Глава 16. Две половинки целого
18 июля 2023 г., 17:31
Он все помнил! Скрывал, притворялся, втирался в доверие и наверняка тихонько посмеивался. Неужто глупая тайна ее рождения стоила этого гнусного приемчика? Так может ей стоит остановиться, развернуться и вывалить правду прямо в его ухмыляющееся лицо? Плевать, что после такого ее наверняка ожидает скорая смерть! Ведь притворщице Кудзе не место в жизни главы Сюмацубан. Наследница клана, который пытался убить Камисато Аято всего неделю назад, сейчас бежала по узкой мощеной дорожке, подгоняемая злостью и страхом.
— Юми, постой, — донеслось до нее издалека, но этот требовательный окрик лишь сильнее подстегнул ужас внутри нее. Что случится, если он догонит ее в этом безлюдном лесу?
Голубовато-зеленая листва охапками срывалась с ветвистых деревьев и летела навстречу Юмико, словно торопясь остановить девушку, прервать этот стремительный бег, остановить исступленное помешательство и задержать безумие. Порывистый ветер бил прямо в лицо, мгновенно иссушая капельки слез на щеках. Стайка маленьких серых птиц возмущенно преследовала бегущую помощницу Камисато, пронзительно чирикая и отчаянно хлопая крохотными крылышками.
Аято нагнал Юмико почти у самого поместья. Хватая девушку за руку, он резко остановил ее и торопливо затараторил:
— Стой, стой, стой. Забудь все, что произошло сейчас. Пожалуйста, представь себе, что мы просто спустились с горы Его на планерах и неспеша отправились домой. В полной тишине. Никто ничего не говорил и не спрашивал. Прошу прощения за то, что заигрался и выдумал какую-то чушь с вопросами и прочим.
Юмико вырвала руку и поморщилась от боли, потирая запястье. Камисато поднял ладони вверх.
— Видишь, я не касаюсь тебя больше! Ты права — дурацкая получилась игра. Недостойная главы комиссии. Я просто прошу тебя успокоиться и вернуться в мой дом. Аяка очень ждет тебя. Пожалуйста!
Девушка легко кивнула и, не поднимая глаз, направилась к широким воротам. Сильная головная боль вдруг сдавила ее виски. Нужно поскорее найти юную госпожу, отблагодарить за все внимание и заботу, а после придумать совершенно дикий план побега из страны. Потому что ее жизнь тут, в Инадзуме, вдруг резко потеряла всю свою красочность и смысл.
Аяка встретила брата и его помощницу громкими восторженными воплями, ничуть не стесняясь ни слуг, ни охраны. Налетев, словно ледяной вихрь, она закружила юную ниндзя и засыпала обоих вопросами о том, что происходило в последние сутки.
— Отпусти Юмико поспать хоть пару часов, я сам тебе все расскажу, — Аято аккуратно приобнял сестру, провожая помощницу тяжелым взглядом. Когда хрупкая фигурка девушки исчезла за дверью дома, мужчина умоляюще посмотрел на Сирасаги Химэгими. — Я идиот.
— Что случилось? — Аяка с напряжением рассматривала полные отчаяния глаза брата. Никогда раньше ей не приходилось видеть этот болезненно-сдавленный взгляд.
— Кажется, я все испортил. Я думал, что знаю, что она чувствует!
Мужчина закрыл лицо руками, зарываясь пальцами в волосы. Девушка застыла в немом удивлении — перед ней сейчас стоял кто-то другой. Не комиссар Ясиро, не глава семьи и не старший брат. Потерянный, разбитый, издерганный и поникший незнакомец, которого Аяка видела впервые в своей жизни.
Сирасаги Химэгими осторожно положила руку на грудь Аято.
— Болит?
Молодой лорд кивнул.
— Хорошо. Это значит, ты жив, — Аяка тепло улыбнулась, заглядывая в аметистовые глаза. — Знаешь, а ведь многие думают, что внутри тебя лишь пустота и холод. Даже мне иногда так казалось. Лорда Камисато ничто не может сломить и поколебать!
— Я и сам так думал, — мужчина заключил сестру в крепкие объятия, прячась в нежности и очаровании ее голоса. Он снова был маленьким мальчиком, которому нужны были материнская ласка и тепло. Быть сильным ради своей семьи столько лет, нести в одиночку тяжкое бремя ответственности, не проронить ни слезинки и неизменно поддерживать сестру. А теперь вот так просто сорваться и сломаться, вернуться к тому, с чего начинал.
Аяка нежно поглаживала брата по спине, давая ему возможность просто пережить и прочувствовать этот момент. Завтра он снова станет сильным и холодным, властным и решительным, а сегодня пусть немного побудет тем, кого старательно спрятал ото всех давным-давно. Секунды и минуты проносились мимо них, вплетая в полотно судьбы клана Камисато новые нити.
— Расскажешь, что произошло? — Сирасаги Химэгими осторожно отстранилась и вновь заглянула в глаза брата. Отчаяние в их искрящейся глубине почти растворилось и пропало, уступив место смирению и усталости.
— Я больше не могу жить без нее, — обреченно выдавил Аято. Произнести это вслух оказалось труднее всего. Словно расписаться в собственном бессилии и неспособности управлять вообще чем-либо. В Бездну этот тотальный контроль всего и вся, если он не может справиться с собственными чувствами к девчонке! Мужчина еще раз тяжело вздохнул и добавил, словно пытаясь осушить эту чашу страданий до дна: — Я не знаю, что делать, если Юми уйдет.
— Понятно, — сестра задумчиво кивнула, принимая терзавшую его боль. — Позволишь помочь?
Вспыхнувшее в аметистовых глазах удивление вызвало у Сирасаги Химэгими лишь слабую улыбку. Великий и ужасный Камисато Аято впервые в жизни готов был умолять о спасении.
— Я поговорю с ней. Тебе стоит отдохнуть и положиться на свою младшую сестренку.
Аяка бережно поправила выбившуюся в сторону голубую прядь и разгладила ткань костюма на плечах брата. Хотелось навсегда запомнить, запечатлеть этот важный момент, пронести его через всю оставшуюся жизнь, как сотканный из хрустальных каплей букет, сияющий настоящим доверием, любовью и смыслом.
***
Юмико растерянно стояла посреди своей комнаты. Сумка с ее вещами так и осталась в одной из лодок, отбывших на безымянный остров, девушка совершенно про нее забыла. — Тебе даже нечего собирать перед побегом, — грустно упрекнула она сама себя. А что в этой жизни по-настоящему принадлежало ей? Пара клинков, которые подарили ей Камисато, осталась на тренировочной базе. Слишком заметное оружие, чтобы брать на тайную операцию. Их наверняка рано или поздно вернут главе Сюмацубан. Рука машинально ощупала прохладное стекло Глаза бога. Все, что действительно принадлежало ей — боль и опыт, чувства и сожаления — всегда будут рядом. Этот багаж уже не выбросишь и не оставишь. Что ж, тем проще будет покидать это место. Юная ниндзя осторожно выскользнула за дверь. Госпожу Камисато она обнаружила в галерее за собиранием красивого букета. — Я думала, ты отправилась немного поспать, — с удивлением обронила Аяка, когда помощница брата внезапно появилась перед ней. — Мне нужно сказать вам несколько слов, госпожа, — Юмико нервничала и переминалась с ноги на ногу. — Звучит так, словно ты пришла прощаться, — принцесса Камисато пристально посмотрела на собеседницу и жестом пригласила ее присесть рядом. Подвинув к девушке охапку самых разных цветов и растений, Аяка взяла один из стебельков, приложила к букету сначала с одной стороны, потом с другой и абсолютно спокойно спросила: — Справа или слева? — Не знаю, — честно ответила темноволосая девушка, в волнении перебирая растения, лежащие перед ней. — Я и сама хотела с тобой кое-что обсудить, Юми, — цветок наконец нашел свое место в композиции, и серебристо-голубые глаза блеснули удовлетворением. — А? — Ты знаешь, что нравишься моему брату? — она не Аято, она не станет ходить вокруг да около. Младшая дочь клана Камисато ценила в близких людях искренность и честность, требуя и от себя подобного. — Эм, — Юмико удивленно хлопала длинными ресницами. — Кажется, вы не совсем в курсе происходящего, госпожа Камисато. Интерес вашего брата ко мне обусловлен одним личным вопросом. — Я более, чем в курсе, — Аяка перебила девушку, пожалуй чересчур твердо. Сделав медленный вдох, Сирасаги Химэгими добавила уже более мягко и чуточку снисходительно: — Ты нравишься моему брату безо всяких лишних «но» и «если». — В основном, я вашего брата раздражаю, нервирую и возмущаю, госпожа, — хмыкнула в ответ юная ниндзя, покачав головой. — Это нельзя назвать тем словом, что вы использовали. Аяка оторвалась от созерцания икебаны и чуть склонила голову, с хитрой ухмылкой разглядывая собеседницу. — Ты видела когда-нибудь, чтобы господин Камисато кричал на других членов Сюмацубан? — Нет, — вдумчивый и взвешенный ответ. — Видела или слышала, чтобы другие ниндзя доводили его до раздражения и рукоприкладства, оставаясь после этого в живых? — Ни разу, — Юмико настороженно сглотнула. — Как думаешь, ради кого-нибудь из них он способен схватиться за клинок и броситься в бой с другом? Ученица Сюмацубан замерла и затихла. Аяка осторожно подвинулась ближе к девушке. — Знаешь, как я тебе завидую? — легкая и теплая улыбка Сирасаги Химэгими словно обволакивала и нежно обнимала. — Мне? — Ты наверное единственный человек в Инадзуме, а может и во всем Тейвате, способный вывести моего брата на эмоции! — Аяка на секунду сморщилась. — Пусть это не совсем приятные и адекватные пока проявления, но тем не менее. Рядом с тобой он в сто раз более настоящий, чем с кем-либо из своей семьи. — Но… — Эх, Юми, Юми, — принцесса Камисато покачала головой. Девушка тряхнула темной челкой и вскочила на ноги. Целый ворох сомнений и мыслей сейчас фейерверком разрывался внутри ее сознания. А что если? А почему? А возможно ли? Как глупо! Но ведь возможно же? Аяка терпеливо ждала, пока Юмико меряет быстрыми широкими шагами помещение галереи, и снова взяла в руки букет. — Больше красных или желтых, как думаешь? — помощница брата обернулась на этот совершенно невинный вопрос. — Что? — Каких цветов добавить — красных или желтых? — снова эта ласковая улыбка, которая как снег укрывает шрамы и раны в душе, оставляя после себя чистоту и свежесть. Юная ниндзя зачарованно смотрела на милое улыбающееся личико госпожи. — Вас когда-нибудь тяготила жизнь под фамилией Камисато? — внезапно для себя спросила Юмико. — Каждый день, Юми, — серебристо-голубые глаза стали грустными и серьезными. — Это мое ежедневное испытание. Темноволосая девушка во внезапном порыве бросилась к собеседнице и осторожно опустилась рядом с ней на колени, внимательно заглядывая в лицо Аяки. — Если бы у вас была возможность однажды выбрать свою жизнь, чтобы вы предпочли: известную семью и нынешнюю жизнь или полную свободу под чужой фамилией? Сирасаги Химэгими удивленно посмотрела на помощницу брата. — У меня никогда не было и не будет подобного шанса, — по легкой грусти в голосе Юмико догадалась, что такие мысли уже не раз приходили к девушке. — Почему ты спрашиваешь об этом? — Моя фамилия лишь отбросит грязную тень на вашего брата, госпожа, — голос юной ниндзя, полный пронзительной боли и сожаления, расплылся по галерее сизым туманом. Сирасаги Химэгими осторожно обняла темноволосую собеседницу. — Позволь ему самому решать это. Он у меня вообще-то довольно рассудительный и сообразительный, если ты не знала! Девушки тихо рассмеялись. Недособранный букет цветов так и остался лежать на столе, обиженно поглядывая на людей своими лепестками и бутонами.***
Расставшись с Аякой, Юмико лениво побрела к себе в комнату, рухнула в кровать и практически сразу же уснула. Ни снов, ни видений не было. Словно истосковавшееся по отдыху тело полностью отключилось от происходящего и пережитого за последние дни. Последние лучи заходящего солнца разбудили юную ниндзя, пробиваясь через неплотно задернутые занавески и бесшумно скользя по одеялу. Юмико сладко потянулась и улыбнулась. Темно-синие глаза, искрившиеся каким-то новым оттенком и настроением, пробежали по узору на обоях, задержались на двери и вернулись к собственным забинтованным рукам девушки. — Займусь сначала вами, — решила Юмико, спрыгивая с кровати и молниеносно одеваясь. — Найду Тому, у него точно есть какая-нибудь волшебная мазь. Ну не могут его руки так прекрасно сохраниться после всех уборок и домашних дел без какого-то чудо-средства! Ни в доме, ни во дворе блондина не было. Стоя в центре крытой террасы имения, девушка задумчиво теребила пряди волос в хвосте. Решившись и осторожно размотав бинты, юная ниндзя скептично осмотрела кожу на ладонях. — Почти зажили, даже странно, — руки действительно выглядели неплохо. Отеки и покраснения ушли, царапины затянулись. Юмико несколько раз сжала кулаки — даже боли не было. В воротах имения послушался шум, и девушка заинтересованно поспешила подойти. Маленький мальчик в простых холщовых штанишках и свободной рубашке переминался с ноги на ногу под суровым взглядом одного из охранников. — Что случилось? — осторожно поинтересовалась юная ниндзя, подходя ближе. — У меня письмо господину Камисато, а этот дяденька не пускает, — почти со слезами прокричал малыш, сверкнув глазами в сторону мужчины. — Никого постороннего на территории, распоряжение господина, — сурово отрезал воин, в подтверждение своих слов стукнув древком огромного копья по земле. Юмико покачала головой и осторожно опустилась на одно колено перед ребенком. — Знаешь, я работаю у господина Камисато личной помощницей и могу передать ему твое письмо, — девушка открыто улыбалась и протягивала мальчику руку. — Меня зовут Ито Юмико, а тебя? — Дайске, — малыш с легким недоверием пожал руку девушки маленькой, чуть грязной ладошкой. — И от кого же ты принес письмо, храбрый Дайске? — темно-синие глаза излучали тепло и интерес. — Великая жрица Храма Наруками лично попросила меня передать ее послание господину Камисато. Вы точно поможете, тетенька? — все сомнения и тревоги ребенка были написаны у него на лице. — Обязательно передам! — девушка решительно кивнула, удивляясь внутри, с каких это пор Гудзи Яэ использует мальчиков для передачи посланий. Впрочем, сама же она бегала с подобными конвертами еще не так давно! Юная ниндзя ласково потрепала взъерошенные лохматые волосы малыша, забирая письмо, и наградила охранника у ворот тяжелым взглядом. Юмико заглянула в кабинет Камисато, но обнаружила там лишь тишину и вечерний полумрак. Задумчиво вертя в руках небольшой конверт, девушка прошлась по коридорам имения, снова выглянула во двор, но так и не нашла того, кого искала. Встретив по пути ворчащего Коцубэ, ниндзя решила поинтересоваться у него. — Закрылся на кухне, — на лице старого слуги промелькнуло какое-то странное выражение. Вырвавшийся из груди мужчины тяжелый вздох еще сильнее усилил тревогу. Юмико замерла в нерешительности перед самой дверью кухни. Малыш убедительно просил передать послание срочно, но кто знает, в каком странном настроении пребывает сейчас глава Сюмацубан. Устал или полон сил? Доволен или разочарован? Угрюмо погружен в размышления или расположен к общению? Девушка пожала плечами — в сущности, это не важно, если от нее всего-то и требуется, что передать конверт. В ответ на ее стук дверь осторожно приоткрылась, внимательный взгляд аметистовых глаз вспыхнул искрами радости и Камисато широким жестом пригласил свою помощницу войти. На плите что-то кипело и булькало в небольшой кастрюльке. За спиной Юмико со стуком захлопнулась дверь. — Вы готовите? — ошарашенная девушка сделала пару шагов и замерла. — А это запрещено? — молодой господин с ухмылкой вернулся к плите и принялся сосредоточенно помешивать кипящую массу. — Нет, конечно, просто… — Юмико не договорила, с удивлением наблюдая за ложкой в мужских пальцах. Ей редко удавалось видеть его руки без перчаток, и краешком сознания юная помощница снова отметила, какими же они были красивыми и изящными. Эти длинные тонкие пальцы могли дарить как нежность и ласку, так и сжиматься в цепкой стальной хватке. — Верховная жрица просила передать вам это. Девушка подошла ближе и протянула конверт, взгляд ее скользнул на жидкость в кастрюльке — она была ядовито-фиолетового цвета и пахла чем-то сладким. — Это будет съедобно? — забыв обо всем, с сомнением спросила Юмико. Странный оттенок еды будто вытеснил из ее головы все прочие мысли. — Скоро узнаем, — уголки рта Аято приподнялись в игривой улыбке. Отложив ложку в сторону, мужчина быстро вскрыл конверт, пробежался глазами по записке внутри и со вздохом удовлетворения бросил бумагу в огонь печи. Послание вспыхнуло и сгорело за считанные секунды. — Присаживайся и подожди минут десять. Сжигаемая любопытством, Юмико расположилась за кухонным столом. На какое-то время широкая мужская спина заслонила от нее то, что происходило дальше со странным варевом. На Аято было надето простое нежно-голубое кимоно и забавный маленький фартук. Пожалуй, она никогда не видела господина таким… обычным. Домашним, простым, чем-то увлеченным. Неужели Аяка была права на счет того, что только рядом с ней он мог позволить себе быть любым? — Иногда, пребывая в особом настроении, я экспериментирую на кухне, — не оборачиваясь, комментировал глава комиссии Ясиро. — Мне нравится подбирать и сочетать что-то совершенно непохожее и неподходящее. Конечно, редко получается что-то действительно вкусное — но весь смысл не в конечном результате, а в самом процессе. Аято обернулся через плечо и бросил на свою помощницу загадочный взгляд. Юмико поставила локти на стол и заинтересованно наблюдала, немного склонив голову. «Как тот маленький воробушек на дороге к храму», — промелькнула на мгновение мысль в голове Камисато. — Обычно результатом своих экспериментов я делюсь только с Томой, но он еще задерживается на Рито, — глава семьи на секунду глубоко задумался, и по его лицу пробежала тень беспокойства. — Хочешь сегодня побыть вместо него? — Легко, — девушка пожала плечами и наградила собеседника милой улыбкой. — Меня уже съедает любопытство! Через несколько минут на стол перед Юмико опустилось большое блюдо, заполненное аккуратными фиолетовыми шариками. Странная еда еще немного дымилась, одаривая юную ниндзя тонким сладковатым ароматом. Аято протянул девушке палочки и поставил рядом небольшую миску с жидким соусом светло-зеленого цвета. Под нетерпеливо восторженным взглядом голубовато-фиалковых глаз юная помощница подхватила один из шариков, окунула его в загадочный соус и целиком отправила в рот. Прикрыв глаза, Юмико принялась сосредоточенно жевать. — Ну как? — голос мужчины просто сочился нетерпением. Девушка молчала и продолжала есть. Аято переминался с ноги на ногу, нервно теребя пальцами край кимоно. — Юмико! — почти с мольбой прошептал комиссар Ясиро, и девушка наконец открыла глаза. В глубокой синеве пробежала волна удовольствия. — Вкусно! — юная ниндзя облизнулась и потянулась за новой порцией. — Серьезно? — на мгновение брови Камисато сдвинулись. — Ты говоришь это для того, чтобы меня не обидеть, или тебе на самом деле нравится? Юная помощница рассмеялась. Легко и звонко. Непринужденно и чисто. — А что плохого в том, чтобы хотя бы иногда быть полностью искренним? — Юмико наклонила голову и сверкнула озорным взглядом. — Попробуйте как-нибудь, господин Камисато, вдруг вам понравится? Пристальный взгляд темно-синих глаз был наполнен вызовом и смелостью. Она всегда умудрялась его удивлять, делая это настолько естественно и легко, что оставалось только безоговорочно в это верить и погружаться с головой. Аято обошел стол, на ходу снимая свой смешной фартук, и осторожно приблизился к девушке. — Тогда разреши сделать кое-что прямо сейчас. Совершенно искренне. Юмико чуть подалась навстречу мужчине и легко кивнула. Длинные изящные пальцы осторожно взяли девушку за подбородок. Решительность в аметистовых глазах растворилась в глубокой синеве. Губы Аято осторожно коснулись девичьей щеки. Его горячее дыхание почти обожгло нежную кожу, но юная помощница лишь замерла и прикрыла глаза. Следующий поцелуй, почти такой же невесомый и осторожный как первый, коснулся уголка ее рта. Не встретив сопротивления, через секунду их губы наконец сомкнулись в мягком, теплом и нежном прикосновении. В дверь осторожно постучали. Не обращая на это никакого внимания, Аято обхватил девушку за талию, приподнимая навстречу себе. Осторожность и сдержанность уступали место страсти и упоению. Теперь мужчина целовал ее более требовательно, пламенно и торопливо, прижимая к себе хрупкое изящное тело. Разум Камисато словно накрывало безумной волной. Раздался еще один несмелый стук в дверь, но двое молодых людей снова не обратили на него внимания. Ноги Юмико почти подкашивались от нахлынувших ощущений, так что руки девушки практически вцепились в мужские плечи. Внутри нее разгорался самый настоящий огненный шторм. Не отрываясь от губ помощницы, Аято подхватил ее бедра и усадил на стол перед собой. Сгорая от желания и нетерпения, мужчина резкими рвущими движениями расстегнул короткую красную курточку, срывая ее с плеч. Добавляя масла в огонь его страсти, Юмико стянула с себя правую лямку топа, обнажая ту часть тела, от которой Камисато сходил с ума с самой их первой встречи. — Я безумно хочу быть с тобой, — прохрипел комиссар Ясиро, на мгновение прерывая поцелуй и заглядывая в глубокий синий омут ее глаз. В словах никто особо не нуждался, но ему понравилось произносить это: для него это была непозволительная ранее роскошь — открыто сказать о своем желании и смотреть на вспыхивающие в ответ искры согласия. Осыпая горячими быстрыми поцелуями ямочку над ключицей Юмико, мужчина почти застонал от удовольствия. И в тот день на свадьбе, и сейчас крохотная пульсирующая жилка на тонкой девичьей шее околдовывала его и туманила разум. Пальцы юной ниндзя пробежали по плечам Аято, поднялись по шее и зарылись в мягкий шелк голубых волос. Любимых волос, чудесно пахнущих эвкалиптом. Девушка прильнула к нему, обхватывая ногами тело мужчины и дрожа от наслаждения. Все мысли и сомнения покинули голову Юмико, и сознание заполнялось неистовым пламенем этой близости. Хотелось раствориться в этом высоком красавце, стать его воздухом, его смыслом. — Господин Камисато, — с губ девушки сорвался еле слышный шепот. — По имени, пожалуйста, — почти умоляющий взгляд аметистовых глаз застыл перед ее лицом. Юмико сжала пальцы у самых корней его волос, слегка оттягивая голубые пряди и вырывая из мужской груди низкий стон. — Аято. Произнесенное на одном выдохе имя отозвалось в сознании мужчины яркой слепящей вспышкой. Словно весь мир вокруг схлопнулся и сжался до этого короткого звука, полного нежности и тепла. — Еще, Юми. Прошу. Я хочу слушать это всю ночь. Больше не желаю тратить время на глупые игры, — руки молодого господина скользнули под ткань топа и легли на грудь девушки. — Господин Камисато, — настойчивый голос за дверью и уже сильный стук в дверь заставили Аято почти зарычать от злости. — Это срочно! — Клянусь, если там что-то не сверхважное, завтра же этот человек тут не работает, — глава комиссии Ясиро с невероятным трудом оторвался от дрожащего под его прикосновениями тела, бросая полный ярости взгляд на дверь. — Иди, узнай, что случилось, — Юмико хмыкнула и осторожно коснулась губами кончика носа мужчины. — Я никуда не сбегу. Словно не веря в последние слова, Аято попятился спиной к двери, не отрывая взгляда от помощницы. Расправив кимоно, молодой господин вовремя сообразил, в каком виде может предстать сейчас девушка, поэтому приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы протиснуться и выскользнуть в коридор. Юмико слегка повела обнаженным плечом, и лямка топа скользнула на свое прежнее место. Немного подумав, девушка игриво прищурила глаза и вновь сбросила ее, прислушиваясь к негромким голосам за дверью. Слов было не разобрать. Несколько минут ожидания давали возможность выдохнуть и хорошенько обдумать случившееся. «Не похоже на притворство, — заключила в конце концов девушка. — Кажется, он и вправду испытывает ко мне все эти чувства. Ну, или вы самый великий актер во вселенной, господин Камисато!» Там, где еще мгновения назад были его пальцы и губы, кожа горела огнем. Странные потоки воздуха будто проходили через ее живот, вызывая волны расходившегося по телу тепла. Мелкая дрожь, рассыпаясь по бледной коже, собиралась где-то внизу живота в тугой пламенный узел. Разве можно сопротивляться подобным ощущениям? Юная ниндзя наконец выдохнула и приняла все то, что творилось внутри нее. Дверь тихонько зашуршала, отъезжая в сторону, и Юмико сначала широко улыбнулась, но тут же спохватилась, глядя на задумчивое мужское лицо. Отчаяние, гнев и всепоглощающее чувство вины буквально застыли на лице молодого господина. — Что случилось? — только и смогла выдавить из себя девушка, поправляя одежду и спрыгивая со стола. — Тома, — глава клана Камисато поморщился и растерянно потер лоб. — Они похитили Тому. Юная ниндзя испуганно прикрыла ладонью рот. — Извини, Юмико, я должен немедленно тебя покинуть, — Аято аккуратно положил руки на плечи помощницы. — Похитители требуют встречи со мной. — Но это ловушка! — горячо выпалила девушка. — Я знаю, — молодой господин будто внезапно вынырнул из пелены наваждения. На красивое мужское лицо забралась жестокая кривая ухмылка. — У меня есть чем их удивить. — Я иду с тобой! — Юмико решительно тряхнула длинной темной челкой. — Нет, — глядя как вспыхивают в ответ искрами возмущения темно-синие глаза, Камисато поспешил объяснить: — Это похищение и встреча — лишь предлог, чтобы выманить меня. Либо они снова попытаются убить меня там, либо попробуют напасть на мой дом. Я не могу так рисковать. Юми, я прошу тебя позаботиться о самом дорогом в моей жизни — моей семье. Останься рядом с Аякой, организуй усиленную охрану и патрулирование поместья. Я могу доверить это тебе? Мужчина притянул к себе девушку, крепко обнимая и тяжело вздыхая. Пять минут назад эта ночь казалась лучшей в его жизни, а теперь превращалась в настоящий кошмар. — Я обо всем позабочусь, — тихо согласилась Юмико через несколько минут. — Пожалуйста, возвращайся поскорее. Уже стоя на пороге кухни, Аято обернулся и тепло улыбнулся ей. — Я обязательно выживу, и мы продолжим с того места, на котором остановились.
