Six feet under.

Геральд.

История одного падшего демона.

Меня растили в семье генералов. Потому всегда знал, что буду военным. С самого детства я проходил подготовку, и благодаря генам добивался успехов в этой сфере.       Было неудивительно, когда позже был принят в близкий круг Сатаны. С годами, я начал осознавать, что был обычным солдатом, чьей жизнью управляли с рождения. Не было ни дня, когда мне разрешали высказать свою позицию или принять решение. Я продолжал службу даже не хотя ее, ведь у меня были обязанности перед Адом и его жителями. Но служба ради народа, превратилась в план уничтожения другой расы, а именно Ангелов. Последней крапляй было, когда Сатана объявил атаку по Цитаделю, я понял, что не собираюсь больше брать участвие в этом. Родившись демонами мы берем ответственность за равновесие на Земле и в Аду, а не уничтожение других рас. Я был предан Сатане, но и законами Шепфы не собирался пренебрегать. После заседания я заявил об уходе в отставку. Первый раз в своей жизни принял решение, и сразу же был отвергнут. Родители отвернулись, сказав забыть какого рода. Бывшие собратья не поняли моей «трусости», но приняли это хорошим шансом подняться по рангу и занять мое место. Хуже всего мне было от гнева Сатаны, от моего бывшего наставника. После аудиенции, мне запретили спускаться в Ад без специального пропуска или приглашения. За первый принятый мною выбор, я остался без ничего. Все что я знал, за несколько дней стало пылью, которую наконец-то заметили и решили вытереть. Забирая вещи, мне приходило много разных мыслей и выходов из этой ситуации, но ни разу я не подумал попытаться вернуться. Я не сразу стал преподавать в школе. Хоть и не хотел быть военным, это не мешало мне любить тренироваться и изучать свое дело. У меня был талант, и я считал правильным передавать его другим, тем, кто правда им горит. Я тренировал младшие отряды, и мне нравилось видеть прогресс у новой крови. Это давало мне своеобразный стимул продолжать свою работу, как бы сильно мне не казалось это неправильным. Несмотря на мои знания, и бывший ранг, мне бы пришлось заново учиться. Обычно, обучение проходит в специальном учреждении в Аду, но моя ситуация не позволяла возвращения. Надавать права на пропуск мог каждый ангел и демон, у которых нету ограничений в передвижение между этими двумя мирами, но одобрять могут только Херувимы или сам Владыка Ада. Я написал письмо для знакомого Херувима, по поводу моего разрешения на учебу, на что он ответил, что сейчас мне лучше пожить не привлекая внимания, а со временем он поможет решить вопрос. Я отправился в пригород под Цитаделем, где устроился работать кузнецом. Так как мне приходилось каждый день работал с оружием, было легко обучиться его создавать. Проработал всего три года, при этом с минимальной зарплатой, я был свободен. Каждый день я получал новый интересный опыт, и был волен решать, что мне делать. Примерно на второй год моей жизни возле столицы Небес, началось наступление, про которое упоминалось еще при моем служение. На тот момент эта идея была еще на ранних этапах, не думал, что все случиться так быстро. Длилось это целый год. За тот год я выготовлял оружие для ангелов секретно. По правилам миров, при войне, демон, живущий на небесах не имеет права помогать какой либо стороне, если не хочу быть казнен посмертно, но я не мог оставаться в стороне, зная что моя раса убивает невинных. Я изготовлял оружие в рабочее и свободное время. В итоге, меня заметил, генерал-полковник армии Небес, которого звали Кроули. Тогда я осознал, что меня проведут к высшим, и расскажут про нарушение закона. Несмотря на то, что я помогал им, это никак не влияло на последствия. Неожиданно для меня, он лишь поблагодарил за помощь, и мы разговорились. Я немного рассказал о своей прошлой военной жизни, умолчав только про свое звание, и знание про замышленную атаку. Кроули попросил меня рассказать больше про мои знания в рукопашном бою и искусстве обращаться с оружием. В тоже время я узнал, что демоны на днях убили директора Школы Ангелов и Демонов,, который добровольно прилетел отбиваться от противников, и Кроули вызвался после конфликта заявить свою кандидатуру на посаду. На вопрос «почему?», он ответил, что не хотел заниматься военными и политическими делами. Просто так жизнь распорядилась, а после войны есть возможность заняться чем-то более свойственным ему. Долго нам не удалось поговорить, но мы оба запомнили этот необычный разговор. Ангел который не раскрыл Демона, за ангельский поступок. Война длилась ровно год, демонов вернули домой. В этот день была моя очередь открывать кузнечную. Подходя к зданию, я увидел знакомого ангела возле двери. Кроули. В тот момент подумал себе, что просто ослепительный дурень, ведь поверил, будто ангел не сдаст меня. Он же, как никак, генерал-полковник. Невзирая на ужасное осознание в голове, я снова задал темпу ходьбы. Меня всегда учили идти прямо к противнику, а не бежать с поля боя. Мое решение помогать было правильным, и я готов был понести за это наказание. Страх полностью отсутствовал, я спокойно подошел, и начал отмыкать входную дверь. Невзначай, пока ключ проворачивался, решил сам начать разговор до неизбежного: — Поздравляю с отводом демонов от Небесных границ. Почему же тут, а не празднуете? В мыслях уже были некоторые варианты следующих фраз по виду «Я пришел отвести тебя за твое нарушение», но услышанное заставило меня обомлеть. — Ты бы хотел стать преподавателем в Школе Ангелов и Демонов? — Ангел смотрел куда-то вдаль, даже не намереваясь посмотреть в мои глаза. Его реплика ощущалась как давно заготовленная и не раз отрепетированная. Будто он не слышал моего вопроса, и вообще находился далеко. Придя в себя, решил не напоминать своих опасений его прихода. Толкнув двери на себя и войдя в помещение, я ответил ангелу: — Это невозможно, у меня нету образования на эту должность. Сколько же я про эту идею думал, но выхода из моей ситуации просто нету. Если Мамон сможет мне помочь, то это точно не спустя три жалких года. Чтобы забыть эту историю нужно больше времени. Оторвав свой взгляд с дали, Кроули тоже прошел за мной в середину. — Я помню про твою ситуацию, это можно решить. Я спрашиваю лично тебя. Хотел бы ты стать преподавателем? — Его глаза уже не были далекими, они стали четкими и решительными. Голос генерала-полковника был полностью в соответствии глаз. Я фыркнул, придавая губам легкую ухмылку, которую мог повторить только коренной житель Ада. — Как демон может быть против терзаний новоиспеченных душ? Я никогда об этом не говорил, но это был первый раз в моей жизни, когда я имел право выбора в ситуации, которая влияет на мою жизнь. Я до сих пор помню, как в тот момент мое сердце сильно сжалось, а потом быстро забилось, наполняя тело неизвестным мне теплом. После того, я рассказал полностью правду про мою должность, ангел с пониманием отнесся к моему умалчиванию и не стал нарекать. Пока я работал, мы обговорили все детали. Через пару недель Кроули получил разрешение от Серафимов на мою кандитатуру, с печатью Небес. Я все-таки еще раз написал Мамону, рассказав эту историю, и узнав об уже разрешении Небес, он согласился подписать документ печатью Херувимов. У Владыки Ада сейчас более серьезные проблемы, чем пересматривать каждое разрешение на столе, но даже когда он это увидит, то точно пройдет уже немало времени, за которое я стану ему уже неинтересен. Сейчас же, я уже более двух столетий преподаю в школе. Каждый день я проверяю кучу документов, которых все больше и больше. Терплю самые тупоголовые идеи демонов по поводу веселья, за которыми последовательно слышно крики новых учеников. Толкаю Учу Непризнанных летать со скал с высотой примерно триста метров. Все еще пытаюсь не уснуть на собраниях преподавателей. Но это мой выбор, и я решил, что такой жизни хочу.

Наши дни.

Геральд.

Сидя в своем кабинете, я уже ожидал свою коллегу. Ангел Мисселина, ни на минуту не опаздывая, зашла в помещение, держа ежегодный список учеников, которые утверждены на принятия в школу в виде Непризнанных. Мне уже было известно одно конкретное имя с этого списка. — Виктория Уокер, — читая в голос, произнесла очередное имя Мисселина. Каждый год, школа Ангелов и Демонов отправляет своих обученных учителей, которых називають «Психопомп», в место под названием Небытие, чтобы забрать новые души, которым дан шанс на вторую жизнь. Подходя к душе, которая находится в вечном сне, Психопомп будит душу, тем самым давая ей выбор, ведь по правилам является незаконным забирать душу без ее согласия, если же ты захочешь нарушить правило и украсть душу, тебя остановит магический купол выхода. Очень повезет если только это ждет правонарушителя. Пролетая очередной каньон, мы приземлились на скрытом острове, который меняет свое местоположение каждые десять дней, и единственное, что не мешает школе его потерять, это заклинание размещения, привязанное к карте на старинном свертке. Подойдя к каменным вратам, которые были полностью расписаны, настолько древним языком, что даже Шепфа уже не помнит, я проговорил: — Memento mori, — слова-ключ, чтобы пройти в город мертвых. Ворота сразу же начали открываться с заглушающим, мерзким скрипом. Высматривая в проход, можно было увидеть как он наполняется густым, темно-серым туманом. Таким образом, приглашая своих гостей зайти. Мы распределили список, и разошлись. Небытие было местом, где нету ничего, кроме тумана и холода. Все тут мертвые и во вечном сне, зачем же тут что-то обустраивать. Пройдя очередную кучку стоящих душ, я продолжал искать своих подопечных. Мне приходилось это делать уже не первый год, поэтому несмотря на туман, прекрасно ориентировался. Изучая карты, читая все известные Небесам книги, я узнал не мало информации про город мертвых. Каким бы пустым по началу он не казался, тут везде своя система, даже у мертвых есть свои правила. Пару часов спустя, за мной шли уже шесть согласившихся, пока что, только трое решили остаться и снова вернулись в свой сон. Мозг проснувшихся до сих пор был затуманенным как это место, но эффект уйдет полностью уже когда окажемся в школе. Осталось еще обойти четверо учеников, перед Викторией Уокер. Я оставил ее напоследок, в случаи чего. У меня осталось немного времени, не знаю сколько Мисселина уже расспросила. Кроули ясно дал мне понять, чтобы никто ничего не знал. Я надеюсь, что девчонка по своей воле согласиться пойти, но нас предупреждали про сложности. Я должен в любых обстоятельствах привести Уокер младшую в школу. И у меня есть один способ.

Вики.

Мы сидели в нашем любимом ресторане Венеции. Папа одевший очки, внимательно вчитывался в меню. Я давно определилась с заказом, и рассматривала вечерние улицы за окном, пытаясь по максимуму запомнить всю красоту этого города. Недавно я закончила школу, и у меня есть целое лето на отдых, перед поступлением в университет. Мне тяжело дались экзамены, перед ними я рассталась с парнем. Мы были вместе два года старших классов, но как оказалось ему было плевать на это, и параллельно со мной, он встречался з другими. Расстались мы не на самой лучшей ноте, особенно для моего ментального здоровья, которое и так из-за стресса, было не лучшим. Селена очень сильно меня поддерживала, ведь отцу я так и не смогла рассказать правду нашего расставания. Я соврала про разный взгляд, интересы и планы на жизнь. В начале нашей поездки мне пришлось скрывать свои эмоции, под конец же они сами ушли, и появился полный захват от поездки. Папа даже не зная, что со мной, но чувствуя, сделал все возможное чтобы я стала веселой и наслаждалась жизнью. Подошел официант и забрал наши заказы. В ожидании, мы засмотрелись на музыкантов, которые сегодня выступали в этом ресторане. Через некоторое время папа заговорил: — Знаешь, я думаю ей бы понравилось здесь, это в ее тематике. Мы редко говорили про мою маму, но такие неожиданные упоминания про нее, особенно в наших путешествиях, были не впервые. Я знаю, что папа скучает по ней. Видела, что он пытался пару раз завести новые отношение, но боль за матерью быстро обрывала их. — Я уверена, что она спит спокойно и видит хорошие сны. — Я развернулась до отца, отвечая самой подходящей репликой придуманные мною за все годы на такие случаи. Папа не верит в дальнейшую жизнь, после смерти, и пытаться его переосмыслить — это невозможно. Он считает, что люди таким образом просто пытаются продлить жизнь умершего. Для него же, это равноправно как достать труп з могили, и делать вид, что человек жив. Его самая позитивная версия, что может быть после смерти, это бесконечный сон о наших жизнях. Этот фильм снимается всю нашу жизнь, и мы являемся режиссерами. От наших действиях за жизнь решается каким жанром он будет наделен. Комедия, романтика, фантастика, ужасы, приключения, мелодрама — все зависит от нас. Когда была ребенком, я все еще пыталась бороться с таким итогом, и хотела верить в что-то большее после смерти. Становившись взрослее, моя точка зрения стала такой же. Я полностью поверила в нее, когда в изучении этого дела нашла много пробелов в разных религиях, и поговоря с верующими которые сами путаются в своей же правде. Просто полное издевательство над умершими. — Знаю, но все-таки, мне ее очень не хватает. — Отец все еще был развернут к музыкантам, смотря на людей которые насмелились выйти потанцевать. В тот момент рассматривая папу, я задумалась про то, что он чувствует в такие моменты. Мои первые серьезные отношения закончились этим летом. Это длилось всего два года, при том, узнала, что мой партнер мне изменяет. Но я все равно горевала, мне было больно. Как же ему? Ведь он с мамой прожил пять лет до меня, и столько же после. Они были верны и любили друг друга. У них могло быть еще столько совместных воспоминаний, если бы не смерть. — Ты же знаешь, что я всегда рядом… Ты всегда можешь рассказать мне про то, что чувствуешь, — я говорила искренне. От мысли, что мой самый близкий человек столько держит в себе, хотелось плакать. Папа развернулся и посмотрел на меня, внутрь моей души, ища подтверждение моих слов на правдивость. И кажется, нашел свой ответ. Спустя несколько минут, папа поднялся, обойдя стол, наклонился и обнял меня в свои такие родные, медвежьи объятия, которые может только он. — Моя милая Вики, не плачь. Ты не виновата. — Он гладил мою спину круговыми движениями. Он был так близко, что я смогла услышать как дрожит голос отца. Даже не заметила как начала сама плакать. Что-то было не так. Что-то внутри меня кричало, что это неправильно. Неправильная пленка. — Это не честно! — Я кричала. В горле застрял ком от негодования. Это были не мои слова, в тот вечер не было произнесено тех слов. — Вики… ох, моя маленькая, — скорее для себя чем для меня, папа произнес эти слова. Отец начал плакать, я чувствовала это по его вздрагивающим плечам. Что-то не так. — Папа, почему ты плачешь? — Дежавю маленькой девочки, которая потеряла одного из родителей. Я медленно встала со стула, и аккуратно вывернулась из объятий, чтобы посмотреть в его глаза. Его лицо было полностью в печали, он рвано дышал. Он положил одну из рук мне на макушку, и погладил мои волосы. — Папа, я не понимаю. Кого тебе не хватает? — Мой голос был далеко от меня, будто сам говорил. В этот момент, до меня пришло осознание того, что я не чувствую его прикосновение. Папа заплакал еще сильнее. Музыка перестала играть. Стало тихо, мы больше не были в ресторане. Не в Италии. Это место было холодное и серое. Мое тело покрылось мурашками, но я продолжала все так же смотреть в лицо отца. — Тебя. Доченька, тебя. — Он снова обнял меня, пока до меня начало доходить услышанное. Он говорил не про маму, а про меня. Ведь это я умерла в автокатастрофе. — Виктория Уокер. — Мужской, незнакомый мне голос, позвал меня. Он был где-то далеко. Я повернулась, чтобы отыскать откуда источник звука, но никого не было. Развернувшись обратно, отца уже не было. — Пап? Тишина. — ПАПА! — Закричала, как только могла во все горло. Паника начала окутывать меня с ног до головы. Со временем, я начала задыхаться, воздух перестал попадать в легкие. Голова закружилась, в глазах потемнело. — Виктория Уокер, проснись! — Опять голос из-за которого мне пришлось отпустить папу. Голос заставил меня резко открыть глаза. Воздух снова начал попадать в организм. Мое тело упало на землю, я схватилась за него и начала откашливаться. Рядом присел мужчина. Подняв свои заплаканные глаза, поначалу, силуэт казался мне мутной, черной точкой. Со временем, мое тело снова начало стабильно работать, и я смогла разглядеть мужчину. Брюнет в черном, длинном одеянии, лет сорока. Он смотрел на меня своими нереально светло-серыми, холодными глазами, от которых стынет кровь в жилах. Сзади мужчины к моему взгляду открылось что-то странное. Крылья. Гребанные крылья. Я инстинктивно начала ползти назад. — Эти люди. Каждый год, одно и тоже, — пробормотал себе под нос мужчина. Пыталась хоть что-то вспомнить, но голова не соображала. Мои зрачки начали искать какие-то подсказки вокруг. Все было серое, ничего не было видно дальше метра. От безысходности, я спросила странного мужчину: — Где я? Что случилось? — Не признавая поражения, мой мозг продолжал искать хоть какие-то намеки на воспоминания. Он поднялся. Встав в полный рост, раскрыл свои крылья полностью, показывая всю мощь и силу. От такого сюрреализма, мой мозг, который до последнего пытался логично объяснить происходящие, отключился снова. Тем временем мужчина заговорил: — Тебе был дан шанс на вторую жизнь. Слова тяжело обрабатывались в голове. Вторая жизнь? Что это все значит. Постепенно мозг сам начал отыскивать правильные картинки с прошлого, которые как в слайд шоу проматывались перед глазами. Диплом. Папа. Селена. Кафе. Пляж. Машина. Смерть. Последние секунды жизни особенно четко ощущались до сих пор. Все это казалось слишком нереальным, но я почему то поверила в это. Моя душа чувствовала, что он не врет. Из всего урагана вопросов в моей голове, я задала более значимый: — Что означает «вторая жизнь»? — Мой охрипший голос был еле уловим на слух. Он не был удивлен моему вопросу, и вообще этой ситуации. Каждое его движение показывало как ему все это было обыденно. — Существует место, где таким как тебе, дан второй шанс. Единственное условие, это быть лучшей среди лучших. Ты будешь учиться новым для тебя вещами, взамен приобретешь новую жизнь. Но при этом всем у тебя все еще остается выбор, хочешь ты этого или нет, — без миллисекундного заикания, проговорил мужчина. Честное слово, я больше удивлена его спокойствию, чем всей этой ситуацией в общем. Хотя, чему удивляться человеку с крылями? Как бы разыграно вся эта ситуация не выглядела, мой мозг всерьез задумывался над этим предложением. Возможно, это сон? Очень реальный сон? Это многое может объяснять. Причины, по которым я не контролирую свои действия, вижу все эти события как в каком-то дебютном фэнтези молодого автора, и при этом воспринимаю все серьезно. Что ж, если я смогла найти обоснованное решение данного абсурда, значит я жива и все хорошо. Делаем выводы, мой выбор ни на что не повлияет, ведь скоро я проснусь по настоящему. С таким логическим заключением, теперь уже для меня вопрос казалась обычным. Как например, «Хочется ли тебе прогуляться?». Моя спина выровнялась, и вариант ответа дался мне легко. — Я хочу остаться. — Даже голос приобрел бодрости при ответе. Но походу человек с крыльями не был в том же восторге от моего ответа. Пусть его лицо и оставалось холоднокровным, крылья слегка вздрогнули, этим выдавая своего владельца. — Это твое окончательное решение? — Голос мужчины стал холоднее, чем это место. Его смена тона мне не понравилась, но я все так же оптимистично ответила: — Да. Мне на долю секунды показалось, что его глаза стали немного ярче, более красные. Будто кровь попала в середину зрачка, но когда я моргнула, они пришли в норму. Он отвел свой взгляд вдаль, и некоторое время что-то обдумывал. Глубоко выдохнув, его тон стал мягче и спокойнее. — Виктория, ты осознаешь, что после моего ухода, ты навсегда закроешь глаза? Эти угнетающие, нелепые вопросы, как-же они бесят. Я хочу поскорее проснуться, увидеть папу, встретиться с Селеной, и вместе посмеяться над моей больной фантазией, от недостатка сна. Я просто хочу очнуться. Не пытаясь уже скрыть своего раздражения, я сказала: — Было бы уместнее спросить у меня по поводу абсурдности ситуации, ведь ваши вопросы не имеют никакого смысла. Зачем давать выбор, а потом уговаривать меня поменять свое решение? Видимо он тоже был такого мнения, но что-то в его взгляде было еще. Мужчина, плохо скрывая свою нервозность, подошел ко мне и вытащил с кармана какой-то странный кинжал. Он присел так близко ко мне, что я могла почувствовать его теплое дыхание в районе своей шеи, только сейчас осознала, как мне было все это время холодно. Его глаза снова посмотрели в мои. Я не знала, что делать, мое тело не могло пошевелиться, но интуиция подсказывала мне, что просто так мне не дадут проснуться.

Геральд.

Я был готов к этому, но все-таки рассчитывал на ее любовь к жизни. Если бы я не знал, чем она отличается от других Непризнанных, даже пальцем бы не шевельнул. Другого выбора не остается, придется проводить ритуал. Ритуал «Подмена» — является опасным, если не знать всех тонкостей деталей. Суть ритуала заключается в том, чтобы подменить не только тело существа, а и саму душу с аурой, на краткое время. При правильном проведении, даже Небытие не отличит подмены души Вики Уокер, и наоборот. Этот ритуал является запрещенным. Серафимы и Кроули понимали, что Уокер отсюда просто так не забрать, тут нужно что-то сильное. Доверять нельзя никому, тем более демону. Кроули было тяжело уговорить высших ангелов, отдать это дело мне. Я единственный учитель демон, который изгнан из Ада, и не собираюсь помогать Сатане узнать главного джокера в рукаве ангелов на спасение мира. Мои знания ритуалов и заклятий небольшие, запрещенных среди них было еще меньше, зато каждое было качественно выучено мной. Так что, когда мне дали возможность искать среди секции секретных ритуалов подходящий, я был готов потратить месяца на изучение всех деталей. Одно неправильное движение и ты труп, а вместе с тобой души, которые были замешаны в этом. Все должно быть идеально, к этому дню готовились еще до рождения девчонки. Если у меня не получится, равновесию конец. Пока я начал делать надрез на своей руке, девушка смотрела на меня своими большими, голубыми, перепуганными глазами. Она еще не могла мыслить ясно, ведь пробыла во сне почти три месяца. Это не такой большой срок, у некоторых душ, ожидание на определение занимает и больше времени, но все же чувство дезориентации присуствует у всех одинаково. Первая струйка крови с моего запястья пролилась на землю. — Что. Что ты твориш?! — Спросила девушка, ее голос дрожал и был в замешательстве, но она не содрагнулась при виде крови. Я продолжал молчать, при проведение ритуала не можно было отвлекаться на каждую мелочь. В будущем это может стоить смерти, при таком опасном занятии. Прижав свои пальци к надрезу, они поглотили кровь в себя, и как перо обмокнутое в чернила, пальцы начали выводить кровью, уже так хорошо мною заучиные руны. Я начал писать, пытаясь воспроизводить их вокруг души над которой происходил данный ритуал. На мое удивление девушка спокойно наблюдала за моими действиями, даже не пытаясь помешать мне. Я сразу понял, что она, как и большенство Непризнанных восприминает это за сон, но даже если для нее это все ее больной плод воображения, было странно почуствовать от нее такую безмятежность. Когда руны закрыли собой круг, я выбрал еще одну из душ, которая тоже собиралась стать учеником в Школе Ангелов и Демонов. Для ритуала придеться пожертовать одним из претендентов на эту роль. — Лора, подойди ко мне, — силой внушения подозвал к себе девушку. Я выбрал самую подходяшую душу по телосложению. Чем ближе подделка похожа на оригинал, тем больший шанс к удачной подмене. Девушка подошла ко мне, все еще находясь в туманом соображении. После согласия душ на вторую жизнь, для облегчения задачи перевода их в наш мир, бывшего смертного снова вводят в состояние гипнагонии. Кроме своего решения на согласия забрать их душу с Небытия они не помнят ничего, сейчас для меня это огромная возможность остаться незамеченным в содеянном. Если демоны что-то узнают про Викторию Уокер и кем эта девчонка являеться из себя… Войны будет не избежать. В то время как, будущая замена Виктории Уокер подошла ко мне, настоящая только почала осозновать всю черезмерную кошмарность как для своего сна. И если тщательно приглядеться в ее глаза, слишком рано она начала осозновать, что это реальность. Я ожидал, что все будет происходить медленее, придеться ускоряться. Та и Мисселина уже скоро должна подать сигнал, что она закончила обход за новыми учениками. Пока девушка не начала панику, я не теряя ни секунды схватил ее локоть своей правой рукой в мертвую хватку, а левой потянул за плечо подделку, чтобы та вступила вместе с нами в середину круга. Моя задача перелить их енергии друг другу, я являюсь проводником их душ между собой. Заклинание, которое уже давно звенело у меня в ушах от нетерпения стать произнесенным, наконец-то дождалось своей очереди. Пока слова как рекой текли из моего рта, я почуствовал как из моей правой руки начала упорно вырываться одна из душ.

Вики

Дело дрянь. Это все гребанная реальность. Как я это осознала? Все давольно просто, ведь я никогда в жизни не смотрела никаких хоррор фильмов, и мое воображение просто логически не могло придумать настолько моторошный сюжет, и как бы сильно мне не хотелось принимать реальность, нужно действовать. К сожелению, когда я собиралась бежать, куда ноги гледят, мужчина схатил меня за локоть до вспышек боли перед глазами, скорее всего, тоже заметил мои изменения во взгляде. Сдаваться я не собиралась, поэтому начала вырываться, а когда он начал проговарить неизвестные мне слова, это только добавило стимул быть усерднее. Одна из попыток почти увенчалась успехом освободила меня от пылающего ощущения на ладони, но когда странные рисунки вокруг меня начали загораться, я не смогла сдержать панического крика. В отличии от меня, вторая девушка, которую мужчина назвал Лора, была польностью расслабленной. Кажеться ей дали бóльшую дозу каких-то препаратов, чем мне, ведь у меня были только галлюцинации. Я даже не пыталась звать на помощь, было неизвестно как далеко мы находимся от цивилизации, боюсь если даже меня услышат, найти в таком густом тумане нас, будет невозможно. — Et non distinguentur animae eorum, — закончил брюнет, после чего настала тишина. По ощущениям, тишина длилась целую вечность перед тем как мужчина снова заговорил, все так же держа нас за руки: — Сработало? — Вопрос был нацелен скорее на него самого, чем на одну из нас. Времени размышлять над смыслом этого вопроса у меня не было, ведь в следующее мгновение весь оттенок серости тумана был окрашен в ярко бирюзовий цвет. Внезапность такой яркости, заставило мои глаза невольно закрыться от отвыкания. Через секунд тридцать свет начал терять свой окрас и туман снова стал прежнего оттенка. Брюнет хорошо чертыхнулся, и моя догадка подтвердилась, что его глаза и правда наполняются красным оттенком. Насколько же силные препараты в меня накачали, если они до сих пор имеют такие мощные действия над моим сознанием? Через мгновение после моих размышлений, я уже была вытащена с чертового круга, а бедная Лора наоборот была сильно отброшена в его центр, который уже слабо поблескивал красным цветом. Мужчина резко притянул меня в свои объятия, что мой нос смог учуить его запах. Он пах стойким древесным парфумом с ноткой пряности корицы, и еще сильным пеплом, как от долгого сидения возле костра. Со временем мое тело стало расслабляться и тежелые веки сами сомкнулись, перенося мое сознание в глубокий сон.