Midnight dream

Ранее

      — Тэхёну всегда было намного труднее, чем остальным, — рассказывал Юнги. — Я почти никогда не видел счастья в его глазах. Они были пустые и безжизненные, — он сделал небольшую паузу. — Хотя, я несколько раз видел его до войны, когда этот ребёнок светился от радости. Всегда он был добрым и чутким, таким-то остался, но то, что произошло с ним в тот день, летом 2013... Ты же понимаешь?       Чонгук кивнул, уставившись на Мина, внимая каждому его слову. Теперь это был не тот Юнги, каким сначала предстал перед ним этой ночью —гордый и надменный. Рядом с Чонгуком сидел парень, единственной мечтой которого было сделать счастливым своего названного младшего брата.       — Мне кажется, я до сих пор не знаю всей правды о нём, так же, как и о том, что заставило его стать тем, кем он является, — Мин поднял глаза в небо и после небольшой паузы продолжил: — так вот, тринадцать лет назад, я нашёл его после взрыва, полуживого, в каких-то развалинах, рядом с искалеченными трупами его родителей. Зрелище было ужасающим, но ни в коей мере не сравнимым с его тогдашним состоянием. После он был без сознания несколько дней из-за потери крови и узнал о смерти близких довольно поздно. Но уже до этого он казался лишённым нормальных чувств. С тех пор он был один. Совсем один... Со мной был Ким Тэхён, а с ним Мина Юнги не было. Так, иногда только, рядышком, — Юнги в очередной раз всхлипнул, вытирая лицо рукавом. — Он будто бы был отчуждён от всего происходящего. Не для него всё это было. Может, для меня, для кого-то ещё, но не для этого ребёнка. Он медленно умирал. Умирал до тех пор, пока однажды ему не приснился сон. В тот же день он рассказал мне о нём: о дереве, долине, реке и звёздном небе. В дальнейшем, то же самое Тэхён видел каждую ночь. Я наблюдал, как иногда он улыбается ночью, и этот факт заставлял меня думать, что теперь ему лучше. Он рос, но каждый раз, когда мне удавалось с ним встретиться, на меня смотрела пара добрых пустых глаз...       Яркая звезда пронеслась где-то высоко, на миг осветив лицо Юнги, по которому ровными струйками текли из глаз слезы.       — Ровно до того дня, как он не встретил тебя. Он не говорил, что произошло между вами, но ты изменил его за одну ночь. Полностью. Будто душу вернул.       Дрожь била Чонгука изнутри. В его голове не укладывалось, как Тэхёну вообще удалось выжить и не сойти с ума. И как вовремя он, Чон Чонгук, попал под эту чёртову фуру, которая диким нокаутом вышвырнула его в мир, где он встретил того, кто так долго был совсем один во всех известных ему мирах.       — Со мной он всегда такой жизнерадостный. Как будто из моего мира, — произнес Чон. — Несчастным показался только в начале. Поэтому заставлял о многом думать. Я чувствовал, что не всё так просто, как он хотел мне показать, поэтому не спрашивал ничего лишнего.       — Забери его, Чонгук, — Юнги закрыл лицо руками. — Возможно, я несу бред, но если он тебе не безразличен... Пожалуйста. Я всё для него сделаю. Я даже сюда каким-то образом попал, — Мин уже отчаянно рыдал в рукав. — Его могут просто убить, лишив надежды, которую ты дал ему.

***

      Парни уже пару часов сидели на крыше, переехав туда вместе с диваном и компьютером сразу после того, как внезапно закончился дождь.       В темноте загорелся экран телефона, где всплыло сообщение с довольно сжатым, но многообещающим текстом — «Чеджу».       Чонгук аккуратно потрепал уже дремлющего у него на плече Тэхёна, из последних сил досматривающего заключительную серию «Магистра дьявольского культа».       — Намджуна заставили остаться в Корее, — коварно захихикал Чон, —завтра собираемся на Чеджудо.       — Чеджудо!? — Ким резко вскочил с дивана, чуть не свалившись в ближайшую лужу.       — С чего такая реакция?       — У нас он затонул после бомбёжки, — в глазах Тэхёна будто загорелся давно потухший блеск несбывшегося. — Я всю жизнь мечтал попасть на Чеджу, Чонгук. Ты даже поверить не можешь, как я этого хотел.       Чон расплылся в полной любви улыбке, откидываясь на спинку дивана.       — Какой же ты счастливый, —произнес он. — Я так долго хотел увидеть этот огонёк в твоих глазах. Это зрелище стоит целой вселенной, поверь мне.

***

      — Чимин-а! — вопил Хосок, наполовину высунувшись из окна Hyundai, на дикой скорости мчащейся к пристани, пока «позаимствованный», а фактически, почти угнанный Чимином у Намджуна пикап, подъезжал к парому до острова Удо.       Джин, заливаясь истерическим смехом, вжимался в спинку пассажирского сиденья, пытаясь не свалиться в приступе на Намджуна, который и сам уже еле держался, чтобы не выпустить руль.       — Совсем попутали! — не унимался Хосок, на миг заглянув в салон, и снова выныривая в окно. — Они сейчас сбегут, и нам потом грёбаных полтора часа ждать следующий паром! А дальше что? Искать их по всему Чеджу!?       У Джина в очередной раз случился припадок, что заставило Намджуна стиснуть челюсть до такой степени, чтобы не впасть в то же состояние, что и сидящий рядом брат.       Чонгук, с гоготаньем, сопровождаемым хихиканьем Чимина и Тэхёна, запрыгнул на заднее сидение к Киму, где тот уже пару минут умирал с поведения Хосока, наблюдая за ним из заднего окна.       — Они отстали всего-то метров на двести, — икая от смеха, пролепетал Чимин.       — Я всё-таки предлагаю прибавить газку и не ждать их, они заслужили своим опозданием, — злорадствовал Чонгук, — я понимаю, Намджун проспал, но эти двое...       — Шок в шоке... — хихикнул Тэхён, помогая Баму перебраться через чонову ногу. — Может, не надо так жёстко?       — Они привыкли, что я творю всякую дичь, — ответил Пак, — хотя, что с них взять, Хоба просто драматизирует, всё равно паром никуда не уплывет, тем более, что мы — его единственные пассажиры.       Пикап с лающим внутри Бамом въехал на палубу ровно в тот момент, когда Хосок в гневе выхватил билет из кассы, ударившись головой о потолок, и уже готовился выбраться из машины, чтобы устроить младшим разнос по полной программе.       — Закрывай! Закрывай! — выглядывая назад из окна, хохотал Чонгук, хлопая рукой по сиденью не в силах говорить от смеха Чимина, блокирующего замки на дверях, пока Тэхён изгибался в приступе истерического ржача, хватаясь за чонову футболку, дабы не грохнуться раненым лбом на ручник.       Хосок, единственный из всей компании не разделяющий всеобщего увеселения (надо отметить, направленного исключительно в его адрес), наконец ворвался на палубу, громко хлопнув дверцей, и направился нравоучать.       По его мнению, самым безответственным действием Чимина за последние время было то, что он сделал этой ночью, а именно, толком не отдохнув после перелёта до Чеджу и заселения в отель, вломился ночью в номер Чона, а затем вместе с ним к Тэхёну, чем явно его оживил, избавив от чувства недосыпа, помог им со сборами, параллельно посмотрев какой-то боевик и, выпив бутылку соджу на троих, проспал три часа, освежился с утра пораньше бутылкой пива и сам сел за руль не своей же машины.       Чонгука с Тэхёном такой бунтарский настрой сразу же привлёк, поэтому вся троица во главе с Паком, включая Бама, погрузилась в машину, позвонила мирно спящему Сокджину, осведомив о своём намерении выехать раньше назначенного, и двинулась в порт.       Через полчаса, буквально выдернутые Джином из кроватей заинтригованный Намджун и злющий Хосок, ехали и рассуждали, насколько далеко они сейчас находятся от беглецов.       Минуя несколько десятков километров, на пустой утренней трассе, на повороте Намджун заметил знакомые номера и прибавил скорости, отчего Чимин, хихикнув, резко вбил по газам, увидев в зеркалах приближающийся Hyundai, чем взбесил Хосока ещё больше.       И теперь вся эта разгневанная, сконцентрированная в одном Чон Хосоке аура двигалась по направлению к машине трёх умирающих от хохота младших.

***

      День прошёл намного лучше, чем ожидалось изначально. Объехав пол-острова, парни нашли достойное место, чтобы расположиться, между делом попытавшись поставить палатку, осознали, что все вместе туда точно не влезут, и самым адекватным решением приняли предложение Намджуна лечь в машинах: по два человека в салон и двое в кузов пикапа. План был просто безупречен, поэтому оставалось только вернуться на Чеджудо наслаждаться красотами и закупаться едой на рынке — одном из мест на Чеджу, куда грезил попасть Тэхён. Так, к вечеру, парни с полными сумками, загоревшими лицами и забитой фотками памятью телефона Джина, не отошедшие от эмоций, и Чонгук, в свою очередь не отошедший от «случайного» (спасибо Чимину, начавшему что-то подозревать) падения с парапета на Тэхёна во время очередной фотосессии, добрались до парома на Удо.       Через четверть часа, когда начали появляться первые звёзды, парни уже готовили барбекю на оккупированном ими мелкогалечном пляже.       — Хоби-хён, ну прости нас, хватит нагнетать, — уговаривал Чонгук, открывая бутылку пива и протягивая её сидящему напротив Хосоку, который продолжал наигранно дуться каждый раз, когда кто-то из младших заводил с ним разговор. — Ты один воспринял всё слишком глобально. Надо быть проще.       Не дожидаясь реакции, Чонгук схватил Хосока за руку и всучил ему пол-литра светлого.       — Мы правда извиняемся, — поддержал Чона Тэхён, поджаривая на костре мясо.       — В следующий раз, когда соберёмся пранковать старшеньких, возьмём тебя с собой, — захихикал Чимин, протягивая Тэхёну тарелку для барбекю.       — Тогда вам тоже придётся терпеть наши выходки, — раздалось откуда-то с шезлонгов, где дремали братья Ким, к которым периодически приставал Бам.       Пак коварно улыбнулся и почти незаметно подмигнул младшим, получив в ответ две такие же наглые улыбки.       — Ладно, меня самого уже тошнит от этой ситуации, — сказал Хосок, осушив треть пол-литровки, и засветился, вновь став тем ярким Хобой, которым его привыкли видеть, — всех прощаю, обиды забыты.       С шезлонгов раздались громкие синхронные аплодисменты.

***

      Места для сна были распределены довольно быстро: Джин и Намджун отправились в салон пикапа, Чимин и Хосок в его кузов, а Чонгуку с Тэхёном достался целый Hyundai.       Чимин не мог заснуть уже минут двадцать из-за довольно-таки отчётливо слышного сопения Намджуна и, хоть и привычного, но всё же громкого похрапывания Хосока. Так что Пак аккуратно отложил плед и, пытаясь не встать на руку друга в впотьмах, побрёл освежиться к морю.       Вдали в лунном свете виднелась еле заметная фигура, сидящая рядом с водой, поэтому Чимин, осознав всю прелесть ситуации и оценив все свои возможности, решительно направился вперёд.       — Чонгук-и, — шепнул он тихо, подойдя к любующемуся морем Чону, и потрепал его по голове.       — Я как будто знал, что ты придёшь, — произнёс Чонгук, улыбнувшись, зевнул и вновь устремил взгляд в тонкую голубую полоску на небе, пока не исчезнувшую после захода солнца.       — Захотелось немного прогуляться. Тэ почти уснул, будить его было бы очень некрасиво.       Чимин приземлился рядом на тёмную мелкую гальку и, подчерпнув рукой горсть маленьких блестящих камушков, поочерёдно начал кидать их в воду.       — Если я сейчас кое-что спрошу, обещаешь сказать правду? — внезапно спросил он, ровно в тот момент, когда один из камушков трижды отскочил от воды. — Можешь ничего не говорить, если захочешь, но только не ври.       — Как я могу соврать другу?       — Рад, что я всё-таки стал для тебя другом, — лицо Пака озарилось приятной улыбкой. — Короче говоря, я кое-что заметил.       Чон насторожился. Заметил? Кое-что?       — Я не буду ходить вокруг да около... Тебе нравится Тэхён?       Этот вопрос поверг Чонгука в откровенный шок. Он вытаращился на Чимина парой больших невинных глаз, в которых читался единственный вопрос: «Как ты узнал?»       — Я же твой первый друг, — парень тихо засмеялся, будто бы прочитав это на Чоновом лбу, и уткнулся носом в колени, — как и ты мой, если не брать в расчёт Хосока, который мне почти как брат. Сначала я подумал, что нашёл соулмейта, но потом понял, что это место занято кем-то другим, но всё равно решил с тобой дружить. А когда я увидел тебя с Тэхёном, сразу осознал, что лучше него у тебя никого не будет. Но между вами мелькало что-то больше обычной дружбы, намного больше... Ты только что выдал себя, так явно отреагировав на мой вопрос, — Чимин взглянул на Чонгука, сидящего со слегка отвисшей челюстью, и, рассмеявшись, ещё сильнее вжался в колени, не удержал равновесия и повалился на бок, не в силах сдержать улыбки, глядя на это лицо.       — Это так видно? — полушёпотом вымолвил Чон, смахивая чёлку на глаза.       — Не знаю, как остальным, но мне — да. И я дико за вас рад, потому что, как мне кажется, Тэхён тоже влюблён в тебя, — Пак устремил взгляд на закат. — Интересно было бы узнать как вы встретились...       — Спасибо, Чимин, — Чонгук наконец выдохнул. — Я не хочу тебе врать или недоговаривать, но рассказ про первую встречу будет довольно странным. Тэхён, на самом деле, не совсем обычный парень...       — Я знаю, — вновь тепло улыбнулся Чимин, — израненные люди просто так по ночам в квартирах не появляются.       Чонгук усмехнулся, удивляясь такой прозорливости. Всё-таки Пак Чимин и правда потрясающий.       — Не смей потерять Тэхёна, он ведь тоже мой друг.       — Не посмею.

***

      Когда Чимин, надышавшись морским воздухом, ушёл снова пытаться заснуть, спустя несколько минут Чонгук направился к машине, где, по его мнению, уже давно спал Тэхён. Подойдя ближе, он увидел, что все окна были открыты, а Ким со странным выражением лица лежал на разложенных сиденьях и пялился в потолок. Чонгук тихо подошёл и, открыв дверь, аккуратно устроился рядом с Тэхёном.       — О чём думаешь? — спросил он шёпотом.       — Открывается ли здесь крыша...       Чонгук улыбнулся, и через секунду панель на потолке плавно отъехала назад, открыв вид на усыпанное яркими звёздами небо так, что в глазах Тэхёна вновь отразились миллионы огоньков.       — Какой же ты красивый... —зачарованно произнёс Чон. — Я никогда не любовался звёздами, но я готов часами наблюдать за ними, смотря в твои глаза.       — Даже ту звёздочку видишь? — указал Ким в небо.       — Конечно.       Тэхён смущённо улыбнулся, машинально отвернувшись, но Чонгук мигом перевернул его за плечо обратно и, нежно убрав упавшую на глаза Кима прядь, произнес:       — Не прячься от меня. Всё равно найду.       — Ты уже нашёл, даже в другом мире.       — Целых три дня...       — Девять лет, Чонгук.       Чон удивлённо взглянул на парня:       — О чём ты?       — В ночь первой нашей встречи я сразу узнал тебя, — с лица Тэхёна сошла улыбка. — Девять лет назад ты пытался защитить мальчика-заложника, когда бежал с ним из плена. Мальчика ранили, но он выжил. После того, как его нашли солдаты, он долго не мог понять, почему спасли только его одного, а о той террористической группировке, что его пленила, и об остальных заложниках никто и не слышал. Спустя время он наконец понял, что провёл несколько дней в другом мире. Мальчика звали Ким Тэхён.       У Чонгука перехватило дыхание.       — Я попал в этот мир случайно. И именно из-за меня ты мучался столько лет. Ты спас мне жизнь, но она не стоила всех твоих страданий...       — Дурак... — всхлипнул Чон, глотая слёзы. — Какой же ты дурак, Тэ.       Чонгук взглянул во влажные глаза Тэхёна и крепко обнял, прижав его голову к своей груди.       — Ты живой, Тэ... Ты не представляешь, каким счастливым ты меня сделал, дурачок. Твоя жизнь... Она для меня как сокровище.       Чон рыдал, поглаживая всхлипывающего Кима по волосам.       — Прости, что вечно заставляю тебя плакать, Гуки.       — Наконец-то ты назвал меня так, — на лице парня сквозь слёзы просочилась улыбка, — никогда не извиняйся. Единственный, кто должен извиняться, так это я, за то, что так долго искал.       Тэхён замотал головой, крепче прижимаясь и обхватывая чонову талию. Чонгук тепло поцеловал парня в макушку.       — Я в армию из-за тебя только пошёл. Нарочно вызывался на самые опасные операции по искоренению террористов. Только потом я осознал, что многим помогаю своими действиями, но всегда моей единственной целью было найти и вызволить из плена того, кто меня спас.       Сейчас Тэхён был похож на того тринадцатилетнего подростка, такой беззащитный и уязвимый, что так и хотелось укрыть его от всего того зла, которое его окружало и причиняло столько боли.       — Я помню, по ночам, когда мне было страшно, тебя впускали обработать мне раны. Ты говорил мне лечь к тебе на колени и мы смотрели на звёзды сквозь щели в крыше. С тех пор я не спускаю взгляда с ночного неба... — Тэхён тихо всхлипнул. — Я люблю тебя, Чонгук. Всего тебя.       — Я люблю тебя, Тэ, больше всего на свете.       — Рядом с тобой я такой слабый... Но ты единственный, кому я могу показать такого себя.       «Ради тебя я могу притворяться сильным, даже если это будет очень больно...»       На несколько секунд Чон ослабил объятия и бережно приподнял голову Тэхена за подбородок. Ким с трепетом посмотрел в глаза напротив и кончиком футболки протер влажное лицо Чонгука, после чего тот обхватил рукой его лицо и, приблизившись, аккуратно отклеив со лба уже ненужный пластырь, начал целовать места, где не успели высохнуть слёзы.       — Я люблю тебя... — ещё раз на выдохе произнес Ким, когда Чон накрыл его глаза поцелуем.

***

      — Тебе совсем не хочется спать?       — Не-а.       — Думаешь о Юнги?       — Да как ты... — начал возмущаться Ким, но был прерван.       — У тебя на лице всё написано, —ехидничал Чон. — Не волнуйся за него. Такой парень нигде не пропадёт. Он сейчас, наверное, безмерно счастлив, что ты свалил из этого Ада. Мы виделись с ним однажды, он просил сделать всё, чтобы забрать тебя сюда, дабы ты больше не мучался. Он настоящий старший брат, Тэ.       — На самом деле, иногда он такой бессильный по отношению к каким-то действиям или решениям. Я часто размышляю о том, что он делает без меня.       — Думаю, скоро он тоже освоит путешествия по мирам.       Тэхён улыбнулся:       — Я в него верю.

***

      Парни лежали на пляже под открытым небом, держась за руки. Тёплый бриз нежно гладил кожу, шум волн приятно отдавался по всему телу, прогоняя желание сомкнуть веки и уснуть.       — И вот не надоедает? — усмехнулся Чон, любуясь на Тэхёна, уже минут двадцать беззвучно восхищающегося Млечным путём.       Ким хихикнул:       — Хочешь, пойдём купаться? — предложил он, ещё не осознав смысла своих слов.       — Пойдём, — легко ответил Чонгук, поднимаясь, и стянул с себя футболку, оставшись в одних пляжных шортах. — Раз у тебя ни в одном глазу, почему бы и нет.       Тэхён, не долго думая, последовал примеру Чона. Схватил его за руку и потащил к морю.       Через пару минут они уже стояли по пояс в прохладной воде.       — Я никогда не думал, что окажусь здесь, на Чеджу.       — Нравится? — улыбнулся Чон, переплетая пальцы Кима со своими и подходя ближе.       Тэхён кивнул, не отрывая взгляда от чарующих глаз напротив. Чонгук завораживал своей красотой, таящейся во всём его существе, заставлял сердце при каждом своём движении биться в разы быстрее.       Тэхён вынул руку из воды, ровные струйки потекли и блестящими каплями попадали вниз, оставляя после себя ровные разводы.       Ким неохотно потянулся снова убрать непокорную прядь со лба Чона, почти запутавшуюся в длинных ресницах, вид которых с каждой секундой учащал удары в груди, но неожиданно Чонгук подался вперёд и обвил рукой талию парня, запуская другую в мягкие волнистые волосы и придвигая Кима ещё ближе, так что горячие тела почти соприкасались друг с другом.       — Всё хорошо? — спросил Чон.       Тэхён кивнул, не прерывая зрительного контакта. Дыхание снова вырывалось наружу.       — Закроешь глаза?       Парень последовал просьбе.       — Я рядом, Тэ. Я люблю тебя, —произнёс Чонгук.       — Люблю... — лишь успел шепнуть Тэхён, когда почувствовал влажные тёплые губы на своих.       — Мой Тэхён... — в последний раз выдохнул Чон в поцелуй и вновь приник к желанным губам, ни на секунду не отпуская Кима.

***

      Близилась полночь. Шум волн приятно ласкал слух, морской бриз еле ощутимо пробегал по телу, звёзды так же прекрасно, как и всегда, смотрели с небес, но уже не отражались в закрытых глазах спящего Тэхёна, лежащего на сиденье под открытой крышей в мокрых боксерах в обнимку с мило сопящим Чонгуком, прижавшимся лицом к щеке парня.