Ночь на Хэллоуин

Резнова на ощупь добралась до перил и начала аккуратно спускаться. – Эй, ты живой? – громко спросила она, так как темнота давила на нее, все больше и больше, угнетая. – Пока – да, – простонали далеко внизу. – Что значит «пока»? – бормотала Настя, пытаясь взбодрить себя звуком своего же голоса. – Еще чуть-чуть и от меня останется лишь напоминание в виде… эм… – охотно вступил с ней в диалог Никифоров, видимо, по той же причине, что и Резнова. – Не важно короче. При быстрей! – Да стараюсь уж! Не хочу навернуться! – откликнулась девушка и вступила на площадку первого этажа. – А ты где вообще? – недоумевала она, вертя головой из стороны в сторону. Тут было более ли менее видно из-за слабого света фонаря, который попадал с улицы. – Да здесь я! Че ты там, блять, так долго копаешься?! – Ты в подвале? – перегнулась через перила Резнова, но ничего, естественно, не увидела. – Нет, блин, на чердаке! – рассердился Кирилл. – Спускайся уже! – Если ты будешь со мной так разговаривать, то никуда я не спущусь! – пригрозила Настя. – А тебя тут раньше утра не найдут. Послышалось сопение: – Ладно уж, – «примирительным» тоном процедил сквозь зубы Никифоров, – спускайся быстрее… пожа-алуйста-а… – Ну, если ты та-ак просишь… – усмехнулась Резнова. – Я практически умоляю! – Почему «практически»? Опять послышалось сопение. Видимо парень таким образом справлялся со своим раздражением. – Спустись вниз, и тогда я расскажу… – Многообещающе, – пропыхтела Резнова, спустившись в подвал. Выставив вперед руки, она сделала шаг… споткнулась и упала. – У-у, прямо на ногу, сука! – взвыл Кирилл. Вытянувшаяся во всю немалую длину, Резнова постаралась встать. – Ай! Ты специально, да?! – Нет, – честно призналась девушка и протянула руку парню. Но тот проигнорировал ее благородный порыв, затем до Насти дошло, что он просто-напросто не видит ее и хлопнула себя по лбу. Затем она на четвереньках подползла к Никифорову, чтобы не дай Бог не зацепить его снова. – Пойдем, я тебе помогу встать, – произнесла Резнова. – Ты че, больная?! Я ногу сломал!! – возопил Кирилл. Настя в ответ поморщилась: – Не мог бы ты потише выражать свои эмоции?! А то я рискую в скорости оглохнуть. – А ты могла бы хотя бы иногда шевелить своими извилинами?! – в ответ прошипел Кирилл. – Я, знаешь ли, но-гу сло-мал, – по слогам проговорил Никифоров, выделяя при этом громкостью каждый. – Я поняла – не умственно-отсталая, – рассердилась Настя. Нет, ну а что он с ней, как с маленькой? – А-а-а, – послышался визг Рифлюпеновой, – спички-и! – Беги, дура! – этот крик принадлежал уже Никите. И по школе разнесся грохот, который приближался к лестнице. Кирилл, открыв рот от шока, задрал голову вверх. Он видел лишь нечеткие очертания стен и колон первого этажа в рассеянном свете уличного фонаря. Затем затряслась лестница. Резнова в спешке вскочила. – Ты куда? – запаниковал Кирилл. – Бежать!! В тир! – и рванула с места. Никифоров растерянно глядел ей вслед, потом вновь посмотрел на лестницу: прямо на него неслись Ната и Никитос, которые явно его не видели, а следом за ними… какие-то маленькие человечки, очень похожие по фигуре на спички, да и ростом не на много выше. Забыв напрочь о своей «опять сломанной ноге», Кирилл резво поднялся с места и со скоростью термоядерной ракеты ринулся за давно убежавшей Резновой.