Вместо Отражения

Скука - это слово можно было применить к очень многим Катиным знакомым, но совершенно точно не к Кристине. Вот уж с кем нельзя было грустить и скучать так это со старшей, немного ужаленной в одно место бешеной пчелой, Воропаевой, она всегда находила занятие себе по душе, и умела заразить чем-то подобным и всех людей вокруг. Вот и сейчас Катя рискнула попробовать с ней так называемую флай-йогу. Это было… экстремально, но в то же время весело, а еще, как оказалось, не слишком сложно. В очередной раз перевернувшись в гамаке головой вниз, Катя закрепила ноги в петлях и постаралась максимально расслабиться, сведя руки за спиной, и постаралась прогнуться вперед в грудном отделе. Вдох. Выдох. Ощущения были просто восхитительные. Да, работа за столом в позе вопросительного знака ничего хорошего никому не приносила. Вот и у Катерины были проблемы в поясничном и… собственно, грудном отделе. Именно Кристина решила предложить Пушкаревой решения проблемы, а заодно и время вместе провести. Отказать будущей, теперь уже точно, родственнице Катя не могла, да и если признаться, то не хотела. - Ну как ощущения? - вполголоса обратилась к Пушкаревой Воропаева, повторяя Катину позу. В отличие от Катерины, Кристина делала это чрезвычайно грациозно, и иногда даже не пользовалась петлями для дополнительной фиксации. - Странно, но очень хорошо, - на выдохе произнесла Катя, вышло это довольно торопливо, но по-другому в позе головой вниз она говорить и не могла. - Видишь? Я была права, - Воропаева была крайне довольна собой, - мне йога… любая йога всегда помогает. И от стресса, и от злости, и от отчаяния, и от любого физического недомогания. Катерина уже было хотела спросить, почему же Кристина не приглашала на подобные мероприятия Александра. Вот уж кому совершенно точно нужно было заняться своим здоровьем и подобным релаксом, но не успела. Кошачьей походкой к ним приблизился тренер, взявшись за крепежи Катиного и Кристининого гамака. - Девочки, во время занятия мы не болтаем, это мешает вашему дыханию и уж точно не позволяет войти в состояние транса, - его голос был настолько мягким и плавным, словно каждое слово вытекало из его рта, тут же сливаясь со следующим. От его тембра по коже бежали мурашки, и Кате невольно захотелось потереть руки, чтобы избавиться от этого ощущения. - Знаете, мне в такой позе в транс точно не войти, - она вздохнула, а потом решила подняться, напрягая для этого мышцы пресса. С первого раза у нее не получилось, так что во время второй попытки, ее под спину поддержал тренер. Конечно, так ей было справиться с земным притяжением гораздо легче, но ей бы все-таки хотелось преодолеть это самой. У нее несколько раз получалось подняться с первого раза, но для этого нужно было сильнее взмахнуть руками, но Кристина сказала, что делать так нельзя - слишком легко повредить плечевой сустав. - Вы отлично справляетесь, как для человека, который пробует флай-йогу в первый раз, - он улыбнулся и повернулся к Кристине, которая уже удобно разместилась в своем гамаке, - соблюдайте тишину. А теперь, - он обратился ко всей группе, - поза лотоса, выбираем, как вам будет удобно разместиться в гамаке, и мы попробуем капалабхати. - Капала… что? - Катерина попробовала усесться в гамаке и довольно улыбнулась, когда преуспела. - Дыхание огня, - пояснила Кристина, и тут же добавила, - очень хорошо помогает при раскрытии грудной клетки, да и для легких тренировка просто отличная. Внимательно слушай Олега, в конце концов, не зря же я ему такие деньги плачу. Он профи! Катерина в этом не сомневалась и закрыла глаза, позволяя себе расслабиться, прислушиваясь к командам Олега. Профи так профи, главное, что она действительно чувствовала себя отлично. Вот что по-настоящему прекрасно. Сразу после занятия Катя решительно отправилась в душ. В отличие от Кристины, которой было достаточно просто обтереться горячими влажными полотенцами, ей нужно было хорошенько помыться, чтобы чувствовать себя комфортно. А душ в Садхане был просто отличный - отдельные кабинки, индивидуальные резиновые коврики, которые проходили обработку после каждого клиента и широкий ассортимент крохотных стеклянных пузырьков с мыльными маслами… Нужно будет уговорить Воропаеву подсказать ей, где найти такие масла, чтобы купить домой. Катерина вылила немного желтоватой, пряно пахнущей жидкости в ладонь, и принялась разносить ее по всему телу, вдыхая пьянящий аромат. О да, она с легкостью могла представить, как наносит подобное великолепие на кожу Александра. Боже… да… эти грешные мысли были не менее сладкими, чем поцелуи любимого мужчины. Пушкаревой даже пришлось включить воду похолоднее, чтобы немного сбросить с себя желание… Да, мысли о Воропаеве всегда в конечном итоге приводили ее куда-то не туда. Так что она решила не нежиться слишком долго под упругими струями воды. Она еще раз намылилась, а потом окончательно смыла с себя остатки пены, несколько раз сменила горячую воду на холодную, сдерживая писк, и вышла к Кристине, когда та как раз наносила на тело тонкие полоски масляного парфюма. - Куда мы теперь? - Пушкарева подошла к своему шкафчику, принимаясь одеваться, - у тебя есть какие-то планы? - У меня планы есть всегда, - довольно оскалилась Кристина, - так что я тебе предлагаю немного оттянуться в одном отличном кафе. Индийская кухня, специи, ароматы, все дела. А еще там отличные интересные десерты, которые ты обязательно захочешь притащить Сашке. Могу гарантировать - ему понравится. - Ты ему их уже приносила? - Катерина надевала блузу без особого удовольствия, сейчас, после такого релакса ей хотелось бы чего-то мягкого, как халат. - Нет, - пожала плечами Кристина, - но я уверена, что ему понравится. Ему нравится все необычное. А еще, я практически уверена, он будет рад всему, что ты принесешь, включая цианид. - Очень плохая шутка, - Пушкарева вздрогнула, потирая плечи, - давай мы подобное даже вслух произносить не будем, хорошо? - Да без проблем, - согласилась Воропаева, - меня иногда заносит, не спорю. Ну что, пойдем? - Да без проблем, - передразнила ее Катерина, улыбаясь, - но, может, ты сначала оденешься? А? - она выгнула брови, наблюдая за Кристиной, что все еще стояла в полотенце. Оно, конечно, сейчас напоминало мини платье, но Катя сомневалась, что появляться так на людях- хорошая идея. - Оденусь, - вздохнула Воропаева, видимо тоже не желающая расставаться с этим ощущением дышащей расслабленной кожи, - дай мне минуту. - Да хоть десять, - кивнула Пушкарева, принимаясь завязывать волосы в хвост, - мы никуда не торопимся. - А что так, у Сашки слишком много работы? - Прям в яблочко, - вздохнула Катерина, - и он меня предупредил, что задержится сегодня допоздна. - Думаю, сказал тебе ложиться спать и не ждать его? - выгнула бровь Кристина, а когда Катя на это улыбнулась, закатила глаза, - Боже, какой он предсказуемый. Ну а что ты? - Такое ощущение, что у меня есть выбор, - Пушкарева развела руками, - проведу время с тобой, приду домой и засяду за анализ финансовых отчетов ЗимаЛетто, если, конечно, не освободится Юлиана или не позвонит Кира. - Значит, планируешь ждать? - оскалилась Воропаева. Катерина хмыкнула и взглянула на Кристину немного удивленно, неужели она могла подумать, что она собиралась просто отправиться спать, не дождавшись Сашу. Подобные разговоры были не в первый раз, и Воропаев до сих пор не мог привыкнуть, что Катерина его ждет, но менять это она не собиралась. Александр беспокоился о ней, заботился, и она отвечала ему тем же - именно в этом она и видела самое большое проявление любви. - Да, - Кристина решила не дожидаться ответа, - я что-то глупость спросила, прошу прощения, - она рассмеялась, - да, Сашке с тобой все-таки повезло. - Ну, я даже не знаю, кому с кем повезло больше, - пожала плечами Катерина, - думаю, что у нас все вполне себе обоюдно, так что я могу считать, что мне действительно повезло, что у нас взаимопонимание, но кому-то больше бонусов приписывать не могу. - Нет, - Воропаева принялась одеваться, - ты слишком хороша для него. Даже, я бы сказала, для любого слишком хороша. - Это ты очень зря, - Пушкарева была не согласна с Кристиной в корне, - у меня тоже тараканов больше чем нужно, я просто стараюсь уживаться не только с ними, но и с человеком рядом, и очень радуюсь, если у меня это получается. Точно так действует и Александр, он готов на уступки ради близких. - Что-то он не слишком торопится уступать мне, - Воропаева повернулась к Кате, поправляя на груди несколько рядов деревянных, костяных и каменных бус. - Как это не торопится, если у вас с ним сейчас практически нормальное общение, - Пушкарева нахмурилась, - мне Кира говорила, что вы практически вернулись к тому формату, который был до вашей размолвки. - Ну конечно, как я могла подумать, что ты будешь защищать кого-то, кроме Сашки, - отмахнулась Кристина, - пошли, а то мы тут навечно застрянем. - Пошли, - пожала плечами Катерина, - я-то давно готова. - Вот не нужно сейчас намекать, что я копуша, - хмыкнула Воропаева, и Пушкарева только удрученно вздохнула. - И где же я намекала на подобное? - Ой, не усложняй, - поморщилась Кристина, - умеете вы… - она не договорила, просто направилась к выходу из раздевалки. Катерине ничего не оставалось, как просто последовать за ней. Да, “они” это умели - цепляться к словам, выискивать правду и ошибку между строк, доказывать свою правоту и подчеркивать уверенность. Пушкарева прекрасно понимала, что Воропаева говорила о ней самой и об Александре, и отрицать не было смысла. Сейчас их разговор можно было считать мирным общением. Не то чтобы Катерина ждала от Кристины подвоха, но… совсем немного проверки скорее да, чем нет. А все потому, что Кира и Кристина любили брата по-разному. Кто-то скажет, что так не бывает, но, увы, каждый человек склонен к своему способу любить. Так Кира, по крайней мере, сейчас, обожала своего старшего брата, ее любовь была нежной, немного материнской и дочерней одновременно. Казалось, что она желала укрыть его от всех бед, но и сама нуждалась в помощи и спасении. Александр отвечал ей взаимностью, он любил ее покровительственно, но искренне, иногда забывая, что младшая сестра его куда сильнее, чем он мог себе представить. Кристина же любила брата… яростнее. Проведя много времени вдали от семьи, старшая Воропаева старалась пресытиться этими чувствами перед следующей поездкой в дальние дали, так что на любой свой выпад она требовала ответ. Если она показывала любовь, то ждала того же и от Александра, если она хотела примирения, то он тут же должен был согласиться. Ожидание, как и любое промедление, бесило Кристину, выбивало ее из колеи и заставляло метаться, иногда совершая ошибки. Немного подождать - это было совершенно точно не про нее… А еще Пушкарева заметила, что Кристина чувствует себя виноватой. Правда, это не имело никакого отношения к ситуации с Павлом. Тут старшая Воропаева была свято уверена, что она в своем праве, и что тайна, которую она хранила, была вовсе не ее. Ее гложело что-то другое, что разгадать Катя пока еще не могла, но… времени ведь достаточно, правда?.. Ресторан, который красиво назывался Бгарат в такое время дня был немноголюдным и от того невероятно уютным. Хозяин заведения немного перестарался с эстетикой Индии, и помещение было слишком загромождено статуями и статуэтками, курильницами, в которых ничего не сжигалось, хотя и присутствовала имитация углей, обилием цветов и тканей всевозможной фактуры. А еще тонкий аромат специй и совсем немного - масла. - Ну как тебе? - Кристина взглянула на Катерину, в ожидании ее реакции. Пушкарева прикусила нижнюю губу, стараясь правильно сформулировать свое впечатление. - Знаешь, в английском языке есть такое слово “busy”, которое в определенном контексте означает слишком много всего? - Катя повернулась к Воропаевой, и та кивнула, - так вот, мне кажется, что оно немного… именно это слово. Просто не очень хочется говорить захламленное… это скорее перегруженное. У меня даже голова начинает болеть от всего этого, если долго головой крутить. - Да, в таких местах визуальный шум это страшная вещь, - согласилась Кристина, - но, главное то, что тут просто отличная кухня, пойдем, у нас отдельный столик, и там не так все давит на голову. - Конечно, пойдем, - Катерина направилась за Воропаевой, которая перемещалась по Бгарату с уверенностью постоянного посетителя, - если там будет меньше цветов - я "за". - Будет, не переживай, - улыбнулась Кристина, - я знала, что основной зал ты не заценишь, так что озаботилась индивидуальным кабинетом. - Почему это? - нахмурилась Катя, - я очень даже заценила, но… - Да ладно тебе, не стоит оправдываться, в конце концов, о вкусах не спорят, и я не хочу, чтобы ты думала, что тебя должно восхищать то, что нравится мне. Мне достаточно того, что ты не против посещать заведения по моему выбору. - А что, есть те, кто против? - Пушкарева была удивлена, она знала, что и Кира и Саша соглашались с выбором старшей сестры. Во-первых, потому, что так было проще, ведь Кристина была просто мастером организации, а во-вторых, зачем было спорить о месте проведения? Ведь главное не ГДЕ, а С КЕМ. - Ну… это я в целом, - хмыкнула Воропаева, видимо, подумав о том же самом, - но, ты могла бы быть первой. - Нет, не могла бы, - призналась Катерина, - мне гораздо проще принять чье-то предложение, чем выдвигать свои, - она пожала плечами. - Ты что, признаешься, что ты ленивая? - они как раз дошли до кабинета, стол уже был накрыт - всевозможные закуски в разномастных металлических тарелках. Ласси в стаканах и графине… красота. - Я признаюсь в том, что у меня нет подобного вкуса как у тебя, и таких познаний, как у Юлианы, ну и таких знакомств как у Лизы, - Катя довольно улыбнулась, размещаясь на большом деревянном стуле. Пушкареву порадовало, что стол не стилизовали подушками и необходимостью сидеть, подвернув под себя ноги. Эстетика эстетикой, но иногда хотелось просто комфорта. - Значит, ты не прихотлива? - Кристина тоже заняла свое место, тут же потянувшись к фасоли в остром соусе, - удобно. - Знаешь, не могу сказать, что я неприхотлива, - Катерина разорвала лепешку-чапати, чтобы набрать ею немного арахисового карри, подцепив как можно больше овощей, - но я в целом могу довольствоваться абсолютно любой кухней… наверное. Есть, конечно, редкие исключения, но особенности вкуса есть у всех. - Особенности вкуса, - Кристина задумчиво кивнула, накладывая себе на тарелку хрустящие ломтики картофеля, - у нас мама была такой же… знаешь, простой. Папе было довольно просто угодить ей, в основном. Желания у нее были совершенно простые и понятные. Она крайне редко морочила ему голову загадками. - Ты хочешь сказать, что я тебе ее напоминаю? - Катя выгнула брови, и покосилась в сторону джансака - блюда из чечевицы. В отличие от классики с куриным мясом, ну или на крайний случай мясом барашка, тут его подавали с креветками. В самом блюде Пушкарева заметила четыре хвостика перца чили, его тушили целиком с овощами, чечевицей и специями, уже потом добавляя обжаренные на пряном масле креветки. Катерина решила, что вполне его осилит - три-четыре перца это было сигналом средней остроты. Да и заведение не стало бы рисковать, делая блюдо излишне жгучим. Чтобы добавить ту самую остринку на столе стояло масло чили и еще парочка труднопроизносимых приправ. - Вообще не напоминаешь, - улыбнулась Кристина, потянувшись к шейке рака в мятном соусе, - это у вас, пожалуй, единственное сходство. - Правда? - Катерина задумалась, - а какой она была? Если… если, конечно, это корректный вопрос. - Корректный, - Воропаева не изменилась в лице, и взгляд ее не стал грустнее или холоднее, - то, что время лечит - вранье, но становится легче, это правда. Так что, мне действительно не сложно говорить о родителях, да и Сашке с Кирой тоже. Но… мы как-то больше этих разговоров избегаем. Даже не знаю почему. - Мне бы не хотелось приносить… лишней боли и дискомфорта, я понимаю… точнее, я, конечно, не понимаю, но… - Все, успокойся, - махнула на Катю Кристина, - лучше вот, попробуй раков. А я пока тебе расскажу о Каролине Воропаевой, она у нас была действительно крайне интересная женщина, - Пушкарева кивнула, протягивая вилку за угощением, но съесть раковую шейку так и не смогла, уж больно острым оказался соус. Так что его нужно было в срочном порядке смывать кефирным манговым ласси. Кристина тем временем принялась рассказывать, - наша мама, казалось, всегда была большим ребенком. Не важно, была ли я маленькой и глупой, была ли я взрослой и… глупой, мама, казалось бы, всегда была такой… своеобразной. Нет, она всегда нас любила, всегда готова была с нами возиться, но… она была не подготовлена для простой и понятной жизни. - Что значит, не была подготовленной? - Катерина нахмурилась, - она была слишком доверчивой? - Дело даже не в доверчивости, - вздохнула Кристина, - она просто была немного оторвана от реальности. Вся полностью поглощена своими мыслями и заботами. А еще, по-моему, она немного ревновала нас к отцу. Папа ведь проводил с нами все свободное время… по возможности. Я даже не помню, ездили ли они куда-то отдыхать без нас… я бы даже сказала, что эти поездки прекратились уже после моего рождения. Но папа всегда был обеими руками “ЗА” семейный отдых. Он умел создать для нас праздник… и для мамы, конечно, тоже, - Кристина улыбнулась довольно и мечтательно. - Каролина была женщиной красивой, яркой, мужчины к ней тянулись буквально вереницами… Но, знаешь, после той… ситуации с Павлом у нее в жизни больше никого не было. Она никого не замечала кроме нашего отца, я это точно знаю. - У меня и в мыслях не было, что она могла бы… - но до Катерины вдруг дошло, что Кристина говорила это сейчас не ей, а скорее самой себе, словно снова и снова доказывая, что ее мать оступилась только один раз. - Да, но, к примеру, тот же Сашка сейчас сомневается, - она скривилась, словно эта мысль приносила ей боль, - и это он рос и видел, что она никогда… ни с кем… Да она даже не танцевала ни с кем! - на этот раз она была возмущена до глубины души, но вдруг осеклась и вздохнула, чтобы успокоиться, - она была прекрасной мамой и хорошим человеком. А Сашка… - Он не думает о ней так, - Катя могла быть в этом уверена, когда Александр говорил о матери, то всегда говорил с любовью и трепетом и никак иначе, - и если у вас были подобные разговоры то… мне кажется, что он просто пытался тебя разозлить. - Ты знаешь, - Воропаева почесала нос, - у него получилось. - Верю, - Пушкарева улыбнулась, - он это умеет, - она переключилась на чапати и маринованный грибной салат, - а кто из вас троих больше всего похож на нее? На вашу маму я имею в виду. - Думаю… мы все понемногу, даже у Сашки есть что-то от нее, - пожала плечами Кристина, - но, в то же время мне кажется, что я больше всего становлюсь на нее похожей… Знаешь, все больше замечаю, что мне проще убежать, чем принять бой, мне проще игнорировать, чем решать и даже… не знаю… перетерпеть, чем противостоять. И это все довольно неосознанно… словно… - Словно ты копируешь ее поведение, потому, что скучаешь по ней так сильно? - предположила Катерина, и Воропаева кивнула, даже не задумываясь. - И Саша делает то же самое. Он пытается быть очень похожим на отца, во всем… иногда… когда папа умер, то первое время Саша пытался быть так похож на него, что люди, которые нас окружали просто… Знаешь, я тогда слышала больше о переселении душ, чем когда-либо. Но, - она развела руками, - со временем мой брат понял, что ему следует просто быть собой. Призрак ... Юрия Воропаева будут уважать, но не долго. - Да, теперь уважают Александра Воропаева, - кивнула Катерина, - в этом он преуспел. - Иногда я думаю, что даже слишком, - Кристина на миг ушла в себя, взгляд ее погас и чуть приоткрытые губы шепнули что-то… но Пушкарева так и не смогла разобрать, что именно. Воропаева покачала головой, словно сбрасывая с себя это наваждение, - но, об этом как-нибудь потом… еда нравится? Может, закажем основное? Катя позволила Кристине делать так, как той хотелось, продолжая наблюдать за ней. Воропаева не выглядела нервной, но была расстроена. Казалось, что Кристина… чувствовала себя виноватой, и Кате очень хотелось понять, почему.