Местные звёзды

      17:30       Феликс вертит в перепачканных мыльной водой пальцах тлеющую сигарету, а лёгких вечерний ветерок, что проникает через приоткрытое окно, уносит сизый дым наверх, лаская светлые волосы и белую футболку на тонкой талии. На небе повисли тёмные облака, заполоняя закат ночной гладью. Прохлада, сырость комнаты и вечная грязь впитались в это место и разъедают его изнутри, пробираясь буквально в каждую щель.       Блондин прикрыл глаза и сделал новую глубокую затяжку, наполняя лёгкие дымом до краев. Внутри как-то теплеет всё, и тепло это смешано с тягучей злостью. Но лучше так, чем мерзкий холод и ветер, лижущий промерзшую кожу, покрывшуюся мурашками. В ушах вакуум, сознательно выстроенный, через него слышны лишь приглушенные крики друзей за спиной, но и слова не разобрать. Перед закрытыми глазами лишь тьма с яркими бликами на фоне, как вспышки от угасания очередной звезды. Какие-то новые и непонятные узоры вырисовываются в сознании, а лёгкие заполняются дымом дешёвых сигарет. Курение вредит, но оно не навредит сильнее, чем вечный недосып и холод, поселившийся в теле…       Курение вредит здоровью? Возможно, а скорее да, чем нет. А привычка парня курить в туалетах больше не привычка, а смысл… И курение больше не навредит ему.       Через вакуум просачивается знакомый скрипучий голос, до жути ненавистный, до тошноты, до дрожи, до мурашек. — Феликс, мать твою, хватит рассиживаться, мы всё сами мыть должны? — кричит Хёнджин, выходя из туалетной кабинки. — Из-за вас же мы тут застряли, — усмехнулся блондин, стряхивая пепел в раковину школьного туалета, который только что привели в порядок Минхо и Хёнджин. — Ты что творишь?! — Хёнджин сделал шаг в сторону блондина, но Минхо во время его остановил. — Отпусти! Я его сейчас лицом в эту руковину засуну! — Да перестаньте! — вмешался Чонин, выходя из соседней кабинки. — Я, между прочим, даже отношение к вашему инциденту не имею, но почему-то сейчас мою унитазы! — Потому что ты наш друг, — мило улыбнулся Сынмин, выжимая тряпку в ведро с водой. — Но, Феликс, давай по-быстрому, ты уже вторую сигарету выкурил.       Феликс равнодушно смотрит на ребят, которые носятся по школьной уборной от одного умывальника к другому, укомплектованные, в защитных перчатках и мокрых кроссовках. В нём самом сегодня около семи сигарет и ноль желания жить, и Сынмина он не понял бы даже находясь в более адекватном состоянии. Адекватном — это когда человек движется за счёт энергии в своё теле, а не её жалкой имитации в виде растворимого кофе, энергетических напитков, сигарет и других прелестей подростковой жизни. — Какого чëрта?! — Феликс со злости пинает пластиковое ведро красного цвета, разливая воду по всему полу. — Мы не обязаны мыть и смывать с унитазах чужое дерь… — Феликс, успокойся! — выкрикнул Сынмин, выпрямляясь и кидая в парня половую тряпку, которая попала ему прямо в бедро. — Думаешь, мы тут все счастливы?! Чонин вообще тут не причём, но стоит и моет уже, сука, третий унитаз! — А мне плевать! — Феликс перевëл взгляд на Джисона, который всё это время стоял и молчал, вытирая второе зеркало над умывальником. — Это всё из-за тебя!       Джисон вздрогнул, но даже взгляда не поднял. Он чувствовал свою вину за это, понимал все последствия и даже обстоятельства, из-за которых они сейчас задержаны после уроков. — Феликс, не трогай его, — выдохнул Сынмин. — Пожалуйста… — Это всё из-за тебя, — продолжал наступать Феликс, делая шаг к Джисону. — Что? Думаешь, я не знаю, что ты сейчас чувствуешь и не пойму твоё состояние? Думаешь, мне жаль тебя?! Ни капли! Чем ты думал, когда ложился под него?! Под эту конченную мразь! Понравилось? — Я бы попросил тебя выбирать выражения, — усмехнулся Минхо, кидая половую тряпку в ещё одно ведро с водой. — Тебе нравится истерики устраивать? — А ты рот свой закрой! — Феликс поворачивается и делает пару шагов в сторону Минхо и Хёнджина. — Если к тебе пришли, предоставили тебе всё, чтобы ты получил своё удовольствие, какого ты чëрта творишь?! — У тебя жопа чешется или что? — выдохнул устало Хёнджин. — Ты чего себе приключения то ищешь? Эта шутка была направлена не на тебя, а на Джисона. Мы пошутили, но вот драку затеял ты! — Не открывай на него свой сифилисный рот! — вступился вдруг Джисон, подходя и закрывая Феликса своей спиной. — Он заступился за меня! — А сейчас ты заступился за него? — засмеялся Минхо, снимая специальные перчатки для мытья полов. — Ты… — Джисон топнул ногой, указывая указательным пальцем руки на брюнета. — Ты обещал, что никому не расскажешь! — Я не обещал, я сказал, что, возможно, никому не расскажу, — улыбнулся Минхо. — Я всего лишь сказал, что у меня был неплохой секс, а в подробности, как обычно, я не вдавался. — Какие вы все мерзкие… — выдохнул Сынмин, кидая швабру на мокрый пол и снимая с рук перчатки. — Один, не имея гордости, вымывает до блеска унитазы, потому что попросили друзья, — тихо произнёс парень. — Второй, не имея мозгов, ложится под того, кого любит и ненавидит уже несколько лет. Третий, ещё даже месяц не отучился в новой школе, так уже кандидат на то, чтобы свергнуть местных звëзд с их коридора славы… — Сынмин осматривает парней и качает головой. — А вы оба, идиоты, которые только и делают, что унижают тех, кто слабее и младше. Мы с Чониному тут не причём, так что отдувайтесь сами.       Произнеся эти слова, Сынмин хватает Чонина за руку и ведёт его на выход из туалета, оставляя главных виновников отдых отбывать наказание в виде мытья всех туалетов школы. Кто-то, возможно, осудит Сынмина за это, но не Феликс, который понимает, что Сынмин оказался просто не в то время и не в том месте. — Молодцы! — зло прошипел Хёнджин. — Теперь нас меньше! — А ты рот закрой и быстрее закончишь, — снова огрызнулся Феликс, натягивая перчатки на ладони. — Предлагаю разделиться: я и Джисон моем женские, а вы мужские. — А чего это вдруг вы женские моете?! — возмутился Минхо. — Я, может, тоже не прочь с девочками повеселиться. — Ну… — усмехнулся Феликс. — Ладно, идите мойте женские туалеты.       Джисон изогнул бровь, не понимая, почему Феликс так быстро уступил им, но по довольному взгляду блондина было понятно, что у него есть какой-то план.       Хёнджин и Минхо взяли два ведра с водой и тряпками, направляясь в сторону женских туалетов и пафосно хлопая за собой дверью.       Оставшись без внимания старших парней, Феликс скатился по стене, начиная тихонько смеяться и радоваться своей небольшой победе. — Ты чего? — спросил Джисон, смачивая тряпку в ведре. — Они такие тупые, — через смех произнёс Феликс. — Они даже не представляют, насколько весело им будет. — А что не так с женскими туалетами…? — Джисон похлопал глазами, наблюдая, как Феликс, наконец-то, берёт тряпку в руки. — Объясни. — Ну это же девочки, — усмехнулся Феликс. — У девочек свои особенности организма… Все дела… Ну и… Женских туалетов больше.       Феликс подмигнул и блаженно выдохнул, начиная вытирать с пола воду. Он знал, что им от силы осталось вымыть два туалета, в то время как Хёнджину и Минхо в два раза больше.

***

      Уже через полчаса Феликс и Джисон шли по коридору, направляясь домой. Настроение стало куда лучше, чем было, а картина, что предстала перед их глазами была просто фантастически-незабываемой. Проходя мимо женских туалетов, Феликс остановился и открыл дверь, опираясь о стену плечом. — Не понял… — нахмурился Минхо, кидая тряпку в ведро. — Куда вы направились? — А убирать кто будет остальные туалеты? — Хёнджин выпрямился и устремил свой взгляд на Феликса, который довольно улыбался. — Мы уже закончили, — усмехнулся он, улыбаясь. — Поэтому до завтра, мальчики.       Хёнджин с Минхо переглянулись и выскочили вслед за ними в коридор. — В смысле вы закончили?! — крикнул Минхо, собираясь развернуть парней, но почувствовал, как Хёнджин схватил его за локоть. — А что не так? — улыбнулся Джисон, оборачиваясь. — Договорились же, что мы моем мужские, а вы женские. — Ну? — со злостью в голосе протянул Хёнджин. — А ты посчитай туалеты, — засмеялся Феликс. — Давай, малыш, до завтра. Так уж и быть, напишу тебе сегодня спокойной ночи.       Парни быстро выбежали из учебного заведения, оказываясь на улице. С каждой минутой становилось темнее и прохладнее, но внутри Феликса было тепло. Оказалось, что даже такие маленькие выигрыши приносят огромное чувство радости.       Хёнджин по-прежнему стоял в коридоре и смотрел на то место, где только что стоял Феликс. Внутри что-то обрушилось, создавая что-то новое… Словно вечно покоющееся сердце достали из закромов и протëрли от пыли. — А ты чего стоишь? — выдохнул Минхо. — Пошли! — Знаешь… — улыбнулся Хёнджин, поворачиваясь к парню и направляясь вслед за ним. — А он мне начинает нравиться…