Ночь на Хэллоуин

Резнова мчалась вперед, при этом не видя, куда она бежит. Врезавшись во что-то металлическое, она нащупала дверную ручку, подергала ее, но та, зараза эдакая, не открывалась. Потом девушка вспомнила, что дверь открывается в другую сторону. Услышав приближающийся топот, Настя с силой навалилась на дверь. Та нехотя поддалась. Оказавшись внутри, Резнова первым делом нащупала выключатель, переключила его, и о Боже! – лампочка загорелась. Выглянув наружу, Настя увидела Кирилла, который очень активно жестикулировал, показывая, чтобы она пошире открыла дверь. Повинуясь этому ярому призыву к помощи, Настя открыла дверь на всю ширину, а затем скрыла за ней половину туловища. В помещение пулей влетел Кирилл, сумевший затормозить только ближе к стене. Запыхавшийся парень уперся спиной на ту самую стену, затем поставив руки на колени и подняв голову поглядел на закрывающую дверь Резнову. – Эй, ты че ее закрываешь? – А что? – подивилась Настя. – Ты всегда отвечаешь вопросом на вопрос? – возмутился Никифоров. – Не закрывай говорю! Там еще Никитос хуярит с этой… как ее… – Да?! – приподняла брови Настя. – А че они здесь забыли? – Ты у меня спрашиваешь? Вот прибегут эти красавцы, ты им и устрой допрос с пристрастием, а от меня отстань! – Я и не привязывалась, – мрачно буркнула Резнова. – Ты вообще меня бросила!! – заявил Никифоров. – Одного! С поломанной ногой! На верную гибель! Девушка скептически поглядела на ноги парня. – Напомни, которую из оных ты сломал, а то я запамятовала, – задумчиво произнесла Настя, поднеся руку к лицу, изображая высокую степень задумчивости. – А-а-а, – орала на бегу Рифлюпенова, толкая на ходу в спину опережающего ее Никитоса, который по мнению Наты очень медленно передвигался в пространстве. Настя как можно быстрее пыталась закрыть дверь. Кирилл, соображавший пока лучше, чем Ната и Никита, уже надыбал где-то лом, который был просунут в старую дверную ручку. Секунду спустя в металлическую дверь, будто волной ударило. Металл угрожающе прогнулся. – Это что там такое, блять? – спросил Кирилл, вздрогнув. – А ты не видел? – округлила глаза Рифлюпенова. – Да как-то особо не вышло, – пояснил парень. – Это… это… ужас!! – Да поясни ты толком! – вышел из себя Никифоров. – Да человечки какие-то мелкие… многа очень, нереально прямо! – внес свой вклад Песков. – Ты реально прояснил ситуацию, братан, – усмехнулся черноволосый. Тем временем, сквозь щели начали просачиваться человечки-спички. Сначала один, затем второй, третий. Маленькие, не на много выше спички и такие же тонкие человечки упорно лезли в комнату. Пробравшись внутрь они скалили свои маленькие острые зубки и все время переговаривались друг с другом, не переставая. Шипели, хихикали… Два наиболее крупных экземпляра, подхихикивающие так, словно грохочущая мелочь в жестяной кружке, подбежали к вжавшемуся в стену Пескову. Они, присев на тонких ножках, подпрыгнули вверх, словно кузнечики, и впились белыми зубами в ногу, прокусывая ткань. Еще один зацепился за руку. – Ай, снимите их с меня! – закричал Никита, пытаясь отодрать от себя одного из человечков, но ничего хорошего из этого не вышло. Потянув человечка-спичку за безвольно висящие ноги, Песков разодрал кожу по всей руке, так и не отодрав грызуна, который уже весь был в крови парня. Первой очухалась Настя, секунду спустя Кирилл. Вдвоем они пытались освободить Пескова. Но тщетно. Из щели все больше и больше лезли эти непонятные существа. Несколько таких человечков уже набросились на Нату. Та оглушающе заверещала, так что парочка «спичек» с нее благополучно свалилась. Настя обреченно вздохнула, чувствуя как и в ее ногу впилась пара острых зубок… Извиняюсь, что глава не такая большая как могла бы быть, да и ужаса в ней не было, и юмор слабый… обещаю в следующей части исправиться!)