Вместо Отражения

Жданова уставилась на сидящего перед ней мужчину удивленно и растерянно одновременно. Адвокат, которого прислал к ней Александр был… КАТАСТРОФИЧЕСКИ юным. Казалось, что он только что закончил обучение и… вот, пришел, чтобы помогать ей, и Кира должна была ему довериться. Была просто обязана, ведь его посоветовал ей брат, а он никогда, НИКОГДА не ошибался. Но здесь… сейчас… она смотрела на молодого человека немного испуганно, и не знала выложить ему свои проблемы, или же поблагодарить, что он пришел, и просто сказаться больной. А уже потом поговорить с Александром, не была ли эта встреча такой себе несмешной шуткой. Хотя такими вещами брат никогда не шутил. Так что и с этим юношей нужно было начать коммуницировать, чтобы, по крайней мере, разобраться насколько он компетентен и… - А вы совершенно не похожи на своего брата, Кира Юрьевна, - юноша улыбнулся, и протянул ей руку, представляясь, - Евгений Дмитриевич Райский, я буду вашим адвокатом, если, конечно вас все устроит. - Добрый день, простите, - покачала головой Кира, пожимая руку Евгения в ответ, - я просто в последнее время немного растеряна. - Ничего, - Райский снова улыбнулся, сверкая идеально ровными и белыми зубами. Вот уж кто, скорее всего, просто живет у стоматолога, - я привык, что на меня именно такая реакция. Но в этом есть и свои плюсы, к примеру, мои противники не ожидают от меня особых… умений. - Я… у меня нет никаких сомнений, - прозвучало это очень неуверенно, и Кира невольно отругала себя за то, что раньше у нее получалось врать гораздо лучше, - я просто вас еще не знаю… точнее… - Кира Юрьевна, давайте мы не будем стараться быть… столь… вежливыми, - Евгений извлек из портфеля блокнот и ручку, - у вас вызывает сомнение мой возраст, и вы можете мне об этом сообщить. Я не сахарный, не растаю от правды, и смогу вас переубедить не просто своим профессионализмом, а еще, уж поверьте, довольно хорошим послужным списком. - Вот в этом я как раз уверена, - теперь она не врала, Кира понимала, что Александр правда не мог бы прислать ей абы кого, но возраст… - а в остальном, вы правы, мне кажется, что вы выглядите чуть моложе, чем я ожидала. Да что там чуть… слишком молодо, чтобы я могла расслабиться. Но раз уж вас мне посоветовал мой брат, то и сомневаться я в вас не должна. - Да, я слышал, что многие в окружении Александра Юрьевича считают, что он попросту не может ошибаться, - кивнул Райский, - вижу, вы тоже придерживаетесь того же мнения. - Придерживаюсь, просто иногда не могу не удивляться, - призналась она, а потом вежливо предложила, - возможно, мы могли бы заказать кофе? Или что вы предпочитаете? - Не молоко точно, не переживайте, - Евгений снова сверкнул зубами, - я не откажусь от кофе или от чая, но пока мы ждем официанта, - он огляделся, провоцируя Киру тоже поискать глазами по залу кого-то из персонала, - мы можем начать говорить о вашей проблеме, а точнее, о тех особенностях, которые отличают вашу ситуацию от классики жанра развода. Как говорится, все семьи счастливы одинаково, а каждая… - Мне не нравится “Анна Каренина”, - призналась Кира, - крайне безрадостная и совершенно не поучительная история. - Но, пафосность на уровне, согласитесь, - пожал плечами Райский, - так что же с вашим разводом? Александр Юрьевич сказал, что главная проблема не ваш супруг, там мы будем отталкиваться от вашего брачного договора. Но главной проблемой могут оказаться его родители. Я так понимаю, что вы хотите сменить фамилию? Снова стать Воропаевой? - Да, - кивнула Кира, - но я не думала, что это может быть самой большой проблемой при разводе. Разве не мое положение создает… нерешаемость ситуации? - Ваша беременность проблемы не создаст, - уверенно заметил Евгений, - вы же не собираетесь афишировать это во время бракоразводного процесса? И, насколько я понял, ваш супруг тоже не собирается поднимать эту тему. Против вас собирается играть его семья. - Ну, тут я бы уточнила, - осторожно заметила Кира, - конкретно против моего с Андреем развода выступает именно Маргарита Рудольфовна, его мать. Павел Олегович совершенно точно не собирается мне препятствовать. - В первую очередь мы должны обсудить все положения вашего брачного контракта, - Райский открыл блокнот и кивнул, чтобы Кира показала ему принесенные документы, - и расскажите мне, что вы хотите изменить, и какие требования вы в первую очередь собираетесь выдвигать. Я хочу понимать, что вас интересует, чего вы опасаетесь… Да, я могу сказать, что Александр Юрьевич ввел меня в общий курс дела, но теперь, когда у меня есть возможность пообщаться с вами лично, - он улыбнулся, - я бы хотел обрисовать себе свой будущий фронт работ. - Я даже не сомневалась, что Александр уже успел поговорить с вами, - Кира поставила сумку себе на колени, принимаясь доставать оттуда копию брачного контракта, - он всегда старается контролировать все происходящее… - В правовом поле так точно, - подтвердил Евгений, - но это не самое худшее, он крайне осторожен во всех подобных делах. Могу сказать, что мне повезло сотрудничать с ним, ну и, соответственно, с вами. - Да, Александр именно такой. Но… что вы имели в виду, когда сказали, что я не похожа на моего брата? - она передала документы в руки Райского, - обычно говорят наоборот, что я достаточно сильно с ним похожа. - Я не хотел вас обидеть, Кира Юрьевна, - Евгений быстро взглянул на документы, а потом снова в глаза Ждановой, - просто… я ожидал, что вы отреагируете на меня так, как в свое время Александр Юрьевич. - Со скепсисом? - выгнула брови Кира, и Райский покачал головой. - Нет, со сдержанным интересом, ему было немного странно видеть такого юного представителя моей профессии. - Вы знаете, мне тоже, - призналась Жданова, ощущая небольшую неловкость, - значит, вы работаете с моим братом? - Нет, увы, моя специализация это не совсем то, что нужно Александру Юрьевичу, - признался Евгений, - а так, я бы с удовольствием сотрудничал именно с ним. Но, я помогал в паре его дел, да и ваш вопрос по моему профилю, так что он и обратился ко мне. Поговорите с Александром Юрьевичем, он, я думаю, объяснит вам, почему для помощи в этом деле он выбрал именно меня. - Очень хорошее и вполне логичное предложение, - улыбнулась Кира, - думаю, я этим воспользуюсь. И еще раз - я бы хотела сказать вам, что не пыталась и не пытаюсь вас обидеть. Просто мое удивление перевесило приличия. - Все хорошо, я привык, - Евгений принялся покачивать ручку в пальцах, - знаете, самая главная проблема, с которой я сталкиваюсь, это то, что все, совершенно ВСЕ забывают о том, что они тоже когда-то были юными и начинали свою карьеру. Я думаю, что вы пришли в вашу отрасль примерно в моем возрасте, возможно, даже раньше, ведь это было ваше семейное дело. И вы были уверены в своих силах. Ведь так? - он склонил голову к правому плечу, чуть улыбаясь. - Да, - пришлось признаться Кире, - я могу сказать, что я была даже самоуверенна. Но, в целом, вы правы - этот первый, начальный опыт очень быстро забывается. Наверное, для того, чтобы снять весь этот навалившийся стресс. - Спасибо, что сказали, что я сейчас проживаю свою самую стрессовую часть жизни, - рассмеялся Евгений, погружаясь в чтение документов. - Знаете, самая стрессовая часть жизни сейчас у меня, - Кира произнесла это медленно, словно смакуя каждое слово, - я пытаюсь развестись с мужем, будучи от него беременной, притом, что его мать против, и готова противодействовать мне всеми доступными способами. Что-то я решила взгрустнуть. - Могу сказать однозначно, - Евгений поднял руку, увидев одного из официантов, - тут моя карта бита. В сравнении с вашими проблемами мои это так, досадное недоразумение, которое через пару лет само рассосется, в особенности, если я буду достаточно упрям и настойчив. - Хм, - Жданова позволила себе короткий смешок, - наверное, у меня также… Только основная проблема, слава Богу, рассасываться не собирается, и это не может не радовать, - она невольно погладила живот кончиками пальцев, казалось, что она просто поправляла мягкую ткань блузки. - В целом, это может быть универсальным решением многих проблем, - согласно кивнул Райский, - жаль, что не всех. Так что вы будете - чай или кофе? - официант как раз к ним приближался, и с заказом было бы неплохо определиться уже сейчас. - Думаю, в моем случае лучше чай, - Кира улыбнулась, а потом добавила, - и к нему миндальное молоко со специями, тут его отлично готовят. - Впервые вижу человека, который любит миндальное молоко со специями, - признался Райский, - обычно все выбирают проверенную временем классику. - Я похожа на такого человека? - Жданова поймала себя на ужасной мысли, что она флиртует с этим юношей. Хотя, с другой стороны, на сколько она его старше? Года на три? Максимум четыре! - Я еще не решил, на кого вы похожи, кроме моей клиентки, но, когда в моем сознании портрет сойдется, я с вами поделюсь. Интересно. Кажется, этот Райский тоже позволил себе флирт. Нужно быть с этим максимально осторожной.

* * *

- Я даже не знаю, что тебе сказать, - вздохнула Кира, набирая полную ложку кунжутного мороженого, - ты очень сильно просчитался, пытаясь угрожать Сашке ТАКИМ. Ты хоть головой думал, когда… прости, но открывал о таком рот? Тебе просто повезло, что в его жизни сейчас есть Катя и у него тормоза в последнее время не так уж плохи. А то мало ли что бы он наворотил. Я, признаться честно, просто в ужасе, но это хорошо, что ты решил со мной об этом поговорить. - А с кем я еще мог, - страдальчески протянул Павел, мучая в своей картонной креманке остатки вишневого щербета, - Кристина со мной говорить не желает, Саша… стоит ли говорить, что трубку он от меня не берет? Так что… остаешься только ты. - Ну, вот сейчас обидно было… до ужаса, - заявила Кира, принимаясь размешивать и свое мороженое, - значит, на безрыбье ... ? - Вот ты же знаешь, о чем я говорю, ну зачем передергиваешь, - Жданов простонал это и тут же запихнул в рот огромную порцию щербета. Но Кира молчала, не собираясь ему помогать, вот пусть теперь выкручивается из того, что сказал. Да, она была согласна немного успокоить Сашу, немного поработав со злостью брата, которую Павел вызвал в нем бурной волной, но вот за себя… ему нужно хорошенько постараться, - не смотри на меня так, мне стыдно, что я обращаюсь к тебе. Ты моя беременная невестка, дочка практически… - Ой, вот дочерью меня называть не нужно, а то это звучит как-то немного… инцест дело семейное, я понимаю, но не в нашем случае хорошо? - Кира! - Жданов снова принялся есть, видимо, чтобы не сказать что-то резкое, видимо, его не устраивало ее чувство юмора, - это ты от кого нахваталась, от Кристины или от Сашки? Я просто раньше от тебя подобных выпадов не слышал. - Думаю, что ты не слышал их потому, что раньше я старалась соответствовать, - пожала плечами Кира, - теперь, я делаю это реже и мне комфортнее. - Кому или чему ты раньше старалась соответствовать? - нахмурился Павел, - не хочешь же ты сказать, что я или Рита принуждали тебя к чему-то… или, возможно, это был Андрей? Но я не помню, чтобы он… - Да нет, успокойся, это не вы и не Андрей. Это я сама пыталась себя кроить, чтобы быть отменной и удобной женой. Я знаю, что Маргарита была такой, она сама мне рассказывала. И о том, как она старалась, и как терпела, и как ждала… и я смотрела на вас и думала, что… оно того стоит, понимаешь? Что твое отношение к Маргарите стало таким особенным, ну, точнее, что отношение Андрея ко мне станет таким же. Я понимаю, что это глупо, но, - Кира пожала плечами, - тогда мне казалось, что в этом счастье, - она отправила в рот ложку мороженого, наслаждаясь пряным кунжутным вкусом, - это же мое личное ощущение, так почему нет. - Кира… - Павел явно был совершенно растерян, - я никогда не думал… - О! Вот только не начинай меня жалеть, - она погрозила ему ложкой, - это все было в моей голове. Что-то до сих пор есть, и в этом нет виновных кроме меня. Да, Андрей тоже много за что ответственный, но не могу же я выставлять его как злодея. Многое из того, что происходит в нашей жизни, мы впускаем сами. Да, мы не всегда в этом виноваты, и я не то чтобы верила в то, что виктимное поведение работает, а выученную беспомощность можно побороть… Но я согласна с тем, что мы способны принять ответственность за свою жизнь, рано или поздно. В моем случае - не так уж поздно, так что, - она зачерпнула еще ложку десерта, - я праздную победу и стараюсь жить свою лучшую жизнь. Хах, - она покачала головой, а потом подмигнула Павлу, - а еще говорят, что беременные тупеют. - Во-первых, так никто не говорит, - вздохнул Жданов, провожая взглядом пару юношей, что шли бок о бок, о чем-то эмоционально перешептываясь, - во-вторых, я тебя не жалею, я просто не понимаю, как я мог не заметить, что тебе плохо с Андреем. - Ну, кто тебе сказал, что мне с ним было плохо? - пожала плечами Кира, - мне с ним было очень даже хорошо… Правда, потом оказалось, что это “хорошо” было все лишь ширмой, но… хорошо ведь было. - С ума сойти, - видимо, шокировать Павла получилось сильнее, чем Кира собиралась, - я даже не знаю, что тебе сказать. Я просто не знаю… Просто, если я скажу, что ты не должна была меняться ради Андрея это будет лицемерием, потому что я знаю, что это Рита просила тебя быть терпимой… Я, как и она, думал, что Андрей образумится, что прекратит гулять, и что вы сможете быть счастливы. На многие вещи я закрывал глаза… Сейчас, нет, не только сейчас, я в целом ощущаю свою вину. Когда я заболел… в особенности, когда я заболел, то многое стало мне понятно, стало мне открыто. Можно сказать, что в преддверии смерти люди… если не умнеют, то становятся открытее, а их кругозор шире. Но, это уже было поздно, и мне жаль, что я не стал исключением. - Знаешь, - Кира почесала нос тщательно облизанной ложкой, - ты не поумнел. Возможно, ты получил приличный уровень шока, и о чем-то стал сожалеть, что-то ты захотел изменить… но, знаешь, в конечном итоге ты взял и просто макнул Сашу в его доброту. Он постарался для тебя, наступил на горло своей гордости, принципам и желанию сбежать из страны после всех откровений. Как мне тебя назвать? Ну, кроме как дураком, конечно? - Да, да, да, да, да… да, я десять раз дурак, - закивал головой Жданов, - я просто умоляю тебя мне с этим помочь. Я… я не хочу потерять Сашу… - Ты не хочешь и поэтому пробуешь шантажировать? Это не нормально, понимаешь? - Кира покачала головой, - но, как я тебе и обещала, я поговорю с ним, я даже смогу донести до него, что ты это от отчаяния наплел. Но, - он подняла ложку вверх, - это не значит, что он тут же прибежит к тебе подписывать мировую. Учти, Сашка обиделся страшно, и сейчас он на тропе войны, и я его злить не советую. - Это я понимаю, - тяжело вздохнул Павел, - мне просто нужно, чтобы он услышал, что ничего, НИЧЕГО из того, что я наговорил… черт, что я просто говорил! Я, - он взмахнул рукой и растаявший щербет выплеснулся на скамейку и руку, - черт, - Жданов поморщился, - я просто не привык, что мне отказывают, - он поставил креманку на скамейку, доставая платок из кармана, и принимаясь вытирать пальцы, - я просто… я наговорил слишком много ерунды, рассчитывая на то, что Саша смирится. - Ты пытался шантажировать его нами. Мной и Кристиной, - Кира вздохнула, - это ли не сумасшествие, - она покачала головой, - представь, что ты все-таки сумел заставить его. Что дальше? Да он бы в итоге возненавидел тебя! Это так ты хочешь постараться стать ему отцом? - Я не хочу стать ему отцом, - нахмурился Павел, - я и есть его отец, я… - Нет, - Жданова покачала головой, - не ты. Единственный отец, который есть у моего брата - это Юрий Воропаев. Прекрасный, самый лучший, любимый и близкий. Саша чуть с ума не сошел… едва от всего этого оправился. И ты знал это, но был далеко. - Кира, ты же понимаешь, что тогда я не мог… - в голосе Жданова прозвучали просительные интонации. Но Кира не собиралась признавать за ним это право. Он говорил все те слова, и угрожал - да, она понимала его и собиралась помочь, но и полную индульгенцию она не была готова ему выдать. - Тогда не мог - не сможешь и сейчас, понимаешь? Если ты пытаешься стать Саше отцом - прояви просто колоссальное терпение, потому, что он в тебе отца видеть не будет. Если будешь вести себя как сейчас, то не увидит никогда. Я поговорю с Сашей, и ему станет легче. Но в остальном - притормози. Хочешь стать ему отцом - запасись недюжинным терпением, потому что ты умудрился разрушить все, даже не начиная создавать.