Буревестник. На крыльях перемен

      — И почему же наша миролюбивая и добренькая Гермиона решила, что ей необходимо развить свой боевой потенциал? — откладывая вилку и нож в сторону, пристально смотря Гермионе в глаза, спросил я.       — А с чего ты взял, что я буду использовать ту странную магию исключительно как оружие? — прищурившись спросила она меня.       — Таки действительно. — разводя руками, с ярким акцентом выпалил я. — Ведь когда вы покупаете ружьё, вы будете использовать его исключительно как хлопушку… А в прочем, кто я такой, чтобы говорить другим людям, что хорошо, а что плохо.       — Ну и? — сверля меня взглядом, с нетерпением в голосе спросила меня Гермиона.       — Терпит до вечера? — спросил я её, ловя на себе пристальные взгляды близнецов Уизли, а заодно и Джинни, которую, очевидно, распределили к нам в Гриффиндор.       — Угу!       — Вот и славненько. — мне сейчас нужно было хорошо питаться, дабы восполнить недостаток энергии в организме. Может внешне я и выглядел хорошо, за исключением лёгкой бледности, то внутреннее истощение было на грани фола. Бедный Йорик!       — Эм, а это как понимать? — хоть и не сразу, но я заметил, что на месте преподавателей сидел никто иной, как печально известный Локонс. — А этот ещё что тут делает? — спросил я Гермиону, кивая в сторону стола преподавателей.       — Кто? Златопуст Локонс? Ах да! Ты же пропустил распределение и знакомство с новым преподавателем…       — П-ф-ф! — как только из уст Гермионы вылетело слово преподаватель, я тут же пожалел, что в этот момент решил отпить брусничного морса, который спешно покинул мой рот, но тут же был пойман телекинезом и отправлен обратно в стакан. — Только не говори, что это ЗоТИ?       Вместо ответа, Гермиона лишь коварно улыбнулась, а моё настроение упало ниже плинтуса. Дамблдор либо тролль, либо гений, раз усадил на кресло профессора одной из самых сложных и важных дисциплин конченного идиота и нарцисса! Я более чем уверен, что на его «уроках» мы будем слушать хвалебные дифирамбы в честь его самого.       Когда ужин закончился, мы с ребятами направились в гостиную, и по пути до точки назначения близнецы решили устроить мне очередной допрос.       — Наш юный друг…       — и верный товарищ!       — Могучий волшебник…       — и выдающийся рыцарь!       — Так, хорош мозги полоскать, давайте по делу, а то от одного лишь вида Локонса у меня уже несварение желудка, так ещё и вы нагнетаете. — раздраженным тоном ответил я.       — Поэтому-то мы и интересуемся… — встав по левую руку спросил меня Фред.       — Что такого в Локонсе, что его невзлюбил рыцарь! — закончил фразу Джордж, встав по правую сторону от меня, закинув свою руку мне на плечо.       — Ответ кроется в вашем вопросе. — на мои слова парни лишь недоумевая нахмурились. — Боги, орден Мерлина! И если Дамблдор ещё заслужил его, хотя, это тоже спорное утверждение, то называть Златопуста рыцарем Мерлина…       — А-а-а-а-а! — хором протянули парни, ускоряя ход.       — Вот вам и а-а-а, и вообще, существование Локонса для Английских Рыцарей, всё равно, что плевок на нашу историю.       — А что не так с Локонсом? — спросил откуда-то сзади Рональд, опять же недовольным тоном. Кажется парень его фанат.       — Да потому что на словах он Лев Толстой, а на деле… Сами придумайте, кто он такой. Для меня он пустое место, вскоре и для всех вас это станет фактом. — устав от разговоров о Локонсе, я ускорил шаг, дабы побыстрее добраться до гостиной.

***

      — Я готова! — и вот мы все добрались до гостиной, каждый собрался заниматься своими делами, а Гермиона преисполненная энтузиазмом, по быстрому переоделась и пошла на штурм места под названием «Оплот Знаний Виктора».       Мы разместились подальше от основного скопления ребят, дабы не мешать им своим трындежом. Разговор будет долгим и нудным, а я не хочу, чтобы некоторые Уизли начали жаловаться на моё занудство. — Тогда начнём с твоего любимого — теории!       — Класс…       — Только, давай уточним, тебе нужна способность, которой я…       — Оттолкнул ребят. — спешно ответила Гермиона. — И если я правильно ощутила, то этой же силой ты метал ледяные мечи…       Услышав слова Гермиону, у меня чуть глаза на лоб не полезли. — А у тебя хорошая сенсорика, Гермиона. Если учесть факт того, что ты уловила не совсем магическую манипуляцию, то у тебя охрененная экстрасенсорика!       — Правда? — удивилась Гермиона. — А как это, не совсем магическая?       — Ну, тут всё познаётся на примере. — сказал я, вынимая палочку из кобуры. — Какое заклинание у нас похоже на телекинез…       — Так это был телекинез. — криво улыбаясь произнесла себе под нос Гермиона. — Левиоса, наверное?       — Ага. — и в качестве примера, я поднял в воздух одну из своих книг, не забыв про движения палочкой и заклинание. — Вот только это не телекинез, а левитация объекта, направление левитации задаётся палочкой или мыслью. И тут главный смысл в том, что чем больше объект, тем больше на него нужно условной маны и концентрации.       — Так, это понятно. — покивала Гермиона. — Но что с телекинезом?       — Вот тут-то и начинается самое интересное! — безумной улыбнувшись произнёс я. — Есть два вида телекинеза, один магический, другой телекинетический…       — А в чём собственно разница?       — А в том, что используя магический телекинез, ты уже тратишь магию, прямо как в Левиосе, но в придачу к этому ты начинаешь использовать так называемую ментальную силу при концентрации. Ты отрабатывала какие-нибудь заклинания дольше часа?       — Ну уж нет, даже после получаса усердной тренировки голова начинает немного болеть.       — Вот, а всё из-за того, что растратив свою ментальную силу, устаёт твой разум. И для того чтобы пользоваться магическим телекинезом, нужно целенаправленно эту энергию тратить. В этом нет ничего сложного, магическим телекинезом может пользоваться любой волшебник, но от силы его телекинеза будет расти и нагрузка на мозг.       — И что будет при больших нагрузках? — поинтересовалась Гермиона.       — Как минимум поднимется давление, сильные головные боли, кровь из носа. В случаях похуже может произойти кровоизлияние в мозг, в самых патовых ситуациях — разрыв кровеносных сосудов головного мозга и обильные повреждения нервных волокон, ты их просто сожжешь. Говорят, что при повреждениях тканей головного мозга боль не ощущается… забудь об этом, боль будет адской!       — Жесть…       — Как оно и есть! — разводя руками ответил я. — Нужно тренироваться, чтобы найти идеальный баланс между твоими ментальными силами и магией, которую ты черпаешь из окружающей среды.       — Так, а что тогда с телекинетическим телекинезом? Извини за тавтологию.       — Нормально. — слегка улыбнувшись ответил я. — Ты же в курсе, что Ауры, рыцари, магией пользоваться не могут.       — Ну да…       — Помнишь мою маму в магазине книг, что она тогда делала? — Гермиона ненадолго подвисла, перебирая воспоминания, пока наконец не вернулась к нам в мир реальный.       — Она же книги в воздухе держала!       — Исключительно ментальная техника, на которую способны только Ауры. Наша скорость мышления и проводимость нервных волокон дали нам эволюционное преимущество, наделив нас такой вот паранормальной способностью. Хотя, какая тут паранормальщина, когда мы можем делать так…       И ради примера я покрыл свою руку льдом, дак так, что прям от кончика пальцев и до самого локтя. — Заметь, ни капли магии.       — Так получается, что ты можешь двигать вещи исключительно силой мысли?       — Ну да, вот только я всё равно добавляю в это дело ману, дабы упростить и усилить процесс. — и правильно, ведь маны у меня на это дело хоть жопой жуй! — Это, к слову, даёт мне преимущество в битве с другими Аурами, будучи более слабым физически, я могу это компенсировать своим мощным телекинезом.       — И на сколько он у тебя мощный? — поинтересовалась Гермиона.       — Могу машину в воздух поднять, легковую, а если понадобиться, то пролететь на ней так километров 50-60… А если нужно что-то просто бросить, то тут и 10 тонн не помеха!       — Недурно. Вот только это не отвечает на один важный вопрос, как оно работает? Какие принципы? На что опирается?       — А вот тут моя учёная любительница, тебе придётся познать мир! Как думаешь, что из себя представляет наш мир?       Хоть вопрос и был больше риторическим, Гермиона нехило так подвисла, пытаясь подобрать идеально подходящий ответ на вопрос. — Не буду тебя мучать… — сказал я, показывая три пальца, — мир состоит из материи, энергии и информации.       — Чего? Хотя, если так подумать, то что-то про материю я слышала…       — Физика, химия и биология, три основополагающие составляющие материальной стороны мироздания. Это единственная сфера, в изучении и познаниях в которой люди добились в разы больше, чем волшебники и ауры. Хотя, что-то мне подсказывает, что люди в обозримом будущем и другую сторону энергетической составляющей мира смогут потрогать.              — Что есть энергия?       — Магия? Можно даже сказать проще, всё что не изучено человечеством, и что так или иначе не подпадает под критерий оценки «энергии» у людей, является энергией в моём понимании. Для волшебников это нейтральная энергия, а для ауров это жизнь. Проще говоря Аура и Мана.       — Звучит не очень надёжно.       — Резонно, однако невозможно обратить энергию в чистейшую материю, как и чистейшую материю в нейтральную энергию. Сжигая дрова ты не получишь нейтральную энергию, а только тепло, если ты человек, и стихийную энергию пламени, если ты волшебник.       — Так же и с энергией, использовав нейтральную энергию ты можешь создать свет, Люмос. Но ты никогда не сможешь эту нейтральную энергию материализовать, ведь сделав это, ты буквально создаешь вещество, которое можно получить разве что «оторвав кусочек» чёрной дыры…        — И это не трансфигурация, а именно что сотворение материи из энергии, процесс, который со временем не обернётся вспять. И волшебство это не просто чудо, это чётко выверенный процесс, при котором волшебник изменяет реальность на фундаментальном, энергетическом уровне.       Я бы мог дать контрпример с Адронным Коллайдером, но человечество его ещё не создало. Люди смогут найти обходной путь создания/изменения энергии/материи, путём разгона частиц почти до скорости света.        — Сложно, но уже понятнее. — кивнула Гермиона, но снова нахмурилась и задумалась. — А что такое информация?       — А вот это, моя подруга, самая интересная тема. — воодушевляясь процедил я. — Всё в нашем мире, так или иначе, имеет шаблон создания. Возьмём для примера наши гены, несущие в себе информацию для последующего конструирования прямого потомка. И от того, какой именно будет эта информация, будет зависеть, кем родится наш потомок, какими чертами он будет обладать, как он будет выглядеть и так далее…       — И так получается, что телекинез, это способность влиять на мир напрямую через его информационную составляющую через ваш разум! — вот тут-то Гермиону знатно накрыло от наплыва информации.       На самом деле, я более чем уверен, что в этом мире сейчас о так называемой информации, знают лишь двое, я да Гермиона. — Но как?       — Ты, часть этого мира, а твоя воля, как единица незримой силы волшебника, велика! Одного твоего желания когда-то было достаточно, чтобы поджечь условную вещь, ментально воздействуя на материю и энергетику. Так почему бы не перезаписать информационную составляющую мира, подчинив себе скажем, законы физики? Тяжелое дерево? Пффф! Вырви его с корнями одним движением руки и метни куда подальше, плёвое же дело. Всё что нужно, лишь представить и визуализировать процесс.       — И всё? — удивилась Гермиона. — Погодите, но ведь по такому же принципу работает магия, нужно лишь добавить к этому взмах палочкой и энергию…       — Да! Но если достаточно сильно развить свой разум, то всё вышеперечисленное тобой можно отбросить за ненадобностью!       — И правда, если представить в голове как именно должно сработать заклинание, визуализировать его, то магию активировать проще.       Продолжая разговор, я поднял лежащую на столе книгу без лишних движений рук, даже не смотря на неё. — Просто представь, как мир в твоём воображении меняется, и его информация будет перезаписана. Но всегда есть нюанс…       Как только я это сказал, мой телекинез был прерван, в следствии чего книга рухнула обратно на стол. — Мир всегда будет стремиться вернуться к изначальному состоянию, ведь в противном случае один поехавший крышей волшебник мог бы перекроить нам мир до состояния разваренной картошечки.

***

      — Как же это сложно. — откинув голову назад, шипящим голосом произнесла Гермиона, уставившись в потолок. — Очень полезная информация! Зачем она мне?       — Да так, просто мне стало интересно, чего ты сможешь достичь, зная о том, насколько одновременно легко и сложно устроен наш мир. — разводя руками ответил я. — Подавляющие большинство волшебников относятся к магии как к чуду, что в корне не верно. Лишь единицы знают цену магии, пользуются ей не только ради потехи. Но все они похожи в одном, им неизвестна природа магии и окружающего их мира. Куда проще закрыться от этого за завесой неведения, чем открыть для себя новый мир, с другой стороны.       — Но зачем? — недоумевала Гермиона.       — Чтобы стать ещё сильнее, разумеется! Вот скажи мне, чьё заклинание, допустим Ступефай, будет сильнее, твой или Рональда?       — П-ф-ф, мой разумеется. — вздёрнув подбородок, горделиво ответила она. — Да и что-то мне подсказывает, что Рон не сможет исполнить Ступефай с первого раза.       — Но почему твой Ступефай сильнее? — продолжил наседать я.       — Я много тренировалась, проработала его множество раз в уме, отточила движения…       — И всё? — ухмыльнулся я. — А что, если я скажу тебе, что выучив новое для себя заклинание, я смогу с первого раза применить его в разы сильнее чем у того, кто меня ему обучил?       — С чего бы?       — Да просто потому, что я умею манипулировать потоками энергии в окружающей среде. — а ещё в себе… — Могу увеличить или уменьшить объём использованной маны на создание заклинания, могу переработать его структуру, куда уж там, я уже создал несколько авторских заклинаний, которые не имеют палочковых аналогов, лишь в одном случае есть сомнительного происхождения артефакт с подобным функционалом. Мне достаточно лишь пожелать, и мир прогнётся подо мной.       — Это бы звучало как бахвальство, но я видела, на что ты способен. — почесав подбородок произнесла Гермиона. — Но к чему это всё?       — А что мне даёт все эти преимущества? Только не говори про родословную, она меня в магическом плане одарила не больше твоего, а всё что у меня есть сейчас, целиком и полностью моя заслуга. Были лишь предрасположенности, которые без должного развития можно «затупить» и после выкинуть. Развивай свой мозг!       — Да ну?       — Всё твоё волшебство идёт от него. — постучав пальцем себе по виску, нравоучительным тоном произнёс я. — Мозг — это вычислительный процессор такой мощности, что не поддаётся сравнению. То количество операций, которое он выполняет ежесекундно поражает до глубины души.       — От поддержания жизни, до регуляции любых, даже самых незначительных процессов в организме. И чем более развит твой мозг, чем больше в нём знаний, которые ты можешь использовать, тем лучше он работает. Дошло наконец, или ещё нет?       Гермиона призадумалась, но довольно быстро нашла ответ. — Чем больше заклинаний я буду знать, тем проще и сильнее они станут?       — Насчёт второго не уверен, но с первым ты права на все сто. И не только заклинаний, но и Маггловская наука тоже может сделать тебя сильнее. — кивнул я. — Уникальность мозга в том, что он может сам достраивать заклинания и цепочки действий при необходимости. Есть даже такой уровень владения магией и своей силой, при котором ты будешь активировать заклинания не только невербально, но и на подсознательном уровне, словно это рефлекс. И знаешь к чему это?       — Не имею и малейшего представления.       — К тому, что ты не готова к изучению моих техник телекинеза. — встав с кресла ответил я. — Слишком рано, лучше акцентируй внимание на расширение своего кругозора и магического арсенала. И когда, допустим, ты сможешь невербально создать Ступефай размером с баскетбольный мяч… вот тогда я научу тебя телекинезу.       — М-да, а я то думала, что всё будет куда проще. — опустив голову, произнесла понурая Гермиона. — Класс, меня завуалированно отшили.       — Ну, это ведь не значит, что ты не сможешь научиться телекинезу сама, ведь всё что для этого нужно, ты уже знаешь. — улыбнувшись ей на прощание, я покинул гостиную, намереваясь улечься спать пораньше. Силушка богатырская сама себя не восполнит.

***

      Если поразмыслить над тем, какие именно знания и в каком количестве я вчера вечером вложил в голову Гермионы, то огромную долю информации я утаил. Да, моя юная исследовательница, лучше тебе не знать о вещах, которые либо происходят из системы «трёх», либо являются первоисточниками всего сущего.       Энергия, Свет, Тьма, Хаос, Пустота, Бездна, Расщепление жизни, Спиритуализм и Энергия души, Грех и Великое Благо, Сон и Осознание. Так же не стоит забывать о Разуме и Имитации… И это только самые-самые важные и основные силы, на которых всё мироздание держится, многовато для трёх китов, не так ли?       А к ним в придачу ещё идут силы основанные на элементах, так же известные как стихийные, «внесистемные» или безэлементные силы, к которым, собственно, и относится телекинез, как и большинство заклинаний местной школы волшебства.       Как пример, есть такие уникальные силы как звук, вибрации и менее распространённые колебания, как отличающийся от вибрации своей направленностью способ воздействия. Некоторые из них узконаправленные, но при должной сноровке все они имеют чудовищный разрушительный потенциал.       И когда я Гермионе говорил о том, что разум может усилить телекинез, ведь они, что логично, напрямую связаны, я слукавил. Усилить благодаря своему разуму и ментальной силе можно всё, но это уже один неуверенный шажок на тёмную сторону. Лишь телекинез не имеет прямого воздействия на разум другого волшебника, благодаря чему вы не получите отдачи, скажем, если вы раздавите своего врага телекинезом.       Но если вы усилите ментально Ступефай, зарядив его своим гневом, он, разумеется, станет разрушительнее, вот только в случае смерти вашего оппонента, его негативные эмоции в момент гибели перейдут к вам, ведь ваш гнев в виде ментальной силы сработает в качестве маяка. Да, это ещё не «непростительные», ведь мана может и не попасть в тело волшебника, но отдача уже будет. А там зависимость, тлен, уныние, ну и после тотальный разнос всего и вся просто потому, что ты так хочешь. По факту, ломка и жажда насилия будут выжимать тебя словно апельсин, если ты будешь сопротивляться.       — Как же это ужасно.       Когда наступает Гербология, она же травология, ты уже подсознательно готов к любому ахтунгу, который может там произойти, но Мандрагора? Когда вы, одетые в нелепые жёлтые мантии, в дурацких наушниках, стоите всей кодлой в теплицы, и по команде профессора вырываете из горшка Мандрагору… Ор выше гор!       — Так плохо? — спросила Гермиона, увидев мою кривую рожу.       — Что? — переспросил я её, понимая, что оглушительный визг этих мелких ублюдочных корневищ, похожих на скукоженных Лепреконов, оглушил меня не хуже разорвавшейся неподалёку бомбы. Барабанные перепонки целы, и на том спасибо!       Однако Невиллу досталось больше, хоть он из всех ребят, кроме меня, был самым одарённым и эрудированным в травологии, его всё равно вырубило.       — Лонгботтом? Пусть лежит… — прочёл я по губам профессора Помоны Спраут.       Ну, что я могу сказать… это вполне в духе Хогвартса, что удручает, пришлось мне оторваться от орущей Мандрагоры, но только после того, как я её зарыл в новый горшок. Ну не могу я оставить этого парня в таком положении, так что пришлось усадить бессознательного Невилла на скамью в конце оранжереи.       Если не я, то кто же?

***

      — Что тебя тревожит, Екатерина?       Вечер в поместье Фэй был самым обычным, муж и жена как и всегда сидели у камина и обсуждали новости насущные, а заодно глава семейства делился тем, что пришло из мира людей, только со стороны человека, приближённого к Елизавете Второй.       — Тебе ли не знать? — бросив взгляд на своего мужа, ответила Екатерина. — Вот честно, я была бы куда спокойнее, не проявись у него аура…       — Не скажу, что я на все 100 согласен с твоими суждениями, но в чём-то ты определённо права. — похлопав по спинке кресла ответил Уильям ле Фэй. — Меня больше пугает его прогресс.       — Вот-вот. — согласилась Екатерина. — Если слова Артурии верны, а они верны, то он развивается с невероятной скоростью. У Виктора неординарные способности и потенциал, которыми он благополучно пользуется, но ведь эта сила не за просто так даётся.       — Боишься, что Виктор закончит как первый сын Гектара? — услышав вопрос своего мужа, Екатерина бросила на мужа свой недовольный, немного гневный взгляд. — Ну а что?       — Что-что, сам же знаешь, чем ярче горит наше пламя…       — Тем быстрее мы выгораем. — закончил Уильям фразу своей жены. — Сейчас он горит даже ярче Артурии. Всё это имеет мало смысла, Артурия нам не враг, а даже если и появится такая необходимость, она нас всех убьёт.       — Ошибаешься. — скупо ответила леди Фэй, после чего словила на себе неоднозначный взгляд мужа, полный недоумения. — Для меня Артурия, всё равно что дочь, и знаю я её как облупленную. Было достаточно лишь раз взглянуть ей в глаза, и мне сразу стало понятно, она ему проиграла, возможно лишь раз…       — ЧТО?! — подскакивая с кресла взвизгнул глава семейства. — Как? Он же слабее!       — Ага, а ещё он волшебник, и судя по письму Дамблдора, чрезвычайно сильный, а ещё и нетипичный, выделяющийся даже среди волшебников. Ты не в курсе, но когда мы подтягивали его в освоении доспеха, он магией не пользовался, но даже так он умудрялся огрызаться. Против Ланселота с оружием в полном доспехе! И по его движениям было трудно сказать, что он ещё и волшебник, все его навыки отточены почти до идеала. А теперь представь, что он ещё и магией начнётся активно пользоваться?       — Даже так, Артурия всё ещё не вошла в свою полную силу. — успокаиваясь произнёс Уильям. — Сама же знаешь, мы мужчины, развиваемся равномерно в промежутке с 6 до 16 лет, после чего сильно замедляемся в развитии. А что вы, женщины? Слабые, но после 18 ваша сила резко и многократно возрастает.       — Тебе ли не знать, для чего? — ухмыляясь ответила Екатерина. — Однако, часть моих сил всё ещё при мне, и это заслуга Виктора. И это парадоксально, ведь даже не передавая ему свою ауру, я всё ещё могу его чувствовать, не так явно, как Лизоньку, но всё же…       — Может оно и к лучше, и это я про передачу ауры. — произнёс Уильям, бросив взгляд на раскалённые угли в камине. — Грядет буря, и для всех нас будет куда лучше, если один из сильнейших Ауров Земли будет в строю.       — А Артурия? Она уже одна из сильнейших, не говоря о том, что скоро её совершеннолетие.       — Май 94 года… Было бы неплохо, встань она в главе нас. Вот только у Круглого Стола на Артурию другие планы. — произнёс Уильям, в его голосе читалась некая тоска, и даже презрение.       — Будто она их станет слушать. — фыркнула Екатерина. — Тяжелые времена грядут, нам нужен каждый боеспособный Аур. Порядка 4000 волшебников в Англии, не считая приезжих и наёмников. Да, часть из них дети, но тебе ли не знать, что даже ребёнок с оружием может представлять угрозу, особенно людям. А сколько нас, боеспособных не больше 90…       — Будто все станут верными Тёмному Лорду. Да и что мы можем сделать? — вернув свой взгляд на жену, спросил её Уильям. — Артурия старшая сама виновата, что всё складывается подобным образом. Единственный раз за историю «Артурия» решилась отойти от традиций, а потом со слезами на глазах отдала нам свою единственную дочь.       — П-ф-ф-ф, в задницу принцип наследственности! Артурия не кусок мяса.       — Им это скажи. — усмехнулся глава семейства, возвращая свой взгляд на камин. — По крайней мере они перестали донимать Виктора.

***

      — Я всё никак не могу понять, что имел в виду отец. — бубнила себе под нос Гермиона, говоря ровно так, чтобы я мог услышать и поинтересоваться, о чём это она. Что поделать, придётся спрашивать.       — О чём ты? — не подавая виду спросил я.       — Что очень удобно для людей, что у них под рукой есть такие, как ты…       — Оу, так ты рассказала родителям об Аурах? — ухмыльнулся я, откладывая столовые приборы в сторону, ведь трапезу я закончил.       — Ну разумеется! Разве я могла об этом молчать, да и что в этом такого, если они и без этого знают о моих особенностях. Отец сказал, что рождение людей у которых огромная физическая сила, куда логичнее, чем появление волшебников. Хотя, о том, что вы тоже можете использовать силы подобные магии, я умолчала.       — Забавно. А на счёт удобства, он скорее то и имеет в виду, что существование Ауров очень полезно для людей.              — И чем же? — удивилась Гермиона.       — Ну представь себе, ты весьма умная волшебница, маглорождённая. А теперь давай представим, что при всём этом ты ещё чрезвычайно успешная, чем до жути бесишь чистокровных тупых детишек.       — И вот, один из них, у которого родители имеют не самую лучшую в маг мире репутацию, или просто достаточно обеспечены, решает тебя проучить, но как? Вопрос формальный, ведь ответ тут напрашивается сам собой, тебя лично проучить не выйдет, а вот через родителей, легко. — когда я начал говорить об этом, я нарочно поставил между нами чары приватности, избавляясь от лишних ушей.       — Но зачем? — недоумевала Гермиона, но в глубине души понимая, что такое вполне возможно.       — В Хогвартсе ты защищена, это можно даже не обсуждать. Зато твои родители, очень даже уязвимы, особенно если вспомнить про маглоотталкивающие чары, которые при должной сноровке может наложить на себя даже первокурсник.       — Абсурд…       — А вот и нет, вполне себе реальная практика. — ответил я, разводя руки. — Но теперь представь, что идёт такой по городу, маргинал из Лютного, которому подкинула галеонов 50 за то, чтобы он твоих родителей проклял. Разумеется, что он воспользуется определёнными чарами, чтобы не привлекать к себе внимание людей. Видишь ли, волшебникам проще стать «невидимыми», чем переодеться. Можно, конечно, Трансгрессировать, но это уже может привлечь внимание ДМП, да и нужно иметь визуальное представление точки выхода.       — Допустим. — кивнула Гермиона.       — Но тут, он осознаёт, что кое-чего не учёл. — улыбаясь произнёс я. — Ведь он не абы где, а в толпе обычных людей, у которых магии нет. И ладно бы он просто шел, тогда бы он просто выглядел броско, но когда он использует на себя такую обширную магию… светиться он начинает, словно новогодняя ёлка! И тут БАХ!       Произнёс я, резко хлопая рукой по столу так, что Гермиона аж подпрыгнула. — Его словно самосвалом сбивает, моментальная смерть, ведь Аур чувствуют активно колдующего волшебника за десятки километров. А в Англии Ауров одновременно может быть двенадцать, из которых трое Истинные Рыцари разных рангов.       — То есть, ты хочешь сказать, что Рыцари следят за волшебниками? — ошарашенным тоном спросила Гермиона.       — Только на «нашей» территории, на земли волшебников мы не ходим… Хотя нет, уже ходим, я хожу. Иногда одного лишь осознания подобных рисков хватает, чтобы переубедить вредить маглам даже самого отпетого волшебника. Ауры их естественный враг, а если ты вспомнишь случай с моей матерью, то это лишь дополнит картину. Неуютно находиться в одном месте с хищником, который выше тебя в пищевой цепи. И только на меня смотрят, как на неполноценного.       — Как-то угнетающе это всё звучит… — подавленным тоном пропищала Гермиона, смотря на то, как я встаю из-за стола.       Убрав чары приватности, я на миг уловил до боли знакомый крик, который исходил с того места, где сидели Биба и Боба. Кажется, кричала миссис Уизли. — Опять они секретничают.       И мой еле заметный жест рукой, при котором была снята приватность, уловили близнецы. — Разумеется, ведь наш Виктор полон секретов и тайн, которыми он не хочет с нами делиться…       — Тю, парни, просто Гермиона узнала стратегически важную информацию. — сделав серьёзное лицо, грозным тоном произнёс я. — Я просто сберёг ваши жизни, ибо юной Грейнджер теперь не знать покоя, за ней будут пристально следить! А если она проболтается…       — Что?! — опешила Гермиона, бросив на меня полный волнения взгляд. — Какая слежка?       Вместо ответа я лишь тепло улыбнулся и подмигнул своей юной подруге, заставив ту надуть щеки и состроить недовольную мину, я в ответ вновь улыбнулся и потопал на выход. — Кстати, сейчас пара у Локонса. — крикнули мне в след близнецы Уизли, от чего я чуть не споткнулся на ровном месте.       Чёрт, совсем забыл, что у этого черта сегодня пара…

***

      Идиотов бояться, на ЗоТИ не ходить.       Люблю я свою черту, когда ты начинаешь машинально активировать заклинания, отводящие от тебя взгляд. Особенно приятно, когда твой уровень достаточно велик, чтобы скрыться всего лишь от одного человека.       А он меня всё взглядом выискивал, выискивал… Но, увы и ах, к сожалению Златопуст Локонс воистину пустое место, которое не способно даже заглянуть под столь простенькое заклятие. Ну да и хер с ним.       — У тебя есть книга с автографом Локонса? — поинтересовалась моя соседка по парте, которая со времён первого курса так и не изменилась.       — Ну да, хочешь? — спросил я у неё, от чего она дико закивала.       — А можно? — она так долго кивала, что я уже начал бояться, что у неё голова отвалится.       — Для тебя Паркинсон, ничего не жалко. Меняемся! — и передав своей соседке по парте свою книгу, взамен получил её книгу без автографа.       — Девчонки будут в восторге! — она сейчас говорила слишком громко для урока, и только мой лёгкий отвод глаз мог спасти Пэнси от словесного поноса Златопуста. Как какая-то малолетняя нахалка может прерывать спич сея возвышенной персоны? Немыслимо! Непростительно! На фоне столь вопиющего преступления, даже использование непростительных заклинаний не являются столь непростительным поступком.       Интересно, неужели абсолютно все волшебники в восторге от этого клоуна? И даже чистокровные, ладно дети, но неужели их родители не могли донести до своих чад, что в этом году их будет обучать пустослов? Хотя, если я правильно помню, то у Паркинсон из соседок Джемма Фарли, Дафна Грингасс, Милисента Булстроуд и Трейси Дэвис, не без чистокровных…       Да, вот настолько мне интересна лекция Локонса, что я аж начал вспоминать состав факультетов. А откуда мне известно, кто живёт в одной комнате с моей соседкой? Ой, кажется Локонс собирается что-то «выкинуть».       И да, он подошел к довольно большой клетке, пленников которой мы не могли видеть из-за тканей занавески. Хотя, разумеется я уже знал, кто там сидит. — Пикси. — усталым тоном произнёс я, чем привлёк внимание своей соседки. И когда ткань была убрана, весь класс заполнился писком этих синих уродцев и проказников.       Знаете, что сделал это альтернативно одарённый? Открыл клетку и выпустил их… Разумеется, что недавние смешки детей сменились криками испуга и паникой. Меня такое поведение преподавателя крайне бесит, а ещё меня бесит факт того, что с подачки этого золотого петуха, Пикси портят имущество школы и детей. Хотелось бы спросить, а за чей счёт кутёж?       Я сначала молча наблюдал за этим хаосом, пока одна из Пикси не подлетела ко мне, попытавшись дать мне щелбан. Ну как попыталась, она мне его поставила, только я на него никак не среагировал, а вот она судя по недоумённому взгляду абсолютно чёрных глаз, пострадала.       — Сгинь, мусор. — и дал ей щелбан в ответ, от которого её голова буквально взорвалась, чем привлекла внимание каждой Пикси в классе, заставив их притихнуть.       Выпустив немного ауры, я слегка усилил свой голос. — А ну вернулись в клетку, пока я вам крылья не пообрывал. — «спокойным» тоном произнёс я, заставив всех разлетевшихся Пикси устремиться к клетке.       Подняв труп свалившейся ко мне на парту Пикси, я материализовал пламя ауры, после чего безжалостно испепелил его. В этот момент не только Пикси дрожали в ужасе, лихорадочно пытаясь закрыться в своей клетке изнутри, даже Локонс громко гыкнул, то ли от удивления, то ли от шока.       — Думаю, мы можем продолжить урок, профессор. — произносил я, улыбаясь звериным оскалом, пристально смотря в глаза Локонса.       Я тебя, ублюдка, сгною из Хога с превеликим удовольствием!

      ***

      Дни тянутся, уроки ведутся, учёба спорится, лес мой активно растёт, как я и планировал, так что в скором времени у меня появится свой персональный уголок. И пока я тренировался с «Руками Дракона», моя чуйка уловила присутствие геморройного трио, которое довольно быстро двигалось к хижине Хагрида.       — Кстати, я ведь давно не заходил в гости к Хагриду. Кажется последний раз был тогда, когда у него забрали дракончика. Пришлось его подбадривать…       Сказано — сделано! Рысью вылетев из леса, я подловил ребят у самого входа в хижину Хагрида, когда они заходили внутрь. Чуть не пролетев мимо, мне пришлось бочком тормозить, уходя в занос и вспахивая землю. — Ой!       Встав по стойке смирно и заправив свою рубашку, я последовал за ребятами, которые сейчас пристально рассматривали меня. Но только не Рональд, ему было очень плохо, поэтому он смотрел в пол.       Зайдя вместе со всеми в хижину Хагрида, я тут же протянул ему руку, а он ответил тем же. — Здорова, Рубеус. Как там урожай тыкв, не пора ли собирать?       — Пора Виктор, пора. — улыбаясь ответил он. — А чего это вас ко мне привело ребятки?       Спросил он, кивая мне присесть на одно из свободных кресел, что я тут же и сделал. — Мне вот тоже интересно.       — Рональд поразил себя своим же заклинанием. — ответила Гермиона, а Рональд в подтверждении слов Грейнджер сделал неловкое «блуэ», отрыгнув слизня.       — И как же он умудрился? — как только Хагрид увидел это, сразу убежал куда-то в сторону, оставляя меня с ребятами наедине.       — Палочку сломал. — ответил зарёванный Рональд.       — На, держи специальное оборудования. — произнёс вернувшийся Рубеус, вручая Рону ведро. — Придётся ждать когда все слизни выйдут.       — Вы сейчас серьёзно? — спросил я всех, вынимая палочку из нагрудной кобуры, которая сейчас была у всех на виду, ведь я был без мантии. — Финита. — один лёгкий взмах и шуточное проклятие было снято.       — О, спасибо! — оживился Рональд, откладывая ведро в сторону.       — Как ты вообще умудрился сломать палочку?       — Упал с метлы пока с братьями играл в Квиддич дома… — глубоко вздыхая ответил Рон.       — Дай-ка глянуть. — помахав рукой, сказал я Рональду, а он в свою очередь с неохотой, но передал мне палочку. — А ты что, Гермиона, сама не додумалась снять порчу Финитой?       — Да, задумалась что-то. — отрешённо ответила Гермиона, а сама смотрит в пол, взглядом на весь мир обиженной девочки.       — Ну и что случилось? — поинтересовался я, возвращая палочку Рону. Кстати, чисто технически я могу её починить, но вот доверит ли он мне свой инструмент или нет, уже другой вопрос. Я могу это сделать бесплатно, а вот Олливандер запросит энную сумму галеонов. Почему бы Поттеру не купить в качестве подарка своему рыжему другу палочку?       Гермиона промолчала, а вот Гарри решил высказаться. — Если ты про Рона, то он решил проклясть Малфоя, за то что он… Я точно не знаю, что значит это выражение…       И тут Гермиона не выдержала, соскочила с места и ушла в угол комнаты, нахохлилась, и наконец набравшись решимости выпалила следующие, — Грязнокровка.       — Как он мог! — разинув рот выдал Рубеус.       — Объясните, что это значит? — недоумевал Поттер. А оно и понятно, почему он не знает, ведь он полукровка.       — Это значит, что волшебник родился в семье обычных людей, маглов, у которых в роду не было других волшебников. — не обостряя внимание на этом позорном клейме, ответил я быстрее Гермионы, ведь она уже была готова вспылить, рассказав всем и вся без прикрас, что значит этот термин.       — Вот именно! Да как он может разбрасываться подобными словами в Хогвартсе. — чуть не расплакавшись выпалила Гермиона.       — Забудь, Гермиона, чистота крови не делает их особенными, а подобные высказывания говорит лишь о том, что у Малфоя и ему подобных перед тобой есть лишь одно «преимущество». — показывая пальцами кавычки произнёс я. — Чистокровность, что за сюр.       — Кстати, Виктор. — обратился ко мне Поттер. — А что ты делал в лесу? Если я не проглядел, то именно оттуда ты и прибежал.       — Он помогает мне с заготовкой древесины. — вместо меня ответ дал Хагрид. — Я тут пару новых загонов готовлю, эт самое, а Виктор любезно предложил мне помочь. Видели его ручищи, посильнее моих будут!       — Ничего особенного, просто родовая особенность и усердные тренировки, вот и всё. — но если так подумать, то руки у меня действительно хорошо накачены, да и не только руки. А сейчас, когда у меня были закатаны рукава рубашки, можно было легко разглядеть мою развитую не по годам мускулатуру. Наверное поэтому все ребята нашли себя за разглядывание моего телосложения.       — Ах да, Гермиона. — прервав их оптическую атаку на мою скромную персону, обратился я к своей подруге.       — М-да? — оживилась она.       — Если Малфой или ему подобные ещё раз будут кидаться в тебя подобными высказываниями… Можешь в ответ называть их Гематологами усратыми! — и разумеется, что подобное я сказал на русском, проговаривая каждое слово, чтобы всем понятно стало.       — И почему мне кажется, что это что-то предельно оскорбительное? — с подозрением во взгляде говорили Гермиона.       — У тебя неплохое чутьё, подруга дней моих суровых. — подойдя к Гермионе и положив ей руку на плечо, я глубоко вздохнул. — А затем пошли их нахуй!       — Можно я не буду этого делать?       — Ладно, можешь их никуда не посылать, а то с учётом внезапного магического импульса может не хорошо получиться… — это куда же можно буквально уйти? — Но вот Гематолог, уже другое дело.       — А кто такой Гематолог? — спросил нас Рональд.       — Врач или специалист, специализирующийся на изучение крови. — тут же ответила Гермиона, после чего как-то коварно улыбнулась. — А что, действительно подходит!       — Я фигни не посоветую, про «усратого» не забывай…       — Да-да, конечно. — закивала Гермиона. — Может быть.

***

      — Вот скажи мне, если Ауры опасны для Волшебников, то что могут противопоставить люди?       А Гермиона всё не унималась, изредка находя время и повод докопаться до меня. А я и не против, мне это просто интересно, поговорить хоть с кем-то, кто меня более менее понимает.       — Огнестрел? — скупо ответил я, откладывая книгу по квантовой физике. Третий раз перечитываю.       — Это да, но ты же сам говорил, что от взгляда людей можно спрятаться за чарами.       — Не всегда помогает, очень редко, но попадаются люди, которые так или иначе могут видеть сквозь маглоотталкивающие чары. У некоторых в роду когда-то давно были волшебники, некоторые в это время родились сквибами, а некоторые просто «облучились» нейтральной энергией, так что могут видеть скрытые ей объекты.       — И много таких? — не скрывая удивления спросила Гермиона.       — В Англии не так уж и много, на 10000 людей всего 2 могут похвастаться подобными способностями.       — Но Протего пробить пуля не сможет?       — Ты что, на войну против маглов собралась? — улыбаясь спросил я Гермиону.       — Нет конечно, просто интересно. — ответила она, отводя взгляд. — Меня немного пугает факт того, что люди какие-то беззащитные.       — Для беззащитных у них слишком много оружия, способного уничтожить всё живое на Земле. И да, у маглов есть оружие способное пробить Протего.       — Ракета?       — Технически, да. — прикидывая в уме потенциальную кинетическую и тепловую энергию при взрыве, я рассчитал, какой ракеты хватит для пробития стационарного Протего. — Хватит и гранатомета, особенно со снарядом с кумулятивной поражающей частью… Но это не значит, что пуля Протего не пробьёт, тот же Barrett M82 спокойно прошибёт стандартный Протего, если его волшебник выставить успеет…       Гермиона уже была достаточно загружена, но я продолжил. — Однако, есть парочка интересных наработок. — пошарив в сумке, я вынул из неё один пистолетный патрон. — 9mm Parabellum, пуля под Spitfire MK II 1980 года разработки…       Дав сухую справку, я передал пулю Гермионы для изучения. — Она в рунах? — удивилась она, пристально разглядывая её. — И я не узнаю их…       — А ты у нас знаешь язык рун? — усмехнулся я.       — Отчасти, учить их было очень интересно. Если ты не знал, то я планирую сдать все экзамены по СОВ и ЖАБА. — возвращая пулю ответила Грейнджер. — А ты нет?       — А оно мне надо? — на мой вопрос Гермиона лишь наклонила голову, дав понять, что ответа на мой вопрос у неё нет. — По твоему я собираюсь жить в маг Англии? А если и да, то только обособленно, а все эти регалии и статус выпускника Хога мне всё равно не помогут, меня из принципа на работу брать не будут, даже наоборот, будут палки в колёса совать.       — Это мерзко. — верно подметила Гермиона. — Так что с пулей?       — Видишь ли, при должной сноровке и хороших инструментах, руну может написать даже магл, не говоря о специально настроенном станке. — пуля была возвращена в сумку. — И вот эта пуля, пока что опытный образец, у которого есть два названия. И что-то мне подсказывает, что в случае особой рьяности некоторых волшебников, которые посчитают своих не волшебных соседей угрозой.       Я выдержал небольшую паузу. — То заводское название этой пули МК1, очень легко и просто смениться на просто MK.       — MK? — скривившись переспросила Грейнджер.       — Mage Killer…

      ***

      Забавная всё-таки эта девчонка, Гермиона Грейнджер. Мой глаз и чуйка меня не обманули, она действительно многогранно одарённая. Умна и находчива, а та скорость, с которой она осваивает всё новые и новые знания, далека от той, которая доступна обычным людям.       Больше всего мне нравится то, что она не ушла в лютое самокопание или отрицание, когда узнала, что у людей имеется возможность создавать оружие против волшебников, она наоборот подумала о том, как можно будет избежать такой продвинутой пули.       Не буду лукавить, именно на это я и рассчитывал, ведь столь быстрый объект, как пуля, может быть остановлен лишь телекинезом. Спросите почему? А вы успеете создать перед собой Протего или вырастить из земли каменную стену, когда в вас выстрелят из пистолета, скажем, с 50 метров? Разумеется нет.       Но если вы освоите телекинез, то вместе с ним у вас разовьётся чувствительность к потенциальным угрозам, которая будет подсознательно активировать телекинез. Пулю это не остановит, если вы ментально слабы, но значительно замедлит.       Было отрадно видеть Гермиону, которая в нашей гостиной теперь штурмовала не только книги и уроки, но также уделяла время тренировкам телекинезу. Идёт первая неделя, так что видимого прогресса нет, однако в плане энергетики я мог отчётливо видеть, что девчонка развивается.       За всё время моего нахождения в Хоге, мне на глаза попадались всего три волшебника с огромным потенциалом: Грейнджер, Поттер и Малфой… Та ещё компашка, честное слово, но закапывать такой потенциал будет тем ещё расточительством.       Но есть пара нюансов, зовут эти нюансы Гарри и Драко. Первого учить бесполезно пока рядом с ним есть Уизли, а навязывать пацану с кем дружить не моё дело. Рыжий просто дерьмово влияет героя всея Англии, ибо когда они вместе, можно увидеть уникальный вид экстремального спорта, парное лентяйство.       Драко… Как бы так сказать, мы с ним не друзья, а подойти и сказать ему что-то типа: Драко, ты избранный! Следуй за мной, и я покажу тебе все прелести светлой стороны… Так далеко даже я уйти не смогу, куда меня пошлет Малфой. Да и учить чистокровного, учитывая нашу общую историю… себе дороже.       Вот и остаётся только Гермиона, у которой в башке не осталось того ВАУ эффекта, от которого до сих пор не отпускает Поттера. Да и не прячется Гермиона за юбкой своего «папа», угрожая всему и вся его статусом. Но самое главное, желание учиться и развиваться, которое до сих пор не покинуло и не покинет Гермиону.       И тут вы спросите, а на кой оно тебе надо, такому сильному и крутому? Да всё просто! Я могу быть бесконечно сильным и крутым, но в будущем, как только меня перестанет покрывать моя позиция ученика Хога, а она имеет довольно большой магический вес, то меня тут же попрут отовсюду, в придачу оборвав все мои связи с другими волшебниками, в первую очередь родовитыми волшебниками.       И останутся у меня из друзей только народ с факультета, и то не все, но самое главное Гермиона. Сейчас магической Англией рулят чистокровные, а полукровкам и маглорождённым они не рады. У Гермионы будет одна существенная проблема, она будет ограничена самым необходимым ресурсом, знаниями.       Вот тут я ей и пригожусь, чем же? Очень просто! Во-первых: я помогу ей всесторонне развиться, возможно даже помогу ей стать элементалистом, прямо как я, только выберу не опасную для неё силу. Во-вторых: у меня есть библиотека, в которой хранятся древние знания о колдовстве, которые в некоторых аспектах на голову превосходят современную магию.       Теперь прикинем, наша Гермиона, со своей прозорливостью и находчивостью может залезть в любую задницу, даже не прибегая к помощи вазелина! Для такой как она нужны лишь две вещи: знания и практика. Я помогу ей развиться, а с такой базой она сможет добиться куда больше. Хотя, зная её, я не удивлюсь, если она со временем сможет занять место Министра Магии.       А какой резон мне лезть в это? Информация. Чем сильнее я разовью Гермиону — тем выше она сможет взобраться, чем выше она сможет взобраться — тем больше информации будет проходить через неё. Именно это мне и нужно, ведь даже самый сильный человек беспомощен, когда он глух и слеп.       Да и учу я тебя, Гермиона, лишь потому, что ты грязнокровка…