Выход из лабиринта.

⋆⁺₊⋆ ☾⋆⁺₊⋆

Скошенная трава противно впивалась в голые пятки. Аарон шел на ватных ногах вперед, в туман, что появился в лиственных стенах лабиринта. Он шел, не сворачивая, пока не достиг высокой стены. Легкий, холодный ветер обдувал лицо и белую рубашку, свободно висящую на нем. Чужой, тихий голос с ветром проносился мимо ушей, шепча прикоснуться к ветвям лабиринта. Он был настолько сладок на слух, что Аарон мог распробовать его на вкус. Миньярд, зачарованный легкому напеву, протянул правую руку и облезлые ветви вмиг обхватили его правое запястье и бедра. Аарон испуганно выдохнул, пытаясь одернуть руку, но все было безуспешно. Ветки тянули его в листву, больно царапая руку и чем больше он начинал сопротивляться, тем глубже дерево впивалось в запястье. Кровь начала просачиваться сквозь рукав рубашки. Она пятнами впитывалась в нее, из белого превращая в красный. Стекающие капли падали ему на голые ступни, засыхая. Аарон скривился в отвращении и взвыв от боли и неожиданной слабости, решил сдаться. Он закрыл глаза и позволил тащить себя в неизвестный мрак. Листья били его по лицу, оставляя ссадины. Аарон шел, босыми ногами ощущая обломки веток и траву. Он чувствовал духоту. Дойдя до середины куста, ветвь, что тащила его резко отпустила. Воздуха стало катастрофически не хватать. Из за большого количества листьев, ноздри не могли получить кислород. Голова начала медленно кружится, а резкие вдохи участились. Аарон через панику понимал, если не выберется сейчас, умрет в этом кустарнике. В кромешной темноте, он рванул вперед, чувствуя как концы веток царапают его лицо. Скуля от боли, Аарону все же удалось увидеть луч света. Это значило, что он уже близко к выходу. Остался последний шаг, как ветви вновь впились, но уже в два запястья. От неожиданности Аарон вскрикнул и стал вырываться сильней. Кровь из ран стекала по ладоням и попадала на ветки, что так тщательно впивались в запястья. Капилляры в глазах лопались от нехватки воздуха. Он пытался дышать через рот, но сделалось только хуже. Глаза защипало от подступающих слез. Аарон почти полз вперед, пока его тянули назад. В итоге, с оглушительным криком, он резко дернул руки вниз, от чего ветви сломались пополам. Выбежав из куста, Аарон упал на колени, впиваясь ногтями в скошенную траву. Он судорожно хватал ртом воздух, а дрожащими руками щупал землю, пока дорожки от крови стекали и падали на траву. Голова кружилась, а в глазах стало мутнеть. Он сделал последний вдох и провалился в темноту, даже не сыскав точку опоры.

☾

Ему виделось лицо Тильды, что парихмахерскими ножницами оставляла ему царапины и улыбалась. Черные зрачки увеличивались, то уменьшались в зависимости глубокая рана или безобидная. Она смеялась, словно ребенок, ломающий новую игрушку. Ее сальные, светлые волосы лезли ему на лицо, а если Аарон хотел их убрать, получал новую ссадину. Миньярд пытался оттолкнуть женщину, но та намертво держала его в своей хватке. —Еще один звук и я воткну эти ножницы тебе в глотку!—истерично заверещала она, но все же воткнула их в его живот и Аарон, с болезненным хрипом снова провалился в темноту.

☾

Перед ним лежало письмо. Там его почерк, рисунок с жирафом и кляксы от крови. Бумажка была мятая и скомканная. Он держал ее в трясущихся руках, желая порвать, сжечь. Избавится от этого навсегда и не вспоминать, но рисунок улыбающегося жирафа останавливал. Это было единственное, что не заляпано кровью. Рядом валялось почти такое же письмо, только всего с двумя строчками внутри. Аарон отложил и перешел к тому, которое он ждал больше, чем своей свободы. «Пошел нахуй». Пелена слез наполнила глаза, но Аарон вытер ее. Это было давно. Это было еще тогда, когда Аарону нужна была помощь. Миньярд не медля порвал письмо на пополам и бросил на стол. Бумага окрасилась в кровавый цвет. Она растворилась в перемешку со слезами и сожалением, оставляя после себя лишь прах.

☾

—Я не хотел этого!—захлебываясь в рыданиях кричал мальчик. Его светлые волосы находились в беспорядке, а лицо стало опухшее и красное от слез. Его дрожащие руки были расставлены врозь. С пальцев стекали капли крови, что падали на плитку. Он стоял посреди коридора и рыдал, пока к нему бежал лечащий врач. —Я не хотел этого!—заверещал он сильнее, когда его брали на руки и поспешно уносили по коридору в палату.

☾

—Здравствуй, меня зовут Патрик Джонсон.—мужчина сидел напротив мальчика и улыбался во все тридцать два зуба.— Я твой лечащий врач на эту неделю. Тебя что нибудь беспокоит? Но он не отвечал. Стеклянными глазами мальчик смотрел в одну точку не отрываясь. На стену, увешанную декоративными листьями, доходящими до пола. Мистер Джонсон обернулся на взгляд мальчишки. —А, тебе понравилась эта стена?—он еще раз улыбнулся, вновь выжидающе посмотрев на молодого пациента.—Согласен, она великолепная. Мальчик продолжал молчать. Врач тяжело выдохнул вставая с кресла. Подойдя к своему столу он взял в руки папку и открыл, сразу начиная вводить глазами по тексту. —Аарон Миньярд, 12 лет, скорпион.—мужчина хмыкнул.—Совсем уже большой! Мальчик молчал. Джонсон легонько откинул папку подальше и подошел ближе к мальчику, сев перед ним на корточки, мужчина спокойно сказал: —Аарон ты же понимаешь, если не расскажешь о своих беспокойствах, то я не смогу ничем помочь? —Где мама?—выдал Миньярд хриплым голосом. Он так же продолжал смотреть на висящие листья и время от времени медленно моргать. Врач поджал губы и уже собирался ответить, как мальчик его перебил: —Я хочу пить, какао.—на этот раз Аарон взглянул на Джонсона, но лишь секундно. —Хорошо, жди меня здесь.—мужчина без замедления поднялся и вышел из кабинета. Аарон проводил его глазами и вновь вернулся к рассмотрению листьев. Они были такие же как и в его снах, правда не живые. Он спрыгнул с диванчика и подошел к декору. Аарон протянул правую руку и пальцами дотронулся до искусственных листьев. Холодный ветерок прошелся по его затылку, а шепчущий голос стал напивать песенку, что была посвящена только ему. —Раз, два, три, четыре, пять, Аари вновь идет играть. Он пойдет в листву ночную, Вновь придя к безумной боли, А когда приедет мать, не захочет он играть. Шесть, семь, восемь, девять, десять, Крики больше мне не лестны, Сейчас должен ты молчать, а потом и вновь играть. Ведь, твоя погибель где-то рядом, Она сидит, не убегает, Своего часа поджидает. Ветви медленно тянулись из стены к его руке. Свет в кабинете тускло мигал, а листья разлетелись во все стороны. Ветер взъерошил волосы Аарона и привел к осознанию. Страх окутал его тело и Миньярд зажмурил глаза закричав, руками став сдирать и ломать ветки. Он визжал настолько сильно, что уже не слышал ни пения, ни собственного голоса. Когда все было содрано, Аарон разлепил веки и мутным взглядом посмотрел на свои кровавые запястья. Все стало снова по их правилам. Аарон здесь ничего не решает. Глаза наполнились слезами, что вскоре текли по щекам не думая останавливаться. —Я не хотел этого. Тихий шепот и темнота.

☾

Тильда стояла на балконе, пока ее светлые, запутанные волосы обдувал ветер. Ее белое платье было потрепанно, а на лице красовались синяки. С виска текла кровь, а пальцы отдавали синевой. Она стояла у края и смотрела на Аарона, что со страхом наблюдал за ней. Женщина улыбнулась краешками губ и начала напевать, до боли знакомым голосом: —Аарон, мальчик мой. Миньярд вздрогнул, смотря как женщина подзывает его рукой. Аарон сглотнул, но сделал шаг вперед, от чего ветер стал дуть сильнее. —Аарон, сыночек мой подойди.—прошипела Тильда, теряя терпение. Миньярд покачал головой в отрицании, так и оставаясь на расстояние двух метров. Тильда нахмурилась. Ее лицо начало приобретать нотки злости, а кулаки сжимались. —Ты никчемное отродье! Что за не уважение к матери!? Я ведь единственная кто была всегда рядом с тобой!—она истерично заверещала, смотря как Аарон вздрагивает от ее слов.—А ведь, ты меня убил. Она произнесла это со смирением и некой пустотой. Хрипота в голосе не грела уши, хотя раньше такого не было. Аарон выпучил глаза от ее слов и хотел начать отрицать, как Тильда его перебила: —Ты рассказал все Эндрю! Ты меня погубил! Надо было убить вас двоих.—она провела языком по верхним зубам и с блаженством прикрыла глаза, словно представляя наилучший для нее исход событий.—Но Дрейк оказался слишком слаб. Аарон хотел броситься к матери, схватить ее за подол платья и кричать, кричать о своей невиновности, о извинениях. Но Тильда уже растворилась с проходящим ветром. Миньярд вытирал бегущие по щекам слезы и без остановки шептал слово «прости». —Аарон! Снова знакомый голос. Аарон оглянулся на отклик, но никого не увидел. —Аарон! Ты здесь? Миньярду хотел крикнуть «да», но все слова превращались лишь в «прости». —Аарон!

⋆⁺₊⋆ ☾⋆⁺₊⋆

Резкий стук заставил Аарона очнуться. Он вздрогнул, начиная медленно приходить в сознание. Миньярд устало промычал что-то нечленораздельное и выпрямился, двигая затекшими конечностями ног. Аарон сглотнул, ощущая неприятную сухость в горле. В голове плыло, но зрение начало постепенно проясняться. Он жмурил глаза и неторопливым взглядом обошел комнату, понимая, что находится в ванной. Когда его взор дошел до раковины, тело прошибло жутким холодом, а зрачки забегали туда-сюда. Аарон в спешке вытащил свои руки, не отрывая глаз с огромного пятна крови внутри раковины. Он ущипнул себя за запястье, что оказалось большой ошибкой. Руку прошибло резкой болью и Аарон действительно убедился что это не какой-то кошмар. Миньярд встал с крышки унитаза. Быстрым шагом дошел до черного полотенца и стал осторожно вытирать заляпанные в крови руки. В голове проносились воспоминания после, кошмара? Аарон не понимал что это, но явно ничего хорошего. Почему запястья в крови? Он резался? От внезапных вдаривших в голову мыслей его замутило. Миньярд подошел к шкафчику над раковиной. Открыв его, он достал медикаменты и найдя там бинт с перекисью стал обрабатывать. Стук по двери повторился, но уже более настойчивее. Аарон проигнорировал, сосредоточившись только на своих проблемах. Миньярд намочил ватку перекисью и стал аккуратно обрабатывать царапины. Он зажал в зубах свою полосатую кофту, дабы избежать громких шипений и взываний. Закончив с обработкой, Аарон достал мазь и тонким слоем нанес на оба запястья. После, взял бинт и накрепко замотал. Когда со всем было покончено, Аарон облегчено выдохнул, натягивая рукава кофты по ладошку. —Аарон? Если не ответишь я выбью дверь. Стук вновь повторился и Миньярд раздраженно рыкнул, убирая кейс обратно в шкафчик. Он включил кран. Убедившись, что вода холодная, стал стирать пятно крови губкой. Резкий грохот со стороны двери и казалось даже плитка чуть не отвалилась. Но вздрогнув, Аарон продолжал молчать. Он достал моющее средство и налил его поверх разводов от крови. Еще один грохот. Миньярд сморщился, но продолжал интенсивно драить. Когда раковина сверкала, дверной замок слетел и дверь распахнулась. На пороге стоял Нил и с беспокойством в глазах смотрел на Аарона. Миньярд выключил воду и уставился в ответ. Джостен скрестил руки на груди, напоминая в этой позе Веймака и спросил: —Что ты делал так долго в ванной? Я до тебя час никак достучаться не мог. Аарон впал в ступор. Он уж точно не мог рассказать о том, что почти валялся в собственной крови и каким то магическим образом изрезал себе руки. Возможно, захотев рассказать сейчас о своих галлюцинациях, его с большей вероятностью отправили бы в психушку, поэтому он просто молчал, тупо смотря на Джостена и думая что ответить. —Раковина была грязная.—додумавшись ответил он.—А я не могу смотреть на грязные вещи. Аарон улыбнулся, когда увидел смягчившееся лицо друга. Ему поверили, хотя это самая неправдивая ложь, что он успел придумать. Если вместо Нила тут бы стояли Ники или Эндрю, они сразу поняли бы о его неудачливом вранье и стали проверять на целостность тела. Но перед ним не они, а Нил, это чуть больше грело душу. —Через два часа уже будем ехать в Колумбию.—Джостен вздохнул потирая шею запотевшей ладонью.—Ты хочешь туда? Аарону хотелось сказать нет. Ведь понимал, что не проживет почти один на один с человеком, которого до жути хочется прижать к стене и впиться в эти пухлые, покусанные губы. Кусать их до ран и облизывать кровь, что пойдет с них, а пальцами забраться в рыжие кудри, и тянуть, выжимая из чужого горла желанные стоны и хрипы. Сжимать до покраснения его бедра, проходить по ним поцелуями и обнимать удовлетворенное, дрожащее тело. Только, Джостен явно такого не одобрит. Изначально Миньярд хотел позвать с собой в Колумбию Кейтлин, чтобы избавить себя от слез в подушку, но получил язвительную колкость от Эндрю и презренный взгляд. Все стало ясно, его братец не одобрил. У Нила просить было бесполезно и странно, хотя, попытка была, но она провалилась когда Кейтлин ответила отказом. Надежда оставалась на Ники. Его кузен явно захочет затаскать Нила во все магазины мира, правда, сколько терпения Джостен истратит за один поход? Аарон почесал нос и игнорируя свой хрипящий голос, ответил: —Если бы у меня был выбор, отдохнуть в клетке с обезьянами или отправиться в Колумбию вместе с Ники, я предпочел бы первый вариант, все равно разницы особой нет.—Он устало улыбнулся, желая поскорее выйти из душной комнаты, но путь ему преградила рука Нила. —А если на его месте буду я? Со мной ты поедешь? Или останешься в клетке с обезьянами?—Почти прошептал Джостен, наклоняясь к чужим губам и опыляя их своим горячим дыханием. Дыхание Аарона сбилось. По телу пошли мурашки, а кончики пальцев стали гореть. На этом моменте ему показалось, что они только вдвоем. Нет ни отношений с Эндрю, ни экси, ни этого университета. Только они. Двое ненормальных психов, готовые за родных бить до смерти и остерегаться ножа в спину, укрытую шрамами. Разница была в том, что у Аарона они были моральные. Такие похожие, но в то же время разные. Может, именно из за этого у них ничего не получилось изначально. —С тобой хоть на край света.—задыхаясь выпалил Миньярд, борясь с голосом в голове прижать рыжего идиота и разрывать его губы в поцелуях. Осознание молниеносно пронзило его тело. Он резко отпрянул и смотрел куда угодно, но только не на Джостена. Аарон думал, что сейчас все закончится, сейчас его обольют грязью, а безразличный взгляд будет сверлить, пока не проделает смертельную дырку. Затянувшиеся раны под рукавами кофты зачесались и Аарон начал мять ткань, в попытках утихомирить внезапное желание истерзать их до крови. Когда раздался смех, Миньярд и вовсе побледнел. —Да, тебе надо поучиться подкатам у Ники. Нил продолжал смеяться и Аарон решил отлепить глаза от пола. Он посмотрел на друга, не видев на его лице разочарования или злости. Миньярд засмеялся в ответ, но совсем не от шутки, а от облегчения. Аарон вцепился правой рукой за бортик раковины и смеялся, до покраснения щек. —Через два часа выезжать, вы готовы? Внезапный голос Эндрю с порога заставил выйти из внезапной истерики. Аарон перестал смеяться. Все начиналось так прекрасно и как всегда это прекрасное заканчивается слишком быстро. Он как обычно состроил безразличную мину и привычным для них общения тоном выплюнул: —Конечно, уже с чемоданами стою. Не видишь? —Не веди себя как ребенок, которому мамочка не купила плюшевого мишку.—не менее язвительно ответил Эндрю, не меняя своего спокойного лица. Аарон раздражено рыкнул и растолкав плечами двоих, рванул в комнату, явно не намереваясь слушать намеки на Тильду. В прошлом, да, она не покупала ему игрушки. Все, что она дарила на Новый год или день рождения это Библию. Плакал ли он тогда? Конечно, любой ребенок заплачет если ему сначала скажут хорошо, а потом кинут это согласие в грязь и сделают все по своему. Эндрю о нем ничего не знает, как и Аарон о нем. Как и говорил Нил, они совсем не похожи. Даже во внешности. У Аарона более аккуратный и прямой нос, у брата же с горбинкой. На лице Аарона красовались не сильно видные веснушки, на Эндрю же были только родинки. Волосы Аарона приближены более к теплому русому цвету и немного кудрявятся, если их отрастить по щеки. А волосы у Эндрю прямые и более холодного оттенка. В глазах тоже есть отличие. Темно-шоколадные, почти черные всегда у Эндрю. Глаза Аарона в темноте светло-карие, а на свету становятся зеленого оттенка. Они разные и Аарон даже радуется этому, но мало кто может найти эти отличия. Но Нил сумел. Джостен смог, но свою улыбку он дарил не Аарону, а Эндрю. Тому же плевать. У него лицо такое, что если Нила собьет машина ему будет совсем безразлично. Хотя, после отеля так и не скажешь. Аарон влетел в комнату, не обращая внимания на Кевина, что уснул за ноутбуком и Ники, храпящего на все общежитие. Грудная клетка со скоростью поднималась и опускалась. Аарону казалось еще чуть чуть и он задохнется. Подойдя к окну, он открыл форточку, достал из кармана кофты сигареты и с блаженством прикрыл глаза. Вкус ванили уже ощущался на языке и как только он зажег сигарету, ее выхватили. —Курить вредно, не забыл?—Эндрю крутил меж пальцев выхваченную сигарету, игнорируя гневный взор Аарона.—Что, теперь Нил обменом свои сигареты раздает? —Не твое собачье дело!—прорычал Миньярд, пытаясь выхватить единственный источник спокойствия. —Как раз таки мое.—прошипел в ответ Эндрю, хватая Аарона за волосы на затылке и резко притягивая к себе.—Не строй из себя дурачину братец, вижу к нашему бывшему бегунку присматриваешься. Аарон интенсивно замотал головой в отрицании. Он часто делал так с Тильдой, пытаясь утихомирить ее или смягчить свое наказание. Давление ладони на волосах возросло. Аарон замер. Воспоминания молниеносно начали проноситься перед глазами. Миньярд зажмурил глаза, хотев видеть только темноту. Она была куда лучше, чем вид собственной покойной матери.

☾

Ее посиневшие пальцы тянулись к любимым ножницам. Аарон распознал это по открытию того самого ящика, где она хранила их. Он задергался, но крепкая хватка Тильды не давала уйти или вырваться. А может, сам Аарон не хотел бежать. Ведь если он это сделает, станет только хуже. Миньряд не открывал глаза и жмурил их сильнее, вздрагивая от тяжелых шагов, что не спеша раздавались по скрипучей половице. Аарон понял, пришел Лютер. Он часто любил посмотреть на наказания собственного племянника. Ему нравилось, когда того били до потери сознания или втыкали ножницами в живот. Аарон чувствовал мерзкий оскал мужчины, подходящего все ближе к ним. Тем временем острие ножниц начало выводить кровавые рисунки на животе Миньярда. Аарон жалобно скулил и дергался, пытаясь вырваться, но теперь его запястья держал Лютер, с интересом наблюдающий за страданиями племянника. —Как думаешь, во сколько нам обойдется твоя почка?—со сладостью в тоне, пропел Лютер в самое ухо. Аарон замотал головой сильнее. Дорожки слез шли по щекам, стекая по подбородку. Тильда игралась с ножницами каждый раз сильнее надавливая острие в кожу. Ей удавалось наносить легкие царапины. Аарон знал, если Тильда начала с легких ран, то последуют глубокие и болезненные. Она не спешила, словно змея, ожидая момента напасть и отнять ни в чем не провинившуюся жизнь. Аарон задыхался и кричал, пока Тильда резала ему живот и слизывала кровь. Она морщилась в отвращении, как бы показать, что у ее сыночка кровь прогнившая. Миньряд всхлипывал между рыданиями. Лютер что-то шептал ему, но он не мог разобрать из за своих вскриков и рваного дыхания. Аарон хотел чтобы это поскорее закончилось и лечь спать. Укутаться в одеяло и забыть о своем жалком существовании. Тильда продолжала наносить раны и смеялась. Это не было похоже на радостный или вымученный, а на безумный. Его мать сама была как безумие. Даже отец Джостена был помилее если верить слухам. И опять все мысли к рыжему идиоту. Но от них он не чувствовал боль. Аарон перестал кричать, вспоминая рыжую копну волос и ледяные глаза. Был ли Нил сейчас с ним, спас бы он его? Конечно, иначе вина перед Эндрю глушила, а на прощение надеется можно только во снах. Аарон засмеялся, явно заставляя впасть в ступор Тильду и Лютера. Миньряд смеялся над пониманием, того, что Нил всегда будет делать все ради Эндрю. Вероятно Джостен стал милее с ним не из за собственного желания, а из за желания брата. Его лицо покраснела от смеха, а слезы продолжали течь по щекам. Ему хотелось их вытереть, размазать по лицу и драть себе волосы пальцами, но руки были скованны любимым дядей, поэтому оставалось лежать и истерично прокручивать в голове непрошеные мысли. Тильде, вероятно наскучило слушать истерический смех своего сыночка и после кивка Лютера, она воткнула ножницы ему в живот. Аарон издал болезненный хрип, но продолжал смеяться.

☾

—Черт возьми Аарон! Его резко оттолкнули. Миньярд чувствовал как приземлился коленями на пол. А ножницы с противным лязгом упали рядом с ним. Аарон разлепил свои глаза, видя Эндрю, держащегося рукой за кровавое пятно на своей серой футболке. Размытый образ Тильды и Лютера рассеивался. Безумный смех отдалялся все дальше, оставляя тихое эхо. Аарон переводил взгляд то на испачканные в крови ножницы, то на красное пятно, расползающееся по футболке. И в понимании того, что сейчас произошло зубы Аарона начали стучать об друг друга, а тело, покрытое мурашками задрожало сильнее. Миньярд начал качаться, бубнив под нос что-то неразборчивое. —Эндрю…—прохрипел Аарон, но его шепот резко перебил громкий, чужой возглас. —Что здесь произошло?—испуганно прокричал проснувшийся Хэммик, накрывая одеялом бьющееся в ознобе тело.—Эндрю? —Все нормально.—отрезал тот.—Уложи его спать хотя бы на час.—С этими словами Миньярд прихрамывая ушел в ванну, закрывшись на замок. Ники вцепился с объятиями в Аарона, немного покачиваясь и поглаживая того по светлой макушке. Они все еще сидели на холодном полу и Хэммик ждал, когда вздроги Аарона прекратятся. Он осмотрел комнату, часто поднимая голову, тем самым сдерживая собравшиеся в глазах слезы и прижимая чужое тело к себе сильнее. Он заметил валяющееся рядом ножницы и только сейчас понял, куда все пялит Аарон. —Ники мне страшно.—прошептал Аарон, всхлипывая и не отрывая взор на предмет. Он прикрыл глаза и слезы, что держались до последнего, начали падать на белоснежное одеяло. —Я знаю.—Ники уткнулся носом в волосы брата и дал волю слезам.—Неужели опять? Они просидели так еще минут двадцать, пока Хэммик не убедился, что Аарон уснул. Ники встал с пола и продолжая обнимать, взял на руки. Он переложил брата на свою кровать и укрыл одеялом, поцеловав перед этим в лоб. Его потряхивало и желание спать ушло на второй план. Ники, проверив ванну и убедившись, что Эндрю уже давно вышел из ванны, и вроде пошел к Нилу на крышу, побежал на кухню. Открыв самый верхний ящик он в спешке достал коробку, быстро вытаскивая от туда банку с таблетками и проверяя на крышке их срок. Поставив ее на столешницу, Ники принялся сдирать этикетку и наклеивать другую, что от витаминов, которые достал из своей аптечки. Он выдохнул с облегчением, когда со всем было покончено. Закрыв все ящики, а сами таблетки убрав к себе в рюкзак, Хэммик плюхнулся на кровать, впиваясь глазами в потолок. Он временами посматривал на Аарона, мирно сопящего на его подушке. Все стало куда страшнее, чем Ники думал.

☾

Аарон проснулся от вкусного запаха, что исходил из кухни. Он медленно разлепил свои заспанные глаза и присел, промычав от внезапного выстрела боли в голове. Поморщившись от неприятного привкуса на языке, Миньярд встал с кровати, ощущая пальцами холод пола и на заплетающихся ногах поплелся на кухню, а точнее за запахом, что туда ведет. Пахло блинами, чем ближе Аарон подходил, тем его предположения оказались верными. Когда он остановился на пороге, все три пары глаз устремились на него. Ники жарил блины, Кевин сидел с телефоном, явно переписываясь со своей девушкой, а Нил просто пил чай и с легкой тревожностью смотрел на вошедшего. Хэммик отвлекся от сковородки и как всегда лучезарно улыбнулся, подходя к брату. —Доброе утро. Ты вчера себя плохо чувствовал, поэтому мы поедем на два часа позже.—повествовал Ники, с нежностью осматривая лицо своего кузена. —Странно, ничего не помню.—Аарон вымученно искривился в лице, потирая отлежанную подушкой щеку. Он действительно не помнил, что произошло. В память бросались отрывки, как Эндрю забирает у него сигарету и всё. Дальше темнота. Может он просто упал без сознания? В любом случае, Аарон почти не спал двое суток, поэтому больше склонился к тому, что внезапно уснул. Миньярд сел за стол и Ники сразу же поставил тарелку с блинами и чай, а потом таблетку. На вопросительный взгляд, Хэммик натянуто улыбнулся и сказал: —Это поможет нервам придти в себя и улучшить сон, простые витамины. Аарон кивнул и закинул их в рот, запивая чаем. Он услышал облегченный выдох кузена, но скинул это на волнение перед поездкой. Вся четверка ела молча. На вопрос Аарона где Эндрю, Ники отмахнулся, сказав что тот поехал заправляться. На Нила Миньярд предпочел не смотреть, хотя тот особо и не нуждался в его внимании. Джостен и Дэй вместе смотрели какой то матч, вероятно с Троянцами. Интересно, у Кевина встает при виде Джереми? Узнай об этом Моро, явно Кевин уже валялся бы в травмпункте. Аарон прыснул в кружку, из за чего содержимое попало на скатерть и внимание парней было переключено на него. Миньярд прокашлялся и продолжая нелепо лыбиться жевал блин. —Что смешного?—нахмурился Дэй. —Да вот, уже лето, а ты так же сохнешь по Троянцам, а точнее по одному из них.—Аарон многозначительно поиграл бровями, указывая указательным пальцем на экран. У Ники чуть не выпала кружка, а у Кевина телефон. Почему все были так удивлены догадаться не сложно. Аарон же типичный для всех гомофоб, который то и дело презирает гомосексуалов, а на их упоминания вообще чуть ли не блюет. Здесь аж бровями поиграл. Либо они плохо его знают, либо Миньярд все это время хорошо играл. На расширенные глаза парней, Миньряд усмехнулся, потянул к губам кружку запивая блины и пряча за ней ухмылку. Горячий чай обжигал горло, а сама выпечка была вкусной. Аарон взглянул на окно. Дождь за стеклом шел еще со вчера. Ветки деревьев покачивались от легкого ветерка, а зеленые листья прекрасно смотрелись на пасмурном небе. Аарон любил такую погоду, хотя все думают, что он больше предпочитает тепло, бред. Где дождь, там и Аарон. Миньряд перевел взор на календарь. Наступил долгожданный июнь. Настроение на удивление значительно улучшилось и быстро закончив с едой, он выбежал из кухни, игнорируя недоуменные возгласы Ники. Аарон в спешке подошел к шкафу. Открыл его и натянув на себя черные, широкие джинсы карго, а наверх белую кофту больше его на два размера Аарон выбежал из комнаты, потом из общежития вовсе. Открыв входную дверь, в его нос ударил вкусный запах дождя и сырости. Миньярд вышел из под крыши, спускаясь аккуратно по ступенькам. Он прикрыл глаза и окунулся под капли. Дождь медленно превращался в ливень, но это не мешало Аарону упорно стоять под холодными каплями и зарабатывать температуру. Стоял он так не долго. Буквально через пять минут Миньряд ощутил, что струи ливня не бьют по его голове и лицу. Аарон открыл слипшиеся веки и посмотрел на вверх, видя черный зонт над своей макушкой. Он оглянулся и увидел Джостена, пристально смотрящего на него. Нил притянул Миньярда за капюшон ближе к себе, позже передал ему молча зонтик и стал шариться по карманам своих джинс. Аарон, наблюдавший за ним, невольно улыбнулся, только от этой улыбки не осталось и следа, как только Нил показал предмет, что так яростно искал. Джостен протягивал ему лезвие, как Аарон понял то самое, которым он и сделал порезы. Ну почему он такой не аккуратный? Почему не проверил изначально? Зрачки Миньярда забегали в панике и покрылись мокрой пеленой. Он заглянул в чужие глаза, но теперь они казались куда холоднее чем раньше. Нил смотрел на него без никаких либо эмоций и это пугало куда больше. Лучше бы в его взгляде было разочарование, злость, обида или даже ненависть, но не безразличие. На душе стало тяжело, словно камень, застрявший между землей и не имевший шанса протиснуться. Дрожащей рукой Аарон забрал лезвие из теплых рук и Джостен сразу убрал их в карманы. —Я не хочу знать, что сподвигло тебя к такой глупости.—Нил сделал глубокий вдох и выдох.—Но если об этом узнает Эндрю, до добра это не доведет. Пожалей пожалуйста его, хотя бы сейчас. С этими словами Джостен развернулся и начал не спеша отдаляться. Аарону хотелось кричать «Не уходи», только это явно бы не помогло. Из покрасневших глаз ринулись слезы. Аарон стер их и побежал в след за рыжим идиотом. Тот еще не успел и двери открыть как его резко прижали к ней. Нил издал судорожный выдох, столкнувшись затылком со стеной. Аарон держал его за грудки и немного привстал на носочки, не отрывая взгляда от пухлых, покусанных губ на против. —Если я расскажу тебе почему я это делаю, ты не простишь меня.—прошептал Аарон в самые губы Нила. —А ты попробуй хоть раз.—выпалил в ответ Джостен. Это стало спусковым крючком для Аарона. Он притянул Нила ближе и поцеловал. Это не были жаркие поцелуи из фильмов, а самое обычное небесное касание губ. Сначала поцелуи пошли в уголки рта, потом в нос, а дальше оставались щеки и губы. Он острожно водил носом по его шраму от прикуривателя, оставляя на нем легкое, почти воздушное касание губ. Аарон отстранился так же быстро, как и все это начиналось. Он видел как Нил смотрит на него. Ошарашено, но без злости и ненависти. Голубые глаза прояснились, а бледные пальцы стали ощупывать места, где были оставлены мокрые следы от чужих губ. Оба молчали, да и слова подходящие подобрать не получалось. Постояв еще так минуты две, Нил последний раз взглянул в светло-карие глаза и развернувшись на пятках убежал в общежитие. Оба не проронили ни слова и Аарон не нуждался в этом. Он словно сам поставил точку, во всех своих чувствах. Нил получил ответ на свой вопрос, так пусть и живет с этим. Миньньярд принял отказ и это все, что от него требовалось.

⋆⁺₊⋆ ☾⋆⁺₊⋆