Белый лотос

      — Не отвлекайся.       Голос Реммао можно было бы назвать недовольным, но чуть заметная улыбка на губах портила этот образ.       — Ну уж извини, сложно о чем-то думать в такую жару, — не удержалась и фыркнула Эвтида, поправит длинные косы.       Несколько свитков были разбросаны по полу, а сама Эва держала в руках длинный пергамент. Она сидела, поджав под себя ноги. Поза жутко неудобная для длительного времяпровождения, но, в принципе, ради Рема можно потерпеть.       Девушка не удержалась и подколола своего наставника:       — Удобно тебе, да? А мне сиди, страдай, при этом ещё и учись.       Реммао подал плечами. В его лежачем положении это было странно, но ему было лень убирать голову с колен девушки.       Учителю Эвы, Дии и Реймсса в последнее время было много что лень делать. Например, скрывать их отношения, поэтому они чуть было не попались его младшему брату. У Эвы в последнее время появилось ощущение, что Реммао специально перестал это делать. Наставник всё чаще открыто проявлял своё отношение к ней: ненавязчиво прикасался к её рукам, когда она начала нервничать, чаще других брал на заказы. В какой-то степени мулатке это нравилось, но и вызывало беспокойство.       Их отношения начались странно. Они и сами не поняли, в какой момент всё завязалось. Реммао предпочитал брать на заказы Эвтиду, которая неплохо разбиралась в сферах онейромантии и некромантии и была самой уравновешенной и хитрой. Другие его ученики предпочитали изучать только одну среду темной магии, поэтому проще было таскать ученика, который сведущ во всём. На почве постоянного недосыпа и взаимной усталости границы между ними начали медленно, но уверенно стираться. В скором времени они могли спокойно перебрасываться понятными только им шутками и таскать друг другу еду во время перерывов.       Поэтому чему уж удивляться, когда Эвтида с одеялом после одного из заказов пришла к Реммао в спальню и сказала: «Ты меня на заказ потащил? Ты. Вот и терпи теперь», а после спокойно улеглась спать, потеснив с половины кровати кота. Кота! Страшная женщина. Самого кота с его места потеснила, чего уж говорить о бедном Реммао (ладно, не бедном, а вполне таки зажиточном, но опустим этот момент, денег много не бывает)?       Коту Оссириону I Великому и Неподражаемому этот факт не понравился, но противостоять сонной черномагине не смог и проиграл. Это был первый случай на памяти мужчины, когда его лысый кот, выращенный на улице настоящим воякой, хоть кому-то в чем-то уступал.       Этот случай и завязал всё. Девушка крайне спокойно влилась в жизнь Рема, как фрагмент недостающей мозаики вошел в панно. Их отношения строились на том редком явлении, которое было непопулярно у шезму: взаимопомощи и желании помочь друг другу. Очень часто ученики одного наставника перегрызали друг другу глотки в борьбе за теплое местечко, лишь бы не возвращаться к той, бедной жизни. Рем проходил через это. Эва тоже. Мужчина, тогда ещё паренёк, спокойно выбрал между своей жизнью и жизнью соратника, и никогда не сомневался в сделанном выборе. Эвтида помнила, как жила до того, как попала в семью Исмана: шлялась по улице в поисках еды и крова, всё ещё надеясь на чью-то милость. С реальностью пришлось столкнуться слишком рано. Они оба одновременно жалели об этом, при этом понимая, что иначе быть не могло. Поздно сожалеть о том, что уже произошло — это нельзя никак изменить. Только смириться.       Мужчина осторожно коснулся запястья девушки, открывая глаза. Он успел почувствовать чужое беспокойство, которое начало разрастаться. Реммао чуть приподнялся, заглядывая Эве в глаза. Внимательный, спокойный — с ним мулатка чувствует себя в безопасности. От него веет домом и чем-то таким родным, поэтому она позволяет себе расслабиться в его присутствии.