Буревестник. На крыльях перемен

      Первый матч по Квиддичу в учебном году, играют наши против Слизерина. И знаете что, когда матч в самом начале пошел слишком гладко, я даже начал немного сомневаться, что что-то тут не так, неправильно это всё, а потом пригляделся и понял, всё как обычно…       — За Гарри летает шар-вышибала, я более чем уверен, что он зачарован! — выдал логичную оценку сложившейся ситуации Рональд Уизли.       — Да неужели. — беспокойным тоном выдала Гермиона.       — Я сниму его! — попытавшись вынуть палочку из-за пазухи гаркнул Рональд.       — Кого? Гарри? — остановив его руку спросил я рыжего. — С твоей палочкой сейчас только концерты дирижировать, а эта ситуация должна быть под контролем, ведь Дамблдор смотрит.       Бросив взгляд на трибуну, где в своём большинстве сидели преподаватели, я увидел спокойно сидящего директора, который изредка хлопал в ладоши. — Или не под контролем…       — Оу! Бладжер попал ему в руку! — взвизгнули девчонки рядом ниже нас.       — Так, придётся сделать всё самому. — создав небольшую льдинку и выждав идеальный момент, метнул её на манер дротика, попадая точно в цель.       Казалось бы тяжелый и большой на фоне льдинки шар должен был её проигнорировать, ну воткнулась она и воткнулась, разве это помеха… Но так было только в самом начале. Бладжер тут же начал леденеть, покрываясь плотной ледяной коркой, и это продолжалось до того момента, пока позволяющие ему летать чары не разрушились от холода, в следствии чего мяч рухнул на песчаное поле под игровой зоной.       И пока я разбирался с Бладжером, Поттер таки умудрился поймать Снитч, тем самым закончив матч против Слизерина победой нашего факультета. Все тут же ринулись к нему на помощь, ведь как и в прошлый раз он не без посторонней помощи пострадал. А когда я увидел бегущего к ним Локонса, моментально решил огородить Гарри от этого ненормального недоволшебника. Сиганув вниз с трибуны, я почти сразу оказался рядом с Гарри, в самый последний момент заткнув рот Златопусту невербальным заклинанием. Локонс, к ужасу Гарри сделал несколько пассов палочкой, но уже к счастью парня, заклинание не активировалось.       — Свали. — взяв Златопуста за шкирку и отшвырнув его в сторону, я присел рядом с Гарри на одно колено. — Сильно болит? — спросил я его, аккуратно взяв его руку у локтевого сустава, зафиксировав её положение телекинезом.       — Не очень, но руку морозит. — скривившись ответил он.       — Адреналин работает. — улыбнувшись произнёс я, ещё сильнее охладив руку Гарри, заодно кратковременно снизив до минимума чувствительность его нервов в руке. — Больно не будет. — и как только я это сказал, рука Поттера слегка дрогнула, встав на своё место. — Перелом закрытый, но было небольшое смещение, теперь всё будет в порядке.       Дальше я Трансфигурировал небольшую шину, зафиксировав ту на руке Поттера. — А теперь с твоего позволения я воспользуюсь своими навыками врачевания. — получив молчаливое согласие Гарри, я положил ладонь на упакованную в шину руку, влив в неё немного своей маны с одной лишь установкой, многократно ускорить регенерацию организма.       — С ним всё будет в порядке? — спросил меня внезапно материализовавшийся за моей спиной Рубеус.       — Определённо, особенно если завтра с утра твой организм получит плотный завтрак. — ответил я, похлопав парня по плечу. — А не кидаться в Гарри заклинанием удаления костей… — бросив гневный взгляд на молчаливого Локонса прорычал я. — Пусть Силенцио с тебя кто-нибудь другой снимет.       На ужине меня ждал приятный сюрприз, которым стала внезапно прилетевшая Холи с конвертом в клюве. — Ну надо же…       Сев мне на плечо, она протянула мне конверт, ожидая свою награду. — Печенье или мышку? — спросил я её.       — Уфу! — встрепенувшись ответила она.       — А ты у нас гурман! Вот только мы за столом, и я не хочу портить аппетит ребятам, давай после ужина…       — Уфу-фу!       — Увеличу количество мышек до двух? — уловив недовольство своей совы быстро выкрутился я, после чего Холи спешно удалилась. — Что тут у нас…       Вскрыв конверт, я вынул из него цветную фотографию на которой была моя сестра и другие ребята примерно её возраста. — Кто это? — спросил меня Фред, кинув взгляд на фотографию.       — Сестра. — улыбаясь ответил я. — С учений фото…       — Больше похоже на собрание Ролевиков. — ответил Джордж, чем вызвал недоумение как у меня, так и у Фреда. — Что, я в нашем городке таких видел.       — Неужели, братец Джордж, ты забыл, что наш друг Виктор Аур.       — А это значит, что его сестра тоже… — закончил он слова за своего брата. — Но всё же, их там так много!       И вправду, помимо сестры на заднем плане можно было видеть и других молодых Ауров. Хотя, можно ли считать нас молодыми, если во всех смыслах тела ауров сформировываются уже к 11-12 годам жизни. Сейчас у них проходят боевые учения, где Ауры в условиях максимально приближённых к боевым тренируются в особых группах.       Так называемое звено Ауров, которое состоит из как минимум одного Рыцаря 1 ранга, трёх Рыцарей 2 ранга и 5-9 Рыцарей 3 ранга. Цель такой группы является в стремительной атаке на условного противника, его последующий захват или самое простое, уничтожение.       Зачем подобному учиться? Для того, чтобы со своей силой кого-нибудь из своих ненароком не угандошить. Нужен хороший контроль и знание сил своих соратников, чтобы понимать, что от них нужно ожидать. Учат такому с 12 до 17 лет, да, это долго, но это необходимо, если ваш уровень сил ограничен в пределах Капитана Рыцарей, который этим звеном и командует.       А что касается меня…

***

      — Нет такой необходимости. — строгим тоном ответила Артурия.       Было это почти в самом конце Августа, когда молодые Ауры собирались уезжать на полевые сборы. — Это всё из-за учёбы?       — В том числе. — ответила Артурия, сложив руки на уровне груди. — Да и ты сам должен понимать, что с твоим уровнем и силой, учить тебя взаимодействовать с другими Аурами нецелесообразно.       — И почему?       — Потому что ты потенциальный Истинный Рыцарь, а это значит, что ты независимая боевая единица. И вообще, ты сам то головой подумай, как другие рыцари будут реагировать, когда такой сопляк будет ими командовать?       — Что-то мне подсказывает, что мой возраст, это лишь предлог. — ухмыляясь ответил я.       — Наконец вспомнил, что ты волшебник? — улыбаясь произнесла Артурия. — Обещать лояльность своих людей я не могу, ведь для них ты слишком выделяющаяся личность… Лучше сосредоточься на том, о чём я тебя просила, ведь для других рыцарей подобная просьба просто-напросто невыполнима.       — Ну естественно. — глубоко вздыхая ответил я. — Ведь вам в Хогвартс путь заказан.

***

      Учебные дуэли, что может быть лучше? Учебные дуэли с Локонсом, разумеется… И как вишенка на этом торте бреда оказался профессор Северус Снейп, который учувствовал в качестве приглашенного гостя. Ну, что я могу сказать, осталось лишь провести пару показательных боёв, донести до молодёжи как нужно вышибать друг из друга дурь, так сказать. А я буду смаковать каждый момент, при котором Златопуст будет получать от Снейпа по роже магических пощёчин, ибо нефиг! Ну не люблю я Локонса, хоть убейте, готов себе глаза выколоть, чтобы его не видеть, да боюсь этого будет мало.       — Экспеллиармус. — выдал профессор Зельеваренья, и бесцветный пучок энергии попадает в замешкавшегося Локонса, отбрасывая того назад, заодно вышибая из его руки палочку.       У этого казалось бы узкоспециализированного заклинания довольно много эффектов, который зависят от замыслов и приложенной силы исполнителя заклинания. Это определённо одно из тех заклинаний, которое нужно иметь в своём арсенале. Не Акцио, однако выбитая из рук врага палочка ненароком не укокошит нерадивого волшебника, влетев ему на большой скорости в глаз.       — Я посчитал, что для учеников лучше всего в первую очередь научиться блокировать злонамеренные чары. — подметил профессор Снейп в момент диалога со Златопустом, когда тот очевидно, завис, не зная как продолжить урок.       — Отличная идея! — оживился Локонс, развернувшись и зашагав вдоль помоста, клонив свой взгляд на нашу сторону. — Осталось выбрать добровольцев…       Выбор он сделал довольно быстро, кивнув в сторону Поттера. — Гарри Поттер и его друг Рональд Уизли, прошу вас на помост.       — Спешу вас оповестить… — вклинился в разговор Снейп, — что палочка студента Уизли нестабильна, мы можем устроить учебную дуэль, но в таком случае нам придётся доставить Поттера в лазарет, в спичечном коробке.       — Действительно. — и тут он заметил меня, тихо-мирно стоящего позади Гарри. — Может быть вы, студент Фэй?       — Я не против. — поведя плечами ответил я, запрыгивая на помост.       — Хо, в таком случае я считаю нужным сделать следующие… — протянул профессор Снейп, махнув палочкой и тем самым оттолкнув ряды ребят в сторону, затем значительно расширив и удлинив помост.       — Как многим из вас известно, на пятом курсе у вас будет один из обязательных предметов, Боевые Чары. На уроках данной дисциплины вас будут обучать противостоять самому распространённому типу противника, который может вам повстречаться, это Волшебник. Но в первую очередь вас обучат противостоянию самому опасному для волшебника врагу…       — Аурам. — улыбаясь закончил я слова профессора Снейпа. — Решили использовать меня в качестве живого манекена?       — А вы боитесь? — склонив голову на бок, спросил меня профессор.       — Нет, но ауру я из принципа использовать не буду, а если у вас есть желание учиться противостоять аурам… — я вынул палочку из руки, сделав несколько пасов руками, чтобы привлечь к себе внимание ребят. — Если вы, по какому-либо стечению обстоятельств столкнулись с ауром, то у меня для вас есть два варианта ваших действий.       И как бы странно это не звучало, но меня с неподдельным интересом слушали абсолютно все. — Если вы умеете Трансгрессировать — сделайте это! И чем дальше вы это сделаете, тем лучше…       Разумеется, что все ожидали совсем другого совета. — А что делать, если мы не умеем Трансгрессировать? — спросил меня Теодор Нотт надменный тоном, а по аудитории пошли волны недовольного гула.       — Научиться… Ну, на самом деле есть куда более простой вариант действий. — я посмотрел на свою палочку, а затем бросил её на помост, заставив всех потерять дар речи. — Не рыпайтесь, здоровее будете.       Поманив свою палочку рукой, я покинул помост, оставив профессора Снейпа в глубоком замешательстве. Кажется у него на меня были какие-то планы, но им не суждено сбыться, однако он был доволен, это было видно по еле уловимой улыбке. Мимика у профессора такая, когда он доволен это легко заметить.       — В таком случае, почему бы нам не провести показательную магическую дуэль? Поттер, Малфой, на помост!       И парни вышли, по всем правилам дуэли устроив обмен заклинаниями, раскидывая друг друга по разные стороны помоста. Весело ли это? Абсолютно нет! Но вот их выражение лица при колдовстве и попадания по ним заклинаний того стоило. И всё было нормально, пока Драко не решил выпендриться, вызвав на поле боя гадюку.       Профессору Снейпу такой манёвр не понравился, поэтому он поспешил убрать змею. Однако, профессор Локонс опередил его в этом деле, перебросив своим неуместным заклинанием змею через защитный барьер помоста… на самый его край, почти у самых лиц ребят.       А затем меня по ушам как ударило, когда Поттер внезапно вообще для всех, заговорил. Со змеёй. Прям словами… Но лишь я один слышал, а если быть точнее, ощущал магические колебания, смысл которых я не в силах был понять. Но кое-что я понимал отчётливо.       Поттер Змееуст… Шикарно!

***

      Ваш покорный слуга был настолько занят своими научными изысканиями, что пропустил мимо себя вопиющий факт магического вредительства. Кто-то зачаровал кошку Филча, погрузив её в состояние между комой и остолбенением от всем известного заклинания.       И самое главное, кошечку нашел Поттер, в следствии чего его нарекли виновным, а учесть тот факт, что он является Змееустом… Короче, ничего хорошего. Чтобы вы понимали, кто-то кровью исписал стену одного из коридоров, и текст сего творения был мягко говоря тревожный. Возрождение наследника Слизерина, а знание языка змей, одна из его ярчайших черт.       Теперь от пацана отвернулись все, кроме меня и Гермионы. Даже Уизли, кусок рыжего… стал криво смотреть на своего «лучшего» друга. Но меня волновало не это. Краем глаза я видел пострадавшую кошку Филча, она жива лишь чудом, спасибо магии Хогвартса, но течение её жизненной силы остановилось, а это провернуть может только два существа, которые, в придачу, могут обращать своим взглядом живых существ в камень.       Медуза Горгона и Василиск… И вот незадача, по легендам Хога именно Василиск должен обитать на его территории. А если кошка Филча попалась на «обитаемых» этажах, то это значит лишь одно, змей потенциальная угроза, которую необходимо устранить!       Жаль, что всё легко лишь в мыслях, по факту всё оказалось многим хуже.

***

      — Шахаса…       — Шасааа…       Проснуться, блять! — резко открыв глаза, я уставился в тёмный потолок нашей комнаты. Подскочив с кровати, я в полёте натянул на себя штаны. Очутившись босыми ногами на холодном полу, я осмотрелся по сторонам, обнаружив Поттера, который вертелся и брыкался во сне.       — Спи спокойно, Гарри. — подойдя к нему я медленно провёл рукой над его обильно потевшим лбом. Наконец Поттер смог расслабиться и перестал брыкаться, погружаясь в сладкое царство Морфея.       Наколдовав Темпус я убедился, что сейчас глубокая ночь. И если убрать все шумы, которые доносятся за пределами замка, то остаётся лишь один, неприятный и еле уловимый шелест, словно чешуя змеи трущаяся об острые камни.       — Пора на охоту.

***

      В ночных коридорах Хога спят даже портреты, так что использовать свет не самая лучшая идея, да и не нужен он, когда у тебя есть «драконий глаз». Особенности доспеха проецируются на своего хозяина, когда элементы экипировки на нём. Облачившись в «драконьи руки», я размеренным шагом двигался по пустым коридорам, слыша раздающийся по всюду эхом шелест.       Не знаю, что именно я ожидаю увидеть, но найти место в замке, откуда выползает змей, было бы неплохо! — Это ещё что? — удивился я, услышав еле уловимый хруст под ногами.       Отступив на пару шагов назад и присев, я обнаружил полупрозрачную кожицу, которая всем своим видом кричала о своём происхождении. — Линька, она недавно была в этом месте. — она ползает прямо по коридорам! И мне понятно, почему её до сих пор не обнаружили, слишком быстро движется по замку, а единственной уликой является кожа, которая отвалилась при линьки, но она довольно быстро обращается в пыль.       — Что вы делаете, студент Фэй? — донёсся до меня голос профессора Макгонагалл. — Бродить по коридорам Хогвартса во время отбоя запрещено школьными правилами.       — Тшшш. — прошипел я, медленно поднимаясь с колена. — Вы слышите, профессор?       Минерва Макгонагалл прислушалась на миг, но вскоре потеряла желание играть в мои «игры». — Что, вы, делаете, сту…       Я сделал всего несколько шагов вперёд, выйдя к развилке, как вдруг краем глаза и своим чутьём уловил чьё-то присутствие… жаль, что уловил в последний момент. — Кххх…       В самый последний момент я закрыл себя плотным слоем ауры, защитившись от взгляда змеи, но это была не самой большой проблемой. Пока я был ошеломлён, меня с мощью груженой фуры ударило в бок, разбивая защиту ауры, дробя мои рёбра и разрывая почку в состояние кашицы.       Минерва Макгонагалл видела лишь тот момент, когда я застыл на месте, а потом меня словно пушечное ядро отбросило в сторону. Пролетев метров двадцать вдоль коридора, я успешно вышел из состояния «окаменения», пару раз отскочил от пола, крутанулся, после чего остановил свой полёт вонзив когти в гладкую поверхность пола, оставляя на ней пять глубоких борозд.       Сгруппировавшись в позу рывка, я наполнил свои ноги аурой. — Скользящий шаг.       Змея почти скрылась из виду, но в последний момент я сократив дистанцию в 60 метров, вонзил заразе в бок свои когти, от чего змеюка болезненно зашипела, одарив меня очередных хлёстким ударом хвоста, который я на этот раз принял на свою руку.       Но даже этого момента, который я потратил на свою защиту оказалось достаточно, чтобы змея скрылась из моего поля зрения. — Студент Фэй! — кричала бежавшая ко мне профессора Макгонагалл. — Вы в порядке? О Мерлин…       Сначала она увидела мои руки, закованные в причудливый доспех, в том числе ту руку, которая была окроплена змеиной кровью. Затем ей на глаза попался мой разорванный бок, который уже почти не кровоточил, но был серьезно деформирован. И на последок её взгляд упал на мои пурпурные глаза с вертикальными зрачками. — Относительно. Донесите до директора информацию о том, что в Хогвартсе завёлся Василиск.       И потопал к себе в спальню, пока недоумевающий профессор приходила в себя, провожая меня ошеломлённым взглядом.

***

      Что по вашему более пугающий и тревожный факт? Факт того, что человек готов с лёгкостью бросаться на потенциальную угрозу для жизни, или же то, что он воспринимает травмы, которые для обычных людей несовместимы с жизнью, как должное. Я отвечу так, оба факта верны.       Но, как всегда есть свои нюансы. Когда я добрался до гостиной факультета, всё что мне оставалось, так это смыть с себя запёкшуюся кровь, вместе с навалившейся усталостью. Внутренние травмы организма сильно выматывают даже ауров, особенно молодых и неразвитых должным образом.       Сейчас от деформированного бока почти следа не осталось, лишь чёрная как смоль гематома, которая рассосётся лишь к утру следующего дня. Забавно, но другие ауры, которые старше меня, часто поддаются панике и страху, когда получают подобные травмы, однако я по какой-то причине смотрю на них как на незначительный пустяк. Мне кажется, что если мне голову отрубят, я просто сам поймаю её в руки, управляя своим телом удалённо, а после спокойно поставлю на место, будто ничего и не было.       Вот это меня действительно пугает. Кажется, так на меня сказалась моя предыдущая жизнь, вот только мне мало что о ней известно, какие именно травмы я получал. А знание того, что жизнь после смерти очевидно есть, делает вас мягко говоря, психопатом. Танатофобия тут бессильна, хотя, мысли о том, что я вновь окажусь на Перепутье… ну нахер!       Забинтовав рану пропитанным лечебными мазями бинтом, я внимательно посмотрел на свой боевой трофей. Три чешуйки крупного размера, чуть меньше ладони молодого человека, но весьма крепкие как для существа, которое не полагается на свою защиту, как это обычно делают Драконы. Фиолетовый цвет с лёгким вкраплением тёмно-зелёного, оттенок подобран так, чтобы идеально маскироваться под горный рельеф в ночное время.       Я видел его лишь мельком, но судя по габаритам и возрасту этой твари, то в ней длины метров 22-25, а веса в таком случае тонны 4! Неудивительно, что Василисков называют бичом Драконов, с охотничьей манерой змей, огромными габаритами и чешуей, которая может рассеивать даже самую мощную магию, эти твари стали огромной угрозой не только для существ, ради уничтожения которых их массово разводили, но и для волшебников в целом.       Меня радует только одно, в отличии от Драконов чешуя Василиска не такая устойчивая к рубящим ударам. Да, человеку её не взять, однако хорошо обученный аур может доставить уйму неудобств для такой твари. Но, тут опять же есть свой нюанс, змеюка то большая, плотная, больше полагается на свою мышечную силу, от чего её внутренние органы хорошо защищены.       Как мне рассказывали старшие, даже если вы сумеете прорубить чешую Василиска, от резкого рывка она либо вырвет ваш меч из рук, либо обломит его на две части. Перспективы складываются не в самую лучшую сторону, а это значит лишь одно, мне нужно как можно быстрее сроднится с полным комплектом брони, а после этого отработать несколько «смертельных техник». Если нет возможности резать, а хорошего колющего и режущего оружия у меня нет, будем работать кулаками.

***

      — Вы меня сильно удивили, студент Фэй.       А я вот нихрена не удивлён, что с утра меня вызвали в кабинет директора. Благо, «вся» школа знает мой период активности, а это значит, что никто из нас никуда не опоздает, ведь вызвали меня аж в 6 утра. — Может быть чаю? Разумеется, с лимонными дольками…       — Без сахара, пожалуйста. — отказываться не стану, энергия сама себя не восполнит. — Чем именно я вас удивил? Спасибо. — принимая кружечку горячего чая, я взял из тарелочки дольку лимона, с неприкрытым удовольствием тут же её пригубив.       — Набросились на одного из хранителей Хогвартса, ещё и в комендантский час, это совсем не то, что можно ожидать от одного из самых дисциплинированных учеников школы.       — А я уже было начал бояться, что вы скажите мол Василиск — просто байка для запугивание нерадивых студентов. — не скрывая ухмылки выпалил я, внимательно наблюдая за реакцией директора.       — Хотелось бы, чтобы всё обернулась таким образом. — вздохнул директор, сев за свой стол. — Но всё именно так, как вы и думаете. Тысячелетний Василиск решил устроить нам внеочередную проверку безопасности… Так что поводов для беспокойства и внезапных вылазок нет.       — Так ли это? — я же вижу, что ты врёшь. Что ты скрываешь Дамблдор? Перед тобой сидит ходячий детектор лжи, а ты в наглую врёшь. — И первый ли раз?       — Не первый, но как я уже говорил, вам не о чем переживать. — не унимался директор. — Василиск является неотъемлемой частью защитного механизма Хогвартса, целью которого является в первую очередь защита учеников и учителей сего заведения. Однако, я предельно рад, что представитель ауров заботиться о жизни волшебников…       — А что если жертвы всё же будут? Кошка Аргуса Филча, это же только начало. — глаз дрогнул, такое почти невозможно уловить обычному человеку, но не ауру. Сдаёшь позиции, Альбус, если верить его характеристике из прошлого, тогда он был куда опаснее. — Тревожные надписи кровью на стенах, гонения «грязнокровных», а ещё этот шепот на языке змей…       — Это говорит Гарри? — удивился Дамблдор.       — Вас не удивляет факт того, что Поттер Змееуст? Вижу, что нет, как собственно и меня, хотя изначально я был как минимум обескуражен. Но кое-что я могу уверенно утверждать, с Василиском по ночам говорит далеко не Гарри Поттер, а бог знает кто. И происходит это почти каждую ночь!       — Это точно? — серьёзным тоном спросил меня Дамблдор.       — Клянусь своим именем!       Повисла неловкая тишина, воспользовавшись которой, я добил небольшую кружечку чая. — Я вас услышал, студент Фэй. Однако… — Дамблдор пристально на меня уставился, будто пытаясь взглянуть прямо мне в душу. — Василиск не является угрозой для волшебников, а его максимум, это проклятие окаменения, которое не без помощи нашей медиведьмы в скором времени можно снять. Однако на вас это не распространяется, ведь вы, особая для этого места персона.       — В каком смысле? — нахмурился я.       — Вы не волшебник, по крайней мере так считает магия Хогвартса. — немного грубоватым и строгим тоном промолвил Дамблдор. — Это значит, что защищающие всех чары на вас в полной мере не распространяются. Именно по этой причине Василиск атаковал вас, а не профессора Макгонагалл, ведь в его глазах вы угроза.       Дослушав слова директора, я слегка улыбнулся и встал с диванчика, собираясь пойти на выход. — Возможно вы правы, директор. — загадочным тоном проговорил я. — Однако, кое-что вы либо напрасно, либо умышленно упускаете…       — И что же это?       — Василиск, существо полуразумное, а это значит, что получив приказ от более развитого и сильного ментально существа, он будет вынужден подчиниться. — сказав это, я направился на выход. Но прежде чем покинуть кабинет директора, решил бросить ещё пару слов на прощание. — И когда человек говорящий на языке змей скажет Василиску убить… он убьёт. Всего вам доброго.       И покинул кабинет. Впрочем, директор и сам понимает, что в данной ситуации играет с огнём. Я, как Виктор ле Фэй, являюсь не только учеником Хогвартса, но так же уполномоченным рыцарем Круглого Стола. А это значит, что как бы Альбус Дамблдор этого не хотел, ограничить он меня не может. Разве что только сейчас, пока ничего серьёзного не произошло.       Видите ли, чистокровные волшебники мало интересуют ауров, как и полукровки, но когда дело касается магглорожденных, то тут всё начинает играть совершенно другими красками. К сожалению, как показала практика, для волшебного мира не является редкостью случаи, когда случайно или намеренно «погибали» магглорождённые.       И всё бы ничего, если бы виновные, когда они есть, понесли за это наказание, но нет, вместо этого волшебники поступали по другому. Спросите как? Очень просто, стирали все признаки существование погибшего магглорождённого, во всех смыслах. Обливиэйт на родителей ребёнка и дело с концом. А остальным волшебникам просто насрать, умер и умер, особенно чистокровным.       А вот мне не насрать, как и другим рыцарям, и Дамблдор это прекрасно понимает. Ну и само собой, если хоть один магглорождённый погибнет в Хогвартсе при мне, и я это замечу, а я замечу… то я сразу же вызову сюда «Тринадцать Первых».       И только для вас это тоже может показаться пустяком, но не для ауров. Круглый Стол уже давно точит зуб на магов, им только повод дай, они таких пистонов вставят всему составу Визенгамота, и в своём праве будут. Без убийств обойдётся, но Министерству Магии очередной якорь на шею точно повесят, будьте уверены.       Я, бля, стукач, хотя с моральной точки зрения чист. Но посмотреть на кислые рожи представителей Двадцати Восьми Чистокровных… Уф, всё бы за это отдал!

***

      — Ты чего такой кислый? — спросил я Поттера, садясь напротив него на обеде, с любопытством наблюдая за тем, как Гарри лениво ковыряется вилкой в тарелке с обедом. — Опять обидели?       — Можно и так сказать… — вздохнув полную грудь воздуха насыщенного превкусной едой, процедил Поттер.       — Хочешь совет на века? — спросил я его, чем заставил оторвать взгляд от полупустой тарелки. — Не парься по пустякам, а если так и будешь продолжать накручивать самого себя, рано или поздно сойдёшь с ума.       — Да как тут не пережевать? Вон, ребята с Хаффлпаффа, хорошенько по мне прошлись! Ещё ничего не произошло, а меня уже убийцей заклеймили!       — И что? Не забыл кем я являюсь и какое отношение у подавляющего большинства к моей персоне? Во, вижу понимание в глазах твоих! А теперь представь, каково было бы мне, окажись я на твоём месте?       — Даже не знаю, я даже не знаю как рыцари живут, и чем заслужили подобное отношение. — разводя руками ответил Гарри. — Хотя, мне если честно плевать на мнение других, ведь лично для меня ты надёжный друг.       — Ну, может быть ты и прав… — криво улыбаясь ответил я. — Вот и смотри на это, как на пустяк, ведь то что говорят про моих родителей, предков и остальных рыцарей, правда процентов так на 80, но я не унываю.       — И к чему ты клонишь? — нахмурился Гарри.       — Тебя-то оклеветали, и мы все это знаем. — покивав головой в сторону Гермионы, произнёс я. — Все с нашего факультета знают, что это не так, хотя близнецы Уизли возможность поиздеваться над тобой не упустят.       — Это правда. — произнёс Фред, подслушав наш разговор. Хотя, никто и не говорил, что мы скрываемся.       — Видишь? Выше нос, Гарри! А если будешь вести себя как унылая какашка, или наоборот, начнёшь огрызаться, в таком случае точно закрепишь за собой образ неугодного обществу ублюдка…       — И как тогда быть?       — Относись ко всему спокойно. — подключился к разговору Джордж.       — А если быть точнее, нейтрально. — дополнил Фред.       — Это как? — недоумённым тоном спросил Гарри.       — На любую издёвку, провокацию или агрессию со стороны других лучше всего реагировать никак. — пояснил я. — Нацепи на себя спокойное лицо, хоть это и бывает тяжело, скрой свои эмоции.       — А что мне это даст?       — Люди очень любят фантазировать, особенно дети. — продолжил я своё разъяснение. — И разумеется, когда они кого-либо поливают грязью, у них в голове уже продумана реакция объекта их издевательств. Допустим, они считают что ты либо начнёшь огрызаться, ввязавшись в драку, либо обидишься и сбежишь… А теперь представь, как отреагирует тот же Малфой, когда после его излюбленного спича о твоих «никчёмных» друзьях ты отреагируешь от слова никак!       Гарри ненадолго завис, продумывая в голове реакцию Малфоя, после чего коварно улыбнулся, подскакивая с места. — Эй! Куда это ты подорвался? Это был универсальный метод для защиты, а ты что удумал, Драко спровоцировать? Сиди на попе ровно и не придуривайся…       Гарри вновь тяжело вздохнув, усадив свою попу обратно на лавку. — Тоже мне тут нашелся, Мерлин доморощенный…

***

      Когда всё идёт слишком гладко, волей неволей тебе становится скучно. Не хватает того драйва, с которым тебе приходилось уживаться на протяжении всей жизни, а медленно тянущаяся рутина буквально выжимает из тебя все соки.       И знаете, моя дружба с Гарри, которая по невероятному стечению обстоятельств становилась всё крепче, ведь теперь мы родственные души, я просто ну не мог остаться в стороне от ненависти детей с других факультетов. Однако, способ, благодаря которому они собрались обрушить на меня свой гнев был мягко говоря… суицидальным.       Случилось это во время ужина, все дети либо галдели, либо активно забивали свои животы. Я тоже тихо мирно кушал, не общаясь с другими ребятами, думая про своё, про возвышенное… Как вдруг мой слух стали прорезать крайне дерзкие слова.       — Артурия Пендрагон шалава…       — Королева Рыцарей тварь…       — Белая Львица? Скорее облезлая бездомная кошка!       Стоило мне это услышать, как у меня аж глаз задёргался, а полная ложка супа зависла прямо у широко разинутого рта. Говорили они шепотом, но были уверенны на все сто, что я их услышу.       Куда уж там, их услышал даже Дамблдор, с опаской бросив на меня взгляд, положив руку на кобуру своей палочки. Я понимаю, чего он ожидал, но никак не реагировал, что удивило как провокаторов, так и директора.       А провокаторами стали Малфой, Нотт, Гойл и Крэбб, на которых я сейчас смотрел как на идиотов. Парни скорее всего не имели полного представления о том, какую глупость они совершили, при всём этом совершили намеренно. Но, к их же счастью, я парней проигнорировал, но не Северус Снейп. Профессор своим фирменным шагом добрался до стола своего факультета, выдал каждому по Силенцио и фирменной оплеухе, вытащил их из-за стола и потащил на выход из зала.       — Чего это вдруг? — не на шутку удивилась Гермиона, смотря на столь редкое зрелище. — Они же ничего не сделали…       — Кто знает, Гермиона. — безэмоциональным тоном ответил я. — Кто знает…       Очевидно же, что об этом знаю я! Парни решили устроить провокацию, целью которой было вывести из себя меня любимого. Каким образом, спросите вы? Клятва! Каждый Рыцарь давал Клятву своей королеве, а первые тринадцать дали клятву Артуру Пендрагону лично.       Её называют Клятвой Верности и Чести, благодаря которой такое понятие как восстание против короля, дело почти невыполнимое. Где-то на страницах истории смеётся один Мордред… Но суть не в этом, единожды давший Клятву рыцарь передаёт её по наследству своим потомкам благодаря ауре. И когда моя мать вступала в брак с отцом, она тоже дала Клятву Артурии, ибо таковы правила.       Забавно, что за столько лет Клятву так и не изменили, чтобы она лучше вписывалась в реалии современного мира. Ведь её всё ещё есть кому давать. Всегда есть те, кто прямо как и магглорождённые, не имели в своём роду Рыцарей, поэтому их принимая в ряды Ауров, отправляли давать Клятву. Происходит это в возрасте 8 лет, а почему именно 8, спросите у Артурии.       Клятва эта работает мягко говоря не очень, ибо она уже раз сто устарела! Сами понимаете, полторы тысячи лет прошло, тогда были свои, иные ценности и видимости на жизнь в обществе. Особенно это касалось пресловутой чести. И если кто-то, когда-либо осмеливался неоднократно оскорбить рыцаря, тот мог это стерпеть, но если оскорбляли его королеву… Смерть холопу!       У особо отбитых на голову волшебников даже есть такой способ самоубийства, найти Истинного Рыцаря и при нём раз двадцать оскорбить Артурию. Но есть и те, кто делая так успевали Трансгрессировать нахер подальше. Правда, потом этот волшебник находил для себя неприятный факт того, что его родственники внезапно куда-то испарились, как и его род, собственно.       Волшебники знают, что делать так нельзя, как и упоминать имя Волан-де-Морта всуе… Но причины такого запрета известны к сожалению не всем. Однако, я уверен, Малфой знал на что идёт, поэтому подобная реакция со стороны декана Слизерина и директора полностью оправдана.       Вот только парни кое-чего не учли, я родился без ауры! Особенности ауры во мне были, но без должной подпитки Клятва просто обнулилась, хотя и без этого благодаря своей воле я бы смог подавить жажду убивать.       Напомню, когда мне исполнилось 8, я был лишь перспективным волшебником, так что Клятву не давал. Ну а после становление ауром как-то руки не доходили, то у Круглого Стола, то у Артурии, давайте потом, что может пойти не так… бла-бла-бла, трали-вали, тили-тили, полимеры прое… потеряли. Короче, у меня ментальной установки защищать честь и лицо Артурии нет, переводя на русский язык: парням дико повезло.       Но вот вопрос, чтобы случилось, дай я Клятву и поддайся порыву. Что-ж, думаю пару голов я срубить бы успел, в своих силах я уверен, но и недооценивать Дамблдора не хочется. А на магию Хогвартса, что защищает детей, мне насрать. Вот шумиха бы поднялась, дела-а-а-а.       — Какой вкусный грибной супчик! — процедил я, словив на себе взгляд Гарри Поттера. — М-м-м, с ярким и насыщенным вкусом порки студентов Слизерина, мой любимый!       Что я могу сказать, в следующий раз попытайтесь придумать что-нибудь более изощрённое, а то так получилось, что ничего не получилось!

***

      Кажется директор обиделся на меня, причём настолько, что запретил мне устраивать посиделки с Авророй, аргументируя это тем, что профессор Синистра стала испытывать ко мне нездоровый интерес. Узнал я об этом, конечно, не лично от директора, а банально подслушал. Ведь в придачу я нарушаю комендантский час, который в последнее время запрещает нахождение детей в коридорах Хогвартса уже через полчаса после окончания ужина.       Почему же, спросите вы… А всё просто, паренёк с факультета Барсуков на пару с почти безголовым Ником повстречали в коридорах Хога Василиска. И если Ник вскоре отошел, то вот Джастин Финч-Флетчли теперь будет смиренно ожидать того момента, когда мадам Помфри сварит своё чудесное варево.       Мандрагоры не созрели, так что пареньку пока придётся лежать и ждать. Говорю так, будто у него выбор есть. А провинился вновь Поттер, и всё почему? Потому что, видите ли, авантюрист он безбашенный! Джастина нашел именно он, заодно запечатлел момент побега пауков.       А недавно у Хагрида вырезали всех петухов, что означает приближение неминуемого пиздеца. И что в этот момент делает Дамблдор? Ни-ху-чего. На чьём горбу этот старый маразматик решил выехать на этот раз? Опять Поттер? Сомневаюсь, что в этот раз ему будет по силам завалить угрозу.       И хоть Джастин остался в живых, это не значит, что я буду сидеть и смиренно ждать, когда проблема решится сама собой. Кое-кому пора брать это дело под свой контроль.

***

      На следующий день во время ужина я ненароком подслушал разговор трёх мушкетёров, которые решились устроить очередную авантюру. Что-ж, придётся обломать им кайф предстоящего проникновения в стан врагов.       — Варка Оборотного Зелья без разрешения гильдии Зельеваров карается законом. — подсаживаясь к ребятам произнёс я. — Не говоря уже о том, что ваши действия бессмысленны.       — В каком смысле? — спросила меня Гермиона, явно недовольная тем фактом, что я «следил» за ними.       — Не мешай нам Виктор. — огрызнулся Рональд. — Мы на полпути к разгадке ужасной тайны окаменения кошки Филча и Финч-Флетчли!       А Гарри лишь покивал головой, соглашаясь со своим другом. — Тоже мне тайна, это Василиск, которого Гарри всё это время слышал. Именно из-за того, что он Змееуст, он всегда первым оказывался на месте преступления, ведь об этом ему говорил сам змей.       Троица услышав мои слова, мягко говоря прифигела, и лишь Гермиона после состроила такую моську, будто в её пустую головушку пришла светлая мысль. — Пауки, убитые петухи Хагрида, окаменение, шипение которое почти с самого начала учебного года слышит Гарри…       — И я всё равно тебе не верю! — выпалил Рональд.       — Да мне насрать. — грубо ответил я, бросив перед всеми на стол три немаленьких чешуйки, которые я вышиб из бока змеюки. — Я уже столкнулся с ним в ночных коридорах Хога, огребая от него по полной…       — Что ты хочешь этим сказать? — испуганным взглядом смотря на меня, спросила Гермиона.       — Что вам лучше всего делать так, как велит Дамблдор, сидеть на попе ровно и не отсвечивать.       — А то что? — во взгляде Уизли было столько агрессии, что мне в ответ хотелось хорошенько так пройтись по его челюсти, для профилактики, чтобы знал, на кого он огрызается.       — Ваши имена могут пополнить некролог Ежедневного Пророка, да-да, вы не ослышались. Было тяжело найти нужную информацию, однако, один ученик уже погиб от Василиска, хотя это было ещё до Волан-де-Морта… И сейчас Джастин жив лишь по двум причинам: Ему несказанно повезло, а так же его защитила магия Хогвартса.       Встав из-за стола, я собрался уйти в гостиную факультета. — Не верите Дамблдору, то тогда поверьте хотя бы мне. Взгляд Василиска смертелен, если увидеть его напрямую. Но даже будучи лишённым глаз, Василиск остаётся змеёй, способной ориентироваться в пространстве опираясь на колебания и вибрации окружающей его среды. Чешуя Василиска даёт ему защиту от 98% атакующих заклинаний, так что атаковать его вам нечем. Для тех кто не понял, убить он вас сможет не только взглядом, а сделать вы ему ничего не сможете…       Оставив ребят с мыслями наедине, я покинул большой зал. — Придётся разобраться с этим дерьмом самостоятельно. Будто были другие варианты. — и хоть изначально я собирался пойти в гостиную, я резко сменил свой маршрут, направившись в совершенно другое место.       Выйдя на вершину Астрологической башни, я волевым посылом позвал к себе Холи. Дождавшись самку филина, я сначала скормил ей несколько мышек, а затем передал письмо с геральдикой моей семьи.       — Отнеси Артурии Пендрагон. — Холи кивнула, расправила крылья и устремилась в ту сторону, где расположился Камелот.       Пока я стоял у края башни, на моих плечах уже скопилась небольшая кучка снега. В кой-то веки нормальная зима, хоть что-то хорошее в этой гнетущей атмосфере. Даже приближающееся Рождество совсем не радует, не время для праздников. — Прошу, Артурия, прими решения как можно скорее…