил взгляда от ее лица. Завидев Гарри с Северусом, Джинни протянула: — Ты глянь, Герми, какие люди явились. — Ага, вижу, — мрачно ответила ей Гермиона и вперилась тяжелым взглядом в Гарри. — Только посмотри, какие они бодрые, — продолжала Джинни, будто Гарри и Северуса не было сейчас в комнате. — Отвратительно, — согласилась с ней невестка. — А чего это вы на своих двоих, а, Гарри? — сварливо спросила Джинни. — После того, как устроили нам этой ночкой бешеную скачку не хуже Дикой охоты, — поддержала ее Гермиона. — Согласно моим колдомедицинским расчетам, профессор Снейп сейчас должен лежать пластом в вашей каюте, — укоризненно сказала Джинни. — Или это Гарри должен лежать пластом, — вызывающе вставила Гермиона. — Мы ж не знаем, кто из вас двоих кого тра… У Гарри лопнуло терпение, и он перебил подругу: — У вас что, тяжелое похмелье, или вы съели что-то не то? — Ты посмотри, он еще и грубит, — возмущенно сказала Гермионе Джинни. — Вы бы, Гарри и профессор Снейп, какие-нибудь чары, что ли, на свою каюту накладывали! — звенящим от гнева голосом сказала Гермиона. — А то корабль от вашей магии ходуном ходил, а мужья нам всю ночь спать не давали! — она шевельнулась на стуле и охнула. — И мы поэтому злые, как адские гончие, — пояснила Джинни, но, не удержавшись, сладко зевнула. — Пойдем, дорогая, — подхватил ее под локоть Драко. — Тебе нужно прилечь. Выходя из каюты, он окинул Гарри и Северуса заинтересованным взглядом.