S.T.A.Y ПРОТИВОСТОЯНИЕ

      Эпизод 34        …Сон придёт. Цветок волшебный, Что блестит однажды в год, Златоцветный и целебный, На мгновенье расцветёт. И смущённый, изумлённый, Я тогда его сорву. Тотчас папоротник сонный Озарит кругом траву. И навеки этот властный, Драгоценный амулет Будет мне светить, как ясный, Но никем не зримый свет. Доверяясь этой жгучей И таинственной звезде, Я пройду, как дух могучий, По земле и по воде. Мне понятны будут строки Ненаписанных страниц И небесные намёки, И язык зверей и птиц. Константин Бальмонт (1899 г) Адская боль пронзила голову Джинни, как только их выкинуло где-то в темном лесу через барьер. Пропахав несколько метров, он скрючился на сырой земле, хватаясь руками за голову. Что с ним? Лицо глядящей на него впритык голограммной старухи неисправными полосами мелькнуло перед глазами. От неожиданности Джинни резко сел. Образ травницы исчез. Айдол осмотрелся по сторонам. Он сидел в лесу на покрытой мхом земле. Рядом поскуливал преданный Кками. Феликс? Солдата VENOM поблизости не оказалось. Сознание путалось. Голова шла кругом. Думай Джинни, думай! Но мозг, словно схватившийся спазмом обрабатывал информацию со скрежетом медленно, пришлось приложить немалые усилия, чтобы сложить всё произошедшее в единую картинку. Им удалось бежать. Да, точно. Через открытые двери лифта, напролом. Никто в здравом уме не пошёл бы на столкновение в лобовую с отрядом шамбалийских охранников, но разве кто-то из них двоих был в здравом уме? Плечом к плечу они прочищали себе дорогу сквозь линию обороны, прикрывая друг друга от энергетических бластеров охраны Лани. – Феликс? – осторожно позвал он друга, но ответа не последовало. Что-то было не так! Тревога сковала сердце. Что-то случилось! Но вот что? Вспомнить никак не удавалось. Лишь мучительный ком в горле и глаза на мокром месте. Да что, чёрт возьми, происходило с его мозгом? Что за игры с разумом? В памяти мучительной вспышкой мелькнуло окровавленное тело солдата VENOM, у него самого руки по локоть в крови. Джинни бросил взгляд на ладони. Чисты. Померещилось? Он запустил бледные пальцы в волосы и потянул их на себя, пытаясь унять головную боль. Легче стало, но лишь на мгновенье. Как он сюда попал? Чёртова память! Джинни в отчаянии закусил губу. Кками вновь заскулил и ткнулся мокрым носом в ладонь. Точно! Кками! Это Кками нёс их с Феликсом сквозь узкие переулки забарьерного города, еле успевая уходить от энергетических сетей преследователей. А потом на одном из поворотов – тупик. Кками затормозил всеми четырьмя лапами, но этого было недостаточно. Они не успеют, как вдруг воздух впереди дёрнулся, пошёл волнами, затрепетал мелкой рябью. Они влетели во что-то вязкое и холодное. Серые постройки забарьерного города размазались в сплошной сизый фон. Где-то неподалёку тревожно зарокотал Лорд. Руки Феликса крепко сжали его талию. Солдат VENOM всё ещё с ним. Сердце пропустило медленный гулкий удар, ещё один и его выкинуло посреди тёмного леса. Джинни пропахал пару метров прежде, чем замереть плашмя прямо на пахнущей сыростью земле. Похоже, он оцарапал себе руку обо что-то острое. Чувство, что что-то не так, что случилось что-то страшное, не покидало сердце. Надо встать. Надо найти Феликса. Опершись ладонями о влажную землю, Джинни постарался встать, как вдруг почувствовал, что тело прошибло лёгким разрядом тока. Он вскочил на ноги и уставился на место, где только что лежал плашмя. Его взгляд зацепился за вспышку света на земле. Что-то заискрилось и пропало. Джинни присел на корточки и прищурился. Не показалось же? Точно не показалось. Хотя после его сновидений всякое теперь может казаться. А может… Может он и вовсе спит? Опять. Он ущипнул себя за ногу. Больно всё же было. А значит… И вот опять! Там под мхом. Взяв палку, он осторожно приподнял кусок мха и замер. Не может быть, кусок электронной платы? Прислушался. Тишина. Никаких признаков чьего-либо присутствия. Лишь треск. Знакомый потрескивающий гул. Вытащив из кармана фонарик, который он недавно увёл вместе с очередной сосиской для Кками у Минхо, Джинни пробежался светом по деревьям. Луч выхватил тянущиеся вдоль мощных веток лианы. Чёрные, словно змеи, они переплетались, вились, гудели. Кабеля? Сделав пару нерешительных шагов, Джинни оказался на узкой тропе. Пробираясь сквозь кусты, он пошёл по направлению вдоль тянущихся над ним кабелей и вышел на небольшую поляну, на которой возвышалась энергетическая станция. Айдол застыл, как вкопанный. Вот что трещало: станция. – Кками, это же… Лизнув хозяину руку, пёс тревожно заскулил в ответ. Голову вновь схватил спазм. Джинни зажмурился. Обрывки то ли воспоминаний, то ли сна вспышками путали сознание: Старуха с грибами, говорящие коты, кровь на руках, случилось что-то плохое? Сети… энергетические сети, кто-то гнал их, ловко создавая препятствия, Лани, какой-то Лани, старуха, грибы, коты. «Сказал, что видеть всякое будешь» – влетел в сознание образ стоящего в лифте Феликса: «Ты что-то видишь?» – Чёрт, – выругался Джинни, тряхнув головой. «Скоро на распутье окажется твой друг, так ты помехой будь, Вершитель судеб, авось и обойдётся…» – кряхтел голос старухи в голове: «Вершитель судеб». «Джинн! Ты что-то видишь?», «Суни, Дуни, Дори, Кками, Лорд, какой-то калейдоскоп!» – Отвяжитесь! – изо всей мочи закричал Джинни, хватаясь за голову. – Вон из моей головы!!! Вспышки в мгновение отступили. Боль прекратилась так же внезапно, как и началась. Джинни вновь открыл глаза и отступил. Мрачный лес вокруг словно ожил. Голубые электрические заряды бежали по стволам деревьев. Становилось светлее. Кустарники и растения приобретали новые, до этого не существующие, очертания энергетического поля. Джинни осторожно поднёс руку к одному из растений и провёл ладонью над сочной зелёной листвой. Перед его глазами под ладонью тот час замелькали какие-то цифры, химические формулы, сложные арифметические уравнения. – Что за хрень? – испуганно обронил Джинни, отстранившись. – Ты не можешь, – вдруг донёсся откуда-то из глуши леса кряхтящий голос, заставив айдола оглянуться. Знакомый голос. Джинни его уже слышал. – Это единственный выход! – вторил другой, молодой, женский. – Не можешь! Это против правил! – протрещал электричеством первый. Джинни сделал нерешительный шаг в сторону голосов. Выключив фонарик, он осторожно прокрался вдоль кустов и остановился за широким стволом раскидистого дерева. – Ты знаешь, за подобное Шамбала не прощает, – прокряхтел голос старухи. Точно! Голос травницы! Айдол осторожно выглянул из-за дерева и оцепенел. На освещённой поляне, среди современно оборудованных теплиц неисправными полосами мелькал энергетический экран. Джинни сощурился: та самая старуха, он не ошибся и… Его пальцы с болью впились в кору дерева. Женщина. Очень молодая, лет семнадцати-восемнадцати. Но он её сразу узнал. Ведь её отражение Джинни видел каждый раз, когда смотрелся в зеркало. Женщина, чей портрет висел на стене у Виктора в кабинете. Айдол нервно выдохнул и, убедившись, что поблизости никого, вышел из своего укрытия и подошёл ближе к проекции, уставившись на голограмму не верящим взглядом. – М-мама?..              *** – Бред, – прошипел сквозь зубы Минхо. Не веря в то, что только что услышал от читателя трафика, он попятился назад и споткнулся об одного из крутящихся под ногами котов. – Веришь или нет, у тебя нет выбора, дитя природы Ли Минхо, – протянул читатель трафика, – твоё восприятие мира меняется, хочешь ты того или нет. Ты будешь вынужден принять моё предложение, такова твоя история в этом потоке мироздания. Минхо в смятении оглядел скопившихся вокруг него котов. Те, наперебой мяукая, ластились к его ногам. Слова читателя трафика застали Минхо врасплох. А коты всё вились вокруг, без умолку нашёптывая страшную реальность, которую он предпочёл бы принять за кошмарный сон. Они жаждали его внимания, ревностно завоёвывая право подобраться к своему новому хозяину поближе. – Я скоро достигну своей наивысшей точки невозврата, моя энергия созрела, – довольно улыбнулся звёздными нитями вместо губ читатель трафика. – Вселенная зовёт меня. И скоро мы, наконец-то, станем одним целым, а ты… – Не смей! – перебил читателя трафика Минхо, пытаясь отстраниться от назойливых котов, – что бы ты ни говорил, это всего лишь слова. Выбор за мной. – У тебя нет выбора, дитя природы Ли Минхо. Минхо тряхнул головой: все эти технологии, какой-то там мир, который, по словам читателя трафика, теперь Минхо будет видеть совсем иначе – с него хватит. Там в зоне отчуждения его ждёт Хан! А лекарства у него так и нет! Минхо бросил украдкой на читателя трафика раздосадованный взгляд. И как ему дальше быть? – Мастер! В покрытом полумраком помещении раздался чей-то встревоженный голос. Затем воздух заколебался, пошёл рябью и совсем рядом с Минхо появился человек, заставив ветеринара отпрыгнуть от неожиданности, наступив какому-то коту на хвост. Протяжное мяуканье заставило Минхо опустить взгляд. Под его ногами настойчиво крутился Дуни. Фигура в капюшоне слегка склонила голову в приветственном поклоне в сторону ветеринара и просеменила к стоящему перед вратами читателю трафика. – У нас ЧП, мастер. Преобразователь вселенской хроники, он… – Ну конечно у вас ЧП, – вздохнул читатель трафика, – разве могло бы быть иначе. Он оторвал взгляд от энергетических потоков, жёлтые глаза опасно сверкнули в темноте: – Взгляни, что видишь? – Я не смею, – боязливо склонив голову, тихо обронил служащий. – Ну? – приказным тоном надавил читатель трафика. Мужчина с опаской приблизился и взглянул на бегущие строки иероглифов информационного поля. – Это… баг, – хрипло прошептал мужчина. – Баг, – вторил ему читатель трафика, – скажи мне, как так вышло, что у нас под носом образовался вселенский баг? – Это…– пролепетал мужчина, – возможно, кто-то воспользовался поломкой преобразователя вселенской хроники, чтобы… – Продолжай, – настаивал читатель трафика. – Ну?! Хотите вместо воссоединения с вселенской энергией превратиться в ничто? – он грозно зыркнул на трясущегося перед ним служащего: – Я могу это вам устроить…       *** Чонин сидел перед светящимися экранами видеонаблюдения, просматривая камеры вручную, битый час пытаясь отыскать того самого нарушителя, что помечал проход к их базе, но всё безрезультатно. Этот прохвост был профи. Ни одна камера его так и не засекла. Он будто призрак, умудрялся оставлять знаки, не засветившись ни разу на экране. Да, из-за перепадов напряжения, камеры не всегда работали с точностью сто процентов, но всё равно, «моргание» изображения составляло всего несколько секунд, обычный человек никогда бы не успел бы… Чёрт! Чонин выдохнул и зарылся пальцами в волосы. Вот если бы подключиться через S.T.A.Y всё пошло бы куда быстрее. Только вот… Он бросил взгляд на сидящего позади Криса. Лидер сидел на жёстком узком диване, голова его чуть касалась железной стойки стеллажа. Под глазами от бессонных ночей залегли синяки, он слегка похрапывал из-за заложенного от простуды носа. Заснул. Эти несколько дней выдались особо напряжёнными. Люди Коршуна сообщили, что среди населения, похоже, лазутчик. Кто-то явно пытался проложить путь сквозь запутанную паутину тоннелей. И если ему это удастся, даже с почти налаженной Чонином системой чистильщиков – жертв не избежать. Поэтому Чонин и пялился в эти долбанные экраны несколько суток напролёт, хотя если бы… Его взгляд метнулся к стоящей на столе небольшой коробке и рука сама потянулась к… – Ты обещал, – послышался строгий голос позади. Чонин чертыхнулся и, развернувшись, тут же наткнулся на сверлящий его тяжёлый взгляд Криса. – Таким дедовским способом, мы будем искать нарушителя ещё полгода, – выдержав тяжёлый взгляд старшего, проговорил Чонин, – я же тебе говорил, я в норме. – Пока в норме, – уточнил Кристофер, – доктор явно дал понять, если будешь подключать своё сознание к программе, ничем хорошим для тебя это не кончится. S.T.A.Y недоработана. Я не хочу, чтобы ты пострадал. – Но если не так, то пострадают все! – всё же не выдержал Чонин, вскочив с места, – не для того мы спасали всех, чтобы отдать их тем, кто рыщет за воротами зоны. – Он прищурился: – С каких это пор ты неправильно расставляешь приоритеты? – Не заставляй меня повторять снова, – устало обронил Крис, – ты обещал и на этом мы эту тему закроем. Чонин покусывая губу, в раздумьях бросил на хёна сердитый взгляд. В комнате воцарилась тишина, прерываемая только шуршанием небольшого газового обогревателя в углу. Внешне Кристофер выглядел вполне себе как всегда, если не считать простуды. От той минутной слабости, что лидер себе позволил пару дней назад, казалось, ничего не осталось, но Чонин слишком хорошо знал своего хёна, чтобы не понимать очевидного. Все, кто остался у Криса от той былой семьи – это Чонин и Сынмин. Но второй в последнее время вёл себя странно. Чонин не раз замечал за военным не присущую ему доселе рассеянность. Он пытался пару раз завести разговор, но тот лишь отнекивался и, закурив, уходил прочь. Да ещё и этот лазутчик. А Крис упёрся, как осёл. И слушать не желает, а ведь Чонин обязан! Просто обязан исправить ситуацию, решить задачу, защитить выживших любой ценой, даже пусть ценой своей жизни. Потому что иначе он не мог. Потому что закоченелые горы трупов снились ему каждый раз, как он закрывал глаза, пусть даже на пару минут беспокойного сна. – Ты защищаешь преступника, – само сорвалось с губ младшего. Крис медленно поднял на Нини хмурый взгляд. – Не смотри так на меня, – проговорил Чонин, отворачиваясь к мерцающим экранам слежения, – я виновен. И я не имею права… – Права узнать, как дела у твоих родителей? – не сдержавшись, парировал Крис, отмечая, как напряглись плечи друга. Эту мысль лидер вынашивал давно. Поведение младшего было странным. После всего произошедшего, он ни разу не обмолвился о пропавших родителях. Не бросился на их поиски, как когда-то сделал Бин для своего отца, а просто остался рядом с Крисом, старательно делая вид, что ничего не происходит. И только иногда, в те короткие моменты тревожного сна, вырубившись прямо за столом перед компьютерами, Нини тихо шептал их имена. Имена своих родителей. Они не разговаривали об этом. Чонин – потому что научился стойко переносить боль и тяготы судьбы в одиночку, мастерски скрывая теперь свои тревоги от остальных, Крис – потому что не знал с чего начать. Внешне решительный, готовый трудиться сутками напролёт младший, на самом деле был ничем иным, как бомбой с часовым механизмом. Тронешь неаккуратно и рванёт. Но… Кристофер бросил на окаменелый силуэт друга задумчивый взгляд. Раз сказал «А», значит стоит сказать и «Б», в конце концов, это должно было когда-нибудь произойти. – Думаешь, я не понимаю? – набравшись сил, выдохнул Крис. – Думаешь, не знаю какого это стоять на распутье перед выбором, когда на кону жизни твоих близких? – Всё-таки решил, что стоит? – немного погодя, всё же с холодной усмешкой обронил Чонин. – Раз уж решился озвучить, так называй вещи своими именами, хён, не скупись. Убийство человечества ради двух подаривших мне жизнь людей. Чонин обернулся. Лицо его было бледным, а в глазах отчаяние. – Это ведь не ты нажал на кнопку, чтобы истребить мир ради спасения своих родителей, – он болезненно усмехнулся, – я тот, кто ради своих эгоистичных желаний пошёл на поводу у… – Чонин запнулся, но сделав над собой усилие, всё же продолжил: – Не важно. Я грешен, и если бы в этом мире существовал бог, то мне прямая дорога в ад. Крис открыл было рот, но всё, что приходило на ум выглядело жалким оправданием. Нини был прав. Этот грех смыть было невозможно, как бы ни пытался и что бы ни говорил. Но всё же. Помешкав, Кристофер осторожно спросил: – Знаешь, почему верховные места в правлении занимают такие, как Виктор? – хрипло проговорил он, отметив как почти незаметно, но всё же дёрнулись плечи друга. Чонин его слушал. – Такие люди, как Виктор, находясь у власти, позволяют себе творить беззаконие, лишая людей права выбора, подсаживая на грёбанный ИИ и строя свой чёртов муравейник, в то время как остальные вынуждены терпеть подобную диктатуру. А знаешь, почему так происходит, Нини? Крис ненадолго умолк, давая Чонину немного времени поразмыслить. Уловив задумчивое сомнение во взгляде друга, он вскинул брови и заключил: – Потому что хорошим людям такие посты не нужны, ведь у хороших людей есть совесть. Газовая горелка засвистела сильнее и, пыхнув, затихла. Кончился баллон. – Твои родители воспитали тебя хорошим человеком с чувством совести, – уверенно подытожил Кристофер, – именно человеком, в то время, как о тех, кто там, в верхах, я подобного сказать не могу. Чувство вины и раскаяния, с которыми ты живёшь – разве это не признак человечности? Если тебе в ад, тогда куда деваться тем, кто, занимая высокие посты, считают народ за серое стадо баранов? Губы Чонина дёрнулись в попытке возразить. Но Крис не дал. Схватил глупого мальчишку и заключил в крепкие объятья. – Поэтому хватит, – приказал он младшему, крепче прижимая к себе, – я запрещаю тебе об этом думать. У нас много работы, ты сам говорил. Самобичевание – сейчас слишком большая роскошь. Слышишь? – Пусти, – выждав немного времени, дёрнулся Чонин, – отпусти, хватит. Я… – Взрослый, – усмехнулся Кристофер, выпуская друга из объятий, – знаю. Вырвавшись, Чонин словно взъерошенный воробей начал отряхивать одежду, приводя её в порядок, недовольно бухтя себе под нос. Кристофер печально усмехнулся: совсем взрослый. Его ребята все так быстро повзрослели. Суровые времена никого не щадили. Его взгляд вдруг приобрёл решительность: время пришло. – Послушай, Нини. У меня к тебе просьба. Чонин вскинул на хёна вопросительный взгляд. – Ты знаешь, наша ситуация критичная, – осторожно начал Кристофер, – Снаружи наёмники, в лагере всё чаще вспыхивают недовольства. А Ли Ян, хоть, и притаился после нападения Виктора, будет дураком, если не воспользуется ситуацией с наёмниками и не придёт за тем, что всё это время считал своим. – Ты про детей? – живо предположил Чонин, вздёрнув брови. – М, – кивнул Крис, – Ли Ян изначально желал получить новый материал для своих исследований. Он прекрасно знал, что я пойду на всё лишь бы спасти невинных, и что сегмент детей легче отключить от питания S.T.A.Y, когда пойдёт заражение ломехузой, потому что это отдельная коммуна, и мы сконцентрируемся именно на них. И теперь, когда нам это удалось… Он порывисто вздохнул и с новым рвением продолжил: – Борьбы на двух флангах мы точно не выдержим. Ребята Коршуна обещали достать новый мощный генератор для станции. И чем быстрее мы его установим, тем выше вероятность отстоять наши границы. Но на время установки и подпитки системы нужно будет отключить защиту. – И? – Чонин в подозрении прищурил свои и без того лисьи глаза. – Тот, кого ищут наёмники ведь я, верно? – осторожно начал Крис, следя за реакцией друга, – Так вот я возьму их внимание на себя, а вы провернёте операцию до появления на наших землях людей Ли Яна. – К чему ты клонишь? – в пристальном взгляде Чонина мелькнул осмысленный огонёк негодования. – Я сдамся, – всё же озвучил свой гениально простой план Кристофер, – сдамся наёмникам.