Аватар: Предназначение

Тихая, спокойная ночь, нарушаемая лишь шелестом морских волн, царила над водами Пандоры. Бледный свет огромной луны мягко оглаживал рельеф воды и очертания притаившегося в ночи чужого судна. Морской дракон S-76 завис на поверхности воды без характерных для огромной машины звуков, без света. Словно совсем безжизненное тело. Весь экипаж его давно спал, набираясь сил перед очередным набегом на деревню рифовых кланов. И никто не мог заметить что-то странное, оповестить всех о медленно надвигающемся загадочном тумане. Густой и непроглядный, он вскоре поглотил весь корабль, обволок его плотной дымкой, заглушая подозрительное журчание от пробегающей водной ряби. Лёгкий стук ног, приземлившихся на металлическую поверхность, и вкрадчивые шаги босых пят также остались незамеченными. Ровно до тех пор, пока вдруг не раздался мерзкий скрежет металла, разбудивший нескольких членов экипажа. Никто их них не мог понять, что происходит, и тем, кто проснулся, оставалось лишь в растерянности мотать головами в кромешной тьме кают. Затем корабль неожиданно сотряс удар такой силы, что можно было подумать, будто бы по кораблю прыгает гигантский слон. — Что это ещё за нахрен?! — прорычал Лайл, в спешке натягивая штаны. Никто ему не ответил. В узком коридоре, где из-за повреждений автоматически зажёгся аварийный красный свет, он ненароком налетел на Жницу, та рывком оттолкнула его от себя и резким движением прижала локтем к стене. — Лайл?! Чёрт тебя дери, смотри, куда летишь! — Спокойно, Жница, — сквозь лёгкую одышку отчеканил тот, почувствовав, как захват коллеги ослабевает, а затем её руки и вовсе опустились возле туловища. — Что происходит? — Если бы я сама знала. Кажется, кто-то атакует кора… Новые удары так тряхнули судно, что оба рекома чудом удержали равновесие и не сложились валетиком на полу. Мимо пробежала тройка людишек с автоматами. Лайл и Жница бросились следом. Но когда все выскочили на улицу, им пришлось столкнуться с густым туманом, из-за которого невозможно было разглядеть ничего дальше вытянутой руки. — Туман? Откуда он здесь? — на удивление будничным тоном поинтересовался один из выбежавших на палубу учёных. Жница наделила его пренебрежительным взглядом, не сулящим ничего хорошего, если этот придурок вздумает ляпнуть ещё что-нибудь бесполезное и раздражающее. — Нужно найти Майора. — Она повернулась уже к Лайлу. Они не успели даже сдвинуться с места. По воздуху разнёсся такой ужасный скрежет металла, что многие вынужденно прижали ладони к ушам и скривились от отвратительного звука. В следующее мгновение перед ними приземлилось нечто, очень удачно никого не задев. «А жаль — подумалось Жнице, — того идиота учёного не помешало бы придавить». Перед ними на палубе лежал больших размеров канальный вентилятор, с какой-то стати покрытый коркой льда. Некоторые особо трусливые члены экипажа забегали в тумане, мельтеша перед глазами и размахивая в панике руками. Кто-то пытался спрятаться, куда только представлялась возможность на этом чёртовом корабле. И никто не мог даже предположить, откуда посреди океана вдруг взялся лёд. И каким таким образом он сумел отломить эту бандуру. На этом загадочные обстоятельства не закончились. Когда по судну пронёсся очередной ужасающий, невыносимый звук, кто-то из людей внезапно громко закричал: — Смотрите! Там! — Человек указал рукой на основание левого крыла, где в тумане мелькнула чья-то тень. Она была гораздо меньше в сравнении с размером невообразимого для человеческого ума монстра. — Ну, стреляйте, тупицы! Чего ждёте?! — командным тоном рявкнул внезапно оказавшийся поблизости Куоритч. Майора не было видно, но его хриплый тенор слышал каждый. В воздух тут же посыпалась щедрая автоматная очередь. Пули свистели и дребезжали, осыпаясь на металлический пол. Прекратилась стрельба только тогда, когда температура тумана вдруг резко поднялась и превратила его в горячий пар, ошпаривающий руки и лица, затрудняющий дыхание. Ночь разорвал крик одного из людей. И, судя по быстрому перемещению звука, его каким-то образом пронесло по воздуху над судном и вышвырнуло за борт, о чём свидетельствовал характерный плеск воды. Словно зацепило чем-то. Всё происходило так быстро и непредсказуемо, что дезориентированные солдаты попросту не успевали среагировать на тот или иной звук. Многие из них до сих пор не оправились от горячего пара. Через несколько минут тишины, пока каждый из членов экипажа прислушивался к малейшему шороху или изменению, за исключением криков о помощи человека за бортом, которого все в силу ситуации напрочь игнорировали, пар потерял свою прежнюю опасную температуру и совсем растворился в воздухе. От тумана не осталось и следа. Зато прекрасно было видно два отсутствующих вентиля, необходимых для движения корабля, оба сильно повреждённых крыла и каким-то образом содранные металлические пластины с крыши палубы. Все изумленно переглядывались между собой. Даже Куоритч потерял дар речи от увиденного, но от чего-то был уверен — незваного гостя с ними больше нет. Он ушёл, оставив свой скотский автограф. — Что это было? Кто способен сотворить такое?! — сыпала вопросами обескураженная Жница. — Понятия не имею, — не отрывая взгляда от валяющегося перед ним вентиля, покрытого чёрт знает откуда взявшейся коркой льда, ответил Лайл. — Но что-то мне подсказывает, что это связано с нашими «визитами в гости»… Да вытащите вы уже этого болвана и пусть закроет рот! Вскоре экипаж пришёл в себя. Одни оценивали нанесённые кораблю повреждения и рассчитывали, сколько же времени придётся потратить на восстановление. Другие давно вытащили из воды орущего от испуга человека, который по иронии судьбы оказался капитаном корабля Миком Скорсби, и пытались хоть немного отогреть беднягу. Каким-то образом вода, в которой плавал капитан, стала ледяной, и теперь его всего трясло от холода и мокрой одежды. К утру, когда члены команды уже оттащили обломки на колодезную палубу, привели себя и свои мысли в порядок, а управляющий состав выпил хотя бы по одной кружке горячего кофе, состоялся срочный общий сбор. Пока все обсуждали сроки ремонта и выдвигали теории о том, что могло случиться, Мик Скорсби то и дело вмешивался, чтобы заявить о том, что он видел кого-то из на’ви. Якобы именно этот на’ви и смыл его за борт. — Дьявол только знает: самка или самец. Не успел увидеть. — Мы по-твоему идиоты, Скорсби? — Лайл скривился и с презрением уставился на него. Капитан вдруг вытаращил на рекома глаза и вначале даже в возмущении открыл рот, явно намереваясь что-то ответить, но в последний момент передумал и с оскорблённым выражением лица обернулся к майору. Уж он-то на на’ви давно зуб точит. — Ну, допустим, в то, что это какая-нибудь пандорская обезьяна, я ещё могу поверить. — Куоритч смерил Скорсби сверлящим взглядом, и от дерзкой смелости у того не осталось и следа, а в лихорадочно поблескивающих глазах затухла последняя надежда. — Но чтобы аборигены умели поднимать волны… Я, конечно, не учёный, вот только кто-нибудь ещё, кроме капитана, здесь видел, чтобы на’ви вытворяли что-то подобное? Майор обвёл взглядом лица присутствующих. Все молчали, одни отрицательно мотали головой, другие в растерянности таращились на командира, пытаясь понять: не риторический ли этот вопрос? — Да я клянусь вам собственным кораблём! Чёрт дери, она притянула меня каким-то водяным щупальцем! — «Она»? Ты пять минут назад сказал, что не успел рассмотреть пол, — усмехнулась Жница, сложив руки на груди, и со смачным звуком лопнула надувшийся пузырь от жвачки. Фрэнсис Ардмор — генерал и командующая ОЭОГ молча наблюдала за каждым из членов собрания и внимательно выслушивала каждое мнение. Во время нападения ей серьёзно не повезло: женщина сбежала на нижнюю палубу, чтобы активировать механический скелет, позволяющий быть не только одного роста с на’ви, но и превосходить их в мощи, однако корабль настолько сильно тряхнуло, что один из таких скелетов упал прямо на генерала и придавил ей ногу, разломив малоберцовую кость. Нашли её только когда всё улеглось, тогда же оказали первую медицинскую помощь. Теперь генерал Ардмор сидела в инвалидном кресле, порядком раздражавшем её, и бросала на всех хмурые взгляды. — Вокруг был сильный туман, — наконец прекратила она общий спор серьёзным тоном командного голоса. Все тут же стихли и в молчании уставились на женщину. Некоторые смущались теперь смотреть на неё сверху вниз из-за разного военного статуса. Френсис же вздёрнула подбородок и тяжёлым взглядом тёмно-голубых глаз дала понять, что сидячее положение нисколько не делает её фигуру слабой в этой непростой операции по укрощению новой Планеты. Она была решительна и сильна характером. — Этот болван легко мог что-то напутать, увидеть сгусток дыма и наделать в штаны. — И то верно, — задумчиво протянул Куоритч, растирая пальцами подбородок, но в жёлтых глазах его мелькнуло что-то противоречащее солидарности с генералом. Как будто некая догадка посетила разум Майора или же давнее воспоминание. — Что бы то ни было или кто… мой зад подсказывает, что без участия Салли здесь не обошлось. Кто-то хочет помешать нашим, так сказать, визитам к рыбо-тварям. Если продолжим набеги, незваный гость заглянет к нам снова, вот только на этот раз мы будем готовы.

***

Как только сезон дождей и гроз прекратился, а в небе ненадолго показалось солнце, Нетейам оторвал Ло’ака и Лу от дел, чтобы наконец обучить их искусству стрельбы из лука. Лу долго целилась в прибитую к коре дерева старую тряпку, мысленно представив вместо неё седую голову майора Куоритча, а затем выстрелила. Ло’ак внезапно рассмеялся, стоило стреле пролететь мимо дерева и скрыться в листве растущих кустов. — Ну и ну! Уже девятая попытка, а ты даже в дерево попасть не можешь! — с нескрываемым удовольствием заметил он, размахивая крепко сжатым в руке луком матери, который Нетейам с большим трудом выпросил у Нейтири якобы для себя, пока он будет обучать младшего брата (про подружку-чужеземку не было сказано ни слова во имя общего блага). — Ты же знаешь, что при желании я могу набрать воды и попасть туда сосулькой, — спокойно отозвалась Лу, перенеся вес тела на правое бедро. — А вот не будет воды! — Он широко улыбнулся и покачал головой. — Как ты будешь выживать, если даже стрелу в руках держать не умеешь? Лу попыталась смерить друга тяжёлым взглядом, но тот продолжал весело хихикать. Тогда она настолько быстро вскинула руку, что он не успел среагировать и вовремя отскочить, а затем крепко ухватилась за торчащее синее ухо, резко потянула вниз, заставив Ло’ака согнуться пополам и взвыть от боли и унижения. — Зато вот так умею! Ха! — с неожиданной весёлостью отозвалась она, пока Ло’ак болезненно стонал и дёргался, пытаясь высвободить бедное ухо. — И к твоему сведению: если воды нигде не будет, то я в любом случае не жилец. От обезвоживания никакая стрельба тебя не спасёт, умник. — Ай-ай-ай! К ним не спеша приблизился Нетейам, вовсе не намереваясь вмешиваться в эту до одури смешную со стороны перепалку, а лишь тихо посмеиваясь над фиолетовым от возмущения и стыда лицом братца. Лу с Нетейамом обменялись короткими взглядами, и она тут же разжала пальцы. Ло’ак не сумел достаточно хорошо удержать равновесие и плюхнулся задом на песок, выронив из руки материнский лук. — Да за что?! — вскипел вдруг он и тут же подскочил на месте, обиженный и сердитый. Мало того, что девчонке удалось заставить его верещать, так ещё и старший брат с хитрыми смешинками в глазах глядел на него и, как думалось Ло’аку, злорадствовал. — Чтобы не зазнавался. — Лу сложила руки на груди и претенциозно уставилась на друга, явно воодушевлённая реакцией Нетейама. На аккуратном лице девушки всё ещё проступала улыбка. — Сам с горем пополам выучился метить в цель и попадать через раз, теперь издеваешься? Вот смою тебя в море — будешь знать! Она сказала это беззлобно, даже в шутку, как иногда говорят родители своим детям, не всерьёз угрожая отдать их бабайке, если они не перестанут капризничать. Но темперамент Ло’ака это нисколько не смягчило. Он стоял на месте и гневно выпускал носом воздух, метая враждебные взгляды то на подругу, то на старшего брата, а затем вдруг развернулся и зашагал прочь, бросив напоследок: — Да пошли вы… Лу вздрогнула, испугавшись, что перестаралась с нравоучениями и умудрилась задеть чувства лучшего друга, хотела было броситься за ним, но её мягко остановили. Рука Нетейама, несильно сжимающая плечо, заставила отвлечься и взглянуть в яркие, выразительные глаза, исполненные серьёзности. — Не надо, — тихо велел он, не отпуская подругу. — Он уже давно не маленький. Позлится немного и успокоится. Вот увидишь. Хватит потакать его капризам. Лу ничего не ответила. Нетейам выпустил её узкое плечо, обошёл полукругом и опустился на корточки перед брошенным луком. Она слегка склонила голову, наблюдая, как юноша бережно перехватывает древко и аккуратно стряхивает с него песчинки, как складывает губы трубочкой и с любовью обдувает лук. Такое зрелище невольно побудило её провести воображаемую параллель между двумя братьями. Ло’ак так мечтал о собственном луке, он так хотел поскорее стать таким же, как Нетейам, как Джейк, чтобы потом выпендриваться и крутить хвостом перед другими старшими племени. Вот только Нетейам ни за что не позволит себе импульсивную глупость: швырнуть оружие, особенно когда это племенной лук отца Нейтири — очень важный для воительницы предмет. Заметив на себе пристальное внимание, Нетейам поднял голову и улыбнулся, демонстрируя здоровые белые зубы с проступающими клыками. — Кажется, мы отошли от дела. — Он выпрямил колени и подошёл ближе к Лу. — Бери лук. — Что? — Она с опаской отшатнулась, когда Нетейам протянул ей большой и украшенный витиеватыми узорами лук, из которого ещё совсем недавно стрелял Ло’ак. С Нейтири у них сложились далеко не самые тёплые отношения, и оттого даже страшно было представить, что с ней сделает эта женщина, если увидит собственную святыню в руках у ненавистной чужеземки. — Что ты делаешь? Мне нельзя это брать в руки, — невнятно затараторила она, не скрывая поднимавшихся из глубин души опасений. — Он только для вашей семьи. Нейтири меня… Нетейам не дал ей договорить. Прервать речи подруги было легко, достаточно было только с улыбкой приложить сухую ладонь к ложбинке над её грудью. — Я тебя вижу, Лу. — Его проницательный взгляд, казалось, закрадывался в самую душу, оставляя за собой приятный тёплый след. Сердце стало биться сильнее, и Нетейам наверняка ощущал это своей чётырехпалой рукой. — Ты часть нашей семьи. Часть меня, Ло’ака, Кири, Тук и нашего отца. Она чувствовала себя не только уязвимой, но и бессильной. Это был не Ло’ак, на дерзость которого можно ответить той же дерзостью, а то и чем-нибудь похуже. С Нетейамом не выйдет бодаться. Он не станет цепляться языками и мериться тем, кто похуже ругательство подберёт. Он либо уйдёт и минует подобное отношение, либо обескуражит теплотой и светом своей натуры и заставит забыть все те гадости, что крутились на языке. Даже твари Пандоры чувствовали в нём что-то особенное, чистое, и легко подчинялись рукам воина. Впрочем, справедливо было бы отметить и заслугу самого Нетейама. Каким-то образом зная, когда можно подойти, где погладить или почесать, чем кормить, он обезвреживал не только икранов, плотоядные растения, но и других на’ви. За исключением родного брата. Всё тело Лу неожиданно напряглось, вытянулось словно струна, когда Нетейам встал позади так близко, что кожей на загривке можно было ощутить его спокойное дыхание. Лу втянула воздух полной грудью и почувствовала, как он вложил в её руку племенной лук. Будто управляя куклой, Нетейам помог Лу натянуть стрелу на тетиву и навести прицел на мишень. Несколько мгновений они стояли неподвижно. — Если дует ветер, тебе необходимо учитывать каждое движение воздуха. — С этими словами он свёл прицел чуть в сторону, в направлении, откуда дул этот самый ветер, и выстрелил. Они оба выстрелили. Стрела вонзилась в край тряпочки. — Как ты поняла, мы метили в кору дерева. Но потоки воздуха слегка сменили направление стрелы, как бы толкнули её в сторону. — Значит, если бы я метила чётко в цель, то стрела ударила бы левее? — Лу почувствовала себя свободнее, когда Нетейам обошел её и приблизился к дереву, а затем вынул свою стрелу. Он берёг каждую. — Именно. Она опустила глаза на лук в своих в руках и призадумалась. Это совсем не было похоже на то, как она пользовалась своей магией. Пока есть молекулы воды, Лу могла контролировать их в любом агрегатном состоянии. И во время полётов, и во вовремя ударов, даже если кто-то выпьет эту воду. Ведь раз уж капли чужого пота отзывались практически неощутимыми импульсами где-то под кожей, то и в чужом желудке отзовётся. А со стрелой всё куда проблематичнее. Ей можно управлять только до начала полёта, а дальше всё зависит только от того, как грамотно была выпущена стрела. — Всё же стихия куда лучше этих ваших луков и клинков, — усмехнулась Лу и присела на горячий песок, подобрав под себя ноги. — В чём-то ты права, — с улыбкой согласился Нетейам и, собрав все принадлежности, сел рядом. — Я видел твои тренировки, ты стала гораздо сильнее. Он до сих пор помнил, как Лу каталась по воде, словно какая-то моторная лодка, скорости которой позавидовал бы даже цурак. Она подгоняла охотничьи лодки, пуская волны в штиль, и превращала воду в снег, под которым весело бегала ребятня. А ещё лёд, за которым нередко к ней приходили соплеменники и благодаря которому удавалось дольше сохранять морепродукты свежими. Как правило, под солнцепёком они очень быстро приобретали неприятный запах и становились рыхлыми, склизкими. Лу приносила пользу как могла, и что-то подсказывало Нетейаму, что могла она гораздо больше. Они молча сидели на песке, перебирая ракушки или торчавшие засохшие водоросли. Лу мягко касалась их пальцами и где-то внутри себя поражалась способности этих растений выживать. Сейчас они казались иссохшими и абсолютно мёртвыми, но стоит водам моря вновь наполниться и залить эти берега, как водоросли напитаются и оживут. Вот если бы и людям можно было так. С голодом, с жаждой, с горем… Она подняла взгляд на Нетейама, пробегавшего подушечками пальцев по оперению стрел и оценивавшего их целостность. Когда-то и Джет сидел вот так с ней перед костром и проверял острие своего охотничьего ножа, достаточно ли оно было заточено, чтобы рубить тонкие ветви, нарезать кору, разделывать дичь, а в случае чего и поразить врага в лице солдата-преследователя. Лу склонила голову и взглянула на друга под другим углом. А ведь она никогда раньше не задумывалась, насколько Нетейам похож на её старшего брата. Они оба заботливы, терпеливы, мудры не по годам и несут определённое бремя ответственности на своих плечах. Оба альтруисты. Лу вспомнилось, как она капризничала, когда Джет запрещал ей выбегать к реке или морю и пользоваться своими способностями. Ей хотелось многому научиться, стать сильной, проявить себя. Как сейчас хочется это сделать Ло’аку. И, как Ло’ак, она злилась, огрызалась, упрямствовала и всё равно продолжала убегать. Пока это не привело к трагедии. Кто-то заметил, в ту ночь, кто-то увидел, как маленькая девочка балуется у реки и играется с водой. Их быстро выследили. Вдруг Лу отвлекло какое-то движение сбоку. Это Нетейам зашевелился и поднялся с песка. Заметив, что он смотрит куда-то в сторону пальм, она обернулась и увидела медленно подступающую к ним Цахик. Выражение её лица не предвещало ничего хорошего. Испугавшись, что что-то случилось с Ло’аком, Лу тоже подскочила с места. Ронал остановилась в двух шагах от них, шелестя своей пышной юбкой из высушенных водорослей, и тогда друзья исполнили привычный жест приветствия и уважения. Невольно бросив взор на сильно выпирающий живот, Лу смутилась и вновь взглянула в зелёные глаза женщины. — Ты и ты. — Цахик наделила поистине суровым взглядом каждого из них и плавно развернулась в сторону поселения. — Идите за мной.

***

Они двигались за Цахик не торопясь, легко перескакивая выступающие из песка коренья и камни, прошли по плетёным дорожкам деревни. Догадаться было нетрудно — они направлялись к главному маруи племени, к маруи Оло’эйктана. Вот только бы ещё понять зачем. На скромные и редкие вопросы чужеземки духовная предводительница племени многозначительно молчала, и им с Нетейамом оставалось только обеспокоенно переглядываться да опасаться, как бы Ло’ак на эмоциях не вытворил чего-нибудь дурного. Вождь ждал их не один. Его двое детей и вся остальная семья Салли, за исключением маленькой Тук, уже давно расположились полукругом и ждали только их троих. Лу нервно махнула хвостом. Направленные в её сторону напряжённые взгляды ей совсем не нравились. В какой-то момент Нетейам задержал на подруге внимание. По выражению её лица, как у приговорённого к казни, он догадался, что на самом деле Лу может знать причину такого сбора. Знает, но молчит. Ронал подтолкнула её под лопатку, вынудив пройти вперёд и сесть на корточки рядом с Ло’аком. По другую от неё сторону присел Нетейам. Под тяжёлым, уничтожающим взглядом Оло’эктана Лу воспользовалась немой паузой, чтобы посмотреть на некоторых из присутствующих и прочувствовать их настрой. Ло’ак глядел на подругу с волнением, будто не желая верить в то, что ему навязали. Цирея сочувственно поджимала ушки. А вот Нейтири не стеснялась прожигать глазами так нелюбимую ею Лу. Последним был Джейк Салли. Он крупной фигурой нависал за спиной жены и с каким-то сокрушением смотрел на неё. Смотрел так, как будто глубоко разочаровался. Сердце барабанило по грудной клетке. Чувствуя всеобщее негодование, она нервничала ещё больше и прижимала уши к голове, мотала хвостом из стороны в сторону, но всё же нашла в себе силы прямо взглянуть на Тоновари. Он и Ронал — единственные, кому было позволено стоять. Пока Цахик беспокойно расхаживала позади мужа, тот поджимал губы и переводил взгляд от Лу к Джейку, как бы выражая немой упрёк. — Ты должен был следить за девочкой, Джейк Салли, — вкрадчиво проговорил вождь, недружелюбно сузив взгляд, а затем указал рукой на Лу. — Она ничего не знает о наших землях, не выучила все законы. Она слегка пригнула голову, чувствуя, как дрожит нутро. От мысли, что отвечать приходится не только ей, но в большей степени заступнику, Джейку, ей хотелось обратиться в пепел и развеяться на ветру от всего этого позора. Лу буквально чувствовала то отчаяние и ту грусть в янтарных глазах главы семейства фибрами своей беспокойной души. — Ты это допустил, Джейк Салли. Твоя вина, — прошипела Ронал, выглянув из-за широкой спины Оло’эйктана, и снова заходила по плетеному полу. — Да что случилось? — вдруг не выдержал Нетейам, и все обернулись на него. Он с неловкостью бегал глазами, испытывая чувство вины за то, как бесцеремонно вмешался, но всё равно ждал ответа. Сил терпеть просто не было. Тоновари наделил его долгим взором, а затем оглядел всех присутствующих, повёл тяжёлым копьем в руке. — На соседние деревни нападают небесные люди, — спокойно, но сурово проговорил вождь. — Они искали вас. Но это было раньше. Теперь они считают, что кто-то из на’ви напал в ответ, и хотят возмездия. Деревни сжигают, потому что ищут на’ви, умеющего двигать воду. Так они говорят. — Тоновари, я думаю это какое-то нед… — Джейк выставил перед собой руки, глядя на вождя. Он старался защитить землячку хоть как-то, но она же сама прервала его от чрезмерного чувства справедливости или же глупости. — Всё верно, — тихо призналась Лу, заметно поникнув. Уж теперь-то, когда глава семейства Салли и её дорогой друг под угрозой, она больше не гордилась своим поступком, которым так упивалась в ту злополучную ночь. — Это я пробралась ночью на их корабль. Нагнала тумана и сломала им механизмы, повредила крыло. — Ронал скривилась, Нейтири впервые была солидарна с Цахик. — Я надеялась, что это остановит их, отпугнёт. — Ох, Лу… — раздался голос Джейка откуда-то со стороны. Она сидела, поникнув головой, и не могла видеть выражения лиц всех присутствующих, но зато явственно ощущала сверлящий между лопаток взгляд Нейтири. Могла поспорить, что женщина была готова вот-вот сорваться с места и наброситься на неё, разорвать на мелкие кусочки. И на этот раз у Нейтири был веский повод. Осталось только дать команду. — Изгнать нужно чужеземку! — вскричала Нейтири. Судя по возне за спиной, Джейк пытался её утихомирить. — Мы не можем её изгнать, — с важностью пояснил Тоновари, наделив её таким взглядом, что Нейтири была вынуждена на пару секунд опустить глаза. Он указал рукой на главу семейства. — Твой мужчина взял на себя ответственность за девочку. Только Джейку нести наказание. А с чужеземкой он уже сам поступит, как считает правильным. — Но это нечестно. — Лу, наконец, нашла в себе смелость поднять глаза и устремить их на вождя. — Напала на корабль я, и наказывать должны меня. — Нет! — шикнула на девчонку Цахик, выскочив из-за спины Оло’эйктана. — Глупая! Ты не прошла обряд становления клана! Тоновари одним лёгким жестом дал Ронал понять, что говорить должен он. Женщина важно задрала подбородок и вновь принялась расхаживать по маруи. Вождь медленно подошёл к Лу и присел на корточки, не отрывая сурового взгляда от её сапфировых глаз. — Ты втянула нас в войну. Теперь небесные люди винят во всём жителей других деревень. — Под его нравоучительным тоном и тяжёлым взором Лу заметно стушевалась. — Мы не накажем тебя, как полноправного члена клана. Джейк занимается твоим воспитанием. Но ты должна понимать, к каким последствиям привела твоя глупость. Она рвано вздохнула и поджала губы. Брови сдвинулись к переносице. Лу чувствовала неимоверную злость за то, что теперь Джейк пострадает из-за неё. Порой неполное знание культуры на’ви играло с ней очень злую шутку. — И из-за тебя другие кланы Рифов обречены. — Я услышала о нападениях и хотела хоть как-то попытаться остановить небесных людей. Ронал и Нейтири одновременно зашипели на чужеземку. Она почувствовала, как Нетейам положил ей руку на плечо, а Ло’ак мелко вздрогнул и даже задел ногу подруги кисточкой своего хвоста. Ни в коем случае нельзя разговаривать с предводителем клана в таком тоне, покушаться на его авторитет. За такое действительно можно было неплохо отхватить. — Молчи, Лу, — раздался позади напряжённый голос Джейка. Он начинал нервничать сильнее и даже злиться. — Нет, серьезно. — Она обернулась к главе семейства. — Что мне оставалось делать? Тоновари внимательно смотрел на профиль Мэри Лу. На крупном лице его заходили желваки от напряжения. Он шумно вздохнул и неожиданно для всех прикрикнул: — Ничего! — От лёгкого испуга Лу резко обернулась и втянула голову в плечи. — Заниматься своими обязанностями и не совать свой хвост куда не следует! Учиться собирательству! Она только сильнее скукожилась под напором грозного вождя, сжалась в комочек, поджимая губы и сердито глядя вниз из-за едкого чувства вины. Лицо её подрагивало от сдерживаемых чувств, казалось, что она вот-вот расплачется или взорвётся. — Нет… — Тоновари прищурил взгляд, когда Мэри Лу вдруг подняла голову и с решимостью уставилась на него. В этих синих глазах смешались злость, страх, отчаяние и что-то ещё, похожее на твёрдость духа. Она неторопливо поднялась с места. — Я не стану сидеть сложа руки, пока кому-то нужна помощь. Ронал снова присела и с грозным видом приготовилась зашипеть. Тоновари тоже выпрямился, совершенно недовольный такой выходкой, но Лу продолжала говорить, и голос её становился всё твёрже. — Я не призываю никого к войне. Хотите отсидеться в стороне — пожалуйста. Вот только знайте, что рано или поздно небесные люди придут и сюда. Вы не видели их жестокости, а я видела. Можете прогнать меня и дальше прятаться, а я буду бороться, пока у меня есть силы! С этими словами она развернулась и зашагала прочь. Никто, кроме Джейка не стал её останавливать, только провожали злыми или удивлёнными взглядами. Может, боялись, что их накроет волной, а, может, были слишком ошеломлены её суровой, но правдивой речью. Только Джейк Салли пошёл за ней, пытаясь выловить за хвост и образумить. — Прости меня, Джейк! — не поворачивая головы, на ходу бросила Лу. Голос дрожал, её слегка потряхивало после устроенной сцены. — Прости, что так вышло. Но я правда не могу… Куоритч… он должен за всё ответить… — Да постой же ты! — Джейк крепкой хваткой поймал узкое плечо и резко развернул Лу лицом к себе. У него и самого изрядно взыграли нервишки. — О чём ты говоришь? Откуда ты знаешь Куоритча? Лу посмотрела в его янтарные глаза. Посмотрела так сокрушённо, уже без прежней злости. Она выдержала несколько мгновений, пытаясь проглотить горький ком обиды и волнения, вставший поперёк горла, а затем произнесла очень тихо: — О моём брате. Куоритч командовал операцией, когда его схватили. И он же руководил группой, когда меня подстрелили. Видимо, Салли настолько поразило услышанное, что он даже разжал пальцы и опустил руку, ещё недавно удерживавшую девичье плечо. Выражение ужаса застыло на его лице, он многого ещё не знал и не понимал из биографии Лу, но постепенно пазл в голове начинал складываться. — Но… как? — только и смог проронить он, блуждая ошарашенным взглядом. — Мне нужно спешить, Джейк. Я боюсь, что в племени вот-вот опомнятся и решат схватить меня. — Она сделала шаг вперёд и обняла Джейка поперёк груди, так крепко, словно в последний раз. — Если всё сложится хорошо, и я вернусь, и сама надеру им зад, если посмеют тронуть тебя. А потом всё расскажу. Обещаю. Спасибо тебе за всё. — Ты ещё слишком юная и неопытная. Я не смогу тебя отпустить, Лу, — выдохнул он где-то над её макушкой, но всё же обнял подопечную в ответ. Выпустив Джейка и высвободившись от его рук, она всё же нашла в себе силы на подобие улыбки. — Не забывай, Джейк: у меня есть козырь в рукаве.

***

Она бежала так быстро, как только могла. Словно по пяткам кто-то отстреливал из автомата. Джейк каким-то чудом отпустил Лу, уповая на её силу и результат постоянных тренировок. Быть может, свою роль сыграли и хлопоты, которые девочка периодически ему доставляла, и глава семейства решил, что в естественном отборе тоже имеются свои положительные стороны. Вот только если кто-то из племени вдруг опомнится и захочет задержать её, она не сможет сопротивляться. Не сможет ударить по своим и причинить им вред. Поэтому так торопится. Выскочив на песчаный берег, омываемый взволнованными водами моря, Лу упала на колени, чтобы немного отдышаться. Погода ощутимо портилась, порывы ветра скоро должны были усилиться, нагнать дождевые тучи. Медлить нельзя. Поэтому отдыхала она недолго, быстро подскочила на ноги и побежала к морю, намереваясь перехватить первого попавшегося илу. Да только не успела даже подойти к воде, как в небе раздался знакомый хищный визг. Широкая тень накрыла её силуэт. Лу подняла голову и увидела в небе бирюзового икрана. Ящер хлопнул перепончатыми крыльями в воздухе и плавно спикировал на песок, прямо возле неё. Приземлился мягко, с настоящим профессионализмом летуна. Он нервно повёл головой, словно его спонтанно оседлали и заставили летать, оторвав от важных змеиных дел. — Лу! — хором позвали братья Салли, соскочив с седла икрана и нагнав подругу. Их хвосты в волнении так же дёргались, как и голова воздушного змея, на котором они прилетели. — Ну уж нет. — Лу резко отступила на пару шагов, нарочно сохраняя дистанцию и не позволяя себя схватить. — Простите, ребята, но я уже сожгла мосты. Не пытайтесь меня отговаривать. — Сожгла мосты? — не понял Нетейам, вопросительно склонив голову. Ло’ак выскочил из-за его спины. — Мы и не пытаемся! — Он глубоко и часто дышал, сжимая руки в кулаки. Полон решимости и жажды геройства. — Мы летим с тобой. — Что? — Ло’ак. — Нетейам уложил руку на плечо брата и развернул его к себе. — Ты останешься здесь и прикроешь нас перед отцом. Вместо воодушевления и готовности на лице Ло’ака проступило абсолютное непонимание, как и у его подруги, которая просто в немом удивлении метала взгляды от одного Салли к другому. — Но я думал… ты взял меня, и я подумал… Опять тебе вся лафа достается, а я как обычно! — внезапно вспылил он, бросив злой взгляд на брата, а затем сбросил его руку с себя. — Кто-то должен будет остаться, и послушай сюда. — Ло’ак развернулся, хотел уйти от порядком надоевших ему оправданий, но Нетейам крепко ухватил его за предплечье и таким серьёзным взглядом уставился ему в лицо, что Ло’ак застыл вплоть до кончика хвоста. Даже Лу занервничала, этот взгляд, это выражение лица Нетейама так напомнили ей Джейка, когда тот рявкал на своих детей. — Там будет опасно. Ты неопытен, и я не могу позволить, чтобы тебя подстрелили. Кто-то должен остаться, слышишь? Оберегай нас здесь, следи за тем, чтобы никто из сестёр не волновался и чтобы мать с отцом не бросились за нами. Это очень важно. Мы скоро вернёмся. — Ло’ак! — Лу подскочила к нему и немного поджала губы, прежде чем произнести то, что, очевидно, давалось ей не так уж и просто. Это было видно по не на шутку взволнованному выражению лица. — Тоновари может испугаться, что я случайно выдам наш клан или Джейка. Если это случится, убеди его в обратном, прошу. Никто не должен за нами последовать, и ты в том числе. На самом деле Ло’ак прекрасно понимал, что вдвоём им будет сподручнее, но обида всё равно брала своё. Сколько раз родители брали Нетейама с собой на охоту или разведку, а его — нет. Сколько уважения получал старший из сыновей Джейка с тех самых пор, как прошёл обряд икнимайя. Он долго, напряжённо вглядывался сначала в лицо подруги, затем родного брата, и, наконец, коротко кивнул. Пусть Ло’аку не очень этого хотелось, но их просьбу он исполнит. — Берегите себя только. Вы мне нужны живыми, чтобы потом я мог надрать вам зады. Ло’ак вернулся в деревню, а Лу, проводив его взглядом, развернулась и двинулась к морю, где на мелководье иногда выглядывали части тел резвившихся илу. — Что ты делаешь? — раздался совершенно спокойный голос Нетейама, когда она, придерживая край длинной набедренной повязки, заходила в море. Под повязкой бёдра были обмотаны бинтами вместе с тазом на манер нижнего белья. Вода доставала до середины голени. — Хочу поймать илу. — Зачем? — Он шёл за подругой, по щиколотку в солёной воде. — С воздуха их найти будет гораздо проще. Лу резко обернулась, уставилась на змея, что отсиживался на прогретом солнцем песке, и со скучающим видом вычищал что-то у себя под крылом, а затем перевела выразительный взгляд на Нетейама, постаравшись вложить в свой тон максимум иронии: — Ты всерьёз думаешь, что я залезу на твою ящерицу после того, как она мне чуть не откусила полголовы? — Она сложила руки на груди и неосознанно ударила хвостом по поверхности воды. — Ма́лу вовсе не собиралась тебе ничего откусывать, — вступился за свою любимицу он, как вдруг неожиданно для себя растерялся. — Она… она просто… Нетейаму вдруг вспомнилось, как повела себя самка икрана в их первую встречу. Верно, сначала она непредсказуемо налетела на Лу, но не причинила ей никакого вреда и, судя по всему, даже не собиралась этого делать. Ма́лу принюхивалась, высматривала. Как будто намеревалась что-то распознать в чужеземке, уловить нечто знакомое. И раз уж Лу могла сейчас стоять перед ним с целыми конечностями и не тронутой шрамами кожей, то воздушный змей всё же отыскал, что хотел. И почему-то Нетейаму думалось, что это как-то связано с Эйвой. Оставленный ею след. — Прости, Нетейам, при всём уважении к Ма́лу, я гораздо безопаснее чувствую себя в воде. И вообще, я не одобряю твоего решения пойти со мной. — Но ведь ты даже не пробовала летать, верно? — проигнорировав последнюю фразу, парировал он и тут же расплылся в улыбке, обнажая белые клыки. А всё потому, что точно знал: Лу никогда не бывала под небом и не знает, каково это — видеть под собой целый мир. Даже там, откуда она пришла, Лу ни разу не летала. Только во снах.

***

— Поверить не могу, что согласилась на это. — Лу стояла недалеко от икрана, в нескрываемом волнении прижимая ладонь к лицу, и с опаской косила взгляд. Времени у них было немного, и Нетейам, ласково поглаживая свою любимицу по основанию клюва, наспех проверял все ремешки и крепежи. В себе он был уверен и точно знал, что даже если седло каким-то чудом слетит во время полёта, им с Ма́лу это не сильно помешает — в конце концов, обряд икнимайа проводится вообще без седла, — а вот подруга может не на шутку перепугаться. Сама же Лу приближаться к ящеру не спешила, спокойно дожидаясь знака со стороны Нетейама. Если вообще можно было назвать спокойствием то состояние, когда в груди больно жжёт из-за нарастающей паники, пульсацией горячей крови бьющей по вискам. Ей хотелось думать, что это что-то между полётом на самолете и ездой на мотоцикле. Вот только ни то, ни другое она не пробовала. И даже знание того, что из-за другой плотности воздуха на Пандоре падение даже с больших высот не так опасно, как на Земле, не помогало. Земные инстинкты подстрекали внутренний ледяной ужас. Оставалось только уповать на полёт над водами моря. Уж при падении в солёную воду Лу точно сможет сориентироваться и спастись при помощи магии. Вдруг Нетейам обернулся и, держа что-то в руках, приблизился. Она узнала в протянутой руке специальные очки для полётов, защищающие глаза от потоков воздуха и мелкого сора. Осторожно переняла их, опасаясь повредить хрупкий материал, и надела на голову. — Ты готова? — С улыбкой от предвкушения всех прелестей совместного полёта он со знанием дела поправил тонкими пальцами очки на голове подруги. — Если скажу «нет», это что-то поменяет? — нервно бросила Лу, прикусив нижнюю губу. — Не думаю. — Что ж… Нетейам приглашающим жестом призвал Лу подойти ближе к икрану. Существо как раз перестало разминать свои перепончатые крылья и с интересом уставилось односторонней парой глаз на чужеземку, звонко щёлкнуло клювом. Не без помощи опытного друга Лу забралась на змея. Мало того, что тому приходилось поглаживающими движениями и манерным воркованием отвлекать Ма́лу от второй наездницы, так он ещё умудрялся указывать и объяснять, куда следует ставить ногу, за что держаться. — Это ты ещё своего банши не приручала. Там всё куда менее… гладко, — тихо посмеялся друг. — Здорово. Просто замечательно. Обязательно расскажу об этом своим детям, — саркастично отозвалась Лу, с усилием выдавив подобие улыбки. Повязка очков всё же пришлась не совсем по размеру и немного съезжала набок. — Если доживу, конечно… — Так понимаю, раз ты находишь время для шуток, значит, всё хорошо. Нетейам с лёгкой издёвкой усмехнулся и наделил подругу лукавым взглядом, после чего ловко взобрался на икрана. У неё внезапно все внутренности сжались в комок от осознания, что от полёта их отделяет всего несколько мгновений, и она сильнее ухватилась за специальный ремень на длинной бирюзовой шее, вжалась спиной в горячую грудь друга. Он одной рукой придержал Лу за бедро и издал короткий громкий звук, похожий на возглас индейцев из фильмов. Банши среагировала моментально: вскинула голову, едва не ударив шеей Лу по лицу, поползла по песку, перебирая всеми конечностями. Наездников шатало из стороны в сторону, как если бы они сидели верхом на лошадях, только хуже. Нетейам, привыкший к подобному, без труда балансировал весом тела в то время, как его подруга болталась, как набитый крупой мешок. Настал тот самый момент, когда ящер расправил крылья и оторвался от земли. Произошло всё настолько быстро, что бедная Мэри Лу даже вовремя испугаться не успела. Только почувствовала, как ноги немеют, становятся деревянными. Это не скоростной мотоцикл и не самолёт, где нужно заглядывать в узкое окно иллюминатора, чтобы выяснить, на какой высоте ты сейчас находишься. Создавалось кошмарное впечатление, будто бы ты летишь на чём-то очень хлипком и маленьком. Что-то вроде большого листа кувшинки, которая может в любой момент прогнуться под весом твоего тела и позволить тебе соскользнуть вниз. От этого захватывало дыхание и кружилась голова. Наверное, она бы точно задохнулась, если бы порывы ветра не били в лицо, силой вгоняя в лёгкие воздух. Она зачем-то опустила взгляд и тут же ощутила скручивающийся узел внизу живота. Сапфировые воды моря выглядели под ними такими же огромными и безразмерными, как если бы друзья находились достаточно близко к воде, но вот проплывающие внизу острова, скалы, группы тулкунов казались невероятно крохотными, словно их можно уместить в своей узкой ладошке. Стараясь не думать об ощущении свободного падения, Лу покрепче перехватила ремень и поняла, что совершенно не чувствует пальцев. Не из-за прохлады атмосферного воздуха, а потому что до того сильно она сжимала крепёж на шее змея. Пожалуй, не чувствуй Лу лопатками плавно вздымающуюся грудь Нетейама и его уверенную руку на своем бедре, она давно бы забилась в панике и сама бы скатилась по гладкой спине существа. Летели они так достаточно долго, сменяя курс от одного острова к другому. Морские кланы будто бы нарочно расселились друг от друга так далеко. Может, нарочно, а, быть может, такова идея Великой Матери, чтобы большой достаток окружающих ресурсов территории избавил поселения от нужды обдирать другие деревни. Однако расстояние имело и теневую сторону, когда дело касалось обмена травами, тканями и прочими уникальными предметами. Но подобные рассуждения об экономике среди на’ви не долго занимали юный и пытливый ум. Как ни старалась Лу унять в волнении бьющееся сердце, как ни пыталась любоваться лазурными и синими водами под воздушным змеем, мысли всё равно сводились к одной конкретной точке — к Куоритчу. Почему-то её не била дрожь от нетерпения и страха перед встречей с врагом. Ей не хотелось по-другому перехватить ремни и заставить банши лететь ещё быстрее. Всему своё время. Во-первых, Лу прекрасно знала, что Куоритча убить не так просто, как остальную солдатню. Предыдущая жизнь этому уже научила. Скорее всего, он будет пытаться юлить и манипулировать, пытаться надломить и обернуть ситуацию в свою пользу. Здесь главное не поддаваться и не вестись на игру. Во-вторых, обточенный о суровую реальность существования девичий разум давно смирился со смертью брата и избавился от всякой надежды на чудо. При самых благоприятных и невероятно удачных обстоятельствах Джета пристрелили ещё в машине, на которой его увозили. Лу, более или менее привыкшая к полёту, цепляясь пальцами ног за специальные выступы, вдруг выставила раскрытую руку перед собой. Затем она повернула ладонь к лицу и с угрюмой задумчивостью взглянула на то, как теряется маленькая капелька в складках длинных морщинок. — Будет дождь, — тихо подтвердил над ухом голос Нетейама — он давно уже определил непогоду по уровню полёта мелких небесных тварей и собственного банши, который всячески старался снизиться. — Это хорошо, — медленно отозвалась Лу, растирая пальцами место на ладони, где ещё совсем недавно поблескивала капелька воды. — Тебе лучше отдохнуть, — снова раздался голос над ухом. — Я буду следить за островами, а ты побереги силы. Лу почувствовала, как рука с её холодного из-за небесного воздуха бедра плавно перебралась по боку к ключицам и легонько толкнула в грудь, вынудив облокотиться спиной о горячую юношескую грудь. В подобном положении Тук спала у Нейтири на животе, но как можно заснуть во время полёта на столь неудобном седле, Лу себе не представляла. Заметно нахмурившись, она перехватила узкую ладонь Нетейама и решительно спустила обратно на бедро. Его руки каким-то чудом оставались тёплыми. — О, не беспокойся о моей силе, у меня её много, — совершенно спокойно заявила Лу, слегка подавшись вперёд. — Я уже не та маленькая и беспомощная девочка, которую Куоритч встречал раньше…